Однажды вечером

      — Даже если и так, — она задумчиво посмотрела в окно, — ничего страшного не произойдет, если сегодня я доберусь до дома пешком.       — Совсем сбрендила?! Ночь на дворе! — не унималась подруга. — Наташ, я, конечно, всё понимаю, что ты у меня боевая, но я за тебя боюсь.        Наташа в ответ только пожала плечами:       — Денег на такси нет ни у меня, ни у тебя. А маршрутки уже не ходят. М-да. Засиделись мы с тобой сегодня.       — Не понимаю, почему ты не хочешь остаться? — уже довольно подвыпившая, угрюмо спросила подруга, потирая переносицу.       — Говорю же: кошка одна дома. У неё будет стресс. Ты же знаешь, какая она у меня. И еды наверняка у нее не осталось. Меня целый день дома не было, Ань.        Подруга-Аня понимающе закивала, поджав губы, однако упертость Наташи в двенадцать часов ночи никак не поддавалась разумному объяснению. Нет, Аня бы точно не вышла из дома так поздно, особенно зимой. Разве что в Новый Год. Но сейчас же не праздник! До него ещё целых три дня.       — Кошка дороже твоей безопасности? — Аня как будто бы обиженно шмыгнула носом.       — Дороже всех, — твёрдо ответила Наташа, застегнув последнюю пуговицу на пуховике. — Ну, я побежала. Не скучай! — она щёлкнула подругу по носу и, залившись звонким смехом, выбежала из квартиры.       — Позвони, как придёшь домой, дурёха!       Наташе хотелось остаться, но если бы она не ушла, то Аня бы не стала звонить Максу, чтобы он приехал с ночёвкой. Они обязательно должны помириться. Никак иначе. И обязательно сегодня. Наташа больше не выдержит страданий подруги. Но если быть честной, домой хотелось попасть ещё больше, чем остаться. И неплохо было бы покормить кошку.       Наташа удручённо вздохнула: нет, допоздна засиживаться она не планировала. Но какая теперь разница? Две остановки не так уж и много.       Она толкнула тяжёлую железную дверь подъезда и уверенной походкой двинулась навстречу морозному ветру. Снег скрипел под ногами. Наташа улыбнулась: в детстве они с родителями часто засиживались в гостях, поэтому почти всегда возвращались домой пешком. Она любила такие ночные прогулки. Особенно зимой в снегопад, когда можно было ловить языком снежинки.       «Как же хочется снова стать маленькой», — вдруг подумала Наташа, укутавшись в шарф. Снегопада не было, зато колючий ветер щипал лицо.       Ещё одна остановка. От быстрого шага сбилось дыхание. «Обещаю, в следующем году запишусь в зал!» Каждый год одни и те же обещания, а вот выполнить их Наташа не в силах. Найти хорошего парня, устроиться на высокооплачиваемую работу, завести новые знакомства... Разве это так сложно? В двадцать два года многие уже добиваются поставленных целей. Но больше всего Наташе хотелось по-настоящему влюбиться, да так, чтобы крышу сносило.       Она остановилась перед пешеходным переходом, пропустив мчащийся на всех парах автомобиль; посмотрела по сторонам. Можно смело идти вперёд — дорога пустая. Только вот по спине пробежал холодок, когда Наташа заподозрила неладное: за ней уже целую остановку плёлся мужчина в капюшоне, держась на расстоянии. Нет, это не совпадение, им явно не по пути. Он идёт за ней, к её дому. Поблизости — ни одной живой души. У Наташи засосало под ложечкой.       «Маньяк? Я ещё слишком молода, чтобы умирать, — она рефлекторно сжала ключи в кармане. — Господи, прошу, пусть он отстанет!». На глаза наворачивались слёзы. Ей никогда прежде не было так страшно, как сейчас. Наташа жалела, что не ходила в детстве на какие-нибудь секции боевых искусств. Эти знания и навыки очень выручили бы её.       До дома оставалось всего ничего — рукой подать. На свой страх и риск Наташа ускорила шаг. Как и следовало ожидать, маньяк-насильник не отставал: тоже ускорился. Что делать в подобной ситуации? Звать на помощь? Примут за сумасшедшую, ведь ещё ничего не произошло. Пока что не произошло.       Наташа нервно сглотнула, обернувшись: мужчина всё так же шёл по пятам. Сильный порыв ветра едва не снёс Наташу с ног. От волнения сердце застучало в висках и сделалось совсем жарко. Нарастала дрожь в коленках — Наташа до боли закусила губу. «Прошу, пусть отстанет», — чуть ли не плача, умоляла она. Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Наташа раньше не верила, но теперь поняла, что была не права. Вспомнить за минуту всю свою жизнь с рождения до настоящего времени? Легко. Только умирать не хочется.       Наташа судорожно втянула в себя воздух: дышать стало сложно. В мозг ударил адреналин, и Наташа побежала что есть мочи, побежала так, как никогда не бегала, наивно полагая, что не умеет. Быстрее ветра, быстрее света — спасётся ли?       — Стоять! Куда побежала?! — послышался сзади разъяренный крик.       В ушах зазвенело от резкой нагрузки. Как рыба, Наташа ловила ртом воздух, но продолжала бежать. Ноги подкашивались, будто бы ватные. Так не бывает в жизни. Так происходит только в фильмах. Нет, это не с ней. Это н е р е а л ь н о.       — А-а-а! — подскользнувшись, пронзительно закричала Наташа, не удержав равновесие. Запыхавшийся, мужчина повис над ней, как скала, закрыв своим телом свет от фонаря.       — Дура! Давай сюда деньги! — рявкнул он, вытащив нож из кармана.       — Я... У меня нет денег... — охрипшим голосом протараторила Наташа, дрожа.       Мужчина опасно сощурился, покрутив нож в руках.       — Я сказал, — он резко нагнулся к Наташе, рывком стянув с ее головы капюшон и больно вцепившись в волосы, — гони бабло!       Наташа зажмурилась, всхлипнув.       — У меня ничего нет! — её голос сорвался на визг, и она дала волю слезам.       — Тихо! Урою! — Наташа почувствовала на шее холодок от острого лезвия, с огромным усилием заставив себя не дышать. Секунды переросли в вечность. Наташа сто раз пожалела, что не осталась у подруги с ночёвкой. — Отдавай всё, что есть! Реще, я сказал!       Всхлипнув, Наташа осторожно потянулась рукой в карман куртки и, нащупав телефон, вытащила его. Это оказалась старенькая кнопочная нокия без задней крышки с тусклым дисплеем, горевшим на последнем издыхании. Мужчина выхватил телефон и недоуменно повертел его в руках:       — И это всё?       Наташа выгребла всю мелочь из карманов, где от силы набралось рублей десять. К горлу снова подкатил противный ком.       — Да у меня даже на сигареты денег не хватает! — ещё чуть-чуть и она снова забьётся в истерике. Нельзя его провоцировать, нельзя!       Маньяк-насильник резко занёс руку над головой — Наташа зажмурилась и затаила дыхание.       — Ладно тебе, не реви. — Наташа почувствовала, как её небрежно потрепали по волосам, но совсем беззлобно, с заботой. — Однажды меня тоже гопники поймали, зажали в той арке, — он кивнул в сторону пятиэтажек. — Тебе повезло, что я попался, а не они, — мужчина сложил нож-бабочку и надёжно спрятал его в кармане куртки.       На улице было тихо, только изредка пронесётся автомобиль, где-то там, вдалеке. Начался снегопад. При свете фонарей снег блестел особенно ярко.       — На вот, держи, — он протянул телефон, который пискнул и мигнул перед тем, как выключиться. — Мелочь себе оставлю.       Наташа не могла и слова вымолвить, только хватала ртом воздух.       — Да не кусаюсь я, держи! — потеряв терпение, рявкнул мужчина и вложил Нокию в дрожащие ладони Наташи.       Он кашлянул, поёжившись. Холодно.       — Иди домой.       Наташа ушам своим не поверила: неужто и вправду отпускает? Так просто?       — Я... — тело не слушалось, а язык как будто онемел.       — Вставай уже! — он взял её под локоть, потянув на себя. Наташа еле устояла на ногах: словно ватные. — Ты напоминаешь меня пару лет назад. Такой же шкет непутёвый был, без денег, без баб, без всего. Даже на сигареты не хватало. А это святое. Без них загнёшься. Так ведь? — ухмыльнувшись, он закурил, втягивая в себя едкий дым.       — Так... — эхом отозвалась Наташа, с опаской косясь в сторону мужчины. Побыстрее бы сбежать куда подальше!       — Жалко даже смотреть на тебя, как серая мышь какая-то. Меня такие не заводят, — говорил серьезно, без тени улыбки. — А это реальность. Надо быть хищницей.       — Чтобы их насиловали? — Наташа сначала сказала, а только потом подумала, закусив губу.       Мужчина удивлённо на неё посмотрел, а затем вдруг рассмеялся, жутко и громко:       — Схватываешь на лету. Шучу. Не в этом дело, — он на секунду задумался: — Таким по жизни легче, везде себе дорогу пробьют. Будешь? — Наташе сунули под нос пачку сигарет.       — Да, — хоть она и бросила год назад, но после такого стресса от одной сигареты уж точно ничего не будет.       — А не вредно? — поддразнивая, покрутил зажигалку перед её носом.       — Учусь быть хищницей, — то ли адреналина в крови стало так много, то ли она опьянела от мороза, но колкие фразочки слетали с уст, едва Наташа успевала их осмыслить в полной форме.       — Молодец, — снова та же ухмылка. Она прикурила от его зажигалки, сделала затяг и тут же закашлялась. Мужчина бросил свой окурок на землю, потушив его подошвой ботинка. — Я не всегда был таким. Обстоятельства. Но что-то мешает мне навредить тебе.       — А многим вы... Ты вредил? — Наташа хотела бы спросить это смело, однако голос предательски задрожал.       — Только убийцам отца. Пусть теперь ремонтируют свою тачку.       На душе и во рту будто кошки нагадили. Стало не по себе.       — И по мелочи баловался, как с тобой.       Наташа шмыгнула носом: как бы не простудиться от такого мороза. Курить не хотелось.       — Давай сюда, — словно прочитав её мысли, мужчина выхватил сигарету из онемевших Наташиных пальцев. — Рано тебе ещё хищницей становиться. Иди домой.       Наташа робко кивнула, силой заставив себя сделать шаг в сторону дома. Дойти до конца улицы — и она уже у своего подъезда, делов-то! Только ноги не слушались.       — Потарапливайся, а то передумаю, — донеслось ей вслед вместе с порывом ветра, толкнувшего в спину.       Оказавшись на пороге квартиры, Наташа ещё долго не могла прийти в себя. Даже кошка, обнюхав хозяйку, выгнула спину и подняла хвост торчком, угрожающе зашипев.       — Прости, знаю, ты проголодалась, — с извинениями в голосе протараторила Наташа и насыпала корм в миску. Кошка обычно сразу подбегала к еде, но сейчас сидела неподвижно, притаившись на комоде.       Наташе показалось странным подобное поведение домашней любимицы, но она не придала этому особого значения. На часах почти два часа ночи, ужасно клонило в сон. Выпив напоследок валерьянки, Наташа легла в постель. Утро вечера мудренее.

***

      «А теперь к происшествиям в городе. Сегодня, двадцать восьмого декабря, в полночь, под колёса автомобиля попал тридцатилетний мужчина. Он погиб на месте» — Наташа выронила чашку из рук, увидев по новостям ночного спутника. Вдали показывалась её девятиэтажка.       «Как такое может быть? Я была дома в два, но мы разговаривали с ним от силы полчаса! Или не полчаса... Я не помню...» — в горле пересохло; застучало в висках. И правда, не могла же она с призраком общаться! Или могла?       В дверь настойчиво постучали. Кошка забилась в угол комнаты, начав снова неистово шипеть. Наташа нервно сглотнула и посмотрела в глазок: на лестничной клетке стоял тот самый мужчина, самодовольно ухмыляясь, только теперь сквозь него Наташа видела дверь соседей напротив. У неё потемнело в глазах. Кошка всё так же шипела.