It's who we are

Я проснулся от луча солнца который пробивался сквозь шторы прямо мне в глаз. У меня онемела рука и было трудно дышать. На моей груди расположилась голова Джерарда. Мне не хотелось вставать, тем более мне не хотелось убирать голову Джи, я обнял его онемевшей рукой и снова провалился в сон.   Мне было спокойно. Уютно. Я хотел, чтобы это продолжалось вечно, только я и он, и никого больше. Но это неправильно, он мой друг, мы знакомы хуй знает сколько, и вот сейчас я решил влюбиться в него. А может и он влюбился в меня? Может все эти поцелуи на сцене были не просто так? Или я сам себе это внушил? Слишком много вопросов.   Когда я проснулся, то не обнаружил рядом Джерарда. Я уже начал думать, что он ушёл, но когда услышал грохот доносящийся из кухни, сразу стало как-то легче. — Доброе утро, — произнёс виновато Джерард, — у меня тут немного яичница подгорела. — Доброе утро, ничего страшного. — Правда? Я думаю, что и из-за испорченной сковородки ты злиться не будешь. — Да, все нормально… — я слегка улыбнувшись ответил. — Я пиццу заказал. Скоро привезут. — Когда ты успел? — Честно говоря, я сначала заказал пиццу, а потом решил приготовить яичницу. — Ты не был уверен в доставке? — Нет, я не был уверен в своих силах. Ты же сам видишь, — смеясь сказал Джи.    Я подошёл к окну и смотрел на проходящих людей, проезжающих машин, все они куда-то спешат. Как меня достала эта спешка, эта жизнь. Мои мысли перебил звонок в дверь. — А вот и пицца, — радостно заорал Джи. — Я открою. Я понял, что не хочу есть. А когда я в последний раз ел? Скоро должен начаться тур, и вся эта суматоха меня убивала. — Фрэнки, как она охуенно пахнет. Почему не ешь? — А? Да я не голоден. — Слушай, мне в тебя насильно кормить? Ты же знаешь я могу.    Джи и правда мог так поступить. Он всегда следил, чтобы все были сыты, чтобы не ходили без куртки когда было холодно, мамка, одним словом. Поэтому я молча взял кусок пиццы и начал его есть. — Ну вот и славненько, — заключил Джи и продолжил есть.    После завтрака Джерард не спешил уходить домой. Он предложил сходить прогуляться, на что я отреагировал отрицательно. Но он меня всё же заставил. Я взрослый, самодостаточный мужчина, и я не обязан никого слушать. Но с Джи такое не подходит, поэтому мы пошли в парк. Не прогуляв и двадцати минут, мы убегали от фанатов. Джи заставил меня сесть в машину и мы поехали в каком-то непонятно направлении.    Мы едем десять минут, двадцать, тридцать, час. Мы уже выехали из города, и я всё же осмелился спросить: — Куда мы едем? — Узнаешь, — не отводя взгляда от дороги ответил Джерард. — Не говори загадками, — я перешёл на более высокий тон, — Куда. Мы. Едем. — Успокойся, в загородный дом. — Зачем? Только не говори: « Там узнаешь». — Ну ладно. — Что «Ну ладно»? — Посидим. Отдохнём. Поговорим. А то ты в последнее время какой-то грустный, зажатый. — Я не… — я решил не договаривать и повернул голову к окну. — Фрэнки… Что случилось? Что с тобой происходит? Только не говори, что все нормально. Я же вижу, что не нормально, — сказав это Джи остановил машину и повернулся ко мне лицом. — Просто… понимаешь, в последнее время все стало как-то сложно. И я кажется… Меня перебил поцелуй. Настойчивый. Нежный. Глубокий. Идеальный. Он был не таким как на сцене. Он был только для меня. Я все бы отдал, чтобы этот поцелуй продолжался вечно. Но к сожалению этого не произошло. — И-извини, я… я… не хотел. Я не знаю что на меня нашло, — запинаясь сказал Джерард. Я не нашёл, что ему ответить. Поэтому оставшийся путь мы ехали молча. Мы ехали достаточно долго, и за это время началась гроза. Дождь шёл такой, что не было видно дороги, и нам пришлось остановиться на ближайшей заправке. Дождь и не думал прекращаться, а время уже близилось к вечеру. И мы решили продолжить свой путь. Джерард ехал медленно, чтобы можно было хоть что-то разглядеть на дороге. Мы приехали в загородный дом только в восемь вечера. Всю дорогу я думал об этом поцелуе. Что он значит? Мы теперь любовники? Или это было единожды?   Дом Уэев большой и уютный. Особенно мне понравилась гостиная, с окнами в пол, что занимают одну из стен, большой медвежий ковёр, небольшой диван, маленький столик и камин. Я подошёл к окну и смотрел на лес, что виднелся за ним. Во время дождя вид за оком всегда координально меняется, становится как-то волшебно, что-ли. — Фрэнк, нам надо поговорить, — серьёзным голосом начал Джи, подходя ближе ко мне. — О чём? — О поцелуе, в машине. — Джи, понимаешь… — Мне кажется, я влюбился, — перебив меня произнёс Джерард смотря в пол. — В тебя, Фрэнк. Я знаю, это неправильно, но, ничего с собой поделать немогу. И если ты не ответишь взаимностью, я пойму. Ведь, мы с тобой друзья и знакомы очень давно. С самого начала нашего знакомства, я что-то чувствовал к тебе. — Джи, это неправильно, — после сказанной мною фразы, глаза Джерарда начали наполняться слезами. — Но, я тоже к тебе что-то чувствую.   Внезапная молния и отключение света прервали нас. Джи разжег камин и зажег свечи. Джерард не то, что боялся спать без света, но, ему было уютнее спать с ним. Он лёг на диване внизу, а я пошёл в спальню на втором этаже. Я долго не мог уснуть, то ли из-за грозы, то ли из-за поцелуя. Но я все же уснул.    Меня разбудил, посреди ночи, Джерард. — Фрэнки… Мне стыдно об этом говорить, но, я боюсь спать один. Можно я лягу с тобой? — Эм… Да, конечно, ложись.