Эксперимент

Победа всегда была делом принципа для Арта. Он ненавидел сдаваться или быть проигравшим и обычно прилагал все усилия, чтобы взять первенство в чём-либо. Если, конечно, игра стоила свеч. В то же время Мещерякова чертовски легко можно было взять на слабо. Чем, собственно, постоянно занимался его главный соперник. Чертовски умный рыжий ублюдок, к последнему уровню школы успевший благополучно подчинить своему обаянию добрую половину класса. Муромов всё же вырвался в старосты и поэтому был в курсе всех событий (которые, в общем-то, касались не только школы, но это уже больше относилось к его характеру, чем к занимаемой должности) и устанавливал свои идиотские правила. Артём искренне старался не вестись на провокации этого лиса, но ни погружение в игры, ни времяпровождение с Кирой не могли полностью занять его время, отвлечь или остудить пыл, и поэтому шатен всегда с лёгкостью садился на крючок. А дальше всё шло по одному сценарию. "Это ненадолго": назначенное место встречи, не всегда честные схватки, кровь и синяки. Плюсы от этого всё же были: во-первых, смотреть свысока на поверженного Муромова было дьявольски приятно, а во-вторых, залечивать "раны" помогала Кира, и это было удивительно, учитывая её не самый лояльный нрав. Арту всегда нравилось видеть страх на смазливом личике Ильи. Со временем это стало своеобразной редкостью: раньше рыжий, видимо, боялся замараться, а теперь, несмотря ни на что, хотел поставить Мещерякова на место. Только вот зря он это всё. Артём не поставится и, более того, даже будет делать всё с точностью наоборот. К счастью, это противостояние закончится совсем скоро, и вряд ли ещё встретится такой правильный и ужасно дотошный придурок. Скучать по их "встречам" уж точно не придётся. А пока они всё ещё есть, можно брать от них максимум, действуя по принципу "ведусь, но не ломаюсь". *** Сегодня ошпаренный гневом мозг вдруг предложил новую тактику действий. Арт даже не помнил, из-за чего всё началось. Факт был в том, что Муромов довёл его до точки невозврата и теперь получал по самое небалуй — старосту с силой втолкнули в стену, наградили парой смачных пощёчин и не позволили уйти. Личное пространство умерло в самом начале, да и кого это волновало: сейчас куда важнее было победить. Артём продолжал вжимать занывшего от неприятных ощущений рыжего в стену, уже занося кулак для нового удара. Как вдруг Илья чертыхнулся и пустил в ход запрещённый приём, заезжая шатену между ног и уже собираясь смотаться. Вот только боль разозлила последнего ещё сильнее, и он крепче сжал чужие плечи пальцами, не выпуская гадёныша из мёртвой хватки. — Вот как, значит, — выплюнул зеленоглазый, решая отплатить Муромову почти той же монетой и размещая своё колено между его ног. — Что ты... Мещеряков! Реакция последовала незамедлительно. На лице Ильи отразились сразу несколько чувств: удивление, страх и... Смущение? Что ж, будем считать, что получено новое достижение. Всё многообразие красок на веснушчатом лице определённо зацепило зеленоглазого, и он понял, что не хочет останавливаться. Геймер плотнее упёр колено в промежность, с интересом вглядываясь в покрасневшую физиономию Муромова. Староста впился пальцами в худощавые плечи Артёма, пытаясь отпихнуть его от себя с истеричными воплями вроде "ты что творишь" и "отвали от меня, придурок". — Ого, — ухмыльнулся шатен, продолжая напирать, — я давно не видел тебя таким напуганным. Мне нравится. — Так вот оно что! Мещеряков, ты либо отпускаешь меня сейчас, либо о твоих наклонностях узнаёт вся шк-... То ли ради безопасности собственной репутации, то ли из-за того, что угрозы и нотации страшно осточертели, Арт накрыл чужой рот ладонью. Внимание рыжего тут же переключилось, и он увлёкся высвобождением своего драгоценного голоса. Зря. Мещеряков скользнул ладонью под кардиган и рубашку, проводя пальцами по тёплой мягкой коже. Он прекрасно знал, что телом этот гад был очень даже хорош, но почему-то в прикосновениях это ощущалось более остро. Странное какое-то наваждение... Ещё и Илья перестал рыпаться, замирая в очередной вспышке напряжения. В его взгляде что-то изменилось. Догадаться было не трудно — колено упиралось во что-то твёрдое, и, вероятно, Муромову явно не хотелось, чтобы его разоблачили. Но от внимания Арта ничто не ускользает. Губы растянулись в мрачной и недоброй улыбке. — Наклонности мои, а стоит у тебя. Интересно получается, Муромов, а? — Это просто организм! — с долей обиды в голосе воскликнул рыжий, как вдруг его перевернули, притискивая лицом к стене, а одну из рук заводя за спину, чтобы не то, что не сбежал — сопротивляться не вздумал. Староста округлил глаза. — Слушай, Артём, пошутили и хватит. Уже не смешно. И даже больно! Отпусти меня уже, я никому ничего не расскажу! — нервно затараторил Муромов, на что Артём лишь ухмыльнулся и приблизился вплотную, наклоняясь к чужому уху. — Сегодня у меня другие планы, — заявил он, окидывая чужой зад задумчивым взглядом. Спустя несколько секунд свободная ладонь опустилась на одну из ягодиц, а хозяин руки медленно и с толикой интереса водил по упругой поверхности, одновременно наблюдая за реакцией и оценивая "соперника". — Придурок, ты же по девочкам, какого чёрта ты творишь?! — не унимался Илья, в это же время сгорая от смущения. Мещеряков показательно потянул заломленную руку выше, заставляя рыжего болезненно замычать и намекая на то, что пора бы призаткнуться. Кажется, парень принял это к сведению, и теперь Арт остался наедине с его задницей и сбитым дыханием. Всё-таки, классная штука — власть. Да и кто бы мог подумать, что Муромов бывает послушным? Это будоражило сознание ещё больше, и геймер даже не заметил, как и сам завёлся. Пальцы продолжали блуждать по несчастной пятой точке, в один момент переметнувшись на другую половинку, не забыв при этом задеть и саму промежость. От волнения и смущения рыжий мелко затрясся, жмурясь и утыкаясь лбом в стену. — Как мило, — хмыкнул Арт, замечая эту деталь и наконец убирая ладонь и вновь прижимаясь к складному телу, — таким ты мне нравишься гораздо больше, Муромов. — АРТЁМ! — не сумев сдержаться, рявкнул староста, сжимая руки в кулаки. Тем не менее, дальше его голос явно поутерял уверенности, — Ты же не собираешься...? Закончить ему так и не дали. Шатен с ухмылкой недвусмысленно двинул бёдрами вперёд, на что Илья отозвался неожиданным стоном. ...внезапно Арт распахнул глаза. Темнота. Рядом мирно посапывала Кира, как обычно, обхватившая парня руками и ногами, будто бы страшась потерять его. Зелёные глаза уныло уставились в потолок, а их обладатель глубоко вздохнул. Значит, это был просто сон? Пожалуй, это к лучшему... Наверное, с их соперничеством пора завязывать, иначе кто знает, к чему приведёт эта жажда побеждать...?