Любить, разделяя безумие на двоих

* * *

      Флора отбросила очередную пыльную книгу, не принесшую никакой информации, и изнурённо вздохнула. Они находились в Академической Библиотеке уже больше двух часов, а результата — ноль. Огрон стоял стеллажа и что-то внимательно вычитывал в строчках желтоватой рукописи, но… Пусто. Только упоминания о Книге Эринии.       — Ну как, снова ничего? — спросила Флора, понадеявшись на то, что на сей раз ему повезло.       — Нет, снова. — Маг отряхнул ладони и плечом навалился на шаткий шкафчик. Усталость и напряжение начинали потихоньку давить на нервы, поэтому он предложил другой вариант: — Думаю, стоит поискать в архиве. Библиотечная рухлядь ничего не даёт.       — Но уже поздно, может, отложим на завтра?       Распрямившись, Флора потянулась, разминая затёкшие конечности. До жути хотелось завалиться в кровать и просто спать. Сегодня у неё был насыщенный день: сначала пары, две контрольных, а потом дополнительные практические занятия у Альбера, где нужно было показать, что она наверстала упущенное за столь короткий срок. Алан был приятно впечатлён рвением ученицы и сказал, что инициативные студенты у него в почёте. Как итог: к участию в соревнованиях допущена.       Теперь же перед ними стояла задача разыскать Книгу, которая оказалась не такой простой.       — Времени всё меньше, а проблема остаётся нерешённой, — возразил Огрон, хоть и выглядел потрёпанным и уставшим. — Я сам виноват, что оттягивал это дело, но ты можешь идти, если…       — Нет, мы же договорились делать всё вместе, — встрепенувшись, лучезарно улыбнулась Флора, — так что дальше тоже будем двигаться вдвоём. Я не брошу тебя одного.       — Ого, да ты мастер в командной игре — я оценил.       Несмотря на некоторую колкость, он был взаправду благодарен. Из всех знакомых с ним так же возился Анаган: и в огонь, и в воду — везде готов был помочь. А тут появился кое-кто ещё. И пока этот кто-то вызывал в нём исключительно хорошие чувства.       Спустя несколько часов Флора и Огрон сидели за столом в архиве, старательно изучая страницы толстых томов, ранее стоявших на полках с громадным слоем пыли — видимо, сюда заглядывают крайне редко. Веки тяжелели с каждой минутой, сон затуманивал рассудок, а голова склонялась вниз, норовя найти мягенькую поверхность в виде подушки или хотя бы… пары книжек. Именно так чувствовала себя Фризалис, из последних сил заставляя мозг работать, а вот Рэдгарт был даже несколько бодр после трёх чашек крепкого кофе.       Однако сколько бы Огрон ни просматривал, по-прежнему не было никакого толка. Изучив очередную бесполезную статью, он швырнул тоненькую газетку в корзину. Почему все старания прогорают понапрасну? Неужели надо положить жизнь, чтобы выудить лишь крупицу полезных знаний?       — Да чёрт подери!       С досады Огрон ударил кулаком по деревянной поверхности стола, да так, что книги и свитки, лежавшие аккуратными стопками, беспорядочно развалились в разные стороны. Флора, которая уже успела немного задремать, подперев голову рукой, испуганно подскочила.       — Я всё положу, но из-под земли достану эту Книгу! И пусть только попробуют мне помешать — убью каждого!       От очередного мощного удара и без того хлипкий стеллаж треснул, грозясь рухнуть вместе с содержимым. Огрон беспорядочно вымещал агрессию на окружающих предметах, пока не услышал рядом обеспокоенное:       — Пожалуйста, остановись!..       Обхватив широкое плечо двумя руками, Флора вцепилась в мужчину и тесно прижалась. Он чересчур напряжён: можно было прямо так ощутить, как перекатываются и натягиваются струной стальные мышцы.       — Огрон… Тише, прошу.       Теперь её изящные пальцы ласково гладили его скулы, убирая выбившиеся из низкого хвоста красные прядки волос. А он так и застыл, очарованный загадочно мерцающими в полумраке зелёными глазками и едва заметными веснушками на носу и щеках. Ведомое чем-то непонятным, живущим глубоко в душе, у него вырвалось:       — Ты очень красивая.       В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь их дыханием, которое начинало казаться громким. Сердце Флоры сделало кульбит и ухнуло вниз. Слышать такое от него слишком… неожиданно. Поспешно отпрянув, она предложила вернуться к изучению материалов, пока кожа на лице целиком не порозовела и она сама не расплылась довольной лужицей от обычных комплиментов.

* * *

      Деревянные часы, существовавшие, наверно, со времён возведения Академии, пробили полночь. В архиве по-прежнему царил полумрак — для удобства горела только настольная лампа. Парящие в воздухе лёгкие пылинки то витиевато опускались вниз, то взмывали вверх от размеренного дыхания юноши и девушки. Оба были сосредоточены на поиске. Всё их внимание сконцентрировалось на сведениях, которые они высматривали в каждом абзаце, каждой строчке и букве.       Тишину нарушил шелест перевёрнутой страницы и усталый зевок, сорвавшийся с уст Флоры почти непроизвольно. Ей порядком наскучило это занятие, но кое-что им удалось выудить — Эриния имела непосредственное отношение к шести планетам: Сириус, Линфея, Солярия, Астрал, Ираклион и Домино, а значит, в Книге могут содержаться необходимые заклинания для снятия проклятия и поиска пропавшего человека в рамках этих территорий.       Отложив исторический справочник в сторону, Флора бегло просмотрела корешки всех книг, лежавших перед ней. Взор остановился на бордовом томе с золотым обрамлением. На мгновение оно блеснуло красноватым оттенком, будто бы призывая прочесть. Тряхнув знаниями латыни, она всмотрелась в название — на гладкой обложке красивыми прописными буквами было выгравировано: «Amor est dolor». Увы, последнее слово Флора перевести не смогла, но зато решила заглянуть внутрь и узнать примерное содержание.       Наугад она развернула книгу где-то посередине. На открывшейся странице красовалась иллюстрация, которая сразу приковала внимание: на картинке была изображена смятая постель, окрашенная в алый цвет лучей раннего солнца, и лежащие на ней в обнимку возлюбленные — рослый, крепкий мужчина и прелестная девушка, прижавшаяся к нему всем телом во сне. Увиденное вызвало у Флоры чувство умиротворения, однако идиллия скоро оказалась прервана…       — Значит, я пролистываю нудные энциклопедии, а ты романами увлекаешься?       Смятение напарницы стало отдельным видом удовольствия: охнув, та выкинула издание в сторону с такой скоростью, что даже Анаган бы позавидовал. Такое впечатление, что её застукали за чем-то запрещённым.       Огрон как раз вовремя подставил руку, чтоб поймать книжку, и развернулся к Флоре. Приглядевшись к иллюстрации, он вскинул бровь, а личико феи тем временем опять покрывалось румянцем.       — Вау, — вальяжно протянул он с ухмылкой. — А ты разбираешься в литературе, милая. Нравится?       Интерес к книжке у Огрона уже пропал — его гораздо больше занимало то, как Флора станет отпираться. А она ведь станет, он точно уверен. Примерная и правильная девушка, а тут такая щекотливая ситуация…       — Нет! — ожидаемо запротестовала Фризалис, мотая головой. — Серьёзно, я не знаю, что там написано! Просто открыла, а там… В общем, само вышло! Ну хватит уже так улыбаться, это правда! — слегка пихнув его в плечо, продолжала она. — Что ты от меня хочешь?       После этой фразы их тела оказались в невероятной близости. Чуть навалившись сверху, Огрон склонился над ней. Флора покрылась мурашками от опаляющего ключицы дыхания и ещё сильнее вдавилась в диван, когда он соблазнительно прошептал прямо в ушко:       — А может, ты сама чего-то хочешь?       — Хочу.       Взволнованно прикусив губу, Флора ждала. Она не знала, зачем выпалила это, но обратно уже ничего не воротишь. Рэдгарту весьма понравилось начало этого шоу, однако он хотел не менее захватывающего продолжения и её ответной реакции…       Воспользовавшись заминкой, девушка отпихнула мужскую руку и со смехом понеслась в лабиринт широких стеллажей:       — Слишком медленно, Рэдгарт!       Внезапно. Но так даже лучше — если она затеяла игру, он будет продолжать до последнего. Коварно улыбнувшись, долго ждать он не заставил: взлетел под самый потолок и без труда уловил тень, что тщетно старалась затеряться средь книжек и рухляди.       Восстанавливая дыхание, Флора выглянула из-за большого шкафа. Его не было в проходе, но… стоило ей обернуться, как она оказалась зажата мужскими руками с двух сторон.       — Это… не по правилам, — на грани слышимости выдохнула Флора.       Грудная клетка часто вздымалась, кровь от волнения стучала в висках. Щёлкнув её по носу, Огрон снисходительно улыбнулся и, превозмогая желание, отшатнулся назад. Вот она — привлекательная в своей скромности, способная за секунду разжечь пламя неугомонного интереса.       Вдруг откуда-то сверху прямо в руки Флоре упал свиток, и она, как запрограммированный робот, открыла его, громко зачитывая вслух содержимое. Огрон понял, что шутки закончились и творится что-то странное, но когда ему удалось силой вырвать бумажку — фея уже дочитала:       — …et vade in Abyssum Oblivionis!       — Глупая, это проклятие!       Крик Огрона растворился в водовороте портала, который затягивал с ужасной силой и не позволял схватиться за какую-нибудь опору. Понимая неизбежность отправки, маг подхватил бессознательное тело напарницы и, образовав защитный купол, унёсся вдаль…

* * *

      Тусклый синеватый свет падал на бесконечные просторы камня. Где-то с кривого потолка капала вода, образовывая зеркальные лужицы. Любое малейшее движение отражалось от стен шорохом, так что распознать, что здесь есть что-то живое, было весьма просто.       Когда Флора очнулась, её лицо исказилось в болезненной гримасе. Она успела хорошенько прочувствовать твёрдую поверхность, на которой, скорее всего, лежала уже довольно долго — замёрзшие конечности с трудом удавалось хоть как-то сдвинуть с места. Попытка осмотреться не увенчалась успехом — тупым ударом в макушку отдалась головная боль. Шикнув, Флора едва не упала обратно.       — Уже очнулась?       В приблизившемся силуэте она узнала Огрона. Пока он помогал подняться, она хваталась за него, как утопающий за соломинку.       — Где мы? — спросила Флора, когда смогла более устойчиво стоять на ногах.       — Странно, что ты не помнишь, — с презрением хмыкнул маг. — Это Бездна Забвения. Проклятое место, в которое отправляют магических существ на определённые или неопределённые сроки за нарушения. Те, кто являются обладателями магии высшего разряда, могут самостоятельно перемещаться сюда с какой-либо целью. А мы, — он бегло оглядел окружающую обстановку, — застряли здесь из-за того, что ты прочла заклинание.       — Кажется, я вспомнила, — она виновато потупила взгляд. — Звучит глупо… но я будто бы не управляла собой. Мне жаль, прости.       — Брось, мы выберемся. — Было заметно, что раскаяние всё же его тронуло. — Мне преставился случай побывать здесь лет в восемнадцать. Считай, внеплановая экскурсия была. Что-то до сих пор помню, а что-то нет. Кстати, у нас с тобой возможности ограничены, так что советую не растрачивать энергию попусту, — серьёзно предупредил он. — Ты уже можешь идти сама?       Режущая боль в районе голени вряд ли позволила бы ей нормально двигаться, но Флоре и так было крайне неловко, поэтому она без колебаний солгала, что всё в порядке. И когда правая нога наступила на твёрдые камни без поддержки — Флора неуклюже свалилась, негромко охнув.       — Ну и зачем ты соврала? Я ведь не буду ругать тебя, всё нормально. — Уголки его рта тронула беззлобная усмешка.       — Вот тут больно, — Флора указала на голень и слегка поморщилась, когда Огрон пощупал её сквозь ткань брюк.       — Мне нужно конкретнее. Где больнее: здесь или вот здесь?       То уменьшая, то увеличивая силу надавливания, он старался понять, какой участок надо вылечить. И вскоре обнаружил.       — Да, ничего хорошего. Ну что ж… Потерпи. Будет немного неприятно, так как моя магия противоположна твоей.       — Нет, подожди, — спохватилась Флора, понимая, что тот намеревается использовать остатки сил, — не надо тратить энергию! Ты же сказал…       — Нам могут пригодиться силы только одного из нас. Раз тебе нужна помощь, то моя магия пойдёт на это. Ты позволишь? — деликатно поинтересовался Огрон. Он хорошо видел, что ей дискомфортно, поэтому хотел как-то разрядить обстановку и успокоить. На ум пришла забавная мысль, когда он взглянул в её встревоженные глаза: «Как ребёночек, который напроказничал».       И всё же Флора согласилась. Она была преисполнена благодарностью к нему за то, что он делает для неё. Его ведь никто не обязывает и они друг другу не более чем напарники по тренировкам. Но всё же такие жесты заботы сближали.       Лиловые линии целебной магии побежали с мужских пальцев мелкими ручейками, но стоило им приблизиться к женской коже — обладателя магии Ненависти ударил бешеный ветряной поток, припечатав к стене.       — Боже, ты в порядке?! — вскрикнула Флора, боясь, как бы он не переломал себе что-нибудь.       — Да, сойдёт, — прокашлявшись, ответил Огрон и присел на корточки, задумчиво разглядывая травмированную ногу. — Что-то тут не так, на тебе стоит чья-то защита. А меня ударило ветром, когда я попытался передать тебе часть своих сил… Погоди, Рафаэль ничего не накладывал на тебя?       — Честно говоря, было дело неделю назад…       — Значит, он и наложил. — Получив подтверждение своим догадкам, Огрон не видел смысла тянуть дальше и попросил напрямую: — Разденься так, чтобы я видел место, куда он прикасался.       Сконфуженная Флора пробормотала что-то невнятное и, отвернувшись, принялась расстёгивать пуговицы на блузке, но пальцы отчего-то дрожали, замедляя процесс. В конце концов перед ним предстала полуобнажённая девушка. Спину и острые ключицы очерчивал приглушённый холодный свет, а длинные волосы она предпочла собрать в хвост, наскоро подвязав какой-то резинкой с запястья.       Заметив полупрозрачный рисунок, Огрон бережно, едва заметно коснулся его. Флора вздрогнула, ощутив море мурашек на спине.       — Я быстро. Расслабься. И не бойся боли — основную я заберу на себя.       Она кивнула и приготовилась к тому, что сейчас может быть что-то крайне неприятное. Сконцентрировавшись на проблеме, Огрон вынул талисман, оставшийся от Чёрного Круга, и резко надавил на клеймо узорчатой стороной. Флора коротко вскрикнула и выгнулась дугой, но почти сразу на смену этому пришла лёгкость — талисман подействовал.       Однако Огрону повезло меньше. Обернувшись, она застала его в полуобморочном состоянии: едва стоящий на четвереньках, он пошатывался и хрипел, выплёвывая сгустки крови. Жизненная сущность не могла поддерживать здесь такую же скорую регенерацию. Мир вокруг кружился и стремительно темнел.       — Огрон, — подползая ближе, звала его Флора, — Огрон, ты слышишь меня? Да у тебя же глаза стеклянные… Умоляю, держись! Я сделаю всё, только не оставляй меня одну… Ты справишься, — холодные ладошки крепко держали голову мужчины, уложив на коленки, — я знаю, ты справишься!       Зажмурившись, Флора заключила обмякшее тело в объятия и от отчаяния стала читать про себя заклинание воссоединения сущностей, чтобы передать ему хотя бы капельку живительной энергии. И зачем они вообще подались в тот архив? Сидели бы сейчас на диване, пили кофе за книжками и смеялись над шутками, как закадычные друзья…       — Только не плачь, я тут…       Услышав эту тихую фразу, она и вправду чуть не разревелась. Не кривя душой, на секунду ей стало неимоверно страшно, что вот-вот Огрон умрёт и на том придёт конец всему: и ей, и их непонятной дружбе, и толком не начавшимся поискам, и их жизням целиком… Но он был здесь, с ней. Конечно, не в здравии, но… в сознании.       Когда Огрон смог встать на ноги, то поступил весьма разумно, сначала дождавшись, пока сойдёт головокружение, а только потом предложив Флоре взяться за руки.       — Ну что, всё закончилось — теперь нам надо выбираться отсюда. — С этими словами он направился к одному из тёмных тоннелей, однако его притормозила застенчивая просьба:       — Пожалуйста, пообещай, что не оставишь меня одну и не будешь больше так рисковать.       — Обещаю. Надеюсь, ты тоже. Было бы обидно умереть от скуки в одиночку.       Его тёплая улыбка растопила остатки существующих меж ними стен, а под рёбрами словно запорхали бабочки, щекоча узорчатыми крылышками.       Главная цель теперь — выбраться отсюда во что бы то ни стало.