Жесты

«Чтоб тебя, Джонхен…» На понедельничной лекции Минхо практически спал. Уже после десяти минут монотонной речи профессора парень удобно расположился на столе, уложив голову на руки, и закрыл глаза. Тело сразу же налилось приятной волной расслабленности. Естественно, всю ночь он посвятил далеко не сну. Из-за рассказов своего непутевого друга юноша просто физически не мог заснуть. Все мысли, наполненные лишь его чертовым «Я встречаюсь с Ки», казалось, дали сбой в организме, спутав весь режим. Но помимо этого этих несуразных дум в голове появлялось все больше. И почти все они хором твердили: «Ничего такого в этом нет!». Еще бы. Как Минхо мог осуждать в чем-то Джонхена, своего лучшего друга, с которым они знакомы с младых ногтей? Ведь всегда, когда тот влюблялся, он отдавался этому чувству всей своей сущностью. И в такие моменты он действительно сиял. «Мне еще ни с кем не было так хорошо, как с ним…» - сказал Джонг когда-то. А Минхо, бедный и доверчивый, теперь не может сосредоточиться на лекции из-за порыва чувств своего легкомысленного хена. Если бы они ограничились только разговором об отношениях ДжонКи, все, возможно, было бы не так трагично. Но поздним вечером Джонхен посчитал нужным дать донсену «парочку советов»… С какой стати он решил, что Минхо и Тэмин «просто созданы друг для друга?! Да, они оба любят танцы. Да, Тэмин, скорее всего, больше никому не вешается на шею при встрече. Да, его ограниченные возможности не мешают их общению, чем отговариваются многие люди. Да, черт возьми, пульс Мина всякий раз учащается, когда младший всем телом прижимается к нему… О какой любви речь? Хорошо, возможно, где-то в самом отдаленном промежутке это похоже на нее. «Бред, - устало подумал засыпающий Минхо. – Максимум, симпатия». «Это обычная тренировка. Просто Ки не будет. Все как обычно. По нашей программе. Айщ… Какого лешего я волнуюсь!?» Минхо трясся. Снаружи это, может быть, не так заметно, но внутри… Внутри бушевали волны страха под ярые раскаты грома ужаса. Хоть Мин и считал себя взрослым, сейчас он походил на забитого, неуверенного в себе подростка, который впервые идет на настоящее свидание: взгляд в никуда, тело будто сжалось, губы поджаты, шаги неуверенные и медленные. В таком состоянии парень кое-как доковылял до школы искусств. «Забудь, - твердил он себе. – Забудь-забудь-забудь! Все! Никаких мыслей об этом!» Доплетясь до дверей танцзала, Минхо выяснил, сколько в их школе ступенек, сколько окон и сколько шагов надо пройти по коридору от двери с лестницы до этой. Увлекательное занятие, хорошо помогает отвлечься. - Тэмин? – спросил он у тишины, приоткрыв дверь. В зале было пусто. Поначалу Мин испытал самое потрясающее в мире чувство облегчения. Но оно быстро сменилось другим, уже менее приятным. Это было похоже на детское разочарование. Оно хоть и несерьезное и глупое, но, черт возьми, так обидно. «Решил прогулять, а меня не предупредил?» Над парнем уже давно бы нависла мрачная грозовая туча, если бы в эту же секунду тоненькие ручки не обвили сзади его шею. Тело сразу же налилось приятным тянущим ощущением и отдало в особенно чувствительные места. Минхо медленно повернул голову и встретился с парой счастливо сияющих глаз. Их обладатель, милым жестом наклонив голову, продолжал упорно всматриваться в темные, почти черные, словно тлеющие искры, глаза. А Мин, не решаясь отвести взгляд первым, чтобы не обидеть младшего, не смог сдержать улыбки, видя, как изучающе наблюдают за ним любопытные, почти детские глазенки. - Так ты пришел, - сказал Минхо скорее для себя. Хоть он был безудержно рад видеть своего напарника, чувство страха, непонятно откуда взявшегося еще по дороге сюда, все еще не оставляло его. Или это был не страх? - Привет, хен, - все-таки Тэмин отвел взгляд первым и в знак приветствия еще крепче сжал его шею, прижавшись к его лопаткам и демонстрируя Минхо свою светлую макушку. И как прикажите себя вести, когда тебя вот так обнимает едва ли не самый милый человек на Земле? Мин аккуратно развернулся так, чтобы ладони Тэ не расцеплялись, и крепко прижал его к себе в ответ. Бабочки в животе дружно запорхали, распуская своими маленькими крылышками легкие вибрации по телу. Минхо искренне не понимал, отчего у него происходят такие метаморфозы, но не особо переживал по этому поводу, просто наслаждаясь их близостью. Иногда хотелось рассказать Тэмину о том, о сём, обсудить самые пустяковые вещи или просто посмеяться. Но объятия с Тэ – это другое. Здесь не только слова не нужны. По-хорошему, лучше бы вообще остановить время, чтобы дать этим двум полностью насладиться обществом друг друга. Внезапно младший поднял голову, вновь уставившись на Минхо подозрительным взглядом. Их зрительный контакт длился если не минуту, то вечность точно. Мин только сейчас заметил темные крапинки в светло-кариих глазах, которые создавали потрясающую гамму цветов, делая своего обладателя еще прекраснее. Хотя, казалось, куда же еще?.. Но «гляделками» дело не ограничилось. Слишком подозрительно вел себя сегодня младший. А дальше... Тэмин медленно приподнялся на носочках и так же неуверенно и робко прикоснулся своими губами к губам Минхо. Это происходило словно в замедленной съемке. И каждый кадр наглухо врезался в память старшего. Начиная с того, как щеки Тэ покрылись румянцем и заканчивая его нерешительным поцелуем. Мин, все еще не осозновая происходящее, замер в ступоре и максимально сосредоточился на ощущениях. Губы нежные и мягкие. Они дрожат вместе с Тэмином, заключенным в объятия Минхо. А сам младший не решается больше ни на что, кроме простого касания губ. Но, Боже мой! Порой и такого простого жеста бывает вполне достаточно! Тэ, по-своему разобрав действие, а точнее, бездействие Мина, резко пихнул его в грудь и, всхлипнул тихое «Прости» метнулся в сторону запасного выхода, ведущего по лестнице на крышу. Последнее, что видел хен, это блестящие, в которых читалось глубокое разочарование, глаза, готовые вот-вот зажмурится от наступающих и душащих слез. Сознание кричало только одно: «Беги за ним!», и Минхо не стал с ним спорить. Тотчас сорвавшись с места, он быстро побежал в том направлении, в каком скрылся от него Тэмин. Сейчас Мин не хотел думать ни о чем. Ему было достаточно того, что не его одного терзали мысли о нахлынувших к своему напарнику чувствах. И что их приняли. Хоть и сразу же сбежав. Пока старший забирался по лестнице, лицо Тэмина, готового заплакать в любую минуту, мелькало в его мозгу. Руки сильнее сжимали трости, по которым он карабкался, а челюсти поджимались при осознании, что этот ангел сейчас, возможно, сидит на крыше, как всегда один, и, согнувшись в комочек и спрятавшись ото всех, содрогается от немых рыданий. К горлу поступил комок. «Я не позволю тебе плакать. Ни сейчас, никогда». Когда нога ступила на гладкую бетонную поверхность, Минхо оглянулся. Никого. Лишь одинокая будка с телевизионными антеннами создавала хоть какую-то атмосферу жизни. Старший юноша обошел ее и увидел, что Тэмин сидит на краю крыши, прижав ноги к груди, и изредка всхлипывает. Его плечи содрогались вместе с каждым звуком, а голова была опущена. По телу Мина прошелся ток, возвещающий об опасности. Слишком близко к краю. Он же может упасть! Не мешкая, Минхо подбежал к нему и, обвив за талию, потянул на себя. Не удержался. Упав и уволоча за собой младшего, хен облегченно вздохнул. Теперь все в порядке. Когда Тэ поднял на него свой заплаканный взгляд, Мин еще крепче прижал его к себе. Лицо этого ребенка, такого чистого и невинного, а в этом Минхо был абсолютно уверен, слегка опухшее и покрасневшее от слез, казалось донельзя милым, особенно когда он вот так удивленно глядит на тебя. Брови поползли на лоб, глаза расширились, а рот слегка приоткрылся. - Все хорошо, малыш, - улыбнувшись, прошептал старший. Черт. «Ты ведь понимаешь, что я тебе говорю?» Тэмин, по-видимому, плохо соображая от нахлынувших эмоций, продолжал смотреть на Минхо немигающим взглядом, совершенно не меняясь в лице. «Понятно» Тогда Мин осторожно обхватил его за затылок и, поглаживая его, осторожно приблизил к своему лицу. Когда расстояние стало ничтожно малым, Минхо, повернув голову, прижался к губам младшего. Тэмин задрожал. Чтобы хоть как-то успокоить его (даже поцелую это не удалось), хен одной рукой начал поглаживать его влажную щеку, а другой бережно водил по спине. От таких нежных прикосновений Тэ немного расслабился. Но неопытность и смущение не позволяли ему даже шевельнуться. Он просто лежал на своем партнере и позволял ему играться со своими губами. И больше всего он боялся сейчас того, что будет дальше, когда Минхо отстранится. Но стоило ему подумать об этом, как чужие губы аккуратно облизнули его собственные и исчезли, оставив после себя приятное тепло. Тэмин облизнул свои губы скорее неосознанно, но тут же смутился от своего глупого действия и, не посмотрев на Мина, опустил голову на его плечо. Тот хихикнул, похлопав младшего по спине как-то по-отцовски, мол, с кем не бывает, и приподнялся на локтях. Перевернув несопротивляющегося Тэ, чье тело сейчас напоминало марионетку, он удобно сел на холодном бетоне, вытянув ноги, и устроил на них младшего, уложив его на себя. Напарник все еще был напряжен и, по-видимому, не осознавал, что вообще сейчас происходит. Он робко повернул голову с сторону шеи Минхо, так и не решаясь посмотреть вверх. Ведь если взглянуть, значит встретиться с глазами Мина, а это самое страшное на данный момент. Но старший делал все, чтобы Тэмин сегодня как минимум слег с сердечным приступом. Взяв его за подбородок, Минхо вновь прильнул к этим пухлым розовым губам. Каждым действием хен пытался внушить своему донсену больше уверенности, сильнее обнимая его. Однако младший, словно скованный, лишь сжимался в его крепкий объятиях. Когда поцелуй прекратился, Тэ, уже не отводя взгляд (отчасти от того, что его по-прежнему держали за подбородок), полез рукой в карман худи, чтобы достать мобильник, но Мин быстро перехватил его хрупкое запястье и положил его худенькую ручку к себе на плечо. Тэмин, покраснев еще пуще, непонимающе уставился на него, на что Минхо одними губами прошептал: «Потом». Младший, слабо кивнув, обвил обеими руками шею хена и поудобнее расположился на нем. А Минхо, устроив свой подбородок на плече партнера, поглубже вдохнул его аромат и закрыл глаза. Он еще никогда не был настолько близок с кем-либо. И дело не только в поцелуях. Тут Мин не жаловался. Он был в этом деле мастер, если не профи. Пускай Тэмин не слышит, здесь даже наоборот, это оказалось куда уместнее. Зачем нужны глупые слова, которые могут оттолкнуть и даже ранить, а порой просто ввести в заблуждение, если можно вот так просто прижать к себе и никуда не отпускать? Слова сейчас только все испортят. А испортить такой момент не хотелось ни тому, ни другому.