Сакура

В ту ночь, при свете полной луны и лепестков дикой сакуры, я впервые увидела его.

      — Сакура, вставай! Вставай, кому говорят! Опоздаешь на поезд!       На полутораметровой кровати мирно спала девушка, не обращая внимания на доносившиеся крики и просьбы наконец проснуться. Её нежно-розовые волосы разметались по подушке, создавая на ней витиеватые узоры. Девушка спала свернувшись калачиком, тем самым напоминая маленького ребёнка. У неё был немного вздёрнутый носик, нисколько не портящий розоволосую, а придающий её образу долю озорства и некую изюминку. Светлая кожа, тонкие красивые черты лица и миниатюрная худенькая фигура, будто бы принадлежали хрупкой фарфоровой кукле, а не настоящему живому человеку. Густые длинные ресницы дрогнули и девушка распахнула глаза. Они были ярко-изумрудного цвета, завораживающие своей глубиной.       — Харуно Сакура! Ты ещё не встала?! — в комнату влетела женщина невысокого роста с короткими светлыми волосами. — Передумала ехать? — блондинка недовольно скрестила руки на груди. Женщина была обладательницей таких же прекрасных зелёных глаз, как и у девушки, разве что они были чуточку тусклее.       — Мам, ну, что ты так переживаешь? Я не опоздаю. — Сакура улыбнулась и поднялась с постели.       — Не перечь матери! Давай быстрее одевайся, тебе нужно ещё успеть позавтракать. — сказала блондинка, выходя из комнаты.       — Да-да. — Сакура вздохнула и подошла к своему уже полупустому шкафу.       Так непривычно… школа позади, а сегодня я уезжаю в Токио… Да, я и не надеялась, что подавая документы в самый престижный университет Японии, поступлю туда. Моим родителям не потянуть обучение по контракту, а в университет «Коноха» поступают либо дети богатых родителей, либо такие везунчики как я. Недаром же столько за учебниками в старшей школе просидела. — девушка усмехнулась и, достав из ящика нижнее бельё, синие узкие джинсы и обычную белую футболку, стала одеваться. Приведя себя в порядок и взяв заранее собранные чёрный рюкзак и небольшую кожаную сумку того же цвета, Сакура спустилась на первый этаж.       — О, а вот и моя ягодка, проснулась! — радостно воскликнул сидевший за столом мужчина с необычным цветом волос, как и у его дочери.       — Доброе утро, пап! — девушка лучезарно улыбнулась.       — Кизаши, ты слишком её избаловал! Какое утро?! 11 часов дня! — недовольно запричитала блондинка.       — Милая, ну, это же её последний день дома. Что в этом такого, если ребёнок встанет чуть позже, она же не неваляшка? — спросил мужчина и рассмеялся собственной шутке.       — Господи, папа, ну, когда ты перестанешь шутить? Это же вообще не смешно. — обреченно вздохнула розоволосая.       — Сакура? Ты что-то сказала? — господин Кизаши удивлённо посмотрел на дочь.       — Всё как обычно. — девушка плюхнулась за стол.       — Да ладно тебе, доча. Ну, несколько моих шуток тебе понравилось же?       — Ни одной, пап. — улыбнулась розоволосая.       — Мебуки, мой Сакурёночек меня обижает! — захныкал мужчина, жалуясь жене на дочь.       — И правильно делает! Я всё жду не дождусь, когда закончатся твои каламбуры! — хмыкнула блондинка. — Ешьте уже! А то завтрак остынет. — Съев яичницу с беконом и выпив зелёный чай, семья Харуно поспешно засобиралась в дорогу.       — Всё взяла? Ничего не забыла? — миссис Харуно обеспокоено оглядывала своё любимое и единственное дитя, провожая того в дальний путь, именуемый «взрослой жизнью». Сейчас, стоя на вокзале у входа в нужный вагон, семья прощалась на очень долгое время, на которое ни один из её членов никогда не расставался друг с другом.       — Мама, не беспокойся! Всё со мной будет хорошо. — улыбнулась Сакура.       — Как приедешь, обязательно позвони! И когда устроишься в квартире — тоже!       — Обязательно.       — Тебя же встретят там, дочка? — в беспокойстве за своё чадо Кизаши, пожалуй, немного отставал от своей супруги, являясь более разумным в этом вопросе и не забывая про самостоятельность и ответственность дочери.       — Да, конечно. Ино обещала меня встретить и помочь разобрать вещи.       — Ну, отлично! Теперь я чуточку спокойнее. — Кизаши и Мебуки крепко обняли своё любимое дитя, и, проводив его в купе, расстались до следующей встречи. Сакура глядела в окно и махала ладошками своим родителям, уже покинувшим поезд, который неспешно тронулся и поехал навстречу новой жизни.