Певчая птичка в каменной клетке

Спуск нам предстоял непростой. Во-первых, все мы невероятно устали. Пусть нам и выпала возможность немного отдохнуть в безопасности на вершине Каррока, но провизии у нас не было. Только остатки с вечернего пиршества - несколько зайцев, которые поймали для нас орлы. А вечером мало кто смог быстро уснуть, все еще переживая все напасти прошедших дней. Мне кажется, я даже видела занимающийся рассвет. Окружающие нас горы явно не были предназначены для пеших прогулок, и любой неверный шаг угрожал обернуться падением на острые, как лезвия, камни. И если гномы (кроме Торина) не выказывали никаких признаков тревоги, - они-то чувствовали себя уютно в каменном царстве, - то мы с Бильбо вынуждены были постоянно оглядываться, куда наступаем, чтобы, не дай Эру, не улететь вниз. Во-вторых, пусть Торин и остался жив, чему каждый в отряде был несказанно рад, но полученные раны все еще тревожили короля, и идти слишком быстро мы не могли. А когда Оин предлагал ему помощь, тот только отмахивался. Ох уж это гномье упрямство... А ведь, посиди мы немного на неприметной скале, пока лекарь обрабатывает раны Торина, потом пошли бы быстрее и нагнали потерянное время. Вступать в перепалку с Его Величеством никто не собирался, и даже Балин только укоризненно качал головой и продолжал спускаться вниз по каменной лестнице. Мы с Бильбо тоже предпочитали помалкивать. Пусть отношение к каждому из нас в отряде и изменилось, лишний раз нервировать Торина не хотелось. А еще очень сложно было оторвать глаз от окружающей нас красоты. Пока мы не спустились до уровня самых высоких деревьев, нас окружал невероятный простор. Еще на вершине Каррока я не могла оторвать глаз от открывшихся нам пейзажей. Поля и леса, кажется, реки и огромное озеро - все это простерлось перед нами, только руку протяни! И только ледяной горный воздух наполнял легкие, будто заново возрождая меня к жизни. Впереди возвышалась Одинокая гора. Гномы видели в ней родной дом, мне же она представилась этакой королевой всех окрестных земель. Интересно, какого это - жить внутри высокой горы? Если я не ошибаюсь, Эребор - это огромный город с несколькими уровнями, от подземелий до неизвестных высот. Есть ли там выход к самой вершине? Хотя вряд ли, ведь гномы не сильно-то любят высоту. Им все подавай глубокие темные пещеры, своды которых могут рухнуть им на головы в любой момент, но хранящие свои самые дорогие сокровища. Да, гномы упрямо идут глубже, это я уже успела понять за время нашего небольшого путешествия. И вот упрямство гномов меня сейчас очень смущало. Торин сказал, что я никуда не уйду, пока мы не собьем со своего следа орков, и такая забота теплом отдалась в моем сердце. Но как я могу оставаться в отряде, когда мой путь лежит в Лихолесье? И как сказать об этом гномам, которые терпеть не могут весь эльфийский род как раз именно из-за одного поступка местного эльфийского короля? Внутри все переворачивается от страха, что сделает Торин, когда правда ему откроется. Я так задумалась, что не заметила, куда ступаю, и попала на неустойчивый камень, тут же улетевший вниз под моим весом. Естественно, я бы полетела за ним, не схвати меня идущий сзади за шкирку. Грубо, но действенно - равновесие я восстановила и тут же прислонилась к отвесной стене, чтобы не видеть пропасти, куда могла только что улететь. Руки задрожали от страха. Тут же вспомнился переход через горы во время битвы великанов, и я вдруг представила, что и эта скала сейчас встанет и пойдет, сбросив нас в виде ненужного балласта. Ноги подкосились, и сил подняться я в себе не находила. Откуда только взялась эта слабость? – Эй, ты чего? – заботливое, но крепкое прикосновение к плечу немного отвлекло от тягостных мыслей и я рискнула поднять глаза на говорившего. Фили смотрел пытливо, ждал хоть какой-то реакции. – Ты, случаем, не ранена? – Я... Нет. Нет, все нормально! Просто оступилась, – пролепетала я, пряча взгляд. Он ведь не дурак, сам говорил, что у меня всегда все на лице написано. – Не волнуйся, скоро спуск закончится. Правда, нам еще придется немного по горам погулять, но там уже будет не так опасно, – ухмыльнулся гном и помог мне подняться. От его взгляда не укрылось, как я пошатнулась при этом, но принц ничего не сказал. Хотелось бы мне и видом своим дать понять, что все в порядке, но пережитые опасности и почти бессонная ночь давали о себе знать. Веки закрывались от усталости, а в голове метались тысячи мыслей одна страшнее другой. – Не думаю, что найдется хоть одно местечко, где нам не будет кто-нибудь или что-нибудь угрожать, – сил хватило только на легко бурчание, но Фили услышал. – Эй, не отчаивайся раньше времени! – вот уж точно лучшая поддержка в моей жизни! Я только иронично фыркнула. Конечно, раньше времени расстраиваться нет смысла, ведь потом Торин узнает, куда на самом деле лежит мой путь, и вот тогда я уже точно могу бояться и отчаиваться! – Да, нам пришлось нелегко, но ведь все живы! Бильбо выбрался из пещер следом за нами, да и пусть ранен, но жив. Нет припасов... Ну, ничего, и из этого выкрутимся как-нибудь! Что на это ответит, я не нашла, да и за разговором отстали мы заметно, так что впереди нас уже ждал недовольный Торин. Внизу все смогли выдохнуть с облегчением и с разрешения Торина упали прямо на том месте, где и стояли. Я тоже повалилась на траву, и в тот момент, при всей моей любви к высоте и горам, я не могла нарадоваться твердой земле под ногами. Все-таки тяжелая лестница заняла у нас почти весь день, и теперь ноги гудели от долгого напряжения. Мне вообще казалось, что я больше никогда не смогу ходить по лестницам. И ведь это был только спуск! Я посмотрела наверх, откуда все только что сошли. И кому только могло понадобиться забираться так высоко, да еще и лестницу выдалбливать в камне? Кажется, даже гномы не в состоянии преодолеть такой путь без отдыха, судя по уставшим вздохам и стонам. Тут небо для меня закрыла нависшая надо мной фигура. – Как ты себя чувствуешь, Кира? – деловито поинтересовался Дори. – Не понимаю, о чем вы, мистер Дори, – а нельзя было найти другого времени поговорить? Поверить не могу: пока отряд погружается в сладкий сон, один надоедливый гном вдруг решил узнать о моем самочувствии! И пусть мне будет потом очень стыдно, сейчас очень сложно сдержать рвущееся наружу раздражение. Я ведь тоже устала и хочу отдохнуть! – Я о твоей простуде, – а он все так же заботлив, чем еще больше меня злит. Ну, почему нельзя оставить меня в покое хотя бы на пару часов? Гном только усмехнулся и, наклонившись, прикоснулся ладонью к моему лбу. Я приподнялась, опираясь на локти, и попыталась испепелить его взглядом. – Со всеми этими напастями ты и думать забыла о своей простуде, да? Отлично, значит, травы тебе помогли. Но я бы советовал пока не лезть в холодную воду и не сидеть на сквозняке, чтобы снова температура не подскочила, – Дори вдруг нахмурился, будто какая-то мысль заставила его сильно обеспокоиться, и молча обернулся, выискивая кого-то на поляне. Видимо, поиск результатов не дал, но былого энтузиазма я у него больше не наблюдала. – И тебе бы не спать на холодной земле, – пробормотал он скорее для галочки, чем для пользы. – К сожалению, – я скинула его ладонь со лба и постаралась вложить в голос как можно больше яду, – спать мне больше не на чем, потому что моя сумка со всеми вещами потерялась в гоблинских пещерах. Но Вам же это должно быть известно, ведь Вы тоже что-то там потеряли! Поэтому, с Вашего позволения, я бы хотела уже утроиться на этом очень холодном камне и немного отдохнуть! С камнем я, конечно, переборщила: спать на нем будет крайне неудобно, только если подложить что-то. Дори, кажется, даже не заметил моей грубости. Он продолжал хмуриться, еще и начал бормотать что-то на незнакомом мне языке, уходя на другой конец нашей полянки. Облегченно выдохнув, я повернулась и на бок и уже хотела забыться желанным сном, как вдруг заметила Торина. В сопровождении Балина и Оина, держась за раненое плечо, он скрылся за валунами. К трем гномам поспешил присоединиться и Дори, который чуть ли не бегом нагонял товарищей. Чтобы не думать ни о чем, я отвернулась и закрыла глаза, подложив ладони под щеку. Неподалеку уже храпели братья-принцы. Глоин прикорнул, но видно было, как он борется со сном - не иначе, брата дожидается. Бифур и Бофур легли по разные стороны от Бомбура, используя его как подушку. Спали Бильбо, Ори и Нори. Дремал, удерживая в руке топор, Двалин. Гэндальф и вовсе заснул с дымящейся трубкой во рту. Вот и мне уже пора! А то ведь Торин не всегда будет таким добрым и скоро уже поднимет отряд дальше в путь. Сон не шел. То какой камешек вопьется в бок, то ворона закаркает, то жук поползет по руке. Самые разные мысли тоже не давали успокоиться. Что-то не на шутку взволновало Дори, и это точно было не мое поведение. Хотя в запале я наговорила немало, это точно. Потом обязательно извинюсь перед ним! Дори прошмыгнул за Торином и компанией. Скорее всего, Балин и Оин убедили короля обработать раны, однако Оин вполне способен справиться с этой задачей и без помощи Дори! Да и не звали они его. Неужели это как-то связано с моей простудой? Температуру мне сбили перед битвой великанов, но оставались другие симптомы - насморк и слабость. В пещерах я о них и вовсе позабыла. А потом еще нападение Азога... После таких нервных потрясений болезнь должна была возобладать с новой силой... Ну, нет, не мог Дори из-за меня потревожить своего короля! Не такая уж я важная персона, не тот повод! Легла на спину и шумно выдохнула: я устала так, что, кажется, готова сто лет проспать! А из любопытства не могу места себе найти. Пришлось встать и пойти за гномами. Уверена, что потом пожалею об этом. Я притаилась в кустах, отделяющих нашу полянку от места, где разместились Торин со стариками. Отсюда открывался чудесный вид! И, надеюсь, будет все отлично слышно. В центре сидел Торин, рядом, прислонившись к скале, устроился Балин, а около короля хлопотал Оин. Дори примостился тут же, но понуро молчал. Дубощит снял с себя верхнюю одежду и сидел в одних штанах. Одежда, среди которой я разглядела блеск кольчуги, лежала рядом. Я ждала... чего-то. Сама не знаю, что именно привело меня сюда, но внутренний голос велел не уходить. Я привыкла свое внутреннее "Я" слушать. Оин наклонился к сумке, которую он только чудом сохранил при себе, и открывшийся вид заставил охнуть от ужаса: грудь и плечо Торина пересекала цепь кровоподтеков – очень похоже на след от зубов хищника, варга. Гном поводил плечом, но морщился при каждом легком движении. Все тело гнома, сколько я могла увидеть, испещряли тонкие линии заживших рубцов и шрамов, кое-где кровоточили новые ранки. Не обошлось и без синяков, полученных после наших последних приключений, и один такой расцветал на правом богу Его величества. – Не шевелись! – недовольно велел раненому Оин. – Хвала Махалу, на тебе была кольчуга, – ага, значит, мне не показалось, – иначе остался бы без руки, – жестом фокусника старый гном выудил из своих закромов чистую ткань и, предварительно вылив на нее какую-то жидкость из склянки, приложил к ранам. Торин поморщился, но не отпрянул, что стоило ему, похоже, немалых усилий. – Это ж надо было, пойти дальше, не обработав раны, – ворчал он, и на лице Балина я заметила тонкую улыбку. Да, думаю, не каждый гном даже в нашем отряде решится отчитывать Торина. – Герой, чуть в чертоги Махала не отправился. Что дед, что отец, и этот туда же... Одной кузницы топоры. Интересное сравнение. – Не знаю, почему ты так переживаешь, Дори, – заговорил Торин, не обращая внимания на ворчание старого лекаря. Будто в отместку Оин слишком сильно нажал на рану, от чего Торин удивленно охнул. Старый гном сделал вид, что не заметил возмущенного взгляда своего короля и продолжил свое дело. – Если болезнь отступила, мы можем спокойно продолжить свой путь. Азог не отступится, скоро мы о нем услышим, и у нас не будет времени на лечение человека. – Но Торин! Некоторое время я помогал людям в одном селении бороться с похожей хворью. И вот, что я вам скажу, господа: никто и никогда не излечивался за пару дней, да еще и находясь не в постели! – упрямо возражал королю Дори. – Я ожидал возобновления болезни, ухудшения ее состояния - чего угодно! Не иначе, тут замешано какое-то колдовство, – припечатал гном и сложил руки на груди. Я заметила, как переглянулись Торин с Балином. – Наша маленькая Кира, – вступил в разговор Балин, и в его голосе при произношении моего имени я услышала как неприкрытую нежность, так и осторожность, – жила с эльфами, и мы не знаем, как долго. Она не только делила с ними кров, но и училась. Мне показалось, что Владыка Элронд очень трепетно относится к девочке. Возможно, это эльфийские чары, и твоя тревога, друг мой, напрасна. – А если нет? Азог... – Дори запнулся, назвав нашего главного врага, кинул быстрый взгляд на Торина, но король никак не отреагировал, и гном продолжил: – Азог ведь не собирался ее убивать. Мерзкий орг хотел забрать девчонку, и думается мне, неспроста! Эльфийское колдовство не влечет орков, как пчел – на мед... – Все поступки Азога продиктованы исключительно непомерной жаждой крови, – жестко оборвал своего товарища Торин, и Дори послушно замолчал. В этот момент Оин сообщил, что закончил, и Торин, благодарно ему кивнув, начал одеваться. Старый лекарь ничего не слышал и, посчитав свою задачу выполненной, удалился, стороной обойдя мои кустики. – Как бы то ни было, я не отпущу Киру, пока мы не найдем безопасное место, где сможем пополнить наши запасы и нормально отдохнуть. Мы все заметили, что Азогу нужна не только моя голова, но и ее жизнь. Мы сможем себя защитить, а вот на счет нее я сомневаюсь. Какая забота. Как ни крути, приятно слышать, что твоя жизнь нужна не только тебе. Особенно тепло на душе стало от осознания, что именно Торин не бросает меня в беде. И какой же мерзкой я себе показалась в тот момент, ведь я подло вру ему, скрывая конечный пункт своего путешествия. Поразительно, меня он не отпускает, а Бильбо чуть не бросил в гоблинских пещерах! Какой непостоянный гном. – Как скажешь, Торин, – вздохнул Дори, поднялся со своего места и направился прямо в мою сторону. Я затихла и нагнулась так низко, что почти легла на землю. Он же меня заметит! И как я объясню Торину свое присутствие? Мысленно я молила Эру, чтобы гном меня не заметил, но тут же готовилась к самому худшему исходу: сейчас мня найдут, Торин будет в ярости, что я подслушиваю, и... Не видать мне защиты, как своих ушей. – Эру, только бы не увидел, только бы увидел, только бы... – шептала я, когда гном подошел совсем близко. Дори отогнул ветки, что-то недовольно бормоча себе под нос. Он шел совсем близко - буквально опустить глаза - и вот она я! Дори ступает на корни бедного растения... И не замечает меня. Чуть не наступил мне на руку, меня чуть не хватил инфаркт, я чуть не выдала себя громким дыханием и готовностью начать объясняться, а гном не заметил! Быть того не может. И кажется, сейчас меня выдаст тяжелое дыхание, будто я перед этим пробежала марфон, да громкий стук сердца. Пропустив Дори, я вернулась к подслушиванию Торина и Балина, которые только и ждали, когда останутся одни. И да, они тоже меня не видят и не слышат. Великий Эру, как я тебя люблю! – А ты, похоже, очень проникся к этой девочке, – не без удовольствия заметил Балин. – С чего бы это? Ты знаешь, я не собирался брать ее с собой. Не присматривай мы за ней и хоббитом, двигались бы гораздо быстрее. Если в Бильбо я явно заблуждался, и он может быть полезен, то ей в отряде не место. Однако... – тут он замолчал, а я затаила дыхание, ожидая продолжения. Это после краткой-то характеристики моей бесполезности? – Участи, уготовленной ей Азогом, и злейшему врагу не пожелаешь, если это не дракон. Как только появится возможность, наши пути разойдутся, – холодно заметил Торин. – Хм... Азог сказал... – Гэндальф тоже его слышал, вот пусть волшебник и разбирается! Моя задача - сохранить доверившихся мне гномов и освободить Эребор. Сразу две новости повергли меня в глубокий шок. Они идут в Эребор - убивать дракона! Странно, и снова у меня ощущение, будто я всегда это знала, но забыла... Но это потом. Бледный орк оказался болтлив и что-то брякнул-таки на том обрыве. Вот бы понять, с чем именно дожен разбираться Гэндальф. – Как скажешь, Торин, – без каких-либо колебаний отступился старый гном и тут же поспешил сменить тему: – Мы сошли с гор не там, где планировали. Припасов у нас никаких не осталось, а путь предстоит нелегкий. Меня радует оптимизм Бильбо, который считает, что самое страшное позади, но ты ведь знаешь, куда лежит наш путь сейчас? – Торин ничего не сказал, только угрюмо кивнул, смотря перед собой. – Лихолесье и в былые времена не было дружелюбным местом, а уж теперь... – Я так и прильнула ближе к ним, рискуя вылезти из своего укрытия. Они тоже пойдут через Лихолесье? Ох, непросто это будет, ведь Торин именно Трандуила Торин терпеть не может. – Мы найдем способ, даю тебе слово. На этой ноте я решила, что пора и честь знать, и медленно, стараясь не производить шума, поползла обратно в лагерь. Слава Эру, гномы ничего не заметили. Только волшебник молча смотрел, как я выхожу из кустов и возвращаюсь на свое место, и дымил трубкой. Мне захотелось подойти к нему и получить ответы на все вопросы, что роем крутились в моей голове, но взглянув на него, передумала и легла на свое место. К счастью, заснула я тут же, пусть и с нерадостными мыслями.