Певчая птичка в каменной клетке

Это был один из тех длинных февральских вечеров, когда утро наступает раньше, но вечера и ночи все также темны; когда вой ветра напоминает песнь голодного зверя, а мороз давит к земле, будто стремиться подчинить, сломить волю. А может быть, эта история началась тем самым утром, наполненным первыми розовыми лучами солнца, окрашивающими небосвод в приятный лиловый оттенок? Или днем, наполненным суматохой, приятными и не очень делами, трудностями и успехами? Сейчас уже трудно сказать наверняка. Прошло много лет, а я только сейчас набралась смелости подвести жирную черту и сказать прямо: история подошла к своему логичному завершению, в котором добро восторжествовало, а зло получило по заслугам. Попутно были разрушены судьбы, живые отправились к праотцам, а одно девичье сердце оказалось разбито в дребезги. Когда лес рубят, щепки летят. Не знаю, можно ли назвать мой рассказ совершенным или точным. Весна сменяла зиму, за летом следовала осень, а дорогие сердцу образы не оставляли, мучая в темных, как подземелья Эребора, кошмарах. Десять лет я не давала себе покоя, но пришло время все закончить. Когда будет поставлена последняя точка, я сожгу тетрадь, навсегда выдирая путешествие из разбитой на множество осколков души, чтобы свободно жить дальше и не ждать никаких чудес. Пусть бумага впитает лучи чужого солнца; пусть вберет влагу проливных дождей и гроз, обволакивающих скалистые вершины гор. Заберет обжигающий жар драконьего пламени и ярость орочьих ятаганов. Это был один из тех длинных февральских вечеров…