Сердцебиение

Сквозь непроглядную темноту прорезалась робкая полоса жёлтого света. Тишину нарушило шарканье по полу. В комнату ввалились две фигуры, после чего дверь закрылась и помещением снова овладела чернота. Удивительно (и очень удачно!), что Лиза не заметила подростков, хлопающих дверьми и громко ступающих по квартире. А, возможно, она уже привыкла, и, может быть, даже перестала каждый раз плакать в подушку, когда её сын приходил в хламину. От обоих парней разил не слабый запах алкоголя. Путь до дома был нелёгким для пьяных подростков, но ещё более сложным оказалось идти по комнате Ларри. Ноги постоянно цеплялись за валяющийся хлам. Пару раз парни пнули несколько банок, весело бренькнувших друг о друга. Затем кто-то столкнул мольберт, неосторожно толкнув его плечом. Грохот стоял до неприличия шумный, тогда как парням так хотелось соблюсти тишину. Пытаясь как-то спасти ситуацию, они то и дело шикали друг на друга, от чего она становилась только хуже. Наконец, начинающие алкоголики дошли-таки до кровати. Сал, тряхнув своими голубыми хвостиками, скинул Ларри со своего плеча. Металлист с глухим стуком влетел лбом в стену, что-то буркнув, но не похоже, чтобы это его хоть как-то отрезвило. В глазах у парня вспышками заплясали звёзды. - Мягко же ты меня уложил, - Пробормотал Ларри, пытаясь найти расфокусированным взглядом друга. Язык его совершенно не слушался, петляя и закручиваясь так, что было сложно говорить. Салли подумал, что вид у него сейчас крайне глупый. Фишер пропустил мимо ушей высказывание Ларри, пластом падая на него сверху. Ноги уже не держали хозяина. Да, протащить такую тушу от тусовки до дома было крайне сложно, особенно такому хрупкому мальчишке, как Салли. Но всё же, он смог, и это было его новое достижение. Выпитая доза алкоголя ему помогла или ещё что, он не знал. Всё-таки Сал был не таким сильным для парня его возраста, пусть он и не признавал этого. А вот алкоголя он пил намного меньше, чем Ларри, видя состояние друга. Он, напившись первым, заводил толпу, театрально кривляясь и криво дёргая струны на чужой гитаре (свою Сал убедил его оставить дома во избежании потерь). Именно тогда, когда Ларри участил бегать за угол, прикрывая ладонью рот, Салли понял, что сам он до дома не дойдёт, поэтому так любезно подставил своё плечо. Ещё с минуту они лежали в потёмках в тишине, слушая лишь сопение друг друга. В комнате пахло невыветренным дымом сигарет, и, казалось, этот запах полностью заполняет их разум, застилая туманом все прочие мысли. Сал лежал сверху, уткнувшись протезом в грудь друга, чувствуя такт его дыхания. Своим животом сквозь худи он чувствовал, как выпирают рёбра Ларри. Так хотелось поджать под себя руки, чтобы прощупать их рельеф, но было тяжело даже пальцем пошевелить. Какая-то расслабленность овладевала Фишером, от чего хотелось поскорее заснуть, но единственная здравая мысль так и кричала, что потом будет довольно неловко объяснять эту ситуацию, когда мать Ларри найдёт их уснувшими в обнимку. Ларри лежал на спине, не шевелясь до того момента, пока Сал не потёрся щекой (пусть и скрытой плотным материалом маски) о его грудь. Руки как-то сами собой поднялись и не очень плавно упали на его спину. - Ларри, - тихо позвал друга голубоволосый. – Я чувствую биение твоего сердца. Тук-тук. - Клёво, значит я всё ещё жив, - отвечает ему тот, проводя ладонью выше по позвоночнику, чувствуя длинными пальцами бугорки позвонков. Тук-тук. Тук-тук. - Оно ускорилось. Ларри молчит. Его рука всё так же движется дальше, доходя до шеи, слегка задерживаясь на ней, поглаживая. Глаза закрыты, поэтому металлист не видит, как пара небесных глаз внимательно смотрит на него, изучая. Не видит, но чувствует. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. - Всё быстрее. Одно мгновение, и пальцы щёлкают застёжками на затылке. Маска спадает с Салли, падая на лицо Джонсона. Глаза Сала округляются от удивления. Ему были непонятны действия друга. - Я примерю, - заявил металлист и с нахальной улыбкой приставил к своему лицу протез. Длинный нос с горбинкой еле влазил в маску, сделанную специально под миниатюрный носик Салли. Они смотрели друг на друга какое-то время. Глаза в глаза. Затем Ларри стал с неподдельным интересом изучать лицо Салли, от чего тот смутился и опустил взгляд в сторону. Но его подбородка тут же коснулись ловкие пальцы, поднимая голову парня чуть вверх, затем переходя на шероховатую щеку, поглаживая. Парни потянулись друг к другу. Рука Ларри, что держала маску, упала, вторая же вплелась между лазурных прядей хвостика. Их губы соприкоснулись, но тут же отстранились друг от друга, словно боясь обжечься. Сердца быстро-быстро колотилось у них в груди, подстраиваясь в такт друг другу. Поцелуй был короткий, но и этого хватило, чтобы насладится близостью. В груди было так тепло. Сал не знал, выпитая доза алкоголя ему помогла или ещё что. Он просто улыбнулся, и многочисленные шрамы на лице стали менее уродливы, а на щеках возникли милые ямочки. - Ты потрясен, Сал, - В сердцах воскликнул Ларри, притягивая к себе голубоволосого. И на этот раз язык не путался, а слова прозвучали так нежно. Парни лежали в потёмках в тишине, крепко обнимая и слушая дыхание и учащённое сердцебиение друг друга, пока не уснули. Возможно, они не вспомнят об этом утром, вопросительно уставившись друг на друга, а после посмеются и, толкая друг друга в бок, пойдут завтракать, но всё же приятная тяжесть останется на сердцах, бьющихся в такт.