Пусть тает лёд

Прошла неделя с тех пор, как фигуристы приехали в Японию. До первого старта осталась всего неделя, а в Хасецу, ребята проведут и то меньше — всего три дня. После россиянам нужно быть в Токио, чтобы успеть опробовать лед. Придя после тренировки, Марго собиралась подняться к себе в комнату, но девушка заметила две мужские фигуры в гостиной. На диване сидел Виктор и, кажется, плакал, а рядом с ним сидел Юри, который пытался его успокоить. Из-за всей этой картины, фигуристка не заметила Плисецкого, который стоял неподалеку, скрестив руки на груди. По его недовольной мине, можно было сказать, что тому совершенно не нравится, что здесь происходит. — Что у вас случилось? — удивленно спросила светловолосая, подходя ближе к парням. Ржевская вопросительно взглянула на Юру, но зеленоглазый не успел ничего ответить, как его прервал Кацуки. — Марго, какого цвета волосы Виктора? — с надеждой в глазах, спросил брюнет. Ржевская еще больше перестала понимать, что вообще происходит. Ее шокированный взгляд бросался то на Юру, то на Кацуки, но не найдя ответа в их глазах, она решила ответить. — Пепельный? — девушка ответила неуверенно и немного тихо, с опаской глядя на парней. — Это платина! — крикнул Никифоров, резко повернувшись в сторону фигуристки. Кажется, что он заплакал еще больше. По комнате раздался громкий смех Плисецкого, который облокотился об свои колени, не в силах просто стоять на месте. — Да, что случилось? — девушка начинала злиться. Юри посмотрел на нее сожалеющим взглядом, пока Юра успокаивался от приступа смеха. — Ох, — кряхтел Плисецкий, держась за живот. — Сначала, Кацуки спросил меня об этом, а я ответил неправильно. После чего, он начал плакать. Мы ждали кого-нибудь, чтобы разрешить небольшой спор о том, что разницы между серым и платиной — нет, — договорил парень. — Есть же разные оттенки цветов, поэтому и ты особо не прав, — заключила Марго, пожав плечами в сторону Юры. — Так что, Виктор, — голубоглазая перевела взгляд на мужчину. — Перестань рыдать, а ты, Юра, — нахмурилась Ржевская. — Хватит злорадствовать. — Ты самый разумный человек в этой компании, Марго, — за спиной послышался голос Якова. Мужчина подошел к ученице, положив руку на ее плече. — Что у вас происходит? — он обратился к парням в гостиной. — Можно мне уйти в свою комнату? Да? Спасибо, — у девушки состоялся короткий диалог с самой собой, а после, она убежала наверх, под немного удивленные взгляды. Закрывая за собой дверь, Марго облокотившись лбом об деревянную поверхность, тяжело вздохнула. Прикрыв глаза, фигуристка сняла резинку с волос, позволяя им упасть легкими светлыми волнами на плечи. Рюкзак приземлился на свое почетное место в углу комнаты вместе с олимпийкой. Встав в середине комнаты, девушка запустила пальцы в волосы, сжимая корни. Глаза закрыты, а голова чуть опущена. В таком положении, Ржевская наслаждалась тишиной. Иногда этого очень не хватает. «Устала…» Волнение нарастает перед наступающими соревнованиями, что не дает спокойно тренироваться. Кажется, что что-то делается неправильно, не идеально. А нужно ведь на первом взрослом старте показать программу во всей красе, со всеми элементами и эмоциями. Пресса, фанаты, все уже в предвкушении увидеть Маргариту Ржевскую на первом взрослом льду. Комментарий в социальных сетях все больше. Кто-то поддерживает, кто-то желает провала, но ничто не выводит девушку на чувства. Переодевшись в домашнюю одежду, в которой удобно и не стыдно ходить, голубоглазая лежала на своей кровати, закрыв глаза. Сейчас около шести часов вечера, а в сон клонит будто уже ночь. Но до конца Марго не засыпала, она прокручивала в своей голове совершенно разные моменты этого дня. Не было совсем ничего интересного. Тренировки, обед и еще тренировки. По-хорошему, сейчас надо бы поужинать, но этого совсем не хочется. А как же тот момент в гостиной? Его фигуристка вспомнила только в самом конце. Слезы Виктора, что совсем озадачили молодую девушку, тот умоляющий взгляд Юри, который светловолосая совсем не поняла. Она вот-вот должна уйти в царство Гипноса, но в голове раздается звонкий смех. Еще одно воспоминание. Это Юра, смеющийся все в той же гостиной. Смех побрал его настолько, что тот даже не смог стоять ровно. Уже не было ни сил, ни желания двигаться, но, кажется, мысленно, светловолосая мягко улыбнулась. И фигуристка заснула под широкую улыбку Плисецкого.

***

Но видимо, Марго не суждено проспать до самого утра. Шел третий час ночи, а Ржевская не спит. Пролистав в интернете все, что возможно, девушка захотела выпить кофе. Со вздохом встав с кровати, она натянула на ноги носки. Нужно было быть довольно тихой, так как все уже уснули. Преодолев лестницу, голубоглазая оказалась на кухне. Во всем доме царил полный мрак, что немного усложняло задачу по передвижению тихо. Но как только Марго подошла к выключателю, кухня озарилась теплым, немного тусклым, светом. Вот и настало время, когда приходится включать чайник, который скорее всего разбудит всех, как минимум, на втором этаже. Затаив дыхание, Ржевская ждала, когда закипит вода. Через некоторое время на столешнице стояла полная кружка кофе. Все такой же горький, какое любит девушка. Она сделала первый глоток горячего напитка. Но за спиной раздался тихий, чуть хриплый голос. — Что ты делаешь? — Марго вздрогнула, резко оборачиваясь. Светловолосая положила руку на сердце, широко раскрыв свои голубые глаза от испуга. Недалеко от нее стоял Плисецкий, сонно потирающий свое лицо, чтобы чуть проснуться. — Юра, — раздраженно сказала девушка, нахмурившись. — Ты испугал меня. — Я не специально, прости, — парень взглянул на нее немного обеспокоенно. Фигурист стал подходить ближе к голубоглазой, которая отвернувшись, тяжело вздохнула. — Так, что ты делаешь? — Очень кофе захотелось, — фигуристка отпила немного темной жидкости. — В три ночи? — усмехнулся Юра. — Не уснешь же потом. — Я выспалась уже, — девушка чуть улыбнулась. — Очень рано легла. — Да, я тоже, — вздохнул Плисецкий. — Пожалуй, тоже сделаю. — Там еще есть горячая вода, — парень кивнул на реплику Марго и встал со стула. Залив черный порошок кипятком, Юра вернулся на свое место рядом с девушкой. Пока светловолосый делал себе кофе, фигуристка неотрывно следила за парнем со спины. Замечала все его движения руками, она заметила насколько у него длинные пальцы и большие ладони, увидела его выпирающие вены на предплечьях. Растрепанные волосы после сна, придавали Юре тот самый домашний уют. В простых шортах и футболке, с растрепанными светлыми локонами, он не был похож на обычного Плисецкого. Обычный Юрий — это немного грубый и вечно раздраженный фигурист, а сейчас кажется, что этот парень и мухи не обидит. — О чем думаешь? — спросил Плисецкий, заметив задумчивый взгляд девушки. — Может прогуляемся? — сказала Марго, с надеждой посмотрев на Юру. Тот усмехнулся, делая глоток горького напитка. Некоторое время он молчал, видимо обдумывая предложение. — Ну, пойдем, — все-таки зеленоглазый согласился, улыбаясь одним уголком рта. А вот девушка была совершенно довольна тем, что этот парень пойдет вместе с ней. Поэтому на ее лице расплылась широкая улыбка, которую голубоглазая безуспешно попыталась спрятать, но не удалось. Юра заметил. Они допивали свой кофе еще около десяти минут в тишине. Но это не была давящая тишина. Они пили в более быстром темпе, чтобы поскорей оказаться на ночных улицах Хасецу. Первым справился Юра, который поставил свою кружку в раковину, но он остался ждать Марго. Совсем скоро двое фигуристов шли наверх, чтобы переодеться. В своих комнатах каждый нашел более теплую одежду. На улице осень, так еще и ночь, поэтому там намного холоднее, чем кажется. Натянув на себя черные джинсы, легкий темно-синий свитер и черную кожаную куртку, девушка была готова. Телефон остался в комнате, чтобы не мешать и идти налегке. Выйдя из спальни, Марго наткнулась на Юру, стоящего перед дверью. Парень облокотился об перила и ждал фигуристку в таких же черных джинсах и черной толстовке. — Пойдем, — прошептал Плисецкий, чтобы никто кроме голубоглазой его не услышал. Молодые люди бесшумно спустились на первый этаж, взяв в руки свою обувь, они вышли на улицу, где и надели кроссовки, чтобы не шуметь в доме. Блондины медленно шагали по могильно тихой улице, вдыхая полной грудью свежесть осенней ночи. Взгляд Марго и был направлен в сторону склона, откуда открывался вид на спящий город, усыпанный редкими огнями фонарей. Они не дают городу полностью опуститься во мрак, местами освещая улицы. Звезд — нет, но темное небо украшает молочная луна, периодически уходящая в темные облака. Ночь все больше властвует над землей, не давая места дню. Зима все ближе. Любимое время года Ржевской наступит совсем скоро, но в Питере насладиться этой погодой не получится. На Новый год, Марго всегда уезжает в Казань к родителям, чтобы всем вместе отметить праздник. Но в свой родной город, девушка приезжает не только из-за родителей. Зима в этом городе настоящая. Повсюду снег, низкая температура, а набережные украшены новогодними украшениями. К великому сожалению, там она остается всего дней на пять. Потом приходится возвращаться, в не менее прекрасный Санкт-Петербург. Тренировки никто не отменял. Она же все-таки фигуристка. Идя по тротуару, светловолосая думала о своих родителях, которых совсем давно не видела. Она созванивается с ними, но увидеть их никак не получается. Мать голубоглазой сказала, что очень хочет увидеть свою дочь в финале. Она также сказала, что если Марго пройдет, то возможно они и приедут, но это совсем не факт. » — Я буду стараться, мамочка, — усмехнулась фигуристка. — Я хочу, чтобы вы увидели меня на пьедестале. — Ничего страшного, если не увидим. Я знаю, как ты стараешься, и нам понятно, что с тобой может случиться всякое, — говорила мама. — Мы тебя все равно любим.» Светловолосая вздохнула, вспоминая недавний разговор с родителями. «Ничего не случится… Я возьму золото.» — Все хорошо? — спросил Юра, поворачивая голову в сторону девушки. Этот тяжелый вздох показался ему странным. — Да, все нормально, — легко улыбнулась Марго, заглядывая в глаза парню. Они продолжили идти дальше. Вскоре, Ржевская увидела вдалеке парк, огороженный черным забором. Ворота были открыты, показывая довольно широкую тропинку, освещенную фонарями. По бокам стояли скамейки, на которых сейчас никого не было. Молодые люди безоговорочно решили пойти туда. Парень, засунув руки в карманы, оглядывался по сторонам, пытаясь увидеть меж деревьев хоть что-то, но видел он лишь тьму. — Здесь немного пугающе, — нахмурившись, сказала девушка. Она также рассматривала деревья, что окружали ее. — Даже как-то загадочно. — Больше пугающе, чем загадочно, — усмехнулся Плисецкий. — Но мне здесь нравится. Фигуристы продолжили идти по дорожке, ведущей вглубь парка. Но в один момент, Марго остановилась, вскрикнув: — Смотри, — указательный палец устремился вперед, указывая на что-то. — Детская площадка. Там наверняка есть качели, — девушка улыбнулась, поворачиваясь лицом к Юре, который сейчас был немного удивлен. На него смотрел ребенок с широчайшей улыбкой. Девушка убежала на ту площадку, оставив парня одного стоять посреди дороги. «Сколько еще раз я буду впадать в ступор при виде ее улыбки?» Усмехнувшись, Юрий ускорил шаг, следуя за Ржевской. Та уже весело раскачивалась на качелях, приковав взгляд к Плисецкому, который был все ближе и ближе. — Юра, раскачай меня, пожалуйста, — широко улыбнувшись, попросила Марго. — Ты еще такой ребенок, — усмехнулся светловолосый, подходя к девушке со спины. Парень подхватил дощечку, на которой сидела фигуристка. — Держись крепче.

***

Эта ночь не забудется ни Юре, ни Марго. Молодые люди вернулись домой за полчаса до того момента, как проснется Яков и Лилия. До их собственного звонка будильника оставался всего час. Это время Марго решила потратить на сон, а вот парень совсем не мог уснуть. Ему хотелось, но эмоции, от проведенной ночи, лились через край. Как бы он не старался, но скрыть улыбку он не мог. За завтраком, как обычно, должно было быть тихо, но сегодня такого не было. Светловолосые переглядывались и бросали тихие смешки, вспоминая все шутки прошлой ночи. — Да, что с вами такое? — не выдержал Яков, бросая хмурый взгляд на пару фигуристов. — Ничего, ничего, — пытаясь скрыть глупую улыбку, говорила Марго. — Все хорошо. — Я вижу, что у вас с Плисецким все хорошо, но вы мешаете завтракать, — еще больше нахмурился тренер. — Ешьте молча. Конечно это не остановило молодых людей, но замечаний уже никто не делал.

***

Закончилась вторая ледовая тренировка, после которой фигуристы должны отправиться домой, но не всем суждено отдохнуть на час больше. У Марго и Юры был десятиминутный перерыв, который они проводят в раздевалках. После им нужно отрабатывать парную программу. Юра решил пойти ко льду чуть раньше, но в коридоре ему суждено было пересечься с Виктором. — Привет, Юрио, — широко улыбнулся Никифоров. — Как у тебя дела? — Все нормально, — нахмурился парень. — Как программы? — Полностью готовы, — утвердительно кивнул Юра. — Парная тоже? — подозрительно спросил Никифоров. — И она тоже, — сомневаясь ответил Плисецкий. Парня немного насторожил вопрос Виктора. — А чего ты спрашиваешь? — Очень хочу увидеть ее, — мягко улыбнулся мужчина. — Ты сейчас на тренировку? — Как видишь, — светловолосый указал рукой на коньки на его ногах. — Ты какой-то странный, — нахмурился парень. — Можно я пойду? — Да, конечно, — задумчиво ответил Никифоров, уставившись в пол. «Что с ним?» Не успел Юра отойти хоть на несколько шагов, как его снова окликнул голубоглазый: — Подожди, — обернувшись, на зеленоглазого смотрел нахмурившийся Виктор. — Я все никак не могу у тебя спросить кое-что. — Спрашивай давай, у меня скоро тренировка начнется, — Юра начинал раздражаться. Парень хмуро уставился на мужчину стоящего перед ним, ожидая вопроса. — Почему ты ей ничего не скажешь? — скрестив руки на груди, серьезно спросил Никифоров. Этот вопрос озадачил Плисецкого, который вопросительно вскинул брови. — Кому и что мне нужно сказать? — совершенно не понимал светловолосый. — Не говори загадками, у меня нет на это времени. — Почему ты не признаешься Марго, что она тебе нравится, — прямо выпалил мужчина, окончательно ошарашив молодого фигуриста. Предугадав реакцию парня, Виктор продолжил. — И не отрицай, что я говорю правду. Мне уже за тридцать, и я знаю, что такое любовь. Я знаю, как выглядят влюбленные. В пустом коридоре раздался смешок. Тихая, еле слышимая собеседнику усмешка. Молодой светловолосый парень, обреченно усмехнулся, понимая, что Виктор и правда знает больше. — С каких пор ты в купидоны подался? — но Юрий не будет отступать, отвечая небольшой агрессией. — Я серьезно, Юр, — вздохнул Никифоров. — Я понимаю, что ты у нас гордый парень, но почему бы тебе не попробовать? Ты когда-нибудь встречал таких, как она? — мужчина заглянул прямо в глаза Плисецкого. — Она не похожа на тех девушек, с которыми у тебя были отношения раньше. — Я знаю, что не похожа, — вздохнул парень. — Но, Виктор, не влезай в это. Не в этот раз, — с отчаянием в глазах, светловолосый взглянул на Никифорова. — Я сам решу, что мне нужно делать. Не сказав больше ни слова, Юрий ушел.

***

Выйдя из раздевалки, Марго наткнулась в коридоре на одиноко стоящего Виктора. Мужчина хмуро смотрел куда-то перед собой явно думая над чем-то. Он обернулся на звук открывающейся двери, и как только Никифоров увидел Ржевскую, расслабился. — Здравствуй, Виктор, — поприветствовала его девушка, кратко кивнув. Светлые волосы Ржевской завязаны в высоком хвосте, на ногах черные специальные колготки и черные шорты. Майка открывает голые плечи, а в руках бутылка с водой и олимпийка. Но на ногах у фигуристки надет самый главный атрибут фигурного катания — это белые коньки, на пятку которых были натянуты колготки, удлиняя ноги и закрывая шнурки. Лезвия предохраняли любимые серебряные чехлы Марго. — Привет, — улыбнулся мужчина. — Удачи на тренировке с Юрой. Я очень хочу увидеть вашу парную программу. — Увидишь в Японии, — мягко улыбнулась голубоглазая, устремив взгляд на настенные часы. — Мне пора, тренировка сейчас начнется. — Конечно, иди, — в последний раз улыбнулся мужчина. Через несколько секунд, Марго уже подходила к тренерам, стоявших у бортика. Они о чем-то разговаривали, пока Плисецкий сидел на скамейке и ждал, когда его выпустят на лед. Но в его взгляде было что-то иное, кажется он думал о чем-то. Правда, когда девушка вошла на ледовую арену, Юрий переключил на нее свое внимание. Парень улыбнулся уголками губ, поджав их после. Светловолосая подошла к Юре и села рядом с ним. Отложив на край скамейки свои вещи, девушка решила зашнуровать коньки повторно. Молодые люди не разговаривали, но все равно они были вместе.

***

Начальная поза — фигуристы держатся за руки, стоя напротив друг друга. Девушка смотрит в пол, а парень прямо на нее. С доверием друг к другу у фигуристов не осталось никаких проблем. Марго сейчас об этом даже не задумывается. Она думает о любви. В голове у Ржевской проскакивает момент с Сашей, когда она прямым текстом сказала, что в парни ей подойдет Плисецкий. Голубоглазая усмехается, поднимая взгляд на Юру. Она видит его зеленые глаза, смотрящие прямо в ее первые весенние барвинки. Между ними что-то загорается… Марго опускает взгляд обратно в пол, чуть хмурясь. Сейчас она на самом деле задумалась о любви. Любви именно к этому блондину. «Он на самом деле симпатичный…» Музыка начинается, и времени на раздумья больше не остается. Любить нужно прямо сейчас. Переступая с ноги на ногу в плавном танце, сердце начало думать само. Вдруг прикосновения стали мягче и нежнее, ощущения сильнее. На лице девушки отобразилось непонимание, но нужно было продолжать играть. Но играть стало сложнее или же, наоборот, проще. С каждым прикосновением рук парня, дыхание прерывалось, а в животе появлялось странное чувство. «Саша рассказывала, что такое бывает, когда…» Нужно собраться. Тренера видели эти эмоции у девушки. Более живые и более искренние. Они видели, что она не понимает, почему чувствует это. И Марго боится этого. В середине номера, молодые люди начали кружиться в вальсе, заглядывая друг другу в глаза, но Ржевская не могла смотреть в эти зеленые омуты и поэтому, часто отводила взгляд. Тут уже Юра не мог понять, что происходит с этой девушкой. Что-то в ней изменилось. Конечная точка — нежные объятья. Марго щекой упирается в грудь парня и тяжело дышит. Как не странно, но она не хочет вылазить из объятий. Хочет остаться в них. Теплые руки парня обхватывают все тело Ржевской, прижимая голубоглазую ближе. «Саша рассказывала мне, что все, что я чувствовала сейчас бывает, когда…» Плисецкий расцепляет кольцо рук, отпуская фигуристку. Но его ладони теперь сжимают плечи, а зеленые глаза всматриваются в океаны девушки. — Все хорошо? — дыхание парня тяжелое, но в голосе все равно улавливаются нотки обеспокоенности. «…когда влюбляешься»