Мастер на все руки

      Саске сидел за партой в пустом классе уже опостылевшей академии шиноби, сложив руки домиком и вперив взгляд в доску. На первый взгляд он был совершенно бесстрастен, но на самом деле уже готов был взорваться. Теперь-то понятно, почему Шигеру столь ехидно ухмылялся, когда провожал их сегодня с утра. По результатам распределения он оказался в одной команде с Харуно Сакурой, которая изводила его все годы обучения. От приторного «Саске-кууууун», он, наверное, будет вздрагивать до конца своих дней. А степень возможной полезности куноичи была ему неизвестна, но точно невелика. Пусть по успеваемости Сакура и была одной из лучших учениц в их выпуске, но оджи-сан всегда очень невысоко оценивал уровень знаний и умений, преподававшихся в академии. А получить больше знаний было неоткуда: бесклановая, первое поколение шиноби. И здесь нет никакого расизма — кланы выезжали за счет кеккей-генкай, накопленных дзютсу и налаженной системы их передачи.       Наруто тоже оказался распределен в команду № 7, и это было приятно. К уссаратонкачи он хотя бы привык. Причем Саске был уверен, что друг был поставлен в их тройку, чтобы уравновесить ее более «сильных» членов. Инертность мышления, что поделать. Экзаменационная комиссия выпала в осадок в полном составе, когда Наруто вполне пристойно написал письменное задание и выполнил требующуюся технику.       Но Харуно была лишь половиной беды: оставался еще назначенный им сенсей, Хатаке Какаши, который опаздывал уже на четыре часа! Конечно, они изучали, по настоятельной рекомендации Шигеру-сана, наиболее выдающихся шиноби селения. Хатаке Какаши занимал в нем весьма высокую позицию со своим полноценным А рангом, приближающимся к S, и званием специального джонина. Но, оказывается, фигурирующее прозвище Опаздывающий Ниндзя полностью соответствовало действительности. Надо выяснить про шаринган, может, тоже не врут?       Безусловно, Саске лишь делал вид, что бездельничает. На самом деле он разрабатывал чакроканалы в глазах — необходимый шаг для дальнейшего развития шарингана. Ближайшей его целью было вожделенное третье томоэ: пока пробудились только два, а значит, надо было тренироваться еще усерднее.       Наруто тоже не терял времени, а достал непонятно откуда чистый пергамент и с энтузиазмом что-то там черкал. Наверняка снова придумывает новые комбинации печатей. Теме стал просто фанатом фуиндзютсу и пихал его всюду, куда только можно — свитков было мало. В ход шли и кунаи, и одежда. Похоже, он себе тайком их рисовали на теле при молчаливом согласии Шигеру, от которого вообще сложно было что-то утаить.       Сакура первое время пыталась докучать Саске (тот как всегда не обратил на нее внимания), попыталась сорвать злость на Наруто, но тот с тех пор, как за него взялся оджи-сан, перестал позволять ей себя лупасить ни за что, ни про что. Обычно он уворачивался, но на сей раз расщедрился на полноценный барьер. Было очень забавно наблюдать за круглыми, как блюдца глазами: Сакура так же, как и все окружающие, считала, что Наруто-бака слабак и неудачник, а тут такой разрыв шаблона.       Узумаки, конечно, стал более терпеливым и усидчивым, но столь вопиющего пренебрежения новым сенсеем своих обязанностей он вытерпеть не мог. Прервав свои изыскания, он направился к двери и начал что-то вырезать прямо на ней, мерзко хихикая. Что-что, а фантазия у Наруто всегда работала прекрасно — не зря он некоторое время слыл первым хулиганом деревни, до тех пор, пока Шигеру не привлек его к более важным делам.       Правильная девочка Сакура этого вынести не могла:        — Что ты там делаешь, Наруто?        — Это расплата нашего сенсея за то, что он опаздывает. Все остальные команды уже ушли со своими наставниками, даже Ирука-сенсей ушел, а мы торчим здесь.        — Бака! Ты думаешь, что джонин попадется в такую детскую ловушку? Саске-кун, скажи ему, что это бесполезно.       Может быть, и бессмысленно, но розововолосая кукла порядком докучала ему, так что мальчик решительно достал из набедренной сумки моток любимой лески и несколько кунаев. Да и не лишним будет выяснить, не дали ли сенсею звание джонина за красивые глазки. У несчастной Сакуры случился разрыв шаблона, она могла лишь хлопать глазами и наблюдать, как ее кумир вместо того, чтобы поддержать ее возмущение, решил поддержать Наруто.       В результате, когда сенсей соизволил появиться и открыть дверь, то в него полетела небольшая стайка кунаев, от которых он достаточно легко уклонился. Как их учил Шигеру, неважно, как далеко от тебя прошло чужое оружие, в миллиметре или метре, главное, что ты уклонился. А вот Наруто оказался более удачлив, и его печать-ловушка сработала: незадачливого шиноби хорошенько тряхнуло током, так что его пепельная шевелюра встала дыбом. Слегка пригладив пришедшую в окончательный беспорядок прическу, Какаши обвел взглядом единственного глаза — второй был закрыт протектором — собравшуюся тройку и сурово подытожил:        — Судя по первому впечатлению, м-ма, вы мне совершенно не нравитесь. Давайте выйдем на свежий воздух и познакомимся друг с другом, — сказал шиноби и исчез с помощью шуншина. Ученики последовали за ним, правда, пешком: Сакура просто не знала подходящей техники, а друзья не захотели сразу же раскрывать все козыри.       Встретив их на крыше академии, сенсей сказал:        — Давайте, сначала представьтесь, расскажите о себе.        — А что надо рассказывать? — спросила Сакура.        — Что любите, что не любите, какие у вас мечты, планы, в общем, что-то о себе.       Тут вперед вылез Наруто:        — А почему вам не подать пример, сенсей?        — Мне? Меня зовут Хатаке Какаши. Вам незачем пока знать, что мне нравится и не нравится, а также мои мечты. Есть пара хобби.       Сакура озвучила очевидное:        — В общем, он назвал только свое имя…        — Теперь ваша очередь, — сказал Какаши и показал на Наруто. — Давай ты будешь первым.        — Меня зовут Узумаки Наруто. Мне нравится придумывать и создавать новые печати, не нравится просто так терять время. Мечтаю стать Хокаге, чтобы сделать жизнь деревни лучше.        — Давай, ты следующая.        — Я Харуно Сакура, мне нравится… один человек, но я не буду говорить, кто это, — при этом девочка так стреляла глазами в сторону Саске, что не догадаться о том, кто объект ее желаний, мог только слепой. — А не люблю я Наруто!        — И, наконец, ты.        — Мое имя Учиха Саске. Есть немало вещей, которые мне не нравятся, но особое место среди них занимает непунктуальность. О своих увлечениях предпочту умолчать. Моя цель — восстановить клан и покарать за предательство одного человека.        — Хорошо, мне нравится ваша целеустремленность. Завтра вам предстоит тренировка на выживание, так что приготовьтесь получше.        — Тренировка? — изумленно захлопала глазами Сакура. — Но разве мы не научились всему, чему нужно, в академии?       Наруто замаскировал смешок под кашель, Саске остался внешне бесстрастным, но подумал он крайне много и нецензурно. Похоже, одноклассница будет бесполезным балластом, если не возьмется за ум.        — Это необычная тренировка. Наверное, вы не знали, но далеко не все генины становятся полноценными шиноби. Наставники проводят свое собственное испытание, и не сдавшие его отправятся обратно в академию. Ни одна команда еще не сумела пройти его. Жду вас завтра в шесть часов утра у Обелиска павшим. И не советую завтракать, вам же будет хуже.

***

      Шигеру славно посмеялся, когда пара его младших родственников или учеников, кому как нравится, вернулись из Академии ближе к вечеру. Парни так забавно кипели, рассказывая о том, как сенсей опоздал на встречу с ними на четыре часа… Но никак помогать им он не собирался, пришла пора учиться справляться со своими проблемами самостоятельно.       Правда, задача им достанется непростая: Какаши умудрялся опаздывать и на ЕГО занятия. Шигеру слегка завелся столь вопиющим пренебрежением и почти смог призвать его к порядку. Но уровень владения фуин, особенно на фоне остальных шиноби Конохи, у Хатаке был хорош: он мог запечатать не только горстку кунаев, но и создать неплохой барьер. Впрочем, это явно заслуга его сенсея — Четвертого Хокаге. Вот с кем бы Шигеру хотел переброситься парой слов по общим профессиональным интересам.       Одним словом, он дал небольшую слабину: помимо чтеца пошлых книжонок за авторством Джирайи ему хватало великовозрастных ученичков, которым надо было привить основы человеческих знаний. Чтобы они хотя бы могли пользоваться сделанными им печатями и свитками без риска самозапечататься или покалечиться. И наглец немедленно воспользовался этим и снова начал прогуливать. На самом деле, не больно-то и хотелось — все равно знания Узумаки могут полноценно использовать такие же Узумаки или редкие уникумы, вроде Минато Намикадзе, их и обучать приятно. А остальные пусть приходят к нему в лавку и покупают, что надо.       Все складывается как нельзя удачно. Он со дня на день должен получить первую миссию за пределами деревни как шиноби Скрытого Листа. Придется отыгрывать представление на полную катушку. Великие Деревни должны узнать о том, что Привередливый шиноби осел в Конохе и с гордостью (трижды ха-ха!) носит протектор с Листом не только от своих шпионов, но и открыто. Спасибо Хирузену и за то, что не включил ниндзя, прославившегося сольной работой, в чью-то команду и не попытался запихнуть в АНБУ. Все же нельзя отказать Старому Обезьяну в наличии хорошо работающего, несмотря на старость, мозга. Правда, за годы своего пребывания в первых лицах большой политики патриарх клана Сарутоби измарался неблаговидными поступками чуть менее, чем полностью, так что Шигеру признавал заслуги Третьего, но не уважал.       Но приходилось сотрудничать и поддерживать. Из реальных преемников только выжившие из ума сморчки, а так называемые Легендарные Санины покинули Коноху. Один из них вообще объявлен нукенином, но и к лучшему. Шигеру приходилось слышать о нездоровом интересе Орочимару к клановому додзюцу Учих, здесь они сходились с Данзо полностью.       Но все, что ни делается, то к лучшему. Чего греха таить, он слишком сильно опекал их в последние годы: и за Учихой, и за Узумаки постоянно ходил хотя бы один теневой клон под хенге. А миссия заставить замолчать внезапно проявившиеся инстинкты курицы-наседки, хотя и опасения были вполне обоснованными. Несмотря на то, что глава Корня никак не проявлял себя в последнее время, шиноби был уверен, что старый забинтованный пенек ничего не забыл и при любом удобном моменте сделает гадость, если дастся удачный повод. Он-то переживет, хотя в постоянном месте жительства есть своя прелесть, но у мальчишек хватает проблем и по факту рождения. Еще не хватало перегрузить на них часть своих проблем.