Что это за чувство, Тисэ?

"— Тисэ, моя маленькая слэй бэги, — шепотом говорил чародей прижатой к стене ученице. Он провел длинным языком по ее ключицам и шее, видя, как она краснеет и томно вздыхает от его действий. — А ты мой чародей, — с улыбкой отвечала красноволосая, прикоснувшись к оскалу, застывшему на черепе Эллиаса. Она подалась вперед, расстегивая на любимом жилетку, а затем и рубашку…" Тисэ открыла глаза и села в кровати, вздыхая «Это просто сон был» Подумалось ей. На улице уже светало. Уже прошло два года, как она живет и учится у чародея, и несколько недель назад она стала совершеннолетней по человеческим меркам. Она все чаще задумывалась о своих чувствах к Эллиасу, все чаще смотрела на него не как на учителя, а как на мужчину. Но его отношение к ней не изменилось, он все также смотрит на нее, как на ребенка и это раздражало. Из мыслей ее вырвал стук в дверь. Обернувшись, Тисэ увидела Силки, слегка приоткрывшую дверь. — Д… Доброе утро, — мило улыбнулась девушка, — Завтрак готов? Спускаюсь уже, — отвечала та после утвердительного кивка домовладелицы, когда та собралась уходить, Тисэ окликнула ее: — Силка! А… Эллиас уже внизу? — увидев повторный утвердительный кивок, она улыбнулась, — Спасибо, — расслабилась та, уваливаясь обратно на кровать и томно вздыхая. Дождавшись ухода феи, Тисэ взглянула на Рута, лежащего возле ее кровати. — Я вниз уже пойду, переодевайся, — перед уходом он потерся носом о руку хозяйки и вышел в приоткрытую дверь, закрывая ее, потянув хвостом за ручку. Девушка переоделась довольно быстро, выйдя в ванную, она почистила зубы, умылась, и только после этого спустилась вниз ко всем: — Доброе утро, Эллиас, — мило улыбнулась чародею красноволосая, присаживаясь за стол. — Доброе утро. У тебя хорошее настроение, — подметил черепоголовый, — Хороший сон снился? — чародей как обычно говорил своим мягким и спокойным голосом, заставляя душу девушки трепетать и волноваться, она боялась встретиться с ним взглядом, зная, что покраснеет. — А… Да, сон был очень хороший, -вспоминая, что происходило в ее сознании, пока она спала, Тисэ все же покраснела, немного, но заметно. Рут увидел и услышал мысли хозяйки, от чего легко толкнул ее ногой под столом «Хоть бы как-то сдерживала свои мысли, когда я рядом» Подумалось псу, так же покрасневшему вслед за красноволосой. Эллиас это увидел, переведя взгляд с книги на нее вновь: — Тисэ, ты покраснела. Точно все хорошо? Не заболела? — все так же мягко спрашивал чародей, закрывая книгу и откладывая ее на край стола. Силки поставила перед ним чашку чая и отошла мыть посуду, в которой готовила, — Спасибо, — он вновь посмотрел на свою воспитанницу. — Да нет, все хорошо, Эллиас, я в порядке. Честно-честно, — убеждала его девушка, откинувшись на спинку стула, и на мгновение опуская голову «А он все такой же, все видит во мне ученицу» Девушка грустно выдохнула, садясь ровно и принимаясь за завтрак. — Чем сегодня займешься? Какие были планы на день? — расспрашивал девушку чародей, глядя на нее алыми огоньками, поблескивающими из глазниц. Он заметил ее грустный вздох, но не знал он еще такого чувства, как грусть, не доводилось о нем спрашивать у Тисэ. За то время, пока она живет у него, Эллиас запомнил одиночество, злость, доброту, неуверенность, обиду, разочарование, заботу и другие эмоции и чувства, умел видеть их на милом личике девушки и понимать по ее поведению. Но такие чувства, как грусть и любовь, он никак не мог понять. — Думала травы собрать, многие уже созрели, а потом заняться магией. Нужно учить новые заклинания, — рассказывала слэй бэги, смотря в свою тарелку и не поднимая взгляда на чародея. — Понятно, — коротко ответил тот, поправляя перчатки на руках, и затем принимаясь за завтрак. Раньше всех закончив с утренней трапезой, Тисэ встала из-за стола, и поблагодарив хозяйку дома, отправилась наверх в ванную комнату. Ей хотелось снять напряжение и раздражение, она знает, что Эллиас не знает таких чувств, но он мог отдаться инстинктам. Нет, не сделает он такого, слишком уж сдержан. Открыв кран и начав наполнять ванную, девушка стояла перед зеркалом, медленно раздеваясь. В открытое окно залетели три маленькие феи во главе с Ариель. — Доброе утро, Тисэ, — хихикая говорило маленькое создание ночи, а остальные лишь тише и со смешком повторяли, летая вокруг юной слэй бэги. — А, Ариель, доброе утро, — ответила девушка, выныривая из вновь накативших мыслей о чародее. Фея окинула взглядом тело юной девушки, продолжая хихикать и говорить, — Твое тело так изменилось с того момента, как ты прибыла сюда впервые. Стало более женственным, красивым, — подметила фея. «Ну, вот, даже фея заметила это, а Эллиас нет» Пронеслось в голове у юной чародейки, и она вновь грустно вздохнула. — Чего так грустно? Что стряслось? — интересовалось крохотное создание, подлетев к личику Тисэ и нежно потеревшись о ее щечку. Девушка сначала не хотела рассказывать, но подумав пару мгновений, все же решилась: — Это из-за Эллиаса. Я уже два года живу у него, я его невеста, а он все так же видит во мне лишь свою ученицу, — скрестила руки на обнажённой груди девушка. Подойдя к ванной, она сначала попробовала воду, не горячая ли, и убедившись, что вода нормальной температуры, залезла, погружаясь в жидкость по плечи, и расслабляясь, — А я… Я давно уже не вижу в нем лишь своего учителя, он мне за эти годы стал не только покупателем, близким другом, отцом и женихом, пусть до свадьбы дело еще так и не дошло… Я хочу с ним поговорить, но не знаю с чего начать разговор и как правильно выбрать момент, когда мы останемся одни, — продолжала рассказывать красноволосая, убирая волосы с лица и заправляя их за ушки. — Вот твердолобый, — уперев руки в бока вынесла приговор феечка, — А ты сделай так. Приди к нему в комнату сегодня вечером, там и поговорите. Расскажи ему о своих чувствах, объясни, что это любовь, может, он любит тебя, но не понимает, как это выразить, ты же ему еще не рассказывала об этом чувстве, — предлагала малышка, летая вокруг Тисэ и в конце концов умащиваясь у нее на голове. Девушка задумалась над словами соседки, опускаясь чуть ниже в воду: — Да, думаю, так и сделаю. Надеюсь, я смогу внятно объяснить ему то, что чувствую и думаю, — пожала плечами слэй бэги, слабо улыбнувшись, — Спасибо, Ариель. Тисэ пролежала в воде еще минут двадцать, и когда она уже начала остывать, юная чародейка вылезла из ванной, заматываясь в полотенце и вновь подходя к зеркалу. Феечки уже улетели, оставив ее наедине с мыслями «Может, любит меня?» вспомнились ей слова соседки «А что если ему действительно не ведомы чувства, а то, как он их выражал это подражание мне? Как я их выражала при нем когда-то?» спрашивала себя девушка, держа обе руки на груди и придерживая полотенце. В дверь постучали. — Тисэ, ты в порядке? — послышался голос чародея, как всегда мягкий и спокойный. Он тут же вывел красноволосую из мыслей, уж очень часто она стала задумываться сегодня. — Да, все хорошо, Эллиас, я в норме, — дернувшись, и глянув на дверь проговорила Тисэ, — Сейчас выхожу уже, — быстро надевая заранее приготовленную одежду, и выходя из комнаты, она наткнулась на чародея, а подняв взгляд на его голову, и заглянув ему в глаза, вновь замечталась, даже не заметив этого. — Тисэ, ты точно не в порядке, так часто засматриваешься на что-то, — Эллиас коснулся пальцами ее щеки, — Расскажи мне все, ты же можешь на меня положиться, помнишь? Вместо того, чтобы сказать хоть что-то, слэй бэги лишь взяла его руку и плотнее прижалась к ней щекой. Ей нравились его прикосновения, такие теплые и родные: — Сегодня вечером…- шепотом ответила через какое-то время девушка, — Я приду к тебе и расскажу еще о кое-каких чувствах, хорошо? — мило улыбнулась уголками губ Тисэ, — Поэтому прошу, никуда не уходи, отложи все свои задания, это очень важно, Эллиас. Мне ведь осталось не больше года, а я хочу научить тебя всем человеческим эмоциям и чувствам, — она перешла на шепот. — — Хмм…- в своей привычной манере протянул чародей шипов, ткнувшись черепушкой в волосы слэй бэги и нежно потеревшись о нее, — Как скажешь, Тисэ. Я буду ждать вечера и твоего урока, учитель человеческих чувств. Теперь пойдем вниз в сад, я помогу тебе собирать травы, — монотонно и мягко продолжал свой говор Эллиас. — Да, идем, — опустив его руку, Хатори двинулась вперед, но не успела она отойти и на пару шагов, как перестала чувствовать пол под ногами и оказалась на руках чародея, — Э… Эллиас! — взвизгнула та, цепляясь за его шею и прижимаясь ближе. — Теперь пойдем. — заключил Пилум Муриалис, спускаясь по лестнице и выходя на улицу. Ему не понравились слова своей ученицы о том, что ей недолго осталось, это напрягло его. Несколько часов они вместе провели в саду, собирая травы. Рут был рядом с хозяйкой. Ближе к полудню, после хорошего обеда, девушка отправилась с фамильяром в комнату, дабы почитать немного книги и продолжить практику в магии, но перед тем, как она успела подняться, ее остановил Эллиас, попросив сегодня провести урок в гостиной комнате, чтоб он видел, ведь новые заклинания — это всегда новые трудности и вопросы, так что, если Тисэ будет что-то непонятно, она сразу сможет у него спросить, как объяснял ей чародей. Так и поступили. Собрав книги с интересующими ее заклинаниями, девушка спустилась вниз, держа все необходимое в руках, а посох был у пса, идущего вслед за хозяйкой. Разложив книги на кофейном столике и взяв посох в руки, девушка принялась вычитывать первое заклинание, интересующее ее: — Это я думаю, нужно на улице делать, все же моя магия- огонь, боюсь, если не справлюсь, то спалю здесь все, — она глянула на Рута с опаской. — Тисэ, что за заклинание? — поинтересовался чародей, облокачивая руку о подлокотник своего излюбленного кресла. Заглянув в книгу, в которую смотрела и девушка, он все понял, — А-а, защитный барьер. Теперь ясно. Не переживай, я смогу остановить тебя, но не думаю, что это потребуется. Я верю в тебя, — подбадривал ученицу Эллиас, заставляя ее задуматься о том, что ее мысли были ошибкой. Он подбадривает ее, заботится, а это значит, что чувства у него все-таки есть, просто за долгие годы одиночества он забыл о них, как их выражать, как называются и ощущаются, она же просто напоминает о них, заставляя почувствовать снова. Глубоко вдохнув, девушка выставила посох перед собой, глядя в книгу. Рут обвил его своим хвостом, стоя подле Чисэ. Эллиас же внимательно наблюдал за действиями ученицы, облокотив голову о руку, он чувствовал и знал, что у нее все получится, пусть с первого раза барьер не будет идеальным и продолжительным. С первого раза ни у кого не получается такой. Она начала читать заклинание, с каждым словом ее голос становился все уверенней, ведь внутри росла и укреплялась магическая сила, а снаружи образовался вокруг нее и Рута круг из огня, который не вредил ничему в комнате, но надежно защищал их. Закончив читать заклинание, Тисэ подняла глаза на барьер, протянув сквозь него руку, которая свободно прошла наружу, что ее немало удивило и даже возмутило: — Что? Такой непрочный барьер, что я пробила его лишь касанием?! — она глянула на Эллиаса, в ее глазах читалось разочарование и грусть, что чародей и увидел. Он встал, подходя к барьеру: — Ни у кого не получается с первого раза даже такой барьер, Тисэ, ты очень постаралась создать его, — Эллиас протянул к ней руку, но барьер не пустил его. Сквозь перчатку он почувствовал легкие разряды электричества, — Ясно… Ты создала не просто защитный барьер, — сильнее надавив, те слабые вспышки молнии стали ярче и больше, а силы разрядов увеличились, — Это барьер, сквозь который ты пройдешь с легкостью, а вот внутрь он никого не пустит и вернет сторицей удар напавшему, видишь? Чем сильнее я надавливаю, тем ярче молнии, а разряды больнее, — проведя по прозрачной огненной стене ладонью, чародей с легкостью разрушил барьер, — Сгодится для незнающего, сейчас я использовал слабейшую магию, чтоб избавиться от него, поэтому повреждений и не получил, — говорил тот, показывая ученице ладонь, — Ты молодец, Тисэ, — на самом же деле чародею пришлось постараться разрушить барьер и он ответно ударил довольно больно и сильно, но показывать этого не стоило, ведь тогда бы она переживала из-за него, а чародею не нужно, чтоб его юная слэй бэги волновалась. Слова Эллиаса успокаивали и даже радовали. Тисэ широко улыбнулась, кинувшись ему в объятия. Неосознанно. Она крепко вцепилась в него, радуясь маленькой победе, коих было много за то время, пока они живут в одном доме. Чародея же удивило такое поведение девушки, но особого значения он не придал этому, положив ладонь ей на голову, а другой приобняв за плечи, чтобы сделать все это, ему пришлось слегка наклониться. — Так, теперь что? Было что-то непонятное в тех книгах, которые тоже тут? — вновь спрашивал чародей шипов, когда Тисэ отпустила его и позволила сесть обратно в кресло. — Ну, — призадумалась красноволосая, закрывая книгу, которую только что использовала, и внимательно осмотрела остальные, лежащие на столике, — Вроде да, не помню только в какой из книг, — взяв книгу в красном переплете, она нашла страницу, на которой закончила, — Вот это. Вроде, и понятно, ты мне объяснял когда-то подобное, но я все равно не могу понять. — Покажи-ка, — попросил Эллиас, протягивая руку ученице и беря у нее книгу, — Хм. Это, пожалуй, пока тебе не пригодится, ты еще не выучила основы заклинателей, а уж о преображении магических камней в амулеты и наложении на них защитных и иных качеств и речи быть не может. Где ты взяла эту книгу? Я тебе не давал ее. Анжелика? — расспрашивал тот, подняв красные огоньки глаз на ученицу, подошедшею к нему. — Я взяла ее у тебя в кабинете, она стояла в шкафу рядом с книгами о магии мира и связями между существами и планетой, — поясняла Тисэ, — Вот я и подумала, что она мне понадобится. — Интересно, откуда она там взялась? — задался вопросом Пилум Муриалис, закрывая книгу и откладывая ее на столик, — Надеюсь, ты еще ничего не делала из нее? Не пыталась создавать амулеты? — продолжал допрос чародей. — Я думала над этим, но так и не решилась пока, все у тебя хотела спросить. Хорошо, что спросила. — произнесла Тисэ, — Эллиас, а что произошло бы, если бы я попыталась? — юной чародейке стало интересно, да и лучше бы знать последствия. — Еще зависит от амулета, который бы ты создавала. Последствия были бы ровно противоположными тому, какие чары ты накладывала на камень. От болезней, преследовали бы болезни; для привлечения удачи, тебя бы настигали неудачи и так далее по списку, — проговаривал чародей, — Поэтому, когда дойдет до амулетов и их зачарований я должен быть рядом обязательно, — он похлопал ладонью по бедру, приглашая ученицу присесть. Девушка послушно подошла и была подхвачена сильными руками чародея, после чего усажена на его колени. — Да, как скажешь, Эллиас, — коротко кивнула она, облокачиваясь о его грудь и медленно закрывая глаза. — Быстро она уснула, — подметил Рут, перестав слышать мысли Тисэ. — Она быстро растратила всю магическую силу на этот барьер. У каждого чародея он получается индивидуальным, но зачастую это просто слабый барьер, способный отбить один слабый удар. А она… Она превзошла все мои ожидания. Он не только мощный, но еще и может так запросто убить атакующего. Я вложил достаточно много сил в то, чтобы разрушить его, а ответный удар был достаточно болезненным. Рут вздохнул, не понять ему было, почему Эллиас не сказал правды Тисэ, да и он сам вряд ли понимал. — И долго она проспит? — взволнованно интересовался церковный грим, подходя к хозяйке и утыкаясь носом в ее ладонь, — Она же кажется, поговорить с тобой хотела, — вспомнилось псу. — Максимум до утра, но зная Тисэ, думаю, даже раньше, через пару часов. И я помню, я обещал ей дождаться, так что, если понадобится, не буду спать. — Может, заберешь ее с собой в комнату? Ну, знаешь, она ведь если проснется посреди ночи, то не поверит мне, что ты не спишь и ждешь ее, — предложил фамильяр красноволосой девушки. — Думаешь? Хорошо, пусть будет так, — согласился чародей шипов, поднимаясь с места, и держа свою ученицу на руках. Он осмотрел столик, на котором были разложены книги, из которых Тисэ черпала знания о магии и окружающем ее магическом мире. Убедившись, что среди них нет таких, которые бы не подходили обучению, Эллиас пошел на второй этаж в свою спальню. Рут же пока остался в гостиной, нужно было убрать все эти книги обратно в комнату хозяйки, ну, а ту самую с красной обложкой, отнес в кабинет хозяина дома, чем он и занялся, ну, а потом вернулся в комнату Тисэ, укладываясь возле кровати. Он надеялся, что сегодня они наконец-то смогут поговорить по душам и выскажут друг другу все о своих чувствах. Как и предполагал Эллиас, Тисэ проспала больше двух часов, она полностью восстановила силы, и проснулась полностью отдохнувшей. Потянувшись в постели, красноволосая осознала, что находится не в своей комнате, обычно, если она потягивается, то упирается руками в стенку или они свисают с кровати, но не в этом случае, как бы она не пыталась дотянуться до края кровати, сделать это, не сдвигаясь с места мог только кто-то с длинными руками, ну или просто большой. Сев в кровати, Тисэ осмотрелась, увидев Эллиаса, сидящего за столом с книгой и наблюдавшего за ней. Опустив на себя взгляд, девушка заметила, что лежала не в своей повседневной одежде, а в рубашке и шортиках, в которых спала обычно. — Ты уснула у меня на коленях, помнишь? Я подумал и принес тебя сюда, а потом переодел, все же неудобно спать в плотной одежде, — говорил спокойно чародей, будто это для него обычное дело- переодевать спящую девушку. Тисэ сначала хотела отругать учителя за это, но почувствовала, что нижнее белье осталось на ней, знал, как она отреагирует, вот и не стал снимать. — А… А почему в твоей комнате? — прижав одну руку к груди поинтересовалась юная чародейка, садясь на край кровати. — Ты же рассказать мне что-то хотела, вот я и принес тебя сюда, знал, что быстро проснешься, да и Рут был не против, — пояснил Шип, глядя Тисэ прямо в глаза, — Нормально себя чувствуешь? Хорошо отдохнула? — он встал с места, подходя к кровати и присаживаясь рядом с ученицей. — Да… Так… Так хорошо спалось, — улыбнулась девушка, — Можно, я к тебе буду теперь приходить иногда спать? В моей комнате мне часто снятся кошмары и из-за них я не высыпаюсь, — попросила та, — Я пойму, если ты откажешь… — тут же затараторила Хатори, повернувшись к чародею. — Хорошо, — он согласился довольно быстро. — Я не хочу напрашиваться, конечно нет, просто… Погоди что? Я думала, что ты…- растерялась красноволосая — Что я откажу? Как я могу отказать тебе, ты же моя ученица и невеста. Тисэ казалось, что, глядя ему в глаза, она видит улыбку, не тот замерший на черепе оскал, а именно теплую и любящую улыбку. Из-за этого ей захотелось прикоснуться к нему. Протянув ладонь к черепу и прикоснувшись к его клыкам, девушка успокоилась, а ее губы расплылись в милой улыбке. И видя эту улыбку на ее лице, Эллиасу хотелось остановить время и видеть ее такой всегда. Радостной, улыбающейся и нежной. От чего-то внутри чародея развивалось приятное тепло и от незнания этого чувства ему сделалось не по себе: — Тисэ, что я сейчас чувствую? Почему мне так хорошо от того, что я вижу твою улыбку и хочу видеть тебя всегда такой. Почему мне так хорошо на… На душе? — даже с непониманием своих слов произнес чародей шипов, приобняв девушку за плечи. — Любовь, Эллиас, это называется любовь, — шепнула Тисэ, становясь на колени, чтобы быть наравне с чародеем и крепко обнять его за шею, прижавшись к нему всем телом. — Любовь? Вот значит, как ощущают ее люди? Теперь ясно, Тисэ, я люблю тебя, так вы говорите? А ты? Ты любишь такое чудовище, как я? — осторожно спрашивал Пилум Муриалис, обняв свою невесту за талию и ноги руками. — Конечно люблю, как ты можешь спрашивать о таком, — она уткнулась носиком в его шею, широко улыбаясь, — И ты не чудовище, Эллиас, — посерьезнела слэй бэги, подняв голову и посмотрев чародею шипов в глаза, — Я больше не хочу слышать от тебя таких слов, и от других тоже. Разве может чудовище чувствовать? Любить и заботиться? — Тисэ переместила руки с его плеч на череп и провела пальцами по застывшему оскалу и коснулась губами, конечно поцелуем это назвать нельзя, но для девушки это было нечто большее, чем просто выражение чувств. Пусть она не может поцеловать своего чародея как человека, но зато он будет знать точно и никогда не засомневается, она любит его таким, какой он есть. — Тисэ, — мягко проговорил Эллиас, — Моя юная невеста, — подняв ладонь на ее голову и слегка отстранившись, Пилум Муриалис коснулся ее щеки, будто целуя в ответ, — Моя маленькая слэй бэги… Они провели всю ночь вместе, разговаривали, так мило и с человеческой стороны нелепо одаривали друг друга поцелуями, что может быть еще прекраснее в жизни, чем найти любимого человека, такого, как этой ночью приобрел Эллиас. Тот, кто всю осознанную жизнь был одинок нашел ту самую, что не даст ему вновь почувствовать одиночество и подарит еще много ярких моментов. Он обязательно найдет способ продлить ее жизнь, чего бы это не стоило. На следующее утро они вместе спустились на завтрак, более открыто разговаривали, и теперь Тисэ не боялась посмотреть ему в глаза, наоборот, она делала это все время. Рут и Силка были только рады этому. Они стали более близки, что несомненно радовало, правда, если Эллиас пропадет на задании, его ученица будет еще более переживать, чем раньше.