Just a game

      Фёдор прекрасно помнит, как он встретил Ивана. Тогда они встретились в самом обычном и заурядном кафе с низкими ценами, которых сотни. Он напрочь запал в голову Достоевскому, который с неких пор стал едва ли не питаться в этом кафе. Это вообще неправильно, а к тому же слишком банально, но… Такие прекрасные люди, как он, должны жить в идеальном мире, а не с горем пополам тащить семью, работая за копейки, даже без возможности получить высшее образование. Этот мир вообще неправильный.       Фёдор гениален настолько, насколько может быть. Пристрастие к играм у него разве что от большого ума, ибо он банально не видит своей жизни без построения хоть каких-то стратегий. Просто потому что он не может. Жаль, что все игры так далеки от реальности, в них сложно манипулировать людьми, в отличии от настоящей жизни. Гончаров почти что муза, его грустная улыбка и порой рассеянный взгляд, на его долю выпало то, чего он не должен был быть достоин.       Достоевский понимает, что не сумеет создать нечто занятное лишь применив хоть какую-то новую технологию. Пара лет трудов, всего почти полные два года и это готово. Гениальная разработка, шлем способный погрузить людей в виртуальный мир полностью. Виртуальный мир, кстати, тоже уже есть. Почти идеальный, если люди не испортят его. Первое тестирование успешно, а дальше… Фёдор не пожалеет, если и правда выполнит задуманное настолько точно, насколько лишь может.       Просто потому что он не хочет, чтоб Гончаров грустил. Хочет видеть его счастье и искреннюю улыбку, а не это болезненное отчаянье. Смерть матери, кажется, окончательно добила Ивана. Достоевский просто хочет, чтоб эта невинная душа обрела покой, забыла про горе… Всё должно подействовать.       Иван самый обычный человек, самый обычный… Без будущего, без надежд, просто потому что вокруг него умирают люди: уходят на тот свет все друзья и родные. Работа в дешёвом кафе единственный способ получить хоть что-то. Всё равно больше ничего не выйдет. Гончаров вообще считает себя бесполезным. А кому нужен человек даже толком без профессии, имеющий лишь девять классов за спиной?       Иван не понимает того же Фёдора, когда тот говорит, что сумеет создать идеальный мир, в котором хорошие люди не страдают, когда тот, подобно ребенку, просит остаться на ночь, а потом обнимает и целует в шею. Они вообще порой похожи на пару, но… Гончаров не хочет, чтоб такой гений, как Достоевский, тратил время и средства на самого простого и жалкого человека.       Фёдор сидит за компьютером допоздна, а потом засыпает у Ивана на плече или коленях. А когда просыпается ругается на то, что его не разбудили. Достоевский богат, гениален и талантлив, Гончаров беден, не наделен большим умом и бездарен. Два разных мира, но Иван не может не испытывать к Достоевскому неоднозначные чувства, а хотя будет лучше просто назвать это любовью, а не искать оправдания.       Фёдор наконец рад. Люди заперты в игре, а их память стёрта. Все они интересные люди, которые так или иначе страдали, а теперь их место в лучшем мире. Здесь все могут испытывать счастье. Примерно так считал Достоевский в первые пару дней, когда мог видеть своего возлюбленного счастливым. В игре у него нет прошлого, а ещё у него нет страданий. Так должно было быть и в реальности.       А потом Фёдор понимает, что ему не хватает видеть его лишь там. Не хватает этих почти мимолетных встреч и… Может всё же чуть не хватает той грустной улыбки Ивана и его слов, о том, что его жалкая судьба даже не достойна жалости. А его улыбка уже походит на пугающую маску. Это вообще не тот чуть робкий мужчина, который может чуть смущенно уходить от зрительного контакта. Это вечно-веселая пародия на него.       У Достоевского конечно просто обязан быть гениальный план, чтоб исправить ошибки, но… Проще, конечно, просто прикончить Гончарова в игре своей же способностью, но мужчина не способен поднять руку на свою любовь. Глупо всё выходит. Но тем не менее всё же есть способ выкинуть из игры всех… Совсем всех.       Иван не знает почему сейчас, ему грустно. Может из-за того, что он потерял жизнь, где был гарантированно счастлив? Может из-за того, что он даже не помнит, как умер? Там была приятная работа, был господин, поручения которого можно было безоговорочно выполнять. А что здесь? Ничего, вообще ничего. Старая пустая квартира, отсутствие денег…       Гончаров даже не может найти работу сейчас, ибо нуждается во времени, чтоб принять всё таким, какое оно должно быть. Времени, чтоб отдохнуть от давящего на плечи груза из тех эмоций, которые раньше он не мог испытать. Грусть, тоска, печаль, отчаянье. Они вернулись и создали ощущение полной безнадежности.       Иван не будет искать оправдание тому, что режет руки лезвием от старой бритвы. Плевать, что будут думать люди. Вообще плевать, на всё плевать. Может, в этой жизни и есть Фёдор, но… Если он так же холоден, как и там, то вообще нет смысла его искать. К чему гению жалкий слуга из игры?       Но Достоевский появляется сам: стоит на пороге, сжимая в руке пакет, видимо, с продуктами, слабо улыбается. Гончаров пытается строить безразличие, но… Он просто не может не заключить Фёдора в крепкие объятия, когда тот начинает это первым. — Господин Достоевский… — начинает было Иван, но тут же замолкает, стоило лишь Фёдору приложить указательный палец к чужим губам. Бывший господин не такой, как в игре, он будто бы утратил часть своей гордыни и стал чуть теплее, жаль, что лишь в душе, ибо руки такие же холодные, как и всегда. — Теперь просто Фёдор, — лишь говорит Достоевский и накрывает своими губами чужие. Простой и невинный поцелуй, но даже о нём Гончаров был просто не в праве мечтать. Не в праве мечтать о той близости, с которой столкнулся сейчас. — Вы знали меня раньше — до игры? — наконец интересуется Иван, полагая, что Фёдор и правда скажет, что знал. Это было бы логично и тогда бы всё встало по своим местам, но… — Нет, там я встретил тебя впервые.