Я буду лучшим твоим воспоминанием

      Не заметила, как наступила ночь. Весь вечер ребята обсуждали план действий, но как бы мне не хотелось им чем-то помочь, я молчала. Мои мысли были далеко от этой комнаты, скрытой от чужих взглядов. Который раз убеждая себя, что я напрасно тревожусь о его невиновности, мое сердце не верило в предательство. Как только я закрывала глаза, передо мной вставал его образ: не молодой и несовершенный мужчина, но с безумно красивыми чёрными глазами, завораживающими и притягивающими. Сил не осталось ни спорить с собой, ни слушать споры окружающих, поэтому я тихонечко выскользнула из Выручай комнаты, чтобы под покровом темноты хоть немного пройтись по коридорам Хогвартса, вновь окунуться в памятную волшебную атмосферу этого места, которая сейчас уже была наполнена ощущением близости финала.  Идя по тёмному коридору, я невольно думала о том, что если бы можно было вернуться на несколько лет назад, то вряд ли бы сейчас здесь было настолько тихо: шептались бы и всхрапывали портреты на стенах, где-то бы мяукала кошка Филча, а профессор Снейп неслышной тенью бродил бы по коридорам замка. И тут меня словно повеяло ветром, что-то на миг коснулось кисти и я, не задумываясь, сделала два шага назад, надеясь прижаться к холодной стене, но моя спина уперлась во что-то большое и теплое. Моя опора тяжело вздохнула, и сердце в ту же минуту упало в пятки. «Вот и пришёл твой конец, Гермиона Грейнджер» – иронично подумалось мне: «Похоже, даже не успев толком пожить, я уже умудрилась занять первое место в списке нелепых смертей».  - Что вы здесь делаете, мисс Грейнджер? – хрипловатый и властный голос был до боли знаком.  - Профессор? – я повернула голову и попыталась разглядеть родное лицо, но, увы, даже лунный свет не мог рассеять темноту коридора. Поэтому вопрос о том, как он узнал меня, остался без ответа.  - Я уже давно не Ваш профессор, мисс Грейнджер, - устало выдохнул он. – Следуйте за мной, если хотите выжить.        Ухватившись за шёлковую мантию Северуса, я буквально бежала во мраке, слыша лишь его дыхание. Коридор за коридором оставались позади нас, пока не отворилась дверь, и мы очутились в просторном кабинете. Привыкнув к освещению, я сразу узнала убранство кабинета директора, хоть и была здесь лишь дважды. Видимо, существовал еще один вход, кроме винтовой лестницы, защищенной каменной горгульей. Все вещи, которые находились в кабинете при Дамблдоре, стояли на своих местах, что было довольно странным, учитывая нынешнего обитателя этих комнат. Свечи горели практически везде, и теперь я могла разглядеть Северуса Снейпа. Его худое лицо еще больше осунулось и побледнело, кожа на нем казалась совсем прозрачной, только чёрные глаза оставались по-прежнему живыми и завораживающими, хотя усталость и какая-то обреченность читались во взгляде Северуса.  - Зачем вы пришли в Хогвартс, мисс Грейнджер? Разве вы не знали, что попадёте в логово Тёмного Лорда?  - И вы убьёте меня, сэр? – в моём голосе совсем не слышалось страха, и, заметив это, Северус Снейп чуть изогнул свою бровь.  - Мисс Грейнджер, как вы думаете, почему я привёл вас сюда? Если бы я хотел вас убить, то сделал бы это в тёмном и пустом коридоре.        Я смотрела на Северуса с широко раскрытыми глазами, пытаясь заметить на его лице отражение каких-либо эмоций, но его мимика по-прежнему оставалась непроницаемой, но он явно ждал моего ответа. Почему не убил или почему привел сюда?  - Вы не убийца, сэр. Даже то, что я гриффиндорка, которых вы ненавидите, не рождает в вас мысли убить меня, - пытаясь говорить уверенно, ответила я.  - Я убил многих, девочка. Ты даже не представляешь, сколько раз я произносил непростительные заклинания. Почему же теперь я не могу убить Вас, мисс Грейнджер?        Переход от «вы» на «ты» и обратно, я буквально чувствовала сердцем. Ещё никогда профессор Снейп не позволял себе разговаривать так со своей, пускай и бывшей, но ученицей. Сейчас я видела его совсем другим, теперь в его словах не было и намека на сарказм, только усталость и обреченность.  - Время заканчивается, мисс Грейнджер. Ближе к утру начнётся битва и у нас больше не будет возможности поговорить. Сейчас я добрый, так что я даю право задать мне один единственный волнующий вас вопрос, – Северус облокотился на стену и устремил свой взгляд на пылающий огонь в камине.  -Вы любили когда-нибудь, профессор? - тихо спросила я. Возможно, это не был «тот самый вопрос», но он бы на многое для меня ответил.  -Из всех вопросов, которые вы могли бы задать, вы выбрали именно этот. Ну что ж, это ваш выбор, и я отвечу, - Северус подошел к камину и его глаза сделались безучастными, словно он смотрел не на пылающие дрова, а куда-то вглубь своей души. – Да, мисс Грейнджер, я любил, любил всего одну женщину, которая отличалась смелостью и искренностью. Я удовлетворил ваше любопытство?        Боль. Вот значит, какова моя судьба – любить безответно всю свою жизнь мужчину, которому я даже не могу признаться в своих чувствах, ведь он на них никогда не ответит. Но вдруг его голос пробился сквозь бурю поднимающихся в душе эмоций:  - А вы, Гермиона, когда-нибудь любили? – тихий проникновенный шепот заставил замереть, и я решила, что это мой шанс хотя бы косвенно, но сказать вечное, как мир: «Я люблю тебя».  -Да, я, как и вы, любила только одного человека, но…  -Но что? - перебил он и подошел ближе ко мне, что заставило опустить голову и отвернуться.  -Всё это слишком сложно. Идет война, и я просто не могу позволить себе думать лишь о чувствах, профессор, – я замолчала, тишину нарушал лишь чуть слышный треск огня в камине.        Когда я осмелилась поднять глаза на него, то Северус уже не смотрел в мою сторону, казалось, он вообще забыл о моём присутствие. У меня было немного времени, чтобы просто подумать. Вот я стою в нескольких метрах от человека, при виде которого сердце замирает, а потом колотится, как ненормальное. Если я сейчас скажу всего три слова, то может быть, он скажет о своих чувствах, может, я ему совсем не противна, может, все же есть шанс? Я уже было открыла рот, чтобы произнести самое главное признание в моей жизни, как Северус резко повернулся, схватившись за левую руку, и сказал:  – Война началась, мисс Грейнджер. Прошу вас, пообещайте мне, что будете жить всегда, несмотря ни на что, – в этих словах звучала просьба и непонятная тоска, а его глаза словно пылали, столько в них было непонятных чувств.  – Я обещаю, профессор. – На одно мгновение я поддалась своим чувствам и прижалась к Северусу. От него пахло терпкими травами, я пыталась запомнить этот необыкновенный запах любимого, ведь никто не знал, чем закончиться эта война. Его руки несмело скользнули мне на плечи, но уже через мгновение резко оттолкнули:  -Уходите, мисс Грейнджер, и прошу, не пытайтесь меня оправдать.        Северус развернулся, взмахнув полами мантии, и исчез в темноте коридора, оставив меня в одиночестве. Я еле сдерживала рыдания, рвавшиеся наружу, но нужно быть сильной ради себя и ради него…        Битва началась внезапно, стены замка содрогнулись от мощи магического удара, частично разрушившего защитный контур. Такое чувство, что Пожиратели Смерти были повсюду. На помощь Тёмному Лорду пришли великаны, которые, пусть и не отличались большим умом, но были сложными противниками, на которых практически не действовал привычный набор заклинаний. Сражаясь за Хогвартс, я произносила заклинание за заклинанием, вспоминала все, что знала, но противникам не было конца. Они все сильнее оттесняли меня и, наверное, лишь чудом я еще дышала. Страха не было, лишь тревога, ведь Гарри еще в начале штурма куда-то исчез, а еще я боялась за Северуса, ведь в этой суматохе я так и не сказала другу, что он не предатель.        На моих глазах гибли люди, которых я знала и любила, но все чувства я отодвигала за «красноречивую дверь с надписью: «Позже», ведь потерять бдительность, остановиться хоть на миг означало смерть. Я обещала выжить. Ему обещала, а значит, сделаю все, что в моих силах, чтобы еще раз взглянуть в его глаза. Внезапно все словно остановилось, битва затихла и в негустом тумане я заметила небольшой отряд Пожирателей. Они вели Хагрида, а на руках которого был Гарри. Сдавленный крик вырвался из моего горла. Гарри, мой милый друг Гарри, погиб! Я не могу поверить, что его больше нет! Я посмотрела по сторонам и заметила, что мистер Уизли держит Джинни, которая с криками и слезами рвалась к своему любимому. Я осмотрела толпу Пожирателей, но среди них не было Северуса. Где же он? Почему он позволил Гарри умереть? Неужели и он погиб? Столько вопросов, на которые некому ответить. Невилл что-то говорил Тёмному Лорду, но я не воспринимала ничего, как вдруг его крик все-таки прорвался в мое сознание:  -Гарри не умер! Никто никогда не сможет убить его, пока мы живы! Пока живы воспоминания о нём, он будет жить в любом из нас! И ты никогда не победишь это, – Невилл с презрением посмотрел на Тёмного Лорда, и лицо Волдеморта исказилось от ярости. Казалось, только взмах палочки отделяет Невилла от неминуемой смерти, но неожиданно для всех прозвучал знакомый голос:  -Том, это только наша битва! Экспелиармус!        Он жив! Гарри жив! Какой-то неведомый заряд энергии появился в моём теле, и я с новыми силами начала сражаться. Совершенно не замечая времени, я посылала проклятья в темных магов, пока вокруг не осталось никого, а потом совсем рядом раздались радостные крики – всё кончено. Мы победили… несмотря на то, что силы были не равны… В толпе я увидела Гарри, тот искренне улыбался и обнимал всех, кто подходил к нему. Подбежав к нему и пробившись сквозь толпу, я повисла на шее лучшего друга и расплакалась, как только он крепко обнял в ответ. Всё напряжение, копившееся весь этот сумасшедший день, выплеснулось наружу счастливыми слезами.  - Гермиона, мне надо кое-что показать тебе, – голос Гарри дрожал, и это посеяло тревогу в душе. Что же могло такое случиться?        Гарри привёл меня к старой хижине. Когда мы вошли, я не могла поверить своим глазам. На полу в луже крови, которой было до такой степени много, что, казалось, такое количество не может принадлежать одному человеку, лежал Северус Снейп. Его чёрные глаза неподвижно глядели в потолок. Ноги подкосились, и я упала на пол, безучастно смотря на мёртвое тело бывшего профессора, и постепенно сама умирала душой. Я не слышала, как дверь за Гарри закрылась, оставив меня наедине с мертвым телом любимого человека.  -Я бы все отдала, чтобы ты жил, – шептала эти слова как заклинание, но, когда яркий свет озарил хижину, я испугалась. Передо мной стояла, точнее, парила безумно красивая женщина с белыми, как снег, волосами, с яркими голубыми глазами и холодной улыбкой. От нее веяло холодом и смертью. Я невольно поежилась от непривычного и неприятного ощущения.  -Кто вы?  -Я Тамира, богиня заветного желания и по совместительству жена самого Дьявола. Ты пожелала, я пришла. Скажи мне, Гермиона Грейнджер, правда ли ты сделаешь все, чтобы твой любимый жил?  -Да…я готова совершенно на любые условия…только, чтобы Северус жил.  -Ну что ж, твоё желание я исполню, – богиня взмахнула рукой в направлении Северуса и произнесла:  - Я богиня заветного желания возвращаю жизнь тебе, Северус Снейп. Жизнь за жизнь, время за воспоминания. Договор подписан, Гермиона Грейнджер.        Боль пронзила тело, и всё поплыло перед глазами. Не знаю, сколько я пролежала на полу хижины, но, когда очнулась, вокруг меня было много людей: мадам Помфри, профессор Макгонагалл, Гарри и Рон, Молли Уизли. Все они смотрели на меня с жалостью и обреченностью. Я совершенно не понимала причину таких взглядов, но в душе нарастало напряжение, правда сказать я ничего не могла, словно кто-то наложил Силенцио.  -Мисс Грейнджер, как вы себя чувствуете? – тихий и взволнованный голос мадам Помфри ворвался в моё ещё не пробудившееся окончательно сознание.  -Всё в порядке. Сколько я спала?  -Вы не спали, мисс Грейнджер, вы были в коме почти три недели.        В коме? Но как? Я помню, что была в хижине, потом появилась женщина, что-то говорила про спасение души, потом мы заключили договор. Я не помню, что говорила или делала потом, и чем все это кончилось. Что же со мной произошло?  -Мисс Грейнджер, я должна с вами поговорить, – профессор Макгонагалл посмотрела на стену за мной, избегая прямого взгляда, словно боялась смотреть мне в глаза. Все вышли из палаты, оставив нас наедине. У меня было столько вопросов, которые я хотела задать профессору, но её мрачное выражение лица не позволяло даже рот открыть.  -Вы что-нибудь помните до того, как впали в кому, мисс Грейнджер?  -Неотчетливо, - я произнесла это тихо, так как голос еле слушался меня и оставался хриплым, - но я помню женщину, которая появилась из ниоткуда, она что-то говорила про спасение жизни или души, а потом мы заключили договор. Женщина, перед тем как исчезнуть, сказала мне странные слова.  -Какие?  -Жизнь за жизнь, время за воспоминания. Кажется, так это прозвучало.  Я заметила, как профессор ещё больше помрачнела.  -Мисс Грейнджер, вы заключили сделку с женой дьявола. Я раньше никогда не сталкивалась с этим и думала, что все это обычная легенда, чтобы напугать волшебников. Я расскажу вам её, Гермиона.        «Было время, когда волшебники не могли уживаться на одной территории. Шли войны, проливалась кровь, но пути решения никто не мог найти. Однажды в спор одного клана с другим вмешалась молодая девушка, пытаясь понять и разрешить его. Обе стороны посчитали, что эта девушка шпион, и жестоко с ней расправились, и что самое парадоксальное, в результате этого они и пришли к соглашению. Корчась от боли, девушка просила о помощи, но люди оставались глухи к ее мольбам. Как вдруг небо словно содрогнулось от раскатов грома, задрожала земля под ногами волшебников, оба клана со страхом упали на колени. Возле судилища, где в агонии умирала девушка, появилось огромное безобразное существо с красной кожей, чёрными рогами и белоснежными клыками в человеческую ладонь.  -Грязные людишки, - пророкотало оно и волны силы, исходившие от него, заставили магов еще сильнее вжаться в землю, - вы посмели решать жить или умирать этой девочке. Ваши жестокие сердца и пропитанные ненавистью разумы посмели тягаться с самой смертью. Ну что ж, если вы так хотите справедливости, вы получите её, - чудовище рассмеялось темный лающим смехом и махнуло рукой в сторону лежавшей в крови девушки, произнося при этом:  - Я даю тебе имя Тамира. С этой минуты ты богиня заветного желания, исполняй свои обязанности честно и не забывай о выгоде, – чёрные глаза чудовища вспыхнули огнём и, посмотрев на кучку волшебников, он продолжил. – А вы с этого дня следите за своими жалкими желаниями или попрощаетесь с жизнью.  В вспышке пламени чудовище исчезло, оставив на телах всех, находившихся там волшебников красные рубцы, неподдающиеся ни зельям, ни заклинаниям. Эти шрамы стали предупреждением для каждого волшебника, и никто впредь не желал ничего».  -Значит, договор заберет мою жизнь, профессор? – история поразила меня, позволив разыскать и в своем сознании воспоминания о произошедшем в хижине.  -Скорее всего, Гермиона, - грустно произнесла она, - поэтому ты не должна никому рассказывать об этом. Твой договор с богиней не разрушить, он подписан кровью.        Я не знала, что сказать, все слова как будто исчезли в одно мгновение. Я заплатила высокую цену за жизнь Северуса. Но я не сожалею ни о чем. Он будет жить – это главное, ведь не каждый любящий человек может подарить любимому такой дар, как жизнь. А моя миссия в этом мире закончена… Стоп! А почему профессор Макгонагалл ничего не сказала о Северусе?  -А профессор Снейп?  -Он пропал, Гермиона, кроме Вас, в хижине мы никого не нашли.        Что значит пропал? Как такое вообще возможно? Я обещала выжить и выжила лишь потому, что отчаянно хотела хотя бы еще раз взглянуть в родные глаза, шепотом произнести его имя. Северус…Я обязательно найду тебя, даже если на это понадобятся все мои силы. Только тебя я хочу видеть перед смертью, и только тебе должна сказать всё, что накипело за эти годы.  За своими мыслями я не заметила, как профессор Макгонагалл ушла, что вернуться с колдомедиком. Мадам Помфри дала мне сонное зелье, и уже через несколько секунд мои веки потяжелели, и глаза против воли закрылись. По перед тем, как погрузиться в глубокий сон без сновидений, я успела прошептать:  - Я найду тебя, Северус…