Магия безупречной

Уже днём Кэролайн шла по шумной Бурбон-стрит, даже не подозревая, что за ней украдкой следят. Утром она зашла в мастерскую к Жульену и несколько часов проговорила с ним. В окончательном итоге старик попросил её отнести корзинку с новыми сувенирами в лавку дочери его возлюбленной, а заодно лично вручить Миранде свежую розу в стеклянном футляре, к которому прилагалась записка со стихами. Ей всегда было непонятно всё, что связано с романтикой. Она считала, что вся суть романтики заключается в неопределённости. Ложные ожидания, не более. Ты ожидаешь одного от человека, а получаешь совсем другое. Неужели слепой Миранде нужна была эта роза, когда увидеть её она не могла? А стихи? Разве они ей были нужны, когда она одной ногой уже стояла в могиле? Вот если бы Жульен мог дать ей зрение и провести со своей любимой остаток дней — другое дело. Однако она всегда была доброй к хорошим людям и не могла отказать просьбе старика. Она любила проводить дневные часы с ним и наблюдать, как он нанизывает на леску бусинки, создавая красивые бусы. Ей нравилось смотреть, как Жульен строгает разнообразные фигурки из дерева и делает из тканей кукол вуду. Определённо, Кэролайн не могла отказать ему, хоть и всегда думала, что эти торгаши простые шарлатаны, разводящие туристов с самого основания города. В их куклах, амулетах и прочих вещицах не было ничего магического. А практически все гадалки, что сидели в этих магазинчиках и на улицах, не имели ничего общего с магией вуду. Редко когда можно было встретить вот в таких лавках настоящую ведьму, а с её появлением они и вовсе все словно вымерли. С каждой ночью Кэролайн всё сложнее было их отыскать и найти хоть небольшую ниточку, ведущую к поискам праха родных. С самого детства её любимым занятием было наблюдать за искусством уличных художников. Вот они были для неё настоящими волшебниками, создающими подлинные шедевры. За этот месяц ей особо приглянулся один среди всех. Коренастый мужчина средних лет с вьющимися до плеч чёрными, как смоль, волосами, с небольшой бородкой, с задорным взглядом зелёных глаз и приятной улыбкой. Испанец по имени Рикардо всегда при встрече останавливал Кэролайн и спрашивал её мнение о своей новой картине или же портретах, что он рисовал для туристов. Вот и сейчас он, увидев её, расплылся в широкой улыбке, обнажив ровные белые зубы. — Ты-то мне и нужна, Кэролайн. — Он показал рукой на женщину, что сидела напротив мольберта с тоскующим выражением лица. По-видимому, она уже пожалела своё время, которое убила на Рикардо. — Как думаешь, какой образ подойдёт больше всего это милой дамочке. — О-о-о, дай подумать, — засмеялась Кэролайн. В этой латиноамериканочке было что-то дерзкое и вызывающее, и она ей напомнила об одной джазовой певичке из прошлого. Раньше она обожала слушать джазовую музыку, как впрочем и сейчас, но в исполнении этой певицы особенно, хоть она и не стала после знаменитой и о ней все забыли со временем. Но даже сейчас Кэролайн, словно издалека, послышался её чуть хрипловатый и завораживающий душу голос. — Придай свой дамочке образ Джей Энн. — Кто такая твоя Джей Энн? — озадаченно произнёс художник, вертя между пальцами карандаш. — Я не знаю такой. — Даже не вспоминай, — хмыкнула Кэролайн, — навряд ли ты такую знаешь. Просто придай ей образ джазовой певицы, например в ресторане. Рядом с ней играют на рояле и саксофоне. — Она нарочито взяла его за локоть и послала телепатически картинку, что запомнилась ей с последнего раза, когда она слушала и видела Джей Энн. — Точно! — воодушевился сразу же Рикардо. — Ты моя муза, Кэролайн! — Буду возвращаться назад, надеюсь застать тебя ещё в процессе, — улыбнулась она, отходя. Проходя мимо его клиентки, она заговорщически подмигнула той: — Потерпите, и уверяю, что ваше потраченное время оправдает себя. Кэролайн свернула на другую улицу, так и не обернувшись ни разу и, конечно, не заметив, как недоумённый свидетель этой сцены подошёл к Рикардо и стал наблюдать за процессом работы художника. Мало того что Клаус увидел свою новую знакомую совсем с другой стороны, так ещё она откуда-то знала о его бывшей кратковременной любовнице. Как певица Энн так и не прославилась в своё время, и спроси он, к примеру, у Марселя, помнит ли тот её, то наверняка друг вспоминал бы не один час о той особе.