Паразиты

POV Арина  — Ты сегодня подозрительно рассеяна, — ко мне за столик присел дядя Никита, поставив передо мной стакан молочного коктейля, — Неужели того спортсмена ищешь? В мыслях мелькнул образ докопавшегося до меня студента, чей изучающий взгляд я чуяла на протяжении всей экскурсии по университету. Меня совершенно не интересовало то, что тот чудак напридумывали у себя в голове, чем руководствовался, навязчиво провожая меня до дома. Только лишнее подозрение у отца вызвал, который согласился отпустить меня на концерт только в сопровождении старого доброго байкера-друга Никиты.  — В точку, дядь. Этот недоумок безумно хотел со мной познакомиться. Было решено позволить ему попытаться это сделать. Даже не представляю, как он будет пробиваться через Алека, — я отхлебнула немного коктейля и кивнула в сторону сцены, где уже разыгрывались ребята из группы. Алек, или Александр, самозабвенно подтягивал пластик на малом барабане, не обращая ни на что внимания. В свои двадцать с небольшим он был больше похож на дядю Никиту, чем на молодого юношу — длинная, но ухоженная борода, бритая налысо голова, тело размером со шкаф, украшенное татуировками. Он был давним моим ухажером, но, после того, как ему ясно дали понять, что дочка владельца клуба ни с кем встречаться не будет, парень поклялся стать для меня побратимом и защищать от всех напастей, включая надоедливых студентиков-спортсменов. Старательно пряча свое лицо за волосами, опустив голову чуть ниже, я слушала россказни дядюшки, любимого мной всем сердцем. Улыбка так же пряталась за рыжей шевелюрой, когда он начинал говорить про мое детство. К примеру, сегодня мужчина решил вспомнить про то, как меня в пятом классе обижали товарищи по классу. В то время мне не приходилось прикидываться серой мышкой, ибо я такой и была. Уже не помню точно, с чего все началось, но забыть про то, как дядя Никита приехал со всей своей компанией байкеров к воротам школы, чтобы явиться к директору вместо занятого отца, невозможно. С тех пор меня в школе старались не трогать, а некоторые даже пытались подружиться. Но уже в те годы учеба была для меня главным развлечением, и присутствовало убеждение в том, что папа и его друзья байкеры — лучшие друзья. Эти большие бородатые дяди все сразу приняли меня к себе в семью; каждый из них относился ко мне как к малютке-дочке: не ругался скверными словами, кормил сладостями и вообще подавал хороший пример. Наверное, именно поэтому я считаю, что меня отец хорошо воспитал. Ничего не запрещалось, а я ничего и пробовать не хотела, ибо нафиг мне это все не нужно.  — Арина-малина, дуй на сцену, — пробасил в микрофон вокалист, заставив меня отвлечься от воспоминаний. Мельком глянув на наручные часы, я отметила, что концерт через полчаса и пора провести саундчек. Мне помогли взобраться на сцену, вручили мою же гитару, за что вокалисту было обещано руки оторвать, ибо никому не позволяла трогать свою детку. Мы отыграли кусочек песни, общаясь со звукооператором и корректируя подачу звука в мониторы, а после поспешили за сцену ждать объявления. И лишь краем глаза я приметила уже знакомую фигуру в толпе. Люди любят нас и нашу музыку. Нет, мы не покоряем большие сцены типа «Олимпийского», зато в клубах собираем полные залы. А от этого нас еще и начинают любить директора клубов, так как кассу мы им за вечер делаем. Воткнув в уши мониторы, я поспешила на сцену, где свет еще был приглушен. Первая песня начиналась с партии бас-гитары. ***  — Ну ты отжигаешь, ягодка. Каждый раз толпу заводишь своей отдачей, — вокалист поднял вверх бокал с пивом, — За Малину! Бар загудел от басов в голосах старых металлистов, а я поддержала их своим громким выкриком «Спасибо» и допила залпом стаканчик колы. Все веселятся, а я поддаюсь всеобщему настроению, и улыбка не сползает с моего лица. Ни что не могло испортить сегодняшний вечер, кроме…  — Ну, здравствуй, мышка, — послышалось сзади меня, и бар замолчал. Даже музыку выключали, и было слышно, как скрипит по полу стул вставшего Алека.  — А ты кто будешь? — бородатый ударник грозно смотрел мне за спину, а я уже ждала шоу. Почему-то именно сейчас я верила в то, что студентик нагрубит моему названному брату и придется брать все в свои маленькие лапки.  — Какая тебе разница, боров? Я пришел не к тебе, а к Арине, — нарвался парень знатно, ведь не знает, что у Алека безумно ранимая и тонкая душа. Вот бородач багровеет, сжимает кулаки и направляется в сторону обидчика. Пора!  — Так, стоп. Александр, успокойся, — я развернулась на сто восемьдесят градусов, не вставая со стула, — А ты, студентик, будь добр начать фильтровать базар. Не обижай моего брата, пожалуйста. Студент был не один, а с компанией таких же полуспортсменов, которые были все как один на лицо: одинаковые прически и даже в одежде никакого разнообразия. Что за молодежь пошла? Ни ума, ни фантазии, ни инстинкта самосохранения. Ударник сел обратно на свой стул, продолжая буравить взглядом гостей, вокруг снова зазвучала музыка, поднялся гомон. Все решили игнорировать новоприбывших, да и мне самой хотелось последовать примеру старших, но я же пригласила их, студентов этих.  — Вернусь к вопросу, на который ты мне так и не ответил, лютик синеглазый. Какого черта тебе от меня надо? — я видела, как в глазах парня рвется шаблон тихой ботанички, а на ее место приходит рыжая бестия с басухой в руках. Но никакого проблеска разума видно не было.  — Мое имя — Сергей, — парень старался казаться крутым, но не понимал, что в этом клубе он далеко не король. Король — мой папа, а я — маленькая обнаглевшая принцесса.  — Да плевать я хотела на твое имя, лютик. Что тебе нужно? — друзья синеглазки начали посмеиваться. Видимо, впервые видят альфыча стаи в таком положении. Неужели он привык с помощью сладких слов и смазливой внешности заполучать девушек? И он серьезно рассчитывает получить что-то от меня? Думаю, кроме фингала под глазом и разбитого носа от Алека, он ничего не получит.  — Я хотел бы, как это у вас называется, затусить с тобой, цыпа, — даже не представляю, какой частью мозга генерируются у этого клоуна такие фразы.  — У нас это называется «познакомиться с девушкой и пригласить ее на свидание». Ты думаешь, что, если ребята выглядят как медведи, то должны вести себя, словно неотесанные дикари? Не на ту улочку ты свернул. Между прочим, дядя Никита — преподаватель истории, а вон тот чувак, косящий под скинхеда — хирург с тысячами спасенных жизней за спиной, — с каждым моим словом Сергей, казалось, уменьшался, оглядывая толпу, — А этот патлатый старик — отец восьмерых детей, образцовый отец! Здесь приличное общество, в отличие от твоей гоп-компании.  — Я извиняюсь, — теперь студентик больше походил на шестнадцатилетнюю ботаншу, чем я, — Но оставь хотя бы свой номер телефона.  — Эта Малина тебе не по зубам, — было сказано мной, а дальше полное игнорирование. Я не видела, как Сергей ушел. В сердце тлела надежда на то, что я больше его не увижу. Прошло полчаса и позвонил отец с просьбой вернуться домой, и я, как послушная доченька, попросила дядю Никиту подбросить меня. Отказа не последовало, поэтому до дома добралась быстро. На пороге меня встретил батенька в милом розовом фартуке, который я когда-то ему подарила. Он его редко надевал, а, когда это случалось и родитель готовил ужин сам, это означало, что он скоро снова уедет непонятно куда на неопределенный срок.  — Может, на этот раз скажешь, как долго тебя не будет? — умывшись и переодевшись, я прошествовала на кухню, по пути собирая волосы в пучок.  — Милая ягодка моя, я не знаю, — ответил папа, поставив на стол порцию жареной картошки с большим стейком. Вид и запах жареного мяса пробудил голоса китов в моем желудке, в который за сегодня не попало ничего сытнее сока или газировки. Я сделала вид, что такие страшные звуки урчания желудка не от меня, а от кота, который требовал свою порцию еды, и попыталась замаскироваться под повара, помогая отцу с нарезанием салатика. Тем временем глава семьи занялся кормлением пушистого любимца, а по пути услышал зов китов со стороны дочери.  — Ты снова ничего не ела на учебе? Милая, ты хочешь потерять свою форму? Или чтобы Арсений Дмитриевич расстроился, когда я ему нажалуюсь на то, что ты гробишь свой желудок? — папа отчитал меня, упоминая имя тренера из тренажерного зала, в который мы вместе ходим. По спине пошли мурашки от упоминания сурового накачанного ЗОЖника. Не так страшны байкеры, когда есть личный тренер.  — Я только сегодня. И это чистая случайность. Мы с классом ходили в универ на день открытых дверей, поэтому я и не успела покушать, — пришлось скорчить как можно более жалостливую моську, чтобы папа сжалился. И подействовало, хотя я просто знаю, что он тот еще добряк. Один меня воспитывает, молодчина. Каждый раз гордость распирает, когда просят рассказать про отца. Правда печалит, что он скрывает от меня то, кем работает. И за шестнадцать лет ни разу не спалился. Возможно, это просто не мое дело. Главное — отец жив, здоров и позитивен. Так и живем. *** POV от третьего лица. Ночная улица освещалась тусклым светом фонарей. Одинокий силуэт брел по дорожке, отбрасывая в сторону тень. Сергей был очень огорчен произошедшим сегодня. Хотел познакомиться с мышкой, а наткнулся на кошку. Рыжую кошку со своими тараканами в голове. С одной стороны, это не то, чего он ожидал, но с другой — так интереснее. Он много неприступных барышень видел, и все они поддавались его чарам. И парень был уверен, что эта Арина такая же, как и все. Стоит только немного постараться, потратиться на подарки и все! Ничего же сложного! Наверное…  — Завтра надо зайти в учебную часть, узнать, из какой же школы была делегация. А пока — домой, — Гринберг ускорил шаг, вдохновленный мыслью о том, что хоть как-то сможет развлечь себя. Правда не понимал, что эта ягодка ему действительно не по зубам, да еще и ядовитая она.