Эволюция: охотники за генами

Вегас, шесть лет спустя Закончившиеся съемки очередного фильма (историко-приключенческие драмы нынче набирали популярность) всем скопом решили отпраздновать в лесочке за городом. Ривал помолился, чтобы их там не сожрали какие-нибудь твари, и, как истинный урбанист, остался в мегаполисе, таская Нову по местным достопримечательностям, и взахлеб делился подробностями со съемочной площадки. – И вот она… – он запнулся, так как нечто, пискнув, врезалось в его ноги. Парень посмотрел вниз и увидел рыжего мальчонку лет пяти, сидевшего на полу и вот-вот готового расплакаться. – Эй, малыш… – Ривал уже протянул ребенку руку, чтобы помочь подняться, когда внезапно, словно черт из табакерки, перед ним выскочил второй карапуз. Этот другой, черноволосый мальчик с вызовом уставился на двух «страшных дяденек» огромными синими глазищами, закрывая собой товарища. Первый тем временем успел вскочить на ноги и спрятался за спиной друга, робко выглядывая из-за его плеча. – Ой! Простите, пожалуйста! – к ним подбежал мужчина, такой же рыжий, как один из детей, только с головы до пят. – Я же просил не бегать, – произнес он строго. Народу все прибывало. Теперь в их сторону, держа в руках мороженое, направлялся еще один субъект. – Что слу… – начал было тот, но запнулся, встречаясь взглядом с Грэмом, – чилось? – Ничего такого, – улыбаясь, Ривал присел на корточки рядом с ребятишками. Рыженький мальчуган заулыбался в ответ, а вот чернявый продолжал оставаться начеку. – Идем, Кид? – всучив детям по рожку, «парень с мороженым» взял маленького защитника за руку. – А как же а… о… океа… нариум? – искренне недоумевал ребенок, когда его снова повели к двери, через которую они совсем недавно прошли. – Мне кажется… – выпрямился Ривал, провожая взглядом забавную четверку. – Тебе не кажется, – ответил Нова. – Эй! Ты куда? А что насчет океанариума? И ты должен мне мороженое! – чертыхаясь, устремился за другом. Вот засада! Так быстро он бегал только в фильмах. Только они отошли от Вегаса, как Ноника оповестила: – «Малая Земля – 11» запрашивает разрешение на стыковку, – после чего добавила: – Перевести «Коперник» в боевой режим? – Погоди. Выведи на экран, – попросил Каспар. На мониторе возникло улыбающееся лицо Грэма. – Может, впустишь меня? Я один и без оружия. – Ноника, – вздохнув, – включи внешнее гравитационное поле и отправь на «Малую Землю – 11» пассажирский шаттл. – Не доверяешь? – однако, казалось, землянин нисколько не расстроился. Каспар отключил связь. Тут же засветился дисплей коммуникатора. – Ну, и кто там? – полюбопытствовала уменьшенная голографическая копия Джунго. – Грэм. Товарищ присвистнул: – Кажется, я завидую. – Подожди, пока рано о чем-либо судить. Он едва успел спрятать бластер за пояс (на всякий случай), как в отсек вошел Нова. С минуту они стояли, сверля друг друга глазами, не зная, с чего начать. – М-м, хочешь чего-нибудь выпить? – Каспар слышал, что на Земле есть похожая традиция. – Пожалуй, – ответил парень, с интересом осматривая звездолет. – «Навороченный, однако, кораблик». Развернувшись на девяносто градусов, никт направился прочь из кабины. – А вот это нам не понадобиться, – Грэм ловко выхватил бластер. Проверив предохранитель, он откинул оружие подальше, в кресло пилота – ни вашим, ни нашим. – Настолько не доверяешь? Тот пожал плечами. – Будь добр, прекрати уже пялиться, – попросил Каспар, потянувшись к полке за стаканом. Всю дорогу, что они добирались до кухни, мужчина ощущал на затылке пристальный взгляд. Подкравшись сзади, Нова обхватил его за талию. – Я больше тебе не нравлюсь? – будто обиженный ребенок. Он и не подозревал, как сильно соскучился. Каспар вздрогнул от неожиданности. Знакомое-забытое чувство вновь вспыхнуло внутри. Никт развернулся, чтобы видеть лицо землянина. – Чего ты хочешь? – Не знаю. Наверное, просто хочу быть с тобой. Нова провел пальцем по его губам, чуть надавливая и заставляя приоткрыться. Приблизившись, ласково коснулся упрямого рта. Еще раз. А потом, будто осмелев, поцеловал по-настоящему. Каспар даже не пытался сопротивляться. – Спальня в той стороне, – произнес он, едва не оказавшийся на столе. Грэм был нежным и чутким. И не нужно было спешить. Не нужно было убегать или прятаться. Можно было просто любить. Перебравшись в соседнюю комнату, выполнявшую на звездолете роль гостиной, они сидели рядышком на диване. Каспар, забравшийся на софу с ногами, прижимался к теплому боку. Нова отключил коммуникатор, по которому Ривал жаловался на гравитационное поле, в ловушке которого оказалась «Малая Земля – 11», и грозил умереть со скуки, и поцеловал блондинистую макушку. – Я тут подумал, – произнес парень, – у вас ведь нет своей планеты? Мы бы могли жить на Земле, или Луне, или одном из сателлитов, там тоже довольно неплохо. О ребенке Грэм не спрашивал. Все и так очевидно – мальчишка вылитый он в детстве. – Я подумаю, – пообещал никт. В гостиную заглянул маленький мальчик в смешной пижаме, сонно потиравший кулачками глаза. – Папа, а кто это? – залезая Каспару на колени. – Это твой… папа. – Папа? – заинтересованно переспросил малыш и, прокрутив, вероятно, в голове какую-то мысль, добавил: – Как у Бландиш и Гун-Гуна? – Да, как у Бландиш и Гун-Гуна, – подтвердил тот. Кид пока не понимал различий между папой и мамой, но давно заметил, что почти у всех его ровесников два родителя. И даже однажды попросил у Каспара на день рождения второго папу. Каспар тогда и предположить не смел, что однажды сможет преподнести сыну такой подарок.