Последний вздох сына Гондора

— Эти эльфы собирают Совет в Ривенделле. Давно пора — орки, грязные отродья, уже на западном берегу Андуина. — Да, отец, — медленно поклонился Боромир, глядя, как Денетор отрывает жирную ногу поросёнка, поданного на обед.       Ночь нехотя уступает свои владения предрассветным сумеркам. Утренний туман стелется над землей. Бока уставшей лошади тяжело вздымаются и опадают под всадником. Почти непрерывная скачка по опасным дорогам, в надежде найти дом эльфов, выматывает, но гондорец не спешит сдаваться. Он помнит о брате, который отражает нескончаемые нападения орков на западном береге Андуина. Он помнит о загадочном сне, что снился им обоим. «Сломанный меч ищи — он лежит в Имладрисе до срока. Окажется крепче Моргульских чар совет. Знак будет дан исполниться року: Проклятие Исилдура выйдет на свет, И явится невысоклик».       Боромир, сын Гондора, спешит за советом, за мудрым наставлением владыки Элронда. За помощью. За оружием, которое, возможно, поможет откинуть мерзких тварей от порога его дома. Его ведёт надежда.       Сотни гонов — и ради чего? Ради слепцов, жаждущих уничтожить то единственное, что способно помочь нам! Полуэльф, в величии своём не видящий дальше собственного носа! Бродяга, оказавшийся прямым потомком про́клятого Исильдура! И предательство Сарумана…       Отец, за тем ли ты меня послал?       Но я отправлюсь в этот путь. Я уничтожу нашего Врага любым способом, даже если это будет означать мою кончину.       Карадрас — один из величайших пиков Мглистых гор. Гном говорит, что он одинаково не любит ни эльфов, ни его бородатую братию. Странно. Как гора вообще может кого-то любить или не любить? Это бездушный камень с высоченным настом снега, лежащего в некоторых местах чуть ли не по грудь, а коротышек-полуросликов тем более приходится порой вытаскивать из сугробов, в которых они исчезают с головой. Но не гора занимает все мои мысли. Кольцо. Полурослик обронил его. Глупцы, доверили сокровище растяпе! Оно притягивает, шепчет. Кажется, теперь я понимаю, отчего мы затеяли этот поход. Но всё же, не уж то я не смог бы направить его силу в доброе русло?       Так или иначе, я благодарен Арагорну за то, что он привёл меня в чувство. Я был не готов.       Арагорн… Вот, о ком еще я думаю в последнее время. Следопыт, которому пророчат трон Гондора. Но где он был все эти годы? Его ясные серые глаза смотрят внимательно и цепко. Он думает, что видит меня насквозь. Что он может знать? Воспитанник эльфов, бродяга! Гондору не нужен король!       Полурослик. Как он может судить о том, куда лучше идти? Хоббит, что не вылезал всю жизнь из своего Шира.       Среди людей ходят разные слухи о Мории, но все они отличаются своей мрачностью. Я предлагал пойти на север. Через Рохан, и выйти к югу от Гондора. Я хотел переговорить с отцом, объяснить всё и предупредить об Арагорне. Поговорить с братом — я больше ста дней не видел его, больше семидесяти не получал никаких вестей. Насколько смогли продвинуться орки в глубь страны? Эти отвратительные твари, живущие лишь убийствами, пожирающие людское мясо, не гнушающиеся питаться себе подобными. Будь ты проклят, Мелькор! Ты и твоя чёрная магия! И ты, Саурон, что решил восстать из небытия. Мы уничтожим тебя, вырежем всех орков до последнего. Умоем Средиземье в крови, но очистим его от этой падали. И я вернусь в Минас Тирит под звуки белого рога.       Я навсегда запомню крик Фродо. Столько отчаяния и боли было в нём!.. Столько силы оказалось в его маленьком теле, когда я тащил его в коридор, подальше от последней битвы Гендальфа. Погибнуть так глупо, когда до выхода оставалось уже недолго… Что стоило старику отойти всего на шаг? Но он спас нас.       После изнурительного бега, на пределе возможностей, когда хоббитов пришлось тащить чуть ли не на руках оттого, что их маленькие ножки не поспевали за нами, мы наконец-то оказались на поверхности. Но какой ценой!       Один из последних майаров, бывший главной надеждой нашего отряда, которому было дело до происходящего в Арде, пал. Два человека, эльф, гном и четыре полурослика… Глупо полагать, что мы сможем добраться до цели. Пройти через армии орков, в самое сердце расположение врага и уничтожить то, что ему дороже всего, то, что является его жизнью. Пройти мимо Ока.       Плач…       Да, он может вести отряд. Но страну?.. Он единственный среди нас, кто не поддался отчаянию. Лишь он сейчас наш свет во тьме.       Сердце моё обливается горечью. Как же слеп и глуп я был. Они были правы. Все они. Выкормец Моргота достал меня. Я слышал его шёпот в своей голове. Он предрекал мне величие моего народа, которое я мог бы достичь, отобрав кольцо. Смог вы низвергнуть Его самого. Саруман, услышь же глас мой! Полурослик оказался мудрее и смелее меня…       Стрелы в плоти моей. Им нет нужды источать яд, разнося его по венам. Тело моё отправится на Запад. Туда, откуда пришли девять кораблей во времена Второй Эпохи.       Один из двух сторожевых холмов у водопада Раурос. Амон Хен, с которого в былые времена обозревали северные границы Гондора. Ты станешь местом моей гибели.       Арагорн… Последний из потомков нуменорцев. Надежда моего народа. Не надо, не стоит зажимать рану. Она одна из многих. Мы оба знаем, что скоро душа моя отправится в чертоги Мандоса.       Слёзы в моих глазах. Прости, что не признал тебя сразу. Мне понадобилось слишком много времени, чтобы узреть в тебе Короля. Сколь же сильно сердце моё жаждет встать подле тебя! Биться плечом к плечу с той Тьмой, что вновь опустилась, как некогда на земли Средиземья. — Не уберёг… — Вместе с кровью выходят слова из глотки моей.       Не уберёг полуросликов. Не уберегу тебя от шальной стрелы, от клинка, не спасу, не буду рядом в час нужды. Илуватар, храни его. Храни ради всех нас. — Мой король.