Петербургская (не)зависимость

Найдётся ли человек, который не любил бы идти в полной тишине по пустой улице и слышать глухой стук подошв сапог? Возможно конечно... но Александр Васильевич явно к ним не относился. Он шёл погруженный в свои мысли, не заметив, что свернул в подворотню, недалёко от одного необычного дома. Это здание было одной из многочисленных построек Петроградской стороны, выполненной в стиле модерн и имело лишь одно архитектурное украшение. Именно, что "имело", потому что несколько лет назад оно было безбожно сбито, в связи с постройкой напротив него не то церкви, не то собора. И так демон, а вернее Мефистофель нашёл свой безвременный и печальный конец. Дом потерял своё архитектурное отличие и приобрёл знаменитость на берегах Невы, хотя по мнению разумных людей, такая компенсация не была стоящей. Но этот дом всё же остался обладателем одного отличия, но оно было известно отнюдь не всем. И к большому сожалению надо сказать, что тайна эта была далеко не для лучших частей населения Северной столицы. Александр Васильевич с ней познакомился, вернее столкнулся лицом к лицу как раз в этот момент - зайдя во двор одного из близлежащих домов. Она была не высокого роста, но это не мешало ей наводить смертельный ужас. Она была не низкой и это не мешало ей приносить смерть. Она была великолепна и неповторима в своём мастерстве. Ей поклонялись новички, зелёные от головы до пят, её боязливо обходили стороной, вернее трусливо оббегали, за полгорода, более опытные в своём деле, и наконец никто ещё не приблизился к ней ни на толику в мастерстве, казалось бы грубом, но при детальном рассмотрении требующем не меньше усердия, чем хотя бы работа ювелира. То была мастерица непревзойденная. Этот неимоверный талант и позволил ей беспрепятственно и неимоверно просто попасть в круг главы всего города в их общем деле. Она буквально за миг из простой девчонки, стала человеком имеющим статус, цену, имя и что не удивительно крепкую [ну я оооочень надеюсь :) - прим. автора] дружбу. Этот круг главных был кругом с натяжкой - их было всего трое, но может это было и к лучшему... Но думаю лучше будет вернуться к темному вечеру прогулки Александра Васильевича. К темному Петербургскому вечеру с синим небом и едва различимыми звёздами. Надо сказать, что на беду астрономам любителям даже в самую самую синюю ночь, в этом чудном городе видны лишь немногие, самые яркие звёзды. От них так мало света... а это может уже и не так плохо... темнота - лучший друг загадок и неожиданностей... Неожиданность при входе во двор была и ещё какая, но крика не было и ему было почти не больно, а у неё появился плюсик - вновь безукоризненно выполненное поручение. Глава будет рада! Александра Васильевича может и искать не будут. Кому нужен трещащий без умолку противным голосом дрянной недостаричок?! А вот проблем от того, что он случайно приметил, могло быть множество. "Одним больше, одним меньше, главное замолчит" - примерно так звучал его приговор, вынесенный Главой, несколько часов назад. А всё дело в том, что Александр Васильевич работал некогда на одном предприятии неподалёку от Петропавловской крепости. То был вроде химический институт... большинство к сожалению уже и забыли, что же там было. Предприятие закрыли, а территорию огородили синим забором, порушили там всё и узнали, что место заражено радиацией, пусть и не сильно. Так всё и забросили: кучи битого кирпича и пара строений, которые чудом ещё остались нетронуты. Александр Васильевич был не особо умён, но к беде своей внимателен и сентиментален. Его должность была отнюдь не высока и не значительна, но он сильно прикипел к ней. И за несколько часов, до печальных, описанных событий он решил, что надо бы повидать место где он трудился много лет. Пусть он был и стар, и не очень крепок, но преграду в виде забора преодолел, а дальше, осмотревшись, он принял решение идти к уцелевшим невысоким постройкам. На ближайшей из них замка не было, и Александр Васильевич зашёл. Он некоторое время бродил, вспоминая, о том что большая часть его жизни прошла в этих самых коридорах и кабинетах. Неожиданно для себя он отметил, что впереди имеется за дверью источник света, явно не принадлежащий к природным, а ещё и различил голоса. Александр Васильевич подобрался ближе и заглянул в комнату. В комнате было четверо: трое допрашивающих и один допрашиваемый. Трое девушек-допросчиц были явно юны, что не уменьшало никак степень их агрессии. На стуле сидел красивый молодой человек с приятными чертами лица и хотя они осунулись, нужный эффект они всё же производили, в особенности на ту, что вела допрос. Возможно "производили нужный эффект" сказано с неким преувеличением, но стоит напомнить читателю, что Александр Васильевич, имевший возможность непосредственно оценить ситуацию, был чрезвычайно внимателен и дотошен, и все малейшие детали поведения Главы этого сбора тот час бросались ему в глаза. На самом деле трудно представить какую реакцию кроме восхищения, пусть и скрытого мог вызвать этот мужчина с опаловыми глазами. Они действительно были необычными - синего цвета, в них казалось должна была бурлить жизнь и страсти, но она была заморожена слоем инея-безразличия. Александр Васильевич учёл и заметил всё. Всё, кроме одного. Всё кроме одного короткого взгляда, который бросила на него незаметно Глава. Когда мужчину уводили, Александр Васильевич спрятался в соседней лаборатории, а потом вернулся к наблюдениям. Девушка, которая вела допрос расположилась на стуле и принялась что-то быстро писать. Первый клочок она отдала девушке, что была ростом приблизительно как она, имела весьма приятные черты лица и забавную ямочку на щеке, которая появлялась, когда девушка улыбалась. Когда Глава передала ей листок, она приподнялась со стула и что-то шепнула девушке на ухо. Та заулыбалась ехиднейшим образом и бросилась в догонку за мужчиной, уведённым охранником. Александра Васильевича, вжавшегося в стену, она даже не заметила. А Глава между тем дописав вторую записку отдала её второй девушке, бывшей в комнате. Та прочитала и заулыбалась сначала, а потом залилась истерическим смехом, столь пугающим, что Александр Васильевич почти бегом покинул это место. Через несколько часов Маньяк привела в исполнение инструкции содержавшиеся в записке.