Мечты Вероники

Утро встретило её теплом и солнцем. Лучи пробивались сквозь окно, лаская голую кожу — вчера она забыла закрыть жалюзи, и теперь свет бил прямо в лицо, заставляя жмуриться. Откинув одеяло, она потянулась, подставляя тело солнцу, и зевнула с кошачьей грацией. Часы на телефоне показывали время чуть раньше будильника — она выключила таймер и встала. Окно выходило во двор, и, заметив это, Вероника быстро задёрнула занавеску — вдруг кто-то подсмотрит её утреннюю наготу. Достав свежие трусики, она натянула их — вчерашние, промокшие от вечера, полетели в стирку. Надев лёгкую домашнюю футболку и шорты, она побрела на кухню, всё ещё ощущая лёгкую дрожь в ногах от ночных утех Мама суетилась у плиты, бросая картошку в кипящую воду, и, не оборачиваясь, кивнула в сторону холодильника: — Перекуси пока, пюре ещё не готово. Вероника вытащила масло и клубничное варенье, намазала их толстым слоем на хлеб и устроилась за столом, лениво жуя. Через несколько минут кухня наполнилась гомоном — семейство собралось в полном составе. Она уже наелась бутербродов и теперь без особого энтузиазма скроллила ленту в телефоне, пока пар из кастрюли клубился над плитой. Алина выложила очередное селфи: лицо лоснилось от жирного блеска, густо замазанное фильтрами до неузнаваемости. Кого она пытается одурачить? Все же видели её сальную рожу без этой штукатурки, — усмехнулась Вероника про себя, закатывая глаза. Взгляд случайно упал на отца, и в груди кольнула мысль: что бы он сказал, узнай он про её тайны? Про игрушки в шкафу, про фантазии о девчонках, про то, как она доводит себя до дрожи, представляя Ренату? Но размышлять было некогда — время встречи поджимало. Доев последний кусок, она ускользнула в свою комнату, оставив гул семейного завтрака позади. В рюкзак легли два купальника: скромный, для приличия, и тот откровенный, что она прятала от всех — микротрусики и топ, едва прикрывающий соски. Деньги сунула в карман шорт, телефон — в боковой кармашек рюкзака. Для жары она выбрала лёгкую белую блузку, завязанную узлом на талии, белый лифчик, обтягивающий грудь, короткие синие джинсовые шорты и кроссовки. Наряд был удобным, но всё равно подчёркивал её изгибы — идеально для такой погоды. На месте встречи Рената уже ждала, хотя Вероника пришла вовремя. Та выглядела сногсшибательно: вся в белом, как ангел с пошлым подтекстом. Короткие шорты — короче, чем у неё самой, — обтягивали стройные ноги, а полупрозрачная майка обрисовывала грудь, едва скрывая кружево лифчика. У Вероники внутри вспыхнул знакомый огонь — этот вид разжигал её фантазии до предела. Она представила, как срывает с неё эту майку, как её пальцы скользят по гладкой коже, и невольно сглотнула. Взгляд упал на свои джинсовые шорты — слишком свободные, слишком скучные. Чёрт, могла бы выбрать что-то поярче, — мелькнула досада. Рената шагнула навстречу с улыбкой, и они обменялись приветствиями. Девушки неспешно побрели по улице, утопая в летнем зное. Вероника молчала, собираясь с духом, но наконец решилась: — Может, махнём в другой бассейн, не в «Иллару»? Рената удивлённо вскинула бровь: — В смысле? А куда? — Думала про «Астур», — Вероника махнула рукой, будто отгоняя жару. — Там народу меньше, и солнце не так печёт. Видишь, какая пекловина… Рената задумалась, и на миг в груди Вероники затеплилась надежда. Но ответ разбил её мечты: — Нет, лучше в «Иллару». Мой парень потом подтянется, да и друзья будут. Вероника едва сдержала стон разочарования — хотелось провалиться сквозь раскалённый асфальт. Её план рушился: никакого уединения, никаких шансов коснуться Ренаты. Кивнув с натянутой улыбкой, она поплелась дальше, сжимая кулаки. Внутри боролись обида и желание — затащить Ренату в укромный уголок и дать волю рукам, сорвать с неё эти шорты, ощутить её жар под пальцами. Рената бросила на неё быстрый взгляд — в её глазах мелькнуло что-то неуловимое, смесь любопытства и лёгкого удивления, но Вероника, погружённая в свои мысли, этого не заметила. Они шли молча: жара выматывала, а в голове у Вероники крутился хаос из обломанных фантазий и похотливых образов. Примерно через полчаса они добрались до «Иллары». Оплатив вход, девушки получили браслеты и направились в раздевалку. Вода в бассейне искрилась кристальной чистотой, почти манила к себе. Людей было мало — лишь один мужчина рассекал её кролем от бортика к бортику. Этот факт слегка успокоил Веронику: хоть толпы нет, и можно будет украдкой полюбоваться Ренатой без лишних глаз. Зайдя в кабинку, Вероника скинула одежду и задумалась над купальниками. Микробикини манили своей дерзостью, но она не решилась — её пошлость расцветала только за закрытыми дверями комнаты, а здесь, среди чужих глаз, она выбрала скромный вариант. Даже в нём её тело выглядело соблазнительно: ткань обтягивала упругую грудь и подчёркивала изгибы бёдер, оставляя простор для фантазий. Выйдя из кабинки, она замерла: Рената стояла под душем, и её белый купальник — кто бы сомневался — сверкал, облепив фигуру, как вторая кожа. Вода стекала по её телу, а мокрая попка сияла в свете ламп, маня округлостью. Взгляд Вероники прилип к ней, сердце ёкнуло, и жар прокатился по низу живота. С трудом отведя глаза, она включила свой душ, подставляя кожу прохладным струям, и побрела к бассейну, чувствуя, как возбуждение пульсирует в венах. Рената уже стояла на ступеньках, касаясь воды ногой. Вероника замерла позади, жадно пожирая глазами её формы — попка, блестящая от влаги, казалась идеальной. Внутри что-то щёлкнуло: сдерживаемый барьер рухнул, и она, подкравшись к ничего не подозревающей подруге, обхватила её за талию. С криком она потянула Ренату за собой, и они с громким плеском рухнули в воду. Вынырнув, Вероника отпустила горячее тело подруги, ожидая упрёков. Но Рената, протерев глаза и откинув мокрые волосы, звонко рассмеялась и набросилась на неё, шутливо «топя», вцепившись в плечи. Вероника не растерялась — её ладони смело легли на упругую попку Ренаты, сжимая её и утягивая под воду. Это был её сон наяву: наконец трогать эту манящую плоть, чувствуя её под пальцами. Ей хотелось сорвать с неё купальник, впиться в губы, ласкать каждый сантиметр — прямо здесь, наплевав на всё. Девушки барахтались, смеясь и касаясь друг друга мимолётно, но остро. В очередной схватке Рената ухватила Веронику за попку, прижала к себе и нырнула. От этого прикосновения жар между ног стал невыносимым — ещё чуть-чуть, и она кончила бы прямо в воде. Но Рената, запыхавшись, отпустила её и прислонилась к бортику, стоя по шею в воде. Вероника скользнула рядом, незаметно прижавшись бедром к её ноге, и кожа обожгла кожу. Рената, улыбаясь, расправляла мокрые пряди. Вероника заметила, как мужчина, плававший неподалёку, выбрался из бассейна, бросил на них взгляд — любопытный, почти жадный — и ушёл к раздевалкам. Момент был идеальным: сейчас или никогда. О последствиях думать не хотелось — рядом стояла Рената, мокрая, манящая, с этими чертовски сладкими губами. Бросив сдержанность, Вероника обвила её талию под водой и впилась в неё страстным поцелуем. Её руки прижали податливое тело, чувствуя, как твёрдые соски Ренаты упираются в её грудь сквозь тонкую ткань. Поцелуй растянулся в вечность — жаркий, глубокий, с привкусом хлорированной воды. Открыв глаза, она наткнулась на растерянный взгляд подруги: губы, только что слившиеся с её собственными, приоткрылись в удивлении. Закрыв глаза снова, Вероника приготовилась к худшему — крику, отторжению, чему угодно. Время застыло. Сердце колотилось в груди, кровь пульсировала в висках, заглушая плеск воды. Рената молчала, и Вероника не смела взглянуть на неё, боясь увидеть осуждение. Тишина длилась бесконечно, пока пальцы Ренаты не коснулись её талии. От неожиданности она вздрогнула и распахнула глаза. А затем увидела её — лицо подруги, полуоткрытые губы, тянущиеся к ней. Рената впилась в неё поцелуем — жадным, почти голодным, сжимая талию и притягивая к себе с такой силой, что у Вероники подкосились ноги. От нахлынувшего жара она чуть не ушла под воду, но Рената развернула её и прижала к бортику. Благодарная за эту опору, Вероника растворилась в её губах, отвечая с той же страстью. Эмоции захлестнули: пальцы Ренаты скользнули по её животу под водой, уверенно ныряя в трусики. Они нашли киску — горячую, влажную не только от воды, — и начали дразнить клитор. Вероника вцепилась одной рукой в бортик, другой обхватила подругу, боясь соскользнуть от дрожи. Рената прижала её сильнее, не давая вырваться, и продолжала целовать, пока её пальцы мастерски играли с чувствительным бугорком. Когда они нащупали вход и проникли внутрь, Вероника поняла: оргазм неизбежен. Рената, уловив её дрожь, прервала поцелуй и зажала ей рот ладонью, заглушая стон. Два пальца погрузились глубже, двигаясь ритмично, и волны наслаждения накрыли её с головой. Она кончила быстрее и ярче, чем когда-либо — тело содрогалось, бёдра сжимались вокруг руки подруги, а ладонь на губах спасла от крика. Ей казалось, что сознание вот-вот ускользнёт, но оргазм отступил, оставив её дрожащей и слабой. Рената медленно вытащила пальцы, поправила сбившиеся трусики Вероники и нежно поцеловала её, всё ещё прижатую к бортику. Их дыхание смешалось, а вода тихо плескалась вокруг, будто ничего не произошло Когда дыхание у обеих выровнялось, первой заговорила Рената, её голос дрожал от смеси удивления и мягкости: — Я, конечно, замечала, что ты пялишься на меня как-то по-особенному, но даже не думала, что дело в этом. Хотя, когда ты предложила другой бассейн, я заподозрила, что нравлюсь тебе… в таком плане. Вероника полузакрыла глаза, чувствуя, как лицо заливает жаркий румянец. Её щеки пылали, будто вода вокруг вот-вот закипит от этого смущения. — Но, честно, не ожидала, что ты меня прямо тут поцелуешь, — продолжала Рената, её тон стал ниже, почти интимным. — Меня как током ударило — я набросилась на тебя, потеряв голову. А как ты кончила… я просто офигела, такого не ждала. — Её пальцы скользнули по бедру Вероники под водой, оставляя за собой обжигающий след. От этих слов Вероника чуть не утонула в своём стыде — она всегда терялась, когда её хвалили, а тут ещё и Рената, с её ласковым касанием, добивала остатки самообладания. Тихо, почти шёпотом, она выдавила: — А как же твой парень? Вы же давно вместе… Рената не успела ответить — где-то неподалёку раздались голоса, приближающиеся к бассейну. Девушки отпрянули друг от друга, инстинктивно расправляя купальники, чтобы выглядеть беззаботно. Через пару минут у входа показались подростки: среди них парень Ренаты с двумя дружками, а следом — знакомые Вероники, шумные и беспечные. — Приходи ко мне вечером, — быстро шепнула Вероника, поймав её взгляд. — Мои уехали, буду одна дома. Рената метнула глаза то на неё, то на парня, шагавшего к ней. На миг она замерла, обдумывая, и едва заметно кивнула. Проходя мимо, она шлёпнула Веронику по бедру — лёгкий, но многообещающий жест — и выбралась из воды, оставив за собой капли, сверкающие на коже. Тепло разлилось в груди Вероники, но тут же угасло: Рената подошла к парню и поцеловала его. Однако что-то в этом поцелуе было не так — он вышел смазанным, почти формальным. Вероника прищурилась, вглядываясь в сцену, и внутри загорелась искра — слабая, но упрямая, как тлеющий уголёк надежды. Вылезая из бассейна, она направилась к душевым, когда её окликнула Алина: — Ты куда пропала? — голос подруги резанул слух ворохом возмущения. — Почему ушла без меня? Почему не позвонила? Да что с тобой вообще творится?! Вероника устало выдохнула, отмахнувшись от неё, и скрылась в душевой кабинке. Включив холодную воду, она подставила лицо под струи, пытаясь смыть бурю внутри — смущение, разочарование, желание, всё ещё тлеющее после пальцев Ренаты. Вода остужала кожу, но не гасила жар полностью. Спустив трусики, она направила поток вниз — там, где ещё горели призрачные следы ласк подруги, — и сжала бёдра. Сдерживаться было почти невозможно, но она стиснула зубы — не здесь, не сейчас. Простояв под ледяными струями минут пять, она наконец почувствовала, как пыл утихает, оставляя лишь лёгкую дрожь. Озябнув, Вероника выключила воду и вышла в раздевалку. В дверях она заметила Алину, наклонившуюся поправить шлёпанцы. Её тесные трусы впивались в тело, жирные складки нависали, колыхаясь при каждом движении. Вероника скривилась — Алина выглядела как борец сумо перед схваткой. Она замерла, молясь, чтобы та ушла, не заметив её. Но удача отвернулась. Алина резко выпрямилась, её тело затряслось, как студень, и, увидев Веронику, она рванула к ней, вцепившись в руку: — Что с тобой творится?! Я звоню — ты не берёшь, игноришь меня! Почему ты так со мной?! Вероника молчала, чувствуя, как внутри закипает злость — едкая, жгучая, готовая выплеснуться. Пришло время разрубить этот узел. Резко выдернув руку, она толкнула Алину в плечо. Та отшатнулась, в её глазах мелькнул страх — в тёмном взгляде Вероники полыхала ярость, холодная и беспощадная. — Потому что ты толстая, жирная свинья! — прошипела она тихо, но с ледяной ненавистью. — Потому что ты меня достала! Я тебе больше не подруга, усвой это, жирная сука! — Чтооо?! — взвизгнула Алина, раскрыв глаза от шока. — Ты совсем охренела?! Вероника заметила, как компания у бассейна обернулась, пожирая глазами разгорающийся скандал. Она бросила на них быстрый взгляд, затем снова впилась в Алину, застывшую с открытым ртом. — Повторю для тупых: ты — жирная, тупая свинья, которая думает, что рядом со мной будет выглядеть лучше. Но ты просто жалкая жируха, фапающая на порно с неграми и их огромными членами! Да, молчи и слушай! — она оборвала попытку Алины вставить слово. — Я видела твой браузер. Ты такая тупая, что даже не можешь это скрыть — порнуха, где негры трахают таких же жирных коров, как ты! Алина задохнулась, открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. Вероника, сжав кулаки, наступала, загоняя её к краю бассейна: — Меня тошнит от твоих уроков макияжа, где ты мажешь косметикой свою сальную рожу! Меня заебало, что ты жрёшь у меня дома, как будто с голоду подыхаешь! Кто-то хохотнул за спиной, но Вероника не обернулась — она знала, что Алина обжиралась не только у неё. — Больше ко мне не суйся. Видеть тебя не хочу, тупая жиробасина! Алина, наконец, опомнилась. Её лицо исказилось от гнева, и она замахнулась, целясь в щеку Вероники. Но та, ловкая и лёгкая, увернулась, а Алина, потеряв равновесие, качнулась вперёд. Её ноги заскользили по мокрой плитке. Не думая, Вероника пнула её прямо в колышущуюся задницу. Алина взмахнула руками и с оглушительным плюхом рухнула в воду, подняв фонтан брызг до потолка. Кто-то из ребят кинулся к ней, но Вероника уже развернулась, бросив напоследок взгляд на Ренату. В её глазах сверкнуло восхищение — чистое, неподдельное. Не останавливаясь, Вероника ушла в раздевалку, хлопнув дверью так, что эхо разнеслось по стенам.