Крыло

У тебя голос сладок. Позволь же и мне начать песнь о том, как губительно ворога привечать, как срывались с рябин стаи глупого воронья. Эта песня о том, как забыл я совсем, кто я. Киноварями кровь по оврагам низин течет. Змей крылатый искал, кто из нас ему наречен. Малахитами глаз он глядит на меня, как волк, чешуя полыхает — древнейшее колдовство. У него жемчугов и рубинов в казне не счесть. У меня три рубахи да старый платок монет. Я бы в княжью дружину ушел навсегда служить. Только людям от змейской не спрятаться ворожбы. Я был сказан рабом, всю деревню сожгли дотла. Надо мной распахнулись змеиные два крыла. И летела легенда с болот на родимый юг— что крылатую девку невестою нарекут. Я девицею не был, но и́стово укрывал ото всех под рубахою вышитой два крыла. Под луною белесой я считаю в траве росу, коль увидит мой суженый, голову не снесу. По шиты́м рукавам его горькая кровь течет. Я ода́рен мехами, каменьями. Горячо змей целует мои обескровленные уста. Опадает под ноги серебряная листва. Я ступаю тихонько по хрупкому тонкольду. Попытался бы сгинуть, но все ведь одно — найдут. Вечерами напевно и горько звучит зурна. Я в уста целую нареченного у шатра. И поет по нам песни осиновая свирель. Если выбора нет, остаётся одно — терпеть. От зелёных очей по округе светлым-светло — У меня на спине окровавленное крыло.