Сквозняки

— Только не говори, что ты бросил Линду! — Кристиан от неожиданности подпрыгнул на стуле, едва не снеся свою установку и во все глаза глядя на Себастьена. — Нет, Лали, конечно, тоже очень хороша, но…  — Если бы ты поменьше шлялся по девочкам и чаще проводил время с нами, узнал бы об этом гораздо раньше. — проворчал Николя. — После отъезда Джоанны ты стал просто невыносим!  — Забываюсь, как могу! — проворчал в ответ тот.  — Вы посмотрите на этого Кри-Кри! — рассмеялся Жозе. — Изменил, а теперь забывается! Сам виноват.  — Знаю. Ну что, вы закончили меня распекать? Может, продолжим наш разговор? Кристиан вновь повернулся к Себастьену, но тот отрицательно покачал головой:  — Давайте репетировать. Ребята взялись за свои инструменты, и Кристиан, сглотнув образовавшийся в горле ком, начал отсчёт. Почти год прошёл с того дня, когда он сделал самую большую в жизни глупость, изменив любимой девушке. Джоанна уехала, а он только потом понял, что любил её больше жизни. Он пытался найти хоть немного похожую на неё, но все было не то, и он отчаялся, приготовившись прожигать жизнь в мимолетных романах с девушками, имена которых он забывал тут же, едва они исчезали из его жизни. А Джоанна? О ней Кристиан предпочитал не спрашивать. Он не рыскал по её страницам в социальных сетях, не пытался узнать номер её телефона в Штатах. Он всеми силами пытался её забыть, и постепенно это, кажется, начало получаться. Репетиция закончилась, и Кристиан вылез из-за своей установки и, ни слова не говоря, направился к выходу.  — Куда это ты собрался? — удивился Себастьен, отставляя в сторону свою бас-гитару.  — У меня встреча.  — С очередной «любимой» девушкой? — Николя преградил ему путь к двери. — Кристиан, мы со счета сбились, пытаясь запомнить всех твоих пассий! Приходят, уходят, не девочки, а сквозняки какие-то. Ребята рассмеялись, но сам Кристиан не разделял веселья друзей. Ну вот зачем нужно было снова упомянуть о Джоанне? Чтобы его, и так все это время проклинавшего себя, окончательно загнать в депрессию? Ведь время никак не могло излечить его от этой любви, которой он был пропитан насквозь, до мозга костей, до кончиков волос. Он играл и думал о ней, вспоминал, мечтал, надеялся и упрямо верил в их любовь. Поэтому сейчас он с ходу солгал о встрече, чтобы остаться одному наедине со своей болью.  — Я присоединюсь к вам позже. — пробурчал он. — Вы будете «У Альфредо»? Николя утвердительно кивнул и отошёл. Он уже привык, что его лучший друг постоянно куда-то бежит, торопится. Он совершенно перестал проводить время с ними, его друзьями, предпочитая девочек, которые, впрочем, в его жизни не задерживались. Поэтому ребята не старались запоминать даже их имена, ибо все равно через день-два приходилось знакомиться с новой пассией Кри-Кри. А в конце концов, он вообще перестал знакомить своих друзей с его новыми подружками.  — Кажется, им управляет не мозг! — рассмеялся Жозе, когда Кристиан вышел из гаража.  — Давно! — поддержал его Себастьен.  — Ладно, пойдёмте в кафе. Нас, наверное, уже девочки заждались. — Николя открыл дверь. Себастьен и Жозе, в предвкушении встречи с Лали и Бенедикт, поспешили следом. А Кристиан неспешно брёл по набережной Сены и вглядывался в водную гладь реки, переводя взгляд то на уже распустившиеся цветы на клумбах, то на ярко зеленые листья деревьев, в которых, не умолкая, шелестел тёплый летний ветер. Почему он ушёл сейчас из гаража? Он и сам не знал. Захотелось пройтись, подумать… А в кругу друзей его мысли рано или поздно начинали крутиться вокруг Джоанны, и это начинало раздражать. Брякнув, ожил телефон. Черт бы побрал этот век высоких технологий, поморщился он, сунув руку в карман брюк и вынимая мобильный. Взглянул на экран и, увидев на нем имя Аврил, сбросил вызов. Кристиан познакомился с ней вчера в одном из ночных баров Парижа. Довольно милая, симпатичная шатенка, с очень выразительными глазами и чувственными губами. Но беспросветно глупая! К сожалению, это он понял только после того, как они провели вместе ночь. До утра у них были занятия поинтереснее, чем разговоры, но утром, когда девушка открыла рот, Кристиан в ужасе сбежал от неё. Ни о чем, кроме фотографий и Инстаграма, Аврил и думать не могла, и это ужасно раздражало. Внезапно его мысли переключились на красавицу Линду — теперь уже бывшую девушку его друга Себастьена. Ему давно нравилась эта девочка — голубоглазая блондинка с шикарными формами (модель, как-никак!). Линда, казалось, была воплощением изящества, вкуса и романтики. Не чета его «пацанке» Джоанне, вечно облаченной в джинсы и безразмерные рубашки, такой сумасбродной, необузданной и немного сумасшедшей. Да, они были полной противоположностью друг другу, но обе манили Кристиана. Как бы заинтересовать её, мелькнула шальная мысль. Нужно, наверное, устроить встречу наедине, а там будь что будет. Вдруг, словно кто-то свыше прочитал его мысли, в толпе Кристиан заметил знакомое лицо. Эти голубые, бездонные глаза было невозможно не узнать. Линда! Она, стоя на мосту, улыбалась и увлечённо позировала перед объективом фотокамеры. Он присоединился к толпе зевак, состоящих в основном из лиц мужского пола, и невольно залюбовался девушкой. Она действительно была несказанно хороша — светлые волосы были рассыпаны по плечам, прикрытым лишь легкой, прозрачной тканью парео, которое было не в состоянии скрыть её идеально сложённое тело, облаченное в довольно откровенный купальник. Кристиан терпеливо ждал, когда закончится съёмка, и едва фотограф опустил камеру, а Линда облегченно выдохнула, всем своим видом показывая, что фотосессия окончена, протиснулся сквозь толпу мужчин и подошёл к девушке:  — Линда! Она оглянулась, и её милое лицо озарила искренняя улыбка:  — Кристиан! Что ты здесь делаешь?