Гарри Поттер: Возрождение

Бездыханное тело Седрика Диггори лежало на влажной траве возле старой могилы. В его глазах ещё блестели те крупицы жизни, что не успели покинуть разум. Если бы не каменная коса статуи, пережимающая горло, Гарри бы закричал, но вместо этого смог издать лишь сиплый хрип. Смех Волан-Де-Морта и тихие стоны Педдигрю сливались воедино, заставляя ушные перепонки содрогаться. Но прижатые к туловищу руки никак не могли помочь прекратить эти мучения. Старое кладбище было самым жутким местом, где Поттеру пришлось побывать. Оно наводило на него животный страх неизбежного. Как будто какая-то невиданная сила привела его сюда, длинным и извилистым путём. Красные глаза-щели Тёмного Лорда блеснули в ночной темноте, когда их взор пал прямиком на гриффиндорца. Шрам на лбу тут же начала жечь невыносимая боль, от чего мальчик вновь издал протяжный хрип. Казалось, ещё секунда и голова взорвется, на столько сильной была эта боль. Но красные огни продолжали прожигать Гарри насквозь, словно заглядывая прямо в душу. «Если бы дьявол существовал, то взгляд у него был бы именно таким» - пронеслось в голове мальчика. Волан-Де-Морт бесцеремонно переступил труп Диггори, стремительно приближаясь к Гарри, который, подобно попавшей в ловушку змее, извивался, пытаясь выбраться и справиться с болью. — Посмотри на меня, Поттер. — прошипел Тёмный Лорд, проведя раздвоенным языком по острым зубам. — Ты чувствуешь это? Пожиратели здесь. Они вернулись, потому что я вернулся. — Сед...рик... — проскулил Гарри, всё ещё смотря на тело товарища. Гриффиндорца переполняли гнев и отчаяние. Он надеялся, что хоть кто-то услышит его мольбы, но вокруг не было ни души, кроме них. Холодный коготь змееуста коснулся лба Поттера, от чего шрам заболел ещё сильнее, как будто находясь под заклятием круциатуса. Волан-Де-Морт вновь залился мерзким хохотом, который сопровождался криками мальчика. «Дьявол! Это настоящий дьявол!» - вертелось в голове гриффиндорца. Никогда прежде он не был так напуган. Казалось, ещё секунда и он упадёт в обморок. Но в конце концов Тёмный Лорд убрал палец и боль немного стихла, давая Поттеру передышку. Круглые очки сползли с лица и упали на землю, когда мальчик вновь поднял голову на змееуста. Тот стоял в полуметре от него, ухмыляясь и крутя в тонких пальцах не пойми откуда взявшуюся палочку. — Том... почему? Почему? — простонал мальчик. Лицо Волан-Де-Морта вмиг поменялось. На место ухмылки пришёл оскал, а костлявая рука сильнее сжала палочку, направляя ее на Гарри. Тот вновь попытался увильнуть, но всё было тщетно. Кончик волшебной палочки змееуста заиграл зелёным светом и Поттер сразу понял, к чему всё ведёт. — Нет! Н-не надо... — Авада кедавра. — процедил Тёмный Лорд и обжигающая зелёная вспышка вырвалась из палочки, окутывая собой кричащего от ужаса Гарри. Это чувство показалось ему до доли знакомым, но лишь на мгновение, до того как он не погрузился в темноту.

***

16 июня 1995 года Холодная капля пота упала со лба Поттера на матрас кровати, когда тот, проснувшись после очередного кошмара, приподнял корпус. Судя по темноте за окном, на улице всё ещё была глубокая ночь. Тяжело дыша, Гарри начал потихоньку отходить от щемящего чувства, которое принёс ему ночной ужас. Сон получился слишком реалистичным и гриффиндорец даже не сразу понял, проснулся он или наоборот умер от запрещённого заклятия. Но уже приевшаяся обстановка апартаментов убедила его в том, что он всё ещё в Чикаго. Немного погодя, Гарри повернулся в сторону, где по идее должен был спать змееуст. Почему-то в тот момент мальчик жутко боялся, что Реддл тоже проснулся и как только он повернётся, змееуст, подобно той сцене из сна, прожжёт его своими красными глазами, высосав душу, словно диментор. Но на удивление гриффиндорца, половина кровати у окна была пуста. Расправленное одеяло и перекошенная подушка - всё что предстало перед Поттером. Это даже слегка озадачило Гарри учитывая, что обычно это он просыпался раньше. Тем более, на дворе ещё ночь. Вдруг, с другой стороны комнаты послышались звуки, напоминающие бурление воды. Гриффиндорец быстро развернулся, видя просвет жёлтого света лампы под дверью ванной, что была слегка приоткрыта. Мальчик даже удивился, почему он не заметил этого раньше. Возможно, из-за кошмара, который ему приснился. «Что он там делает?» - спросил сам себя Гарри и встав с кровати, медленно направился к двери санузла. Звуки воды становились громче, теперь уже сопровождаемые тихим шипением самого Реддла. На секунду Поттер даже решил, что лучше вернуться в кровать и попытаться заснуть, ведь завтра ему на смену, но чувство неизвестности брало верх. Гарри не нравилось, когда змееуст делал что-то подозрительное. А уж если это происходит среди ночи под его весьма жуткое шипение, то стоит и поволноваться. Нарастающее волнение усилилось, когда подойдя ближе, Гарри понял, что шипение, ничто иное, как змеиный язык. Мальчик слышал его, но почему-то не мог перевести в человеческую речь, скорее всего из-за плохой слышимости за почти закрытой дверью. Рука уже было потянулась к ручке, дабы повернуть ее, как вдруг гриффиндорец резко убрал ее и тихо постучал по деревянной поверхности. — Том? — прошептал Гарри, после чего шипение по ту сторону резко оборвалось. Мальчик больше не мог терпеть. Он с одного маху распахнул дверь, после чего замер в проходе. Реддл стоял возле раковины, на которой обвившись, подобно шлангу, висела небольшая чёрная змея. Повергнутый в некий шок Тёмный Лорд тут же отскочили, в то время, как пресмыкающее, предварительно зашипев, скрылось в сливе раковины. — П-Поттер?! Ты почему не спишь? — всё, что смог выдавить из себя змееуст. — Это что такое было?! — не остался в долгу мальчик, всё ещё повергнутый в шок. — Ты к нам змей водишь?! — Так, живо успокойся! — рявкнул маг, дёргая больным глазом. На секунду Гарри даже стало его жаль. Выглядел Реддл мягко говоря паршиво. Не таким он предстал перед Поттером в первую их личную встречу после возрождения. Тогда в глазах юного волшебника стояла мрачная фигура Волан-Де-Морта. Сейчас же перед ним был лишь Том Реддл. Поразительно, как окружающая обстановка может влиять на личность человека, если та ему не благоприятствует. Стресс и постоянное напряжение меняют всех. Даже самых стойких. На мгновение, Гарри даже задался вопросом, всегда ли Реддл был таким? Быть может культ вокруг его личности был лишь одним большим фарсом? Но спрашивать это нужно было точно не у самого змееуста. — Том... что ты делал? — уже тише спросил Гарри, топчась голыми ступнями на холодном кафеле. Тёмный Лорд выдохнул, сменяя гримасу гнева на более спокойную. — Змеи - существа живущие как в мире магглов, так и в мире волшебников. Почти как совы. — пояснил он. — Я надеялся выведать у неё хоть что-то, но похоже в этом проклятом городе даже змеи лишь маггловские. Я ничего не смог узнать. Последнее предложение Реддл произнёс настолько удручающее, что у Гарри аж сердце сжалось. Как будто они навсегда застряли в этом кошмаре, прямо как он в своём жутком сне. — Иди спать, Поттер. — без особых эмоций кинул маг. Он отвернулся и включив воду, начал умывать слегка опухшее от синяков лицо. — А ты? — продолжал гнуть своё гриффиндорец, сам не понимая в чем причина его волнения. — Нашел о чём волноваться... — усмехнулся змееуст. — Какой же ты все таки... Поттер. «Глупый» - вот то слово, которое Гарри ожидал услышать в конце предложения. Но нет. Змееуст назвал его иначе и мальчик не знал, как к этому относиться. Разговоры с магом вообще проходили весьма странно. Тот говорил либо слишком прямолинейно, либо слишком завуалированно и порой было сложно понять что где находится. — Знаешь, это странно что я зову тебя Томом, но ты ни разу не назвал по-имени меня. Не считая твоего вчерашнего Котка в ванной. — вдруг бросил Гарри. — Как сказал мой хороший учитель, всегда называй вещи своими именами. Страх перед именем усиливает страх перед тем, кто его носит. Как-то так... — Пф... кажется, я знаю кто именно тебе это сказал. — скривившись, повернулся к мальчику змееуст, вспоминая знаменитые нравоучения Альбуса Дамблдора. — А знаешь, чему научил меня мой учитель? Страх это то, что делает тебя выше остальных. И порой это всё ради лишь... общего блага. — И... кто это сказал? — недоверчиво прищурился Гарри, перебирая личности волшебников о которых мог слышать. — Самый великий из всех существовавших волшебников этого бренного мира. — с гордостью задрал голову Тёмный Лорд. — Грин-де-Вальд! Нависло неловкое молчание. Тяжело дыша от неподдельного восторга, змееуст смотрел на Поттера, ожидая реакции мальчика. Но тот на удивление лишь с непонятливым выражением лица смотрел в узкие глаза мага, словно ему задал очередной каверзный вопрос профессор Снейп. — Грин...де-Вальд? — повторил гриффиндорец. — А это кто? Лицо змееуста в мгновение ока изменилось. Он буквально застыл на месте с гримасой растерянности, а кончики пальцев на пару с левым веком непроизвольно дернулись. Гарри даже сделал шаг назад, чувствуя, что ответный вопрос из его уст явно пришёлся Тёмному Лорду не по душе. Красные огоньки в глазах мага снова вспыхнули и он, в два прыжка оказавшись перед самым лицом мальчика, схватил того за сжатые плечи, продолжая смотреть тому в зелено-голубые глаза. В ту секунду Поттер даже обрадовался, что не надел очки и лицо змееуста было не совсем четким. — Да как ты можешь не знать одного из величайших волшебников конца прошлого и начала этого столетий?! — едва не перешёл на крик Реддл, но вспомнив, каким придирчивым может быть их сосед-гора сверху, тут же убавил тон. — Не разочаровывай меня, Поттер. Не до такой степени. — Но я правда не понимаю о ком ты говоришь. — пожал плечами мальчик. — Может нам рассказывали на уроках истории магии... но кажется я запамятовал. Тонкие пальцы наконец-то отпустили плечи Гарри и змееуст сделал пару шагов назад, томно вздыхая и потирая место, где по-идее должен был быть нос. Гриффиндорец же, уже жалея что вообще встал с кровати, томительно ожидал продолжения разъяснений. — Имя Грин-де-Вальд ничего мне не говорит. Возможно, мы начнём изучать этого волшебника в следующем учебном году. — Мда... похоже, с моего выпуска многое в Хогвартсе поменялось. — протянул Реддл. — И не в лучшую сторону. — он направился к Гарри и не успел мальчик и слова сказать, как змееуст взял его под руку, выталкивая из ванной и усаживая на кровать. Периодически мигающий фонарь на улице слабо освещал апартаменты. Уже растаявший лёд в ведре всё ещё стоял на тумбе возле половины матраса змееуста, напоминая о недавнем инциденте с мокрым бельём. И хоть рубашка давно высохла, Реддл решил, что такой ценный кусок ткани стоит беречь, а потому до конца прошлого дня был в футболке, что дал ему Гарри, а после в ней же лёг спать. Сам Поттер молча сидеть в центре кровати на своей половине, в то время, как Тёмный Лорд уселся на своей. Со стороны это напоминало ночной разговор двух приятелей, что не могут уснуть. Но только со стороны. — Геллерт Грин-де-Вальд, Поттер, это величайший волшебник, владевший бузинной палочкой, самой могущественной во все времена. От его имени трепетались сердца сотен и даже тысячей магов. Он собрал большую армию в частности на материке, где мы сейчас с тобой и находимся. Им двигали благородные идеи освобождения волшебников всего мира от тех бед, что приносят всем нам маггловские отродья, которых ты, кстати, как я погляжу, отчаянно защищаешь. Зубы Гарри стиснулись, а пальцы вжались в наволочку кровати. Высказывания змееуста вызывали в нем злобу, но он знал, что спорить с ним в такой момент не имеет смысла. Тёмный Лорд находился в кураже и явно жаждал поделиться знаниями о том, кем он по всей видимости сам когда-то вдохновлялся. Но сам гриффиндорец уж точно не разделял его порывы. — Он построил собственную тюрьму Нурменгард для своих противников, над входом в которую поместил свой девиз. Угадаешь какой? — Ради общего блага... — прошептал мальчик, вспомнив ранее сказанное магом. — Именно! — клыкастая улыбка расплылась на лице змееуста, что в полуночной тьме смотрелось крайне жутко. Но Гарри не верил, что порывы Тёмного Лорда так же благородны, как и у его приспешника. Те эгоизм и бездушие, что были в нем, давно уничтожили крупицы справедливости и чести. Беспринципность Реддла, касательно средств для достижения целей, вот что действительно показывало в нем монстра. — Но похоже, что... его план провалился. — подметил Поттер, вновь убирая улыбку с лица змееуста. — Да. — сухо ответил тот. — В 1945 году нашего столетия его победили. Насколько мне известно, он всё ещё находится в заточении. В собственной тюрьме... — Звучит удручающе. И всё же... — Гарри намеренно сделал паузу. Он понимал, что тема для Лорда неприятная, но ничего не мог с собой поделать. Видеть, как его самопровозглашенный враг страдает вдруг начало нравиться юному волшебнику. — Кто его победил? Гримаса змееуста исказилась в некой форме отвращения. Поттер же наоборот, еле заметно ухмыльнулся. Он даже надел очки, чтобы лучше рассмотреть лицо собеседника. Тот ещё некоторое время пребывал в молчании, но мальчика это не напрягало. Он наслаждался каждой секундой, понимая, как тяжело магу выжить из себя ответ. — Его победил Альбус Дамблдор. — наконец проронил Тёмный Лорд с такой ненавистью, что казалось ещё секунда и он взорвется. Змеиные глаза поднялись на Гарри и в одно мгновение маг прозрел. Лицо мальчика застыло в такой же улыбке, что и у него самого несколько минут назад. — Ты... ты ведь знал. — дошло до змееуста. — Конечно. Даже такой полукровка как я знает Грин-де-Вальда. Хотя, ты немного освежил мою память касательно его биографии. — Мерзкий Поттер. — прошипел маг. — Ты нарочно заставил меня это сказать! Ведь и так всё прекрасно знал! — Знаешь не так сложно догадаться, с кого ты брал пример. — пожал плечами Гарри. — Типа, Волан-Де-Морт, Грин-Де-Вальд. Параллели, знаешь ли. Но ты сам виноват. Вёл себя, как эгоистичный придурок. По-другому не скажешь. — Да как ты смеешь?! — взревел маг, хватая мальчика за ворот футболки. Тот попытался отпрянуть, но когтистые пальцы буквально проткнули ткань, удерживая её в своей крепкой хватке. Глаза Реддла вновь блеснули красным цветом, а заострённые, змеиные зубы выглядывали из оскалившегося рта. На секунду Гарри даже испугался, что переборщил. Но он просто хотел хоть раз почувствовать превосходство. Ему хотелось хоть чуть-чуть мести. Он заслужил это. После всего, через что он прошёл, гриффиндорец верил, что заслужил проучить Тёмного Лорда, заставляя того страдать хотя бы морально. Это было не в привычке Гарри, но терпение не безгранично даже у него. — Думаешь, можешь потешаться надо мной? — прошипел змееуст. — Да я единственный, кто это делает! – расставилась руки в стороны Поттер. — Я не виноват, что Грин-де-Вальд оказался фанатичным неудачником, которого одолел Дамблдор! — Возьми слова назад! — потребовал Реддл ещё настырнее, хорошенько тряхнув мальчика за шиворот, что аж очки слетели на кровать. — Нет! Ты просто боишься, что у тебя тоже ничего не выйдет! Вот и всё! — заявил Гарри с такой уверенностью, что на секунду Тёмный Лорд опешил. Он отпустил футболку и мальчик смог быстро нащупать и надеть очки обратно. Сам же Реддл резко изменился в лице. Гримаса злости сменилась спокойствием и даже смирением. Такого гриффиндорец точно не ожидал. Змееуст слез с кровати и подошёл к окну, одним взмахом открывая плотные шторы. В комнату просочились лучи уличного фонаря, приглушающего свет ночной луны. На мгновение Поттер даже зажмурился, привыкнув находиться в темноте. Но глаза Тома ни сузились ни на миллиметр. Лишь чёрные зрачки вновь стали змеиными. Он развернулся к Гарри и из-за игры света и длинной тени позади себя, змееуст словно возвышался над мальчиком, который вмиг потерял контроль над ситуацией. Казалось, мимолетная власть ускользает от него к своему истинному владельцу. — Ты прав, Поттер. — сухо сказал маг. —П-прав? — опешил теперь уже по-настоящему гриффиндоре. — Методы Грин-де-Вальда были слишком мягкими и поддавались общественной оценке. Истинный правитель не должен позволять обществу и вообще кому-либо решать что нужно делать. Чистота идеи, вот что главное. Гарри не совсем понимал к чему тот клонит. Но что-то внутри шептало: «это не к добру!». Резкая перемена настроения змееуста никогда не вела ни к чему хорошему. Но прикусив язык, мальчик смиренно сидел на кровати, ожидая пояснений. Его сердце быстро стучало, а руки вспотели. Он предвкушал то, что может сказать Реддл. А говорил он порой ужасные вещи. — Видишь ли, Гарри. Геллерт Грин-де-Вальд был мягок. У него не было цели освободить мир лишь для достойных, чистокровных волшебников. Признаться, я слышал что он не брезгал общаться и даже водить знакомства с маггловскими отродьями. Он не готов был зайти достаточно далеко. И это его погубило. — Хватит! — Гарри вскочил с кровати, сжимая кулаки и чувствуя, как капли пота стекают по вискам. — То что ты говоришь... чудовищно! — И я ещё не закончил. — холодно бросил маг. — Я не такой слабый, как он. Я пойду до конца. Не важно сколько жизней придётся отобрать. Я научился ждать и стремиться. Пробуду я в Чикаго год, два, десять лет, это лишь даст мне время выносить лучший план как избавить мир от скверны, что зовётся магглами и грязнокровками! Последнее предложение эхом отозвалось в ушах Гарри. Он еле удержался, чтобы не отшатнуться в сторону. Слышать такое от змееуста, зная что он творил четырнадцать лет назад невыносимо. Гриффиндорец не был сильно осведомлён о всех его деяниях, но ему хватало и того, что он знал. Тот, кто может устраивать геноцид - не человек. В голову сразу всплыла одна известная фигура второй мировой. Тот тоже был приверженцем чистоты нации и был готов уничтожить всех, кто не подходил под его стандарты. — Даже если меня убьют ещё раз. И ещё, и ещё! Я всё равно вернусь чтобы закончить начатое. Не спрашивай как, Поттер. Но я это сделаю. — Ты... ты... — пытался выдавить хоть что-то из себя Гарри, когда во входную дверь раздался внезапный умеренный стук. Реддл тут же одернул себя, решив что сосед сверху проснулся от его громких речей. А вновь вступать в дискуссию с этим громилой змееусту не хотелось. Он прошёл мимо мальчика, который всё ещё закипал от злости, но как только маг приложил указательный палец к губам, тот понял, что лучше сдержать свой порыв. Тёмный Лорд быстро направился к двери, собираясь с мыслями и готовый извиняться за причинённые неудобства, лишь бы незванный гость поскорее ушёл. Гарри в полном непонимании кто это может быть стоял позади. Вдруг, шрам начал болеть, словно что-то обжигает его подобно горящим углям. Но змееуст не обратил внимание на стоны мальчика и повернув ручку. Открыл дверь. — Ты прости, я опять нашумел. Бурная ночка... Словно железный, кулак врезался в лицо мага. Перед глазами мгновенно всё потемнело. Тело змееуста рухнуло на твёрдый пол, обездвиженное и теряющее сознание. Несколько пар ног переступили через него и позади Реддл слышал крики Гарри. Он не понимал, что именно кричал гриффиндорец, впрочем его тогда это не особо волновало. «Чёрт... синяк только начал заживать» - пронеслось у него в голове прежде, чем всё вокруг померкло, вновь погружаясь в небытие.