На грани снов

      Засыпая каждую ночь, она знала, что увидит его снова. И он приходил всякий раз. Сначала — лишь тенью среди бесконечности её фантазий, затем заводил короткие непринужденные разговоры, а сейчас — являлся прямо перед ней, такой настоящий. Шутил, и она смеялась, не до конца ещё понимая, что это не просто её выдумки.       И он все чаще приходил к ней во снах. А она все сильнее в него влюблялась. И все больше и больше в этом убеждалась, когда он ласково целовал ее в лоб на прощание.       А потом он начал занимать её мысли и в остальное время. Она думала о нём на уроках, перестав слушать учителя и задумчиво глядя в окно. Отстранённо наблюдала за друзьями, которые смеялись над бесчисленными шутками, и печально думала о том, как славно было бы, будь он здесь тоже. С ней.       Видела и слышала его только во сне. Там он брал её за руку и медленно вёл сквозь поля из сахарной ваты. Увязал в липкой траве и хмурился, но не смел разрушить её наивного мира фантазий. А она смеялась и падала, увлекая его за собой.       Сидел с ней на берегу карамельной реки, ещё одной глупости, по его мнению, но не менял ничего, хоть это и было в его силах. Ведь она все это любила. Рассказывал истории, порой ей совсем не понятные, но интересные. И она осторожно опускала голову на его плечо, а он нежно держал её ладонь.       Но потом он вдруг перестал появляться. И уже неделю она засыпала с надеждой увидеть его. А он всё не приходил. Месяц ходила печальная, словно не видевшая ничего вокруг. И тогда весь её хрупкий мир, наполненный этими объятиями и почти неощутимыми поцелуями, начал по кусочкам рушиться. И наверняка он погиб бы для неё навсегда, если бы не этот день.       День, когда в толпе прохожих лиц она вдруг заметила его. Такого же. В желтой рубашке и с черной бабочкой на шее. И, счастливо улыбнувшись, побежала к нему, обняла руками за шею и, что-то шепча, уткнулась в плечо.       Да, он перестал приходить к ней во снах. Зато теперь они засыпали вместе.