Ханни Банни

Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему. Л.Н. Толстой, "Анна Каренина" Старинные часы в кабинете пробили пять. В гостиной накрывали чай. Это была старая семейная традиция, доставшаяся семье Майклсон от английских предков. Чтобы ни происходило в мире: свадьбы, похороны, обвал акций, громкие скандалы и мелкие интриги, выход новой коллекции Chanel – ровно в пять часов вечера миссис Майклсон разливала в тончайшие фарфоровые чашки крепкий напиток и ждала семейство к столу. Пить чай было принято непременно в гостиной, сопровождая это действо неспешной беседой. К чаю подавали молоко и булки с корицей, нежнейшие марципановые печенья и ароматный джем, который собственноручно варила старая миссис Беннет – экономка, которая тоже по наследству была привезена из Англии. Сегодня традиционный «файв оклок» пришлось перенести в манхэттенский пентхаус старшего сына четы Майклсон – Финна, главного редактора одного из успешных ньюйоркских бизнес-изданий. Ирвин – жена Финна, ирландская модель, уступила на время обязанности хозяйки свекрови и не вмешивалась. Женщина рассудила, что сейчас совершенно не к месту устраивать перепалки из серии «кто в доме хозяин», и благоразумно удалилась от суеты, уехав на примерку новых платьев, которые в скором времени должна была представлять на ньюйоркской неделе моды. Финн, его средний брат Элайджа и Майкл что-то обсуждали в кабинете, плотно закрыв дверь. Любопытство съедало Эстер, но, как истинная леди, она не позволяла себе лезть в дела мужчин, и периодически покрикивала на прислугу, чтобы те меньше шумели. Хотя особой необходимости в этом не было: сын прекрасно вымуштровал персонал. Младший сын Кол сидел здесь же в гостиной, листая какой-то журнал с явно скучающим видом. Никлаус ещё не приехал. Эстер вздохнула и смахнула с белоснежной скатерти несуществующие пылинки. Вся семья в сборе, за исключением Анджелины – дочки Эла. Девочка училась в частной закрытой балетной школе, и сразу после похорон её отправили обратно, чтобы не нарушать образовательный процесс. Пожалуй, стоило настоять на том, чтобы девочка всё-таки осталась, но Элайджа был непреклонен, и миссис Майклсон не стала спорить с сыном. В конце концов, любящий родитель лучше знал, что нужно его ребенку. Кстати, о детях. Ребекка и Гарри – её жених, поднялись в спальню, чтобы поговорить и никак не спускались вниз. Эстер чуяла холодок в их отношениях, но даже на это не могла толком повлиять. Дочь выросла своенравная и решительная, слишком резкая в суждениях и не признающая авторитетов, хотя и умело это скрывала. Старуха воспитала её себе подстать. Чтобы ей там хорошо было. Женщина одернула себя – о покойниках или хорошо, или никак. Но мать Майкла была слишком одиозной фигурой, чтобы оставить кого-либо равнодушным. Даже после похорон все продолжали плясать под её дудку. Ещё в юности, только переступив порог дома родителей мужа, юная миссис Майклсон надеялась, что когда-то сможет занять её место и со временем заставит семью подчиниться своей воле. Но надежды не оправдались. Маргарет была бы не Маргарет, если бы оставила невестку спокойно почивать на лаврах. До последнего вздоха она умело дирижировала сыном, внуками и всеми, кто только попадался ей на пути, заставляя их играть её собственную пьесу. Впрочем, надо отдать ей должное, делала она это настолько легко, что участники действа с радостью выполняли всё, чего хотела женщина. Просто высший пилотаж! Эстер, какие бы чувства она не питала к покойной свекрови, умела ценить изящество и тонкость маневров, и в конце концов, уступила. В холле остановился лифт, и через несколько мгновений в гостиную вплыла Ирвин в легком платье из голубого шифона, на ходу снимая перчатки и откалывая шляпку. Эстер еле слышно хмыкнула. - Добрый день, - мягко поздоровалась блондинка с чуть заметным ирландским акцентом, и опустилась в кресло. – Надеюсь, я несильно опоздала? - женщина вопросительно посмотрела на Эстер. - Нет, я бы даже сказала, совсем не опоздала. В этой семье быть пунктуальным просто неприлично. Кол отложил надоевший журнал и выразительно посмотрел на мать: - Давай без церемоний, мам. Каждый раз одно и то же! – он мягко встал с дивана и подошел к огромному, во всю стену, окну. - Ирвин, мне кажется, окно нужно немного закрыть. Я думаю, нам стоит подобрать легкие шторы, или что-то подобное, – миссис Майклсон перевела тему, не удостоив сына ответом. - Но Финну нравится панорамный вид на город и залив, - пожала плечами женщина. – Не думаю, что он оценит наши старания. Миссис Майклсон недовольно поджала губы. Наверняка, Маргарет эта моделька перечить бы не стала. - Белла, зови мужчин к чаю, - обернулась Эстер к горничной. – А, впрочем, я сама их позову, а ты поднимись наверх и поторопи Бекки. Кол, - обратилась женщина к сыну. – Позвони Никлаусу, он уже должен был вернуться! Это просто сумасшедший дом какой-то! – и бормоча что-то себе под нос, она покинула гостиную. - Не бери в голову, - Кол сочувствующе посмотрел на Ирвин, которая сидела в кресле. – Мама хочет заменить Маргарет. И думает, что раздавая указания и командуя, она сможет легко это сделать. Девушка тепло улыбнулась парню. Он всегда поддерживал её и Ирвин ценила это. - Всё, ок, - успокоила она Кола, удобнее усаживаясь в кресле. *** Свадьбу пришлось отменить. « Отложить, - мысленно поправила себя блондинка.- На неопределенный срок». Девушка последний раз провела рукой по тугой пене нежнейшего кружева и решительно закрыла чехол со свадебным нарядом. Затем она повесила кофр на место и вышла из гардеробной. На огромной кровати, накрытой шоколадным покрывалом, с недовольным видом сидел Гарри. Стоило только Ребекке выйти из своего укрытия, мужчина снова начал прерванный разговор: - И я не понимаю, как она могла назначить тебя хозяйкой притона! Это возмутительно! Даже не посоветовавшись со мной – твоим, между прочим, мужем! – он раздраженно посмотрел на невесту, одетую в плотное черное платье до колена, с небольшим белым воротничком. Траур был на удивление к лицу Реббеке. « Как институтка, черт бы их всех побрал! Невинное дитя», - про себя подумал МакКолинз. - С будущим мужем, - тихо поправила жениха девушка. - Что, прости?! - Я говорю, что она не посоветовалась с моим будущим мужем, - делая акцент на слове «будущим» повторила блондинка. – Ну, я думаю, не стоит так переживать. Она даже не сочла нужным обсуждать этот вопрос с папой и братьями. Ты же был при оглашении завещания. Так что, всё честно. Тем более, это всего лишь на год. Потом, как ты знаешь, я могу сложить с себя полномочия хозяйки «Ханни Банни». - И название же какое, ясно, что это за место! – мужчина нервно вскочил с кровати и заходил по комнате. – Танцы! Ха! Про-сти-ту-ци-я! Это чистейшей воды проституция! И я бы совсем не хотел, чтобы моя жена пачкала свое имя в этой зловонной грязи! - Не.Смей.Так.Говорить.О.Детище.Моей.Бабушки! – холодно произнесла девушка. – Никогда, слышишь, никогда даже не смей открывать рот по этому поводу. Я сделаю так, как просила Маргарет. И никто меня не остановит. Даже ты. Блондинка сжала кулаки, так что пальцы побелели. Неужели, ему мало того, что она уже пережила, почему же он не может хотя бы заткнуться, если не в состоянии помочь. Девушка закрыла глаза и сосчитала до десяти, после чего медленно выдохнула. - Прости, - Гарри понял, что погорячился, и решил свернуть со скользкой дорожки, в надежде вернуться к этому разговору позднее. – Прости, бельчонок. Я слишком резок. Конечно, Маргарет, не могла бы завещать тебе бордель. Это же ясно, как божий день, - «да, да, ясно, как же, но я разберусь с этим позже». – Просто я переживаю из-за того, что тебе придется теперь вникать в этот сложный клубный бизнес. А ты сейчас подавлена. К тому же, я вижу, что вся ситуация с нашей свадьбой тебя огорчает. «Меня огорчает, что ты не провалился к чертям собачьим, эгоист никчемный, вместе со своей свадьбой!» - подумала Ребекка, но вслух произнесла другое: - Конечно. Ты тоже меня прости. Не знаю, что со мной творится. Всё слишком быстро произошло. И я сама не очень понимаю, что теперь делать. Но, уверена, всё наладится. – Бекс улыбнулась Гарри и поцеловала его в щеку. - Чай готов, миссис Майклсон просит всех к столу, - постучавшись, в комнату заглянула одна из горничных Финна. - Спасибо, Белла, мы уже идем, - блондинка взглянула на себя в зеркало. – Гарри, пожалуйста, давай пока не будем возвращаться к этому разговору. Сейчас вернется Ник, он обещал съездить и разведать обстановку, и всё нам расскажет. А завтра мы сможем сами посмотреть, что собой представляет бабушкино наследство. Не стоит спешить с выводами. - Конечно, бельчонок, - МакКолинз нежно обнял невесту. – Всё образуется. – Он направился к выходу. – Не стоит заставлять Эстер ждать. -Да,да. Идем.- «зоофил хренов», - пронеслось в голове у девушки, но она только слегка улыбнулась. Мегги всегда могла помочь любимой и единственной внучке. Нет, конечно, своих внуков миссис Майклсон любила ничуть не меньше, но Бекки пользовалась безграничной любовью и огромнейшими привилегиями. Даже сейчас, когда внезапная смерть бойкой старушки ошарашила всю семью, Маргарет сумела оказать последнюю услугу своей любимице: из-за траура свадьбу Реббеки с Гарри МакКолинзом пришлось отложить. И это была прекрасная возможность для девушки в скором времени отменить помолвку вовсе. Не было бы счастья, как говорится. Девушка вышла вслед за женихом, тихо прикрыв дверь. *** Молодой мужчина на черном глянцевом мотоцикле припарковался недалеко от входа в клуб с яркой неоновой вывеской. Он снял шлем, закурил и внимательно наблюдал за тем, кто входит и выходит из заведения. Если верить афише, шоу-программа начиналась в одиннадцать вечера, и сейчас оценить публику не представлялось возможным. Зато Никлаус видел, как приехал фургон и молодые парни, скорее всего официанты или бармены, выгружали оттуда коробки с бутылками и ещё что-то. «Очевидно, поставщики, - отметил про себя блондин.- Как же бабуля ловко всё здесь устроила и главное никому ничего не сказала». Мужчина выкинул окурок на тротуар и продолжил наблюдение. Вот к клубу подъехал старенький красный Вольво, и из него выпорхнул странного вида мужчина. Ник даже засомневался, мужчина ли это. Существо достало с заднего сиденья нечто объемное в перьях и понеслось в недра здания. - Пупсики мои, посмотрите на гениальное творение папочки Рамона! – пропело это чудо в перьях в дверях и исчезло из поля зрения. «Аааа, так вот как выглядит Рамон, - хмыкнул Ник. – А ба – великая шутница!» Ещё какое-то время было довольно тихо. Потом в клуб впорхнула стайка стройных длинноногих девочек. Они о чем-то весело переговаривались. «Такс, а вот это уже будет по-интереснее перьевого кудесника», подумал мужчина закуривая. Внезапно его отвлек телефон, вибрирующий в кармане куртки: - Да,-не глядя на дисплей, ответил Майклсон. – Привет, братишка.-…- Да, вот сижу в засаде. - …- Скоро буду, начинайте без меня. - … - Подожди, Кол, я перезвоню… И он резко отключился. Его внимание привлекла маленькая желтая машинка с откидной крышей – фольксваген нью битл, которая подъехала ко входу. Он пропустил её появление, пока говорил по телефону. Но интерес представляло не само средство передвижения, а его экипаж. Симпатичная брюнетка, одетая в супер-короткие джинсовые шорты, вылезла с пассажирского сидения и сейчас лениво спорила с девицей, которая торговала цветами в лавке на углу. Темноволосая бестия ещё успевала общаться со своими спутницами – двумя блондинками и полненькой дамой с фиолетовым цветом волос. Продавщица же от такой наглости заводилась ещё больше. Ник встал с байка и решил подойти поближе, чтобы получше услышать разговор девушек. - Ну, и он мне говорит, мол, Кэтти, детка, ты слишком мала для такой драмы, - девушка фыркнула и весело расхохоталась. - О, блин, а я думала, что ему едва исполнилось двадцать, - стройная блондинка выпорхнула с водительского места. Ник, как зачарованный наблюдал за разыгрывающимся шоу. Блондинка была одета в корсетную комбинацию, тонкие чулки и легкий кардиган. Тугие золотистые кудри были убраны под ажурную сетку для волос. Черные стрелки и алая помада придавали ей немного кукольный вид. Обута девушка была в мягкие угги, что совершенно рушило манящий образ. Но прелестница похоже совсем не переживала по этому поводу. - ….дешевые шлюхи! – между тем продолжала ерепениться продавщица. - О, мой Бог, - другая блондинка, с яркими разноцветными прядями в волосах, обернулась на это восклицание. – Ma сherie, сколько можно? Каждый день одно и то же. Тебе не надоело ещё?! Она легко достала объемистую сумку с заднего сидения и, перекинув её через плечо, пошла в сторону входа. Девушка была одета в легкий пестрый сарафан в пол. Она чем-то неуловимо напоминала брюнетку, но Майколсону было не достаточно хорошо видно. Разноцветная блондинка, как окрестил её Ник, была довольно ярко накрашена. - А я всегда говорила, что зависть до добра не доведет, - воскликнула фиолетовая пышечка, и пошла вслед за подругой в здание, забавно виляя бедрами. Эта барышня вообще не вписывалась в и без того странную компанию: она была слишком милая, и одновременно какая-то слишком экзотическая. Ник поморщился, провожая её ярко-желтое в белый горох платье. - Ему уже двадцать семь! – между тем продолжила брюнетка, которую, как понял мужчина, звали Кэтти. – Такой вот возрастной парадокс. - Да, дела, - поддержала подругу блондинка с кудрями. – Сегодня должна быть неплохая касса. Мне нужны новые стрипы... - Известно, каким местом вы себе деньги зарабатываете, - снова вклинилась в разговор сварливая продавщица. - А ты похоже даже этим место зарабатывать не научилась, бедняжка, - огрызнулась Кэт. – Закрой свой рот, если не собираешься сказать что-нибудь умное. Бедная девушка, оскорбленная до глубины души, скрылась в лавке, явно признавая поражение. - Наконец-то, - брюнетка повернулась, чтобы последовать за своими спутницами, но тут заметила внимательно наблюдающего за ними Никлауса. – Кэр, ты посмотри, какой красавчик. Подглядываешь?.. – девушка улыбнулась ярко-очерченным ротиком и подмигнула мужчине. - Я…- начал было блондин, совершенно растерявшийся от быстрой смены ролей. - А, ну-ка, брысь отсюда! – блондинка недовольно обернулась в его сторону. – А то я тебе устрою сейчас представление, в двух действиях без антракта! И девушки снова захохотали. - За просмотр надо платить, милый, - весело усмехнулась брюнетка, и девушки, поспешили скрыться в здании, переговариваясь и посмеиваясь о чем-то своем. Ник ещё некоторое время смотрел на плотно закрытую дверь, потом потряс головой, словно стряхивая наваждение, и поспешил к мотоциклу. Он ужасно опаздывал к чаю. И хотя он вовсе не любил ни чай, ни булки, ни светские беседы, не стоило злить маму ещё больше. Завтра они вернуться сюда, и смогут посмотреть, что представляет собой это гнездышко разврата изнутри. Держитесь, зайчики!