Гарри...

Флот погибал. Немногие уцелевшие корабли землян еще яростно сопротивлялись, но развязка уже была близка. Ксеносы пожертвовали достаточно редким и дорогим кораблем, чтобы, как теперь выяснилось заманить земные корабли в ловушку. Расчет был прост, пожертвовать одним из двенадцати бессмертных, чтобы придать достоверности информации о сборе остальных правителей Ааргхов, как они себя называют, в удаленной от зоны боевых действий системе. Земной флот прыгнул в эту систему почти всем составом. Земной совет понимал, что потери, при прорыве к планете будут огромны, но уничтожение одиннадцати бессмертных положит конец войне, которая длится уже почти семьдесят лет. В которой земляне проигрывают. Ааргхи добились своего выманив земной флот из-под прикрытия орбитальных крепостей, уничтожить которые они не могли последние два с половиной года. То, что это ловушка, адмирал Накато понял сразу же, как его флот вышел из гиперпрыжка. Ксеносы сконцентрировали в этой системе почти восемь своих флотов, все, что у них есть, по донесениям разведки. Они ждали. Это был их триумф, их победа. Судя по флагманам, бессмертные лично пришли насладиться гибелью землян. Адмирал, преодолевая сопротивление обесточенного скафа, поднялся с пола, в углу рубки, куда его забросил взрыв противокорабельной ракеты Ааргхов, попавшей в уже поврежденный сегмент брони линкора. Капсула рубки, надежно упрятанная в середине корабля, почти выдержала. Но, вторичные осколки самой капсулы и оборудования превратили рубку в морг. Адмирал выжил только благодаря скафу. - Нахимов – подняв забрало шлема прохрипел адмирал. - Адмирал, время директивы «Ноль» пришло – в голосе ИИ Накато послышались грустные нотки. - Еще кто-то уцелел? - Линкор «Мисуко», тяжелый крейсер «Норильск» и артплатформа «Корто». - Что с «Москвой»? - Повреждения критические, силовой набор корабля поврежден, защитное поле восстановлено сегментарно от семи до восемнадцати процентов, двигатель в порядке. - Чтож, распечатать директиву «Ноль», щиты обнулить со всех сегментов, сконцентрировать на прикрытии ходовой. Линкор большой – Накато, криво ухмыльнулся, расколупать нас сразу не получится. - Выполняю адмирал. Двигатели разогреваются. Простите адмирал, но ускорение вы не переживете – в голосе ИИ опят почудилось сожаление. - Ничего – адмирал подошел к покореженному креслу капитана в середине рубки и положил на него руки – этот бой все равно за нами. - Горд был служить с вами адмирал. Адмирал Токуро Накато поднял глаза на мертвые тактические экраны, встал по стойке смирно и натужно скрипя обесточенными сервоприводами скафа поднес правую руку к виску. Парящий вырывающимся из пробоин кислородом, покрытый рваными ранами линкор, до этого медленно вращающийся по трем осям, неожиданно включил корректирующие двигатели и сориентировав свое положение выбросил ослепительный шлейф из разогнанных двигателей буквально прыгнув в сторону вражеской армады. Двигатели уверенно держали на курсе уже мертвый, кромсаемый вражескими орудиями корабль. Достигнув заданной точки уже внутри вражеского построения, корабль окутался в кокон слепящего пламени, чтобы через мгновение лопнуть породив сферу яркого света, которая расширяясь захватывала в свои объятия все новые и новые жертвы. Спустя непродолжительное время, в системе остались только покореженные корабли обеих сторон и с виду не поврежденные, но беспорядочно вращающиеся мертвые корабли Ааргхов. Одиннадцать бессмертных созданий погибли в своем тщеславии, оставив угасать без себя свою цивилизацию. Адмирал Токуро Накато погиб в момент включения маршевых двигателей, а через мгновение после этого, в другом времени, пространстве и реальности зеленоглазый новорожденный мальчик издал свой первый крик, как бы объявляя миру о своем появлении. Врачи, укутав младенца передали его матери – рыжеволосой девушке с поразительно яркими, как и у младенца глазами. - Гарри - прошептала новоиспечённая мать и счастливо улыбнулась.