Малышка любит Диллера

Pow

Маринетт Он поставил руки на уровне моей головы и наклонился. Я чувствую его тяжелее дыхание на щеке. Оно обжигает её. Он коснулся губами левой щеки, лизнул её и немного подул. —Неужто ты меня так боишься? — прошептал он не отрывая губ от моей щеки. —А, Малышка? — сердце за билось в тысячу раз быстрее, а ноги подкосились. Я бы благополучно полетела на пол, если бы Адриан не закинул меня на плече. Он поднял меня по лестницы на второй этаж, где его заполняли стоны мулатки. —Оказывается тебе есть, чему научится у Али, — он ударил меня по пятой точке. Больно, между прочим. Блондин открыл двери и положил меня на кровать, навис надо мной. —Тебя не будет смущать то, что твои друзья в соседней комнате? — не довольно процедила я. —У Али, кстати ты должна поучиться. И нет. Не смущает. Тут в комнатах звуки из соседних не доносятся. —Специально прям делал, — буркнула я. —Меньше слов, больше дела, — зашипел блондин и вцепился в мои губы. Его язык взял первенство над моим. Не разрывая поцелуй он сорвал с меня майку. —Придурок, — захрипела я, как только он перешёл на шею. —У меня же нет другой одежды! —А кто сказал, что ты с постели вставать будешь? — оторвавшись от меня спросил зеленоглазый. —Ты просто удовлетворяешь мои потребности, и водить тебя куда — то я не собираюсь. Ты мне нужна в постели и, желательно без одежды. Каждый день. Утром и вечером. Иначе прикую к постели и всё, — он опять поцеловал меня в шею. У меня в голове крутилось лишь одно «Ты просто удовлетворяешь мои потребности». Значит… С самого начала всё это была игра? Я же помню, как на второй день он повёл меня в кино, как успокаивал, после него, как мы ходили по магазинам… Где? Где его доброта делась? В низу живота всё сладко сжималось, а на моих глазах появились слёзы. Вот, кто ты, Маринетт Дюпен — Ченг. Игрушка для богатого парня. —Ты чего? — раздалось над ухом. —Я же ещё ничего не сделал, — он поднялся к моей щеки, по которой катилась одинока слеза. —Эй, — он нежно поцеловал в щеку. —Что случилось? —Надо же, ты беспокоишься обо мне? — язвительно прорычала я. —Ясно, — он закатил глаза, опять спустившись на живот. Стянув с меня джинсы вместе с трусиками, он поцеловал бедро. Я издала глухой стон. Блондин начал двигаться быстрее, а мои бедра начали подбирать нужный темп. Мои стоны залили комнату. Я царапала его спину, где сама недавно оставила следы. Адриан тоже приглушёно стонал. Вскоре всё тело пронзало наслаждение. Каждую клеточку. Агрест лег возле меня тяжело дыша. —Ты была идеальна, — он наклонился ко мне, дабы поцеловать, но я увернулась. —Не трогай меня, — зашипела я. —Малышка, что с тобой? — он погладил меня по бедру. —Тебе то какая разница? Я же тебе нужна лишь для секса, да? —А если и да, то что? — он поменялся в лице. —Да, конечно, это же нормально, что ты украл меня, затащил в постель, а потом повёл в кино и был милым, а сейчас подстилка! Это же в деле вещей! Да как я могла подумать, что ты изменился? Ты же двуличный! — мой порыв прорвала пощёчина. Левая щека пульсировала от боли. —Заткнись! От куда ты знаешь хоть что-то обо мне? Судишь человека внешности? — закричал он. —По внешности… — прошептала я. —По внешности?! Да тебя я знаю, как свои пять пальцев! Ты настоящая скотина! — опять мой порыв прорвала опять пощёчина. Только уже по правой щеке. Смотрю на блондина. В глазах вижу злость. —Ненавижу тебя! — закричала я, пытаясь убежать, но моё запястье схватили. —Куда собралась? — зло спросил блондин. —Будь куда, только подальше от тебя! — зашипела я, укусив парня, забежала в ванную, закрыв дверь…

***

--Дура! Открой дверь! — закричал Агрест по ту сторону двери, ударив её кулаком. Я прислонилась к стенке, медленно спускаясь по ней. У меня ведь всё было хорошо, до его появления. Всё. Я училась на дизайнера, у меня были планы на будущее, пока он меня не украл. Ненавижу его! —Бегом открой дверь! — зарычал он. —Не трогай меня! Уходи! — истошно прокричала я. —Маринетт, — от своего имени из его уст я содрогнулась. Он сказал его очень нежно. —Открой дверь, пожалуйста, — прошептал он. На меня подействовал какой-то гипноз. Я уже дотянулась к замку, как вдруг… —Дюпен-Ченг, твою мать! Открой дверь! — я мигом, будто ошпарила руку, забрала её от дверной ручки. —Я ненавижу тебя… Уйди, умоляю, — прошептала я. Слышу, как двери закрываются с ужасным хлопком. Заплаканными глазами пробегаюсь по ванной. Вижу бритву своего мучителя. С трудом встаю и беру её. Достаю одно лезвие и смотрю на него. Готова ли я к этому? —Маринетт, — слышу легонький стук в дверь. —Милая, открой дверь, — это женский голос. Алья… —Да что ты с ней панькаешься? — злой голос и бешеные стуки в дверь. —Быстро дверь открой! —Идиот, заткнись. А лучше вообще уйди! Это чисто женский разговор! — опять слышу, как закрывается дверь. —Милая, давай поговорим, — сквозь дверь прошептала Алья. Руки трусяться, я медленно вожу по венам. —Я ненавижу его! Я ненавижу себя! Я ненавижу жизнь! — сквозь слёзы закричала я. —Да, все мужики — козлы. Открой дверь и не делай глупостей, — пыталась переубедить меня мулатка. —Ни за что. Вдруг сзади тебя стоит Агрест, — прошептала я. —Маринетт, открой дверь, пожалуйста, я здесь сама, — прошептала Алья. Я лишь сильнее заплакала. Кровь спускалась с моего запястья, и текла в промежутки между кафелем. —Что он тебе сделал? — тяжело вздохнула мулатка. —У-украл, — прошептала я. —Ну это в его смысле. Слушай, это же из-за Агреста? Ты серьёзно хочешь умереть из-за него? — с насмешкой спросила Алья. —Слушай, я знаю Агреста, и если он тебя ещё не выгнал, значит ты ему дорога. —Я ему нужна лишь для постели! Он сам так сказал! — закричала я, и зажмурившись порезала вену ещё глубже. —Маринетт, дорогая, послушай, то, что он тебе ляпнул, ещё ничего не значит! Я знаю его с десяти лет. А это не мылый срок, что бы узнать и понять человека. Прошу, не делай глупостей, — прошептала Алья Сезер. —Я не хочу быть подстилкой, — прошептала я. —Он вёл тебя на крышу? — неожиданно спросила она. —Ч-чего? — я приподняла красные, от плача глаза. —Ну… Агрест вёл тебя на крышу? — повторила мулатка. —Д-да, — кивнула я. —Он к тебе не ровно дышит, — съязвила шатенка, но я её не слышала. Я сделала надрез глубже, и услышала, как лезвие упало на кафель. Я услышала крики шатенки и бешеные стуки в двери. Всё… Я больше не живу… Я… Свободна… Конец Pow Маринетт