Друг моего детства.

После того конфликта, центром которого, к сожалению, стал я сам, в группе начались некоторые проблемы, связанные со сплоченностью ребят. Время поступает с некоторыми людьми очень жестоко и беспощадно. Да, я говорю именно о ЧунХене. После того случая в спальне, желание говорить с ним всячески пропало, хоть я и скучал по нему и каждый раз писал, что дико хочу с ним повидаться. Кто же знал, что все обернется именно так, как обернулось. Ну, в любом случае, винить себя мне не стоит, ведь это не я изнасиловал его до кровоточащих ран, а он меня. Хорошо, что хоть хен появился вовремя. Кстати о ДуДжуне. После того случая, в нашем общежитии стало как-то мрачно. Но все же нашелся эдакий «огурец», осмелившийся нас развеселить. — Нет, ну вы меня совсем достали! – Пухлые губки милого парня надулись, как два мыльных пузыря, мило сложившиеся в один большой пузырек. — Ты о чем? — Ну я как всегда не изменял своей привычке полюбопытствовать и, слепив примерно такую же мордашку, уставился на КиКвана, сделавшего «руки в боки» и якобы хмуро, но чертовски мило смотрящего на хена. Хен читал. Как всегда невозмутимо читал, проводя все вокруг шумящее мимо ушей. — Я о том, что этот дебил все никак не может забыть происходящее и поэтому сидит и бычит на вон того, который сидит в углу и зализывает заслуженные раны, пряча свою дикую злобу за такой позор, как он считает, под своими очками, думая, что это его спасет…. – Психолог КиКван к вашим услугам, блин. Сам явно не понял, что сказал, если судить по гуляющим туда-сюда бровям и нелепому взгляду куда-то в стену. — КиКван, не нарывайся. Я только попытался об этом не думать. — Но я же не…. — О! ЕСоб, тут про обезьян-ревунов написано! Правда, они милые? — Ооо да…. – Очень милые, только они мне кое-кого очень дико напоминают (xD). — Игнорируешь, да? Ну ладно…. Пойду поем, раз ты такой крутой и разговаривать со мной не хочешь. – Хен по-прежнему не хотел говорить с ним. Даже не знаю, что на него вообще могло найти. – Я вот возьму и расскажу об этом директору. — О чем расскажешь? – Хен заинтересованно высунулся из-за газеты, недоумевающе посмотрев на КиКвана. — О ваших с ЕСобом отношениях, о чем же еще. Это такой пирожок для местного верха! Если ты такой аутичный козел, то тебя могут на раз-два выкинуть отсюда за такие вещи, вместе с ЕСобом! ЕСоб, прости. — Ты верно нарываешься? – как то мне не понравился тон ДуДжуна в тот момент, но атмосфера, как ни странно, осталась по-прежнему разряженной и даже немного теплой и семейной. Это было похоже на момент из дорамы…. Аж пробирало от дорамности. — Шантажируешь, значит? Хорошо…. Йогурт на 3 полке в холодильнике. Он весь твой. — Ура! Лидер, ты лучший. – С этими словами кач улепетывает к холодильнику и, достав оттуда добрых 5 банок йогурта, начинает с ними скакать и обниматься, напевая какую то странную песню. И к чему были эти попытки спровоцировать ДуДжуна на очередное зверство, спрашивается? Да. КиКван меня все же порой напрягает. День выдался какой то не очень то удачный. Сначала странный КиКван, потом сонный ХенСын подошел к ЧунХену, пытаясь побольше разузнать о том, что случилось, но в итоге чуть не схлопотал по своему на удивление нежному личику, потом приперся менеджер, и начались лекции введения в новую музыкальную жизнь, потом музыкальная практика, знакомство с прочими работниками CUBE Ent, о которых лучше не рассказывать, дабы не занимать много лишнего времени этими второстепенными и не особо важными лицами моего рассказа. В общем, день, наконец-то, прошел именно так, как я и хотел: плотный график, плотный график и еще раз плотный график! Похоже я стал трудоголиком…. За весь день ДуДжун ни разу не заговорил с ЧунХеном. До поры, до времени. — Эй, ЕСоб. – Я вновь услышал этот шепот. — Чего тебе? Ты где? — Я в раздевалке. Иди сюда на пару слов. – И вправду, ЧунХен был в раздевалке. Ну что же, я пошел. — Ну, что ты хотел, ЧунХен? Запомни, после того, что ты сделал со мной, я больше тебе не доверяю. И вообще, ты же сам еще совсем недавно ощутил на себе его злобу. Так вот, я тебе скажу, что это была даже не половина из того, что он мог бы с тобой сделать, не останови его КиКван и ДонУн. Не рискуй на свою шкуру, волк. Плохо будет. – Я смотрел, как мне казалось, на него довольно серьезным взглядом и дико хотел на него закричать, выпустить все и ударить, но я знал, что не смогу. Я не такой, как ДуДжун. А иногда так хочется стать ему ровней… — Прости меня, ЕСоб. Я честно не хотел этого делать…. Но когда я увидел его, поднимающего твои штаны… я… я просто — Потерял контроль? Это не отговорка, Ен. Ведь все те слова, что ты шептал, говорят не просто о желании трахнуть меня. О нет! Они говорят много больше, чем ты пытаешься выдать мне сейчас, отчаянно пытаясь не смотреть мне в глаза и обливаясь от волнения холодным потом. Я же вижу по тебе, Ен…. Уж меня то бы не обманывал. – Сказал, как отрезал, блин. ЧунХен аж замер. Пугающе замер. — Что же… Ты прав, как всегда. И как тебе это удается? Вот так вот проникать в людей, читать их мысли, думать как они, жить как они, подстраивать всех под себя, притягивать всех к себе…заставлять всех любить только тебя. Что ты за человек такой, Ян? А ты вообще человек? Начинаю в этом сомневаться…. – Поцелуй парня вновь оцепенил меня. Ну что же, дежавю. И как он не боится? После этого ему ДуДжун ведь кишки выпустит…. Хен, я боюсь. А вдруг это снова повторится? В глазах начало темнеть. Я чувствовал, как мое внутреннее сопротивление уже без промедления покидают меня с концами. Мое тело чувствовало прикосновения парня, его руки, ласкающие мою спину и, порой, доходящие до моей попы. Мне было дико отвратительно терпеть это наказание и второй раз, но я не мог противиться, ибо рефлексы вышли на первое место. Я начал постепенно пропадать из этой реальности в бездну безысходности и смирения. Мои глаза уже было просто закрылись на происходящее вновь, как я услышал тот самый голос. Все повторяется? Надеюсь, что это не будет продолжаться каждый день, как в фильме «День сурка». Я этого больше не вынесу. — Сука! – Послышался смачный удар и падение. Мое тело вновь почувствовало свободу. – Ты, как я понял, в прошлый раз не усвоил материал? Твое желание повторить пройденное, как я вижу, очень велико. Что ж…раз уж так просишь. Я сделаю тебе одолжение, паразит! — Ты не так понял… не начинай, ДуДжун. – И вновь невозмутимость ЧунХена меня удивляет. Довести ДуДжуна до такого состояния, что даже я каждой клеточкой своего тела, находясь в сидячем положении на полу, чувствовал, как тот буквально разрывается от желания убить. Мне было очень страшно, но одновременно с этим я был дико рад и даже желал этого. Я странный. Хотя, странный тут не я, а картина, происходящая уже второй раз на моих глазах. Печальная вещь, наблюдать, как за тебя борются твой старый друг и твой парень, но куда деваться? – Я люблю ЕСоба, также как и ты, и хочу, чтобы он был мой. Хотя это больше, чем это. Я хочу, чтобы он любил только меня, а не обезьяну, стоящую сейчас передо мной и машущую кулаками направо и налево без толку и действия. Ты думаешь, что твои избиения тебе помогут? Может быть, но не гарантирую, потому что ты только что увидел, что все твои кулаки не помогли мне в прошлый раз. Ты сейчас стоишь на грани, лидер. И я, зная, что ЕСоб твой, все равно не собираюсь отступать. Он будет любить меня. Зачем он это вообще сказал? Идиот. Хотя, это неплохой способ покончить жизнь самоубийством. Какие же они оба идиоты! И зачем именно я оказался эпицентром этого взрыва? Может мне тоже обматерить ДуДжуна? Черт. Я уже и жить не хочу. — Это ты зря. Я надеюсь, с мамочкой ты успел попрощаться, сопляк. – Кулак ДуДжуна крепко сжался, что хруст пальцев был слышан на всю раздевалку и еще наверно секунд пять метался туда-сюда, пытаясь найти выход и исчезнуть. Удар за ударом валили ЧунХена с ног, но тот отчаянно пытался стоять. Вновь хук в живот, потом по спине, и вновь по животу. На мое лицо что то попало. Это была кровь. Я знал, что до этого дойдет, но я не мог его остановить. Уже никто не мог его остановить. Удар за ударом, и крики боли уже прекратились. ДуДжун обхватил того за шею и приподнял его, с силой и резко прижав его к шкафчику и держа на весу. — Что, ЧунХен, вспомнил? Понял, что со мной своей наглостью лучше не иметь счетов? Она тебе не поможет. Ты ведешь себя как последний паразит, проедающий чувства. Ты ведь знаешь, что обычно делают с паразитами люди? Правильно. Они их истребляют. – Рука хена сильно сжала шею того, заставив парня задыхаться и дергаться. – Усвой же наконец урок. ЕСоб – мой. Знай свое место. – И с этими словами ЧунХен был отпущен и брошен на пол почти без чувств. Хен вытащил меня оттуда и быстро направился обратно в общежитие, чтобы упрятать меня и, возможно, успокоить свои нервы. — Ты это запомнишь, как самую главную ошибку в своей жизни… Юн ДуДжун. Ты еще пожалеешь, что встал на моем пути. Ведь я же паразит…. – Я отчетливо слышал эти слова в тот момент, пока хен суетливо пытался собрать мои вещи и вывести меня оттуда. Это был шепот, похожий на тот, что обычно бывает в фильмах ужасов. Да и сама фраза оказалась такой эпичной. Мои опасения возобновились. Во что же я, черт возьми, втянул хена?! Утром ЧунХен не явился в общежитие. Может, он попал в больницу? Надеюсь, что это не так, ведь иначе ДуДжуну придется помахать своей мечте ручкой. Во что бы то ни было, мои надежды были направлены на положительный исход дела. ДуДжун сидел сегодня какой-то хилый и даже немного печальный. И хотя он пытался скрыть все эти чувства, я видел их как алую губную помаду на белоснежном хрустальном личике девушки. Хен попивал чай из кружки, не отрываясь от окна и все время повторяя свое любимое «ashipta», которое даже ко мне привязалось очень быстро, и теперь я уже наверно никогда не отучусь от этого словесного паразита. В этот день, было как всегда пасмурно, как и должно быть по сюжету в такие напряженные моменты. Жалко, что время года не очень то катит к тому, чтобы влепить сюда и грозу с громом, ну, что тут поделаешь. И все же меня сильно волновал вопрос о том, куда делся этот маньяк и почему он не заявился в течение всей ночи. Сначала я не думал о чем-то таком больно серьезном…. Ну вдруг он позвонил Хичелю, и они решили встретиться и утопить свои заботы в очередном бокале крепкого коктейля, как это обычно и происходило, по словам ЧунХена, но в этот раз что-то все же тревожило мою душу, хоть я и непрерывно повторял «Слава Богу, ДуДжун хен, ты поставил его на место. Пусть теперь гуляет, где ему вздумается и больше не лезет. Спасибо, хен.». А зная себя, я не сомневался в том, что меня начнут все же посещать скверные мысли настоящего параноика. Повесился, не дошел, ограбили, убили, утопился, сбросился, отравился, продался, уехал, сбила машина и еще много всего нехорошего, от чего я, кажется, даже чуть не начал седеть…. Радовала лишь картина, представшая перед носом в который раз. — Ну КиКван хен! Я хочу Чопера! — Ты прямо как маленький, ДонУна. – действительно, наш макнэ выглядел таким малышом, смотря на качка милыми умоляющими глазками и выпрашивая у того плюшевую игрушку, которая, в свою очередь, находилась над уровнем головы КиКвана в поднятом руками состоянии. – Не дам! Сначала сделай то, что я прошу! – Вы наверно знаете, что я подумал. Без сомнения, знаете. Если не поняли, поясню, что смотря со стороны на двух парней, один из которых, валяясь на полу с завязанными ногами, обнимает за талию другого и умоляюще просит вернуть игрушку, в то время, как другой с довольным выражением лица и как всегда ослепительной улыбкой, держит ее над своей головой и повторяет фразу «Сделай то, что я прошу и он — твой. ». Как всегда зрелище еще то. — Но хен! Я не хочу этого делать! Что подумают парни…. – Парень печально опустил голову и уткнулся носом прямо в то самое место, куда атата как нельзя. КиКван, разумеется, сильно покраснел, но попытался не подавать своего смущения парням. — Не смущайся, ДонУна. Можешь делать это при всех. Вон ДуДжун с ЕСобом вообще не скрывают своих чувств и спокойно целуются перед всеми в спальне. Какие проблемы то? – Вау! Похоже, что не я один подумал не то. ХенСын, и ты туда же? Кажется, этот парень начинает мне все больше нравиться. — Да, ДонУна~ В этом же нет ничего такого! – Ну меня прямо таки тянуло поприкалываться над бедным макнэ и КиКваном, лицо которого было как будто залито кетчупом. — Вы реально здесь все пошлые дебилы какие-то…. – Хен отозвался о своем присутствии озлобленным тоном в адрес этой сцены. – Если устраиваете тут сумасшедший дом, то, хотя бы не на моих глазах и вообще желательно не при мне. Либо прекращайте, либо идите в другое место. — Хен, ты что это?.... Все хорошо? – Парни в момент притихли и расползлись по углам. – Ты в порядке? — Прости. Я сам не знаю, что на меня нашло. Я так нервничаю из-за этого ЧунХена. Ты понимаешь, а я ведь и вправду мог ему серьезно навредить. Когда я увидел, как тот снова целует тебя, в меня как будто что-то вселилось, и я…. Я просто потерял всякую человечность. — beast? – ХенСын пробурчал, не отрываясь от какого то журнала с одеждой. — Можно сказать и так. Это было просто зверски. Мне хотелось порвать его на кусочки. Ты понимаешь, ЕСоб? Я терял контроль…. Может, я все-таки переборщил? Может, когда он придет, мне стоит извиниться перед ним? Я наделал слишком много проблем на нашу группу. Точно, я извинюсь. – Честно, я никогда не видел ДуДжуна настолько серьезным. Он сидел и смотрел в окно, даже ни разу не посмотрев в мою сторону и не переставая водить пальцем по кромке давно уже опустевшей кружки. Его взгляд был тяжелым и очень глубоким, таким, что мне казалось, что он вообще не замечал того, что я с ним сижу, а просто использовал мое имя и обращение ко мне, как способ облегчить свои размышления. — Да? Хорошо, я ему сейчас передам. – ХенСын символично и элегантно положил трубку и повернулся к ДуДжуну. – Лидер, тебя директор вызывает и, судя по тону, он очень зол. Тебе лучше быстро нацепить свою куртку из «Swagger» и помчаться к нему. – Хен встал и спокойно начал собираться, не выходя из раздумий. ДуДжун ушел в основное здание и, за ним я послал ХенСына, как свидетеля, который позже мне все доложил от точки до точки. Когда парни пришли к кабинету директора, ДуДжуна охватило сильное чувство дежавю: та же секретарша, все также действующая ему на нервы, все те же двери, давящие на него, как башмак ребенка на муравьев, все то же волнение и еле слышное в шуме, но рассекающее терпение и слух в тишине тиканье часов. Все это хену вновь пришлось переживать, за что мне его было жалко. Но это еще даже не пол беды. Наконец дверь кабинета растворилась, и оттуда высунулся директор. — Спасибо, теперь будем знать, к кому обращаться. Если что, сразу рассказывай. И ты это, хоть ко врачу сходи что ли, а то скоро фотосессия, а ты весь как с горы упал. Еще раз большое спасибо за эту достоверную информацию о них, ЧунХен. — Какого?! ЧунХен?!! Хотя, может он был там по другому делу? Я надеялся на лучшее. – ДуДжун. Тебя то я и жду. Есть серьезный разговор. – И дверь закрылась. — По какому вопросу вызвали? – Хен спокойно сел на диван, хотя примерно догадывался, по какой причине он вновь находился в этих стенах. — Скажи, если ты окажешься в одной постели с девушкой твоей мечты и геем, к кому спиной ты повернешься? — Глупый тест на ориентацию, да, директор? – Все также невозмутим. И как он это делает вообще? Я бы на его месте уже сорвался…. Таков уж я. — Просто ответь. – Тон директора был уже не на шутку напряжен, но еще не дошел до повышения голоса. — Это глупо. Я отказываюсь. — Хорошо…. Тогда скажу тебе прямо. Я знаю правду. — Какую именно? — Ты гей и этот ЕСоб тоже. Вы встречаетесь и занимаетесь прелюбодействиями в местах, неположенных для этого. Таких, как общежитие и раздевалка нашего танцевального зала. – Директор символично поправил очки. – Ты хоть понимаешь, какие это проблемы? — Но ведь на сцене Геи пользуются популярностью? – Напряжение в голосе ДуДжуна потихоньку начало расти, и я уже молчу про обстановку, которую, в свою очередь, можно было уже смело назвать взрывоопасной. — Вслушайся в свои слова хорошенько, ДуДжун. Ты сказал «на сцене», ведь так? – Директор повысил голос. — Так. – И все тот же холод. — Так вот, это сцена! Сцена – это другая жизнь! Жизнь без проблем с вечно улыбающимися лицами и идеальным поведением и манерой характера. А вот за кулисами ты проблем не огребешься!! Ты хоть это понимаешь?!!! – Цепной пес был благополучно отпущен с цепи и натравлен на ДуДжуна. – Ты гей, и это большая проблема! Если вы сегодня же не прекратите ваши с ним отношения, оба вылетите отсюда и больше никогда не пробьетесь. Я вам это устрою…. Ты понял то, что тебе нужно сделать?! — Понял. — Вот и отлично…. Свободен, и не изводи меня больше. — Хорошо. — И учти, если ты сейчас мне солжешь, это дойдет до меня. ЧунХен мне все об этом доложит. — Понятно. До встречи, директор. — Иди уже. До встречи. – И ДуДжун спешно покинул помещение. Я не видел его неделю. Прошло где-то 6 дней с того момента, как ДуДжун был в кабинете директора. Мое волнение разыгралось не на шутку и я не мог даже просто прикрыть глаза, как бы мой организм не боролся со мной. Да где его черти носят? Неужели его выгнали? Из-за чего? Из-за меня? Это я во всем виноват, несчастный идиот. Вообще не надо было соглашаться и ехать в этот город. Теперь вот хен пропал. Япона мать, что происходит?! — Посмотрите, кто пришел! Ты где был, лидер? – Голос КиКвана громко и резво пронесся по всему общежитию, и я тут же ринулся в коридор, спотыкаясь на каждом шагу и чуть ли не падая, только лишь бы побыстрее вновь увидеть его, упасть к нему в объятия, прижаться, согреться, но…. В дверном проеме стоял хен, весь промокший и бледный, державший в руках свою сумку, из которой торчали какие-то бумаги. — Я должен кое-что вам сообщить. – Его голос прозвучал совершенно пустым. Моего хена кто-то подменил? Это был не он! Я напуган. Он даже не посмотрел в мою сторону, не поздоровался, не обнял меня и не потрепал мои волосы, не выкинул очередную глупую шуточку и не посмеялся своим ярким смехом…. Что с ним? Это действительно ДуДжун? — То есть, как ты переезжаешь в отдельную квартиру, и будешь приходить на работу в положенное время?! – Шок ХенСына поднял панику. – Так, друг мой, дело не пойдет! Я только с тобой сдружился. Ладно я…. А как же ЕСоб? Ты о нем подумал, безголовый ты идиот?! Как он будет без твоих ласк и объятий? Кто его защитит?! Рви бумаги и оставайся! — ХенСын, слишком поздно. Я уже заказал машину, и сейчас вещи будут перевезены туда. – Он поник головой. – ЕСоб, на пару слов…. – Этот тон…. Почему я чувствовал боль? — И когда мы будем видеться? Ты будешь заходить? Нет. Это глупый вопрос. В какое время мы будем видеться помимо работы? Завтракать, обедать или ужинать? Хен, тебе как будет удобнее, а? – Хен, прошу, ответь. Не стой, как убитый. Прошу, не молчи. — ЕСоб… Мы не будем видеться в свободное от работы время. – Он отвернулся от меня. Внезапно я почувствовал выстрел в грудь. — То есть как не будем? Ты не сможешь, или у тебя в квартире еще кто то живет и к тебе нельзя? — Не прикидывайся дураком, ЕСоб. Ты прекрасно знаешь, к чему я клоню. – Выстрел повторился. Только на этот раз еще больнее. — Я понял. Это все, да?... — Прости. – Кровь медленно начала бежать по моей груди на пол. — Хен…. — Да, ЕСоб? — Я…. Я действительно люблю тебя…. — Спасибо, Соби. – С этими словами он вышел из спальни. Кровь чувств буквально билась из моей груди ручьем. Я чувствовал холод, пожирающий меня в темноте вечернего времени. Он действительно сделал это. Все же это я был виноват. С этими мыслями я, пустой, как бутылка текиллы, упал на пол, устремивши свой взор в потолок. Сейчас я хотел, чтобы все эти выстрелы были реальными. Уж этот вечер я точно не забуду никогда. Черт, как же больно.