То, к чему приводит Алчность, или Демосфир

***Лава 12.*** ******* ***Могучая кучка Злых Гениев.*** ***Хиираги MODE*** ***Начало Конца Времён.*** ******* Любить порою тяжело, но всё же так приятно! Пускай на сердце всё ещё темно! Пускай бушуют страсти! Бокал ли полон, либо пуст! Сорвать я не желаю куш! Хочу лишь одного: любви взаимной! Но, чувствую, мечта не достижима… Меня любить он не способен… Но я его не упрекаю! Я стану лучше и тогда… Тогда наверняка, меня он распознает! И стану я его женой! Однажды обрету я счастье, а до тех пор… Пускай бушуют на земле ненастья! Я зло любое превзойду! Печаль любую изничтожу! Его любви добьюсь! Я верю, так однажды будет! (Аой) ******* ***Город людей*** *** Штаб Японской Имперской Демонической Армии*** ***Канто*** за день до событий в Синдзюко ******* *III.* Сангу Аой рассеянно смотрела в окно. Её обуревали тягостные и мрачные мысли. Девушка, не ночевала дома из-за происшествия в одной из лабораторий Канто. Ей пришлось провести ночь за бумагами и сейчас она чувствовала себя разбитой и уставшей. Аой сдаваться не собиралась, а в особенности признаваться себе в своей собственной беспомощности и слабости. Всё же она наследница и старшая дочь семьи Сангу, а значит положение обязывает. Суета, с которой носились военные по штабу её порядком раздражала, но она предпочитала молча наблюдать и не вмешиваться. « - Ну, побили стекла, ну взломали защиту на штабе и прилегающих к нему территориях, эка невидаль, это не страшно и не смертельно, наладчики и уборщики всё уберут и починят.» - Мрачно думала Аой. Девушку передернуло. Она решила остаться безразличной и холодной, как снежная королева. Её это не заботит, пусть подчинённые сами разбираются, а она и пальцем не пошевелит без приказа Курето - доно. « - О Курето - доно, как жаль, что я лишь ваша правая рука… Жаль, что вы, не разделяете моих чувств к вам… Ведь я всем сердцем люблю вас и поддержу во всех ваших начинаниях… Ну, что ж, раз я не могу любить вас открыто, я буду следовать за вами и буду идеальным помощником! Нужно продолжать быть собранной и сдержанной, пусть подчиненные трепещут, ведь свита играет короля, а Курето - доно - наш король, пусть он и принц пока, но это пока… Уже скоро он станет императором Японии, сменив на этом посту своего отца Тенри - саму… Может, он всё же обратит на меня внимание, как на женщину, хоть однажды, было бы неплохо, но вероятно, мне, не на что надеяться… Что ж, я буду жить с не разделенной любовью в своём сердце и надеяться на лучшее, а пока я должна убить все свои чувства и вырвать сердце… Мне нужно стать безжалостной и жестокой, потому что миром правят власть и насилие, без них нельзя построить жизнеспособное общество…» - мечтала Аой. Она подошла к зеркалу, поправив немного потекший макияж и слегка похлопала себя по щекам, криво улыбнувшись сонному и усталому отражению. В её положении она не могла позволить себе такую роскошь, как сон, значит нужно было довольствоваться тем, что у неё было. Разобрав бумаги на столе и отложив несколько важных в отдельную папку, Аой заварила да хун пао и добавила в него немного корицы и ложку сахара. Заглянув в холодильник, расположенный в углу у окна, девушка сделала нехитрый завтрак из нескольких канапе с ветчиной и сыром. Готовить завтрак не входило в её прямые обязанности. Она обычно делала кофе или чай своему непосредственному начальству – Курето - доно или его сослуживцам, когда происходили важные собрания. Сейчас же особого распоряжения не поступало, и Аой посчитала, что её босс вероятней всего так же устал и голоден, как и она. Будучи женщиной, она хотела сделать приятное своему возлюбленному и начальнику по совместительству, хоть он и не проявлял к ней, никаких чувств, кроме, как по работе. Поставив все на поднос и взяв документы, девушка постучала в дверь, и, получив разрешение, вошла. Она молча передала Курето папку и поставила поднос на чайный столик, отвесив легкий поклон Аой вышла. Курето не бросил на неё ни единого взгляда, задумчиво смотря в окно. Чай слега парил, распространяя по кабинету щекочущий аромат шоколада с нотками карамели. Он способствовал поднятию настроения даже у такого человека, как Курето, но, к сожалению, развеять их общую печаль он всё же не мог. Аой занялась выполнением каждодневной рутины и перенаправлением звонков в кабинет Курето. Так же она раздала несколько поручений, по полученным ранее инструкциям. Девушка, знала, что проект её шефа уже скоро перейдет в финальную фазу и тогда война между вампирами и людьми достигнет своей кульминации. Нужно было готовиться. Ведь напряжение нарастало, а вместе с ним росло и беспокойство. Аой казалось, что её возлюбленному грозит опасность, но от кого или чего она исходила, девушка не могла определить с точностью. У её возлюбленного было слишком много врагов. Благо, на неё мало кто обращал внимание. Это к лучшему, ведь незаметность - лучшее оружие ассасина, коим и являлась Аой. Ледяной ветер внезапно сильно подул в окно, распахнув форточку. Он закружил по комнате мёрзлую листву и Аой с печалью в изумрудных глазах посмотрела на начавшийся за окном дождь вперемешку со снегом. Внезапно перед ней возник маленький мальчик, что протягивал ей сложенный оригами по форме напоминающий журавлика. Жизнерадостно улыбнувшись, малыш исчез, а на её ладони остался лежать журавлик. Из её глаз скатилась слеза. Аой подумала, что всё же переутомилась. Ведь малыш, явившейся ей напоминал Курето - доно и её саму. Она подумала, что увидела своего нарождённого сына, которого мечтала однажды подарить Курето - доно и поэтому заплакала. Заплакала наверно впервые за двадцать лет. Её сердце сжалось, а предчувствие трагедии усилилось.