Романс

***       Он зашёл в свою тесную квартирку, предварительно стряхнув с себя снег, и открыл было рот, чтобы оповестить о своём приходе, но не стал, побоявшись нарушать тишину. Тихо раздевшись, он молча подходит к входу в комнату. Щелчок выключателя, но свет не появляется. Наверное, снова лампочка перегорела.       Глаза, блуждая по такой родной комнате, постепенно привыкали к темноте. Взгляд зацепился за старенький календарь, из которого уже несколько месяцев не вырывали листы, он так и застрял на начале года, обманывая редких гостей, забывших сегодняшнее число.       Опустив взгляд чуть ниже, он встретился взглядом с ней. Она сидела на кресле и смотрела на него своим уставшим от всего взглядом. Повисла тишина, прошли уже те времена, когда они могли молчать рядом друг с другом и не чувствовать никакой неловкости. Теперь тишина давила, но он не мог её разрушить.       «Говори! Пожалуйста, говори хоть что-нибудь! Ты же давно хочешь мне что-то сказать! Говори!» — проносятся в его голове немного истеричные мысли. Но она продолжает молча смотреть…       — Нет ничего страшнее тишины… Не так ли? — произносит он, отворачиваясь, не выдержав пристального взгляда.        — Лампочка перегорела… — сказала она, и в комнате снова повисла тишина. ***       Тёмный, почти чёрный кабинет. «Тишина. Нет ничего страшнее тишины! От неё нигде не спрятаться, нигде не скрыться!» — лихорадочно думал он, сидя за письменным столом и со страхом смотря на пистолет. «Надеюсь, она не будет сильно убиваться из-за этого,» — подумалось ему, но он прогнал эту мысль из своей головы. Он хотел покончить со всем этим как можно скорее. «Надо же… Как тихо, кажется, я слышу как идет где-то на глубине вагон метро…» — это было последним, о чём он подумал. Выстрел. И ничего, кроме темноты… В конце строки. ***       Она сидела в темноте, под тем самым отрывным календарём, который висит в этой комнате уже 4 года. В который раз она набирает его номер, но в телефонной трубке по-прежнему одни гудки. Женский голос говорит, что абонент временно не доступен, но её это совсем не печалит, ведь она знает, что абонент уже 4 года лежит в гробу вместе с телефоном… Она звонит ему каждый день, не ожидая ответа. Звонит просто для того, чтобы слушать гудки, а не эту звенящую тишину.       «Нет ничего страшнее тишины…» — кажется, так он сказал в их последний совместный вечер… Лампочку с тех пор, кстати, так и не поменяли. Она так и живёт в вечном полумраке.       Этажом выше хлопнула входная дверь. Она вздрогнула от неожиданности и, тяжело вздохнув, подошла к окну, открыла его и посмотрела вниз. Ветер запутывал волосы, и они мешали смотреть на асфальт внизу, но она заметила как сильно ветер мотает провода электропередач.       «Сегодня,» — пронеслось в её голове. «Я сделаю это сегодня!» Она залезла на подоконник и неуверенными шагами подошла к краю… «Привет! Мы будем счастливы теперь и навсегда…» — и она сделала шаг. Короткий полёт… И ничего, кроме темноты… В конце строки.