Дом там, где сердце

Последующие события прошли для Наруто, словно в тумане. Незнакомец в черном просто смысля. Кто-то из случайных прохожих услышал звук выстрела и вызвал скорую. Всё, на что хватило блондина – это сорвать с себя пиджак и начать зажимать им рану, оставленную пулей на груди любимого. В голубых глазах стояли страх и ужас, а бескровные губы тихо шептали любимому: - Не умирай! Живи! Ты должен жить! Не оставляй меня! Я не смогу быть без тебя! Живи! Живи!.. Глаза застилала пелена слез, которые стекали по щекам. Загорелые руки судорожно прижимали пиджак к груди, из которой, не переставая, текла ярко алая кровь. В воздухе витало отчаянье и беспомощность. Возможно, это было проекцией чувств страдающего блондина, а может быть, это ощущения, которые вызывала трагедия у случайных зрителей. Осторожно, блондин прижал тело любимого к своей груди, ни на секунду не переставая прижимать ткань к груди. Ему казалось, что так Гаара ближе к нему, что тепло его тела не уйдет, он не даст этому произойти. Он раскачивался со стороны в сторону, отчаянно сжимая любимого в объятиях. Парень надеялся, что это просто сон, просто кошмар и вот сейчас он проснется. Ещё несколько секунд и его ненаглядный откроет глаза, скажет, что это всё ненастоящее, а выдумка, видение разума. Но нет, шли минуты, а кошмар не прекращался. Гаара по-прежнему лежал с закрытыми глазами, а дыхание хрипло вырывалось из едва вздымающейся груди. Сабаку но боролся со смертью буквально за каждый вдох, но упорно не сдавался. Узумаки молился всем известным ему богам с просьбой спасти его любимого и не дать ему умереть. Только не он. Люди, столпившиеся вокруг, с сочувствием смотрели на эту картину: двое парней, явно очень близких, оба красивы, словно ангелы, но оба покрытии кровью, как и асфальт вокруг. Все понимали, что жизнь красноволосого висит на волоске. - Живи! – слезы ручьем лились из голубых глаз. - Скорая! – послышался женский крик. И вправду, была слышна сирена машины. Вскоре скорая остановилась рядом с местом происшествия. Медики тут же кинулись к самому большому столпотворению, справедливо полагая, что именно там находится раненный. - Расступитесь! Дайте дорогу! – послышались крики докторов. – Отпустите его, пожалуйста! Теперь мы позаботимся о нем! Узумаки не сразу понял, что это обращаются к нему. Подняв очи, он увидел, что медики в белых халатах склонились над ними и пытаются разжать его судорожно сжатые руки, чтобы освободить Гаару. - Не волнуйтесь, помощь уже здесь. Мы спасем его, - тихие слова, сказанные с теплотой и пониманием немного привели блондина в чувство. Он понимал, что сейчас Гааре нужна квалифицированная помощь, что она уже здесь и ему нужно отпустить любимого. Умом парень понимал это, но руки продолжали сжимать красноволосого. - Разрешите нам уложить его на носилки и погрузить в скорую. Держите его за руку, не отпускайте, просто позвольте нам делать свою работу, - тихо увещевал Наруто врач. Повинуясь словам, Узумаки разжал объятия и позволил докторам погрузить Сабаку но в машину, однако, он ни на секунду не отпускал руки любовника. Он боялся. Ему казалось, что если он отпустит холодную ладонь, то самый дорогой ему человек умрет и он потеряет его навсегда. Доктор с сочувствием смотрел на блондина, понимая, насколько тому тяжело. Он сам был в подобном состоянии, когда несколько лет назад умерла его жена. Он точно также сжимал её ладонь, а когда ненадолго отпустил, то любимая умерла. Поэтому, он давал родным и близким быть с пострадавшими, ведь это могут быть последние мгновения, когда те живы. У доктора остался только сын, примерно того же возраста, что и этот парень. Что-то во внешности пострадавшего не давало покоя врачу. Тот казался ему знакомым, он точно встречал его раньше. - Что произошло? – спросил доктор, одевая на Гаару кислородную маску и подключая к приборам. - В-в нег-го стреляли, - едва слышно выдохнул блондин. - Сколько ему лет? - 23 года. - Имя? - Сабаку но Гаара. - Не может быть, - потрясенно выдохнул мужчина. Теперь понятно, почему этот парень казался таким знакомым. Он – друг его сына. - Вы знаете его? – спросил помощник доктора. - Да, - ответил врач. – Это друг моего сына, Сасори. - Акасуна но Сасори – ваш сын? – оторвал взгляд от любимого Наруто. – Вам повезло с ним. - Я знаю. Кстати, меня зовут Акасуна но Иоширо. Обращайся, если что. - Спасибо. Пожалуйста, отвезите его в больницу, где он работает, - Узумаки назвал адрес, - слезы капали на залитую кровью грудь Сабаку но. Как оказалось, скорая и так туда направлялась, ведь эта больница – ближе всех остальных. Весь оставшийся путь до больницы прошел в молчании. Наруто ни на секунду не отрывался от Гаары, а доктора делали всё возможное, чтобы пострадавший дожил до больницы. Уже в клинике, их встречали, видимо, водитель скорой доложил об их приезде. Гаару сразу же повезли в операционную, а Наруто попросили остаться в коридоре. - Нет! – начал кричать и упираться блондин. – Я не могу оставить его! Пустите меня к нему, пожалуйста! Нет! - Вам нельзя в операционную, - молодая медсестра, начала успокаивать его. – Его прооперируют и он поправится, доктора сделают всё возможное, а вы будете только мешать им. Ждите здесь. - Я не могу! – не унимался Узумаки. – Мне нужно быть с ним! - Выпейте это, - другая медсестра протянула парню таблетку и стакан воды. Это было успокоительное. - Мне нужно задать вам несколько вопросов, - раздался над ухом Наруто незнакомый мужской голос. Он поднял голову и только тогда заметил, что сидит на стуле в коридоре, возле операционной. Кинув быстрый взгляд на часы, заметил, что с начала операции Гаары прошел почти час. Целый час, а из операционной никто так и не выходил. Есть ли шанс у его любимого? Переживет ли тот ранение? Хотелось бы верить, что да, иначе он и сам не сможет жить дальше. Гаара стал для него всем в этом мире: семьей, самым близким другом, не считая Саске, любимым человеком. Он стал для него домом, убежищем для его истерзанной души. Сабаку но подарил ему всё. Правду говорят: дом там, где сердце. Теперь он понял, что имели в виду все философы, утверждающие правдивость этого изречения. Ведь и вправду, всегда хочется возвращаться туда, где тебя ждут и любят. Туда, где тебя ожидает человеком, который для тебя является всем миром, всей вселенной, как и ты для него. - Сэр? – снова позвал Наруто мужской голос. Встряхнув головой, блондин повернулся к звавшему его мужчине. Что-то его не в ту степь понесло. Какая философия, когда Гаара лежит под ножами хирургов, а его жизнь висит на волоске? Нужно узнать виновного и убедиться, что он получит по заслугам. В том, что так и будет, он не сомневался: Сабаку но Танака не даст в обиду своего ребенка, а тем более двоих. - Да, я слушаю. Следующий час Узумаки отвечал на всевозможные вопросы полицейских. Делом Гаары занимался тот же следователь, что и делом Канкуро. Напоследок блондину пришлось пообещать полицейскому, сообщить о случившемся семье Гаары. Сказать-то сказал, а как осуществить задуманное… Он не знал. Нелегко сообщить такую новость отцу и сестре, учитывая, что несколько дней назад они уже пережили потрясение после покушения на Канкуро. Но нужно это сделать – они обязаны знать о случившимся. Едва переставляя ноги, блондин направился в сторону лестницы. Каждый шаг давался ему с трудом, он вынуждал себя двигаться. Поднявшись на два этажа, Наруто увидел на площадке курящую Темари. Та, едва сдерживая слезы в глазах, смотрела в окно. Вокруг блондинки сизым туманом витал дым от сигарет. Девушка полностью закрылась в себе, не обращая совершенно никакого внимания на внешний мир. На подоконнике рядом с Сабаку но лежала пачка сигарет и зажигалка. - Можно? – тихо спросил Наруто, показывая на сигареты. - Пожалуйста, - тихо ответила девушка, даже не повернув головы и не посмотрев на говорившего. Узумаки прикурил сигарету и сделал глубокую затяжку, затем медленно выдохнул табачный дым. - Почему ты здесь? – поинтересовался парень. Сестра Гаары обернулась. Увидев собеседника, она в шоке раскрыла синие глаза. - Наруто? – потрясенно выдохнула девушка. Её глаза в ужасе рассматривали знакомого. Узумаки, не понимая взгляда Темари, осмотрел себя и тут же понял причину испуга: окровавленная рубашка, кое-где порванная непонятно почему, дрожащие пальцы, руки по локоть в крови. Что с лицом он даже предположить не мог – явно ничего хорошего. – Что произошло? Где Гаара? Что с ним? - Он… - Кьюби сделал ещё одну глубокую затяжку. – Он… - блондин даже не замечал, что по щекам текут слезы, а голос дрожит. – Он в операционной, - всё же сумел выдавить из себя парень. - Что? – сигарета выпала из пальцев Темари, упав на землю, но та этого даже не заметила. – Что с ним? – блондинка подлетела к Узумаки и начала трясти его. Вторая сигарета отправилась вслед за первой. – Что? - В него стреляли, - безжизненным голосом выдал Наруто. – Пуля попала в грудь. Операция длиться больше двух часов. - Что? – спросил мужской голос от дверей. Обернувшись, блондины увидели замершего в дверях Танаку. - Папа! – вскрикнула Темари и со слезами кинулась на шею отцу. Родитель и дочь замерли, лишь рыдания девушки нарушали мертвую тишину. Узумаки стоял на месте, застыв соляным столбом. Танака просто прижимал своего старшего ребенка к себе, с трудом осмысливая происходящее. Он перевел взгляд на Кьюби, а потом сделал то, что выходило за все рамки поведения: он притянул Наруто к себе и приобнял того второй рукой, даря свою поддержку и утешение. На несколько секунд блондин замер, а потом заметно расслабился и осторожно обнял старшего Сабаку но за спину одной рукой, вторую же парень положил на плечо рыдающей девушке. Мимо проходящему человеку открылась бы поистине странная картина, если таковой был бы: двое молодых людей, парень и девушка, заливались слезами в объятиях красноволосого мужчины. В его глазах также стояли непролитые слезы, но он не позволял себе расклеиться, понимая, что должен стать опорой для этих двоих и поддержкой для раненных сыновей. Лишь одинокая слеза скатилась по щеке, выдавая всю степень отчаянья и страданий самого мужчины. Сейчас ничего не имело значения: ни недавняя вражда Танаки и Гаары, ни то, что мужчина принял совершенно чужого человека, парня своего сына в семью, ни другие проблемы – всё отошло на второй план. Единственное, что имело значение – это выживет ли Гаара и встанет ли на ноги Канкуро. Травмы последнего оказались немного серьезнее, чем предполагали врачи изначально: у парня пострадал позвоночник и полностью отнялась нижняя часть тела. А Гаара… Нужно верить, что он выживет. Он – боец. Спустя ещё два часа им сообщили, что операция закончена. Гаара пережил её, но его состояние по-прежнему критическое. Он впал в кому. Доктора сделали всё возможное. Теперь только от красноволосого зависело – выкарабкается ли он. А им всем нужно ждать и надеяться. Это единственное, что можно сделать. И верить, верить в силу воли Гаары и его любовь к жизни. Будущее этой семьи засело от веры, надежды и любви. * * * Прошел месяц. За это время мало что изменилось. Наруто окончательно ушел из шоу-бизнеса, посвятив всего себя Гааре и ухаживанию за ним. Танака разрывался между работой и заботой о сыновьях. Темари и Наруто в обе руки отправляли главу семейства в офис, чтобы он хоть немного отвлекся от мрачных мыслей. За этот месяц произошло ещё одно событие, которое окончательно подорвало состояние Танаки. Примерно две недели назад было совершено очередное покушение. На этот раз жертвой врага стала Темари. Кто-то разрезал тормозной шланг на её машине. Однако блондинке повезло: она ехала на небольшой скорости, так что пострадала не слишком сильно: сломана левая рука, небольшое сотрясение, да синяки и ссадины. В общем, отделалась легким испугом, по сравнению с братьями. Для Танаки это стало последним ударом. Это событие подкосило гордого и сильного мужчину. Он понял, что кто-то целенаправленно и продуманно уничтожает семью Сабаку но. Этот кто-то – сильный и могущественный враг, иначе у него не получалось бы так легко находить информацию о наследниках и устраивать ловушки. Более того, этот кто-то очень близко знает всю семью, раз осведомлен о привычках детей и следит за ними. Это подтверждал случай с Гаарой. Враг уничтожал Танаку, действуя скрыто, пытаясь уничтожить самое дорогое для него – его детей. В целях безопасности Танака поместил всех своих детей в больницу в одну палату. Возле дверей палаты была оставлена охрана, все входы в больницу под наблюдением камер и полиции. Сам глава семьи постоянно ходил в сопровождении секьюрити, дома он только ночевал, проводя остальное время либо на работе, либо в больнице с детьми. Темари, как сама здоровая, потребовала ноутбук и книги, так что, скучать ей не приходилось. Часть книг одалживал Канкуро, читая в свободное время. Вердикт врачей – инвалидность, он воспринял как вызов. Он поставил себе цель: во что бы то ни стало встать на ноги и выздороветь назло всем врагам. Шатен прикладывал к этому все усилия, каждый день работая до седьмого пота, не жалея ни сил, ни нервов. За неудачной попыткой что-то сделать, следовали сотни других и в итоге, Канкуро добивался задуманного. Хоть и с трудом, превозмогая боль, парень уже может шевелить кончиками пальцев. Это малость, но, тем не менее, огромный шаг на пути к полному выздоровлению. Доктора только диву давались таким успехам своего пациента. Всё это омрачало состояние Гаары. Он не выходил из комы. И снова вердикт врачей был неумолим. Они говорили, что если красноволосый не придет в себя в течение недели, то с каждым последующим днем его шансы будут стремительно уменьшаться. Они дали максимальный срок – три месяца. Если Гаара не приходит в себя, то его уже ничто не спасет. Наруто отдал всего себя любимому. Дни и ночи он проводил рядом с младшим Сабаку но. Держа его за руку, он легонько касался второй ладонью его лица, шеи, груди. Губы блондина постоянно что-то шептали на ухо любовнику. Темари и Канкуро, находящиеся рядом, никогда не пытались подслушать, считая, что то, что говорит Кьюби слишком личное и касается только их двоих, а посторонним это слышать ни к чему. Узумаки покидал любимого только для того, что принять душ и переодеться, а ещё, чтобы хоть что-то поесть. За месяц голубоглазый изрядно похудел: можно было увидеть каждою косточку на его теле, а привычная одежда просто висела на нем. Когда уходил певец, место рядом с Гаарой занимали его сестра и Канкуро, кровать которого пододвигали к кровати их отото. Также как и Наруто, они чувствовали острую необходимость быть со своим братом, но понимали, что вытащить его с того света может только этот солнечный ангел, а не они. Слишком сильно обидели они брата, слишком много боли причинили. Они не смогут стать настолько близкими, как были раньше. И хоть тот говорил, что не держит на них зла и давно простил, чувство вины грызло их изнутри, вопреки словам. Они не могли простить самих себя, и это сжигало, заставляя терзаться муками совести и невозможностью исправить ошибки или хотя бы извиниться за них. Чувства безысходности и страха с каждым днем росли в сердцах. Очень часто Наруто включал плеер со своими песнями и вставлял наушники Гааре. Таким образом, он пытался достучаться до любимого, заставить услышать его, заставить бороться, а не таять во тьме без попыток сопротивления. Однажды вечером Наруто не пришел. Темари и Канкуро забеспокоились и тут же начали названивать блондину. Тот ответил после пятого звонка и коротко сообщил, что с ним всё нормально и завтра он будет в больнице. Затем парень положил трубку и выключил телефон. Брат и сестра очень беспокоились за светловолосого, но больше всего их пугала реакция младшего брата на отсутствие любимого – у того остановилось сердце. Что тут началось… Толпы докторов, паника, крики… Красноволосого еле откачали и пытались узнать, что спровоцировало приступ, но всё впустую. Однако, Сабаку но поняли причину: отсутствие Наруто. Это доказывало, что люди в коме способны воспринимать окружающий мир и по-своему реагировать на него. В данном случае реакция была катастрофически негативная. Телефон Кьюби оставался недоступен. Отца решили не тревожить, тот и так, словно тень, ему ни к чему лишние тревоги. Стараниями врачей, Гаара выжил, но продолжал находиться в коме. Всё устаканилось только поздно ночью, а заснули Темари и Канкуро под утро. Именно поэтому, никто из них не заметил пришедшего на рассвете Наруто. Доктора пропускали блондина в любое время суток, настолько привыкли к нему и понимали его состояние. Они сочувствовали и сопереживали, всячески пытаясь поддержать юношу. Под его глазами были мешки, означающие, что их обладатель снова не спал всю ночь. На цыпочках войдя в палату и, убедившись, что Темари и Канкуро спят, Узумаки осторожно прилег рядом с любимым с той стороны, где не было кучи трубочек, поддерживающих жизнь Сабаку но. Осторожно приобняв красноволосого, Кьюби склонился к самому уху и начал тихо шептать слова, шедшие от самого сердца. - Здравствуй, любимый. Прости, что не пришел вчера вечером. Знаю, ты почувствовал это, но я не мог. Верю, ты сможешь понять меня и простить. Вчера была очередная годовщина смерти родителей. Столько лет прошло, но боль почти не ослабла. Она по-прежнему сильна и съедает меня изнутри, но ты помог мне справиться с ней. Ты подарил мне свет, свою любовь, надежу, веру – ты подарил мне целый мир. Рядом с тобой я смог смириться со смертью близких и принять её, перестав казнить себя. Ты снова научил меня жить и радоваться жизни, научил ценить каждый прожитый день, радоваться новому рассвету, и наслаждаться красками заката. Ты стал для меня всем. С тобой я обрел настоящий дом. И знаешь, где мой дом? – загорелые пальцы пробежали по точеному бледному лицу, минуя трубки, а затем зарылись в красные волосы. – Мой дом там, где сердце. А моё сердце – это ты. Ты самый дорогой и любимый для меня человек во всем мире. С тобой я наслаждался каждым прожитым мгновением. Я надеялся, что очередную годовщину ты проведешь рядом со мной, помогая мне и даря свою поддержку, но нет. Ты бросил меня. Как ты мог? – в голубых глазах застыли слезы, а затем начали катиться по щекам. Загорелая ладонь сжала прохладную Гаары. – Ты оставил меня, в самый тяжелый момент ты оставил меня на произвол судьбы. Ты хочешь оставить меня также, как это сделали папа и мама? Ты хочешь умереть? – ладонь перебралась на грудь и с силой сжала больничную рубаку прямо напротив сердца. – Нет! Я не позволю тебе умереть! Ты не посмеешь! Только не после того, как обещал быть со мной вечно. Ты всегда держишь своё слово, и сейчас я не позволю тебе его нарушить. Ты должен жить, хотя бы ради меня. Если ты умрешь, я отправлюсь следом – не смогу жить без тебя. Ты – тот якорь, что держит меня в этом мире. А если я тебе не нужен, то вернись, хотя бы ради Темари с Канкуро и Танаки-сана. Они не смогут без тебя, и всю жизнь будут винить себя в твоей смерти. Я никогда не был эгоистом, но сейчас буду и требую, чтобы ты жил. Для меня и ради меня. Живи! Прошу, не бросай меня! – уткнувшись лицом в шею красноволосого, Наруто разрыдался. У него почти не осталось сил, чтобы вынуждать себя просыпаться каждое утро и сидеть рядом с неподвижным Гаарой. Блондин медленно умирал рядом с любимым. Более часа прошло, прежде чем Узумаки смог успокоится. Брат и сестра проснулись, но не смели нарушать уединенность влюбленных, понимая, что даже так они держаться друг за друга и влияют один на одного. Кьюби достал из кармана плеер и привычно вставил наушники в уши любимого. - Вчера мне было очень плохо и больно, я задыхался от боли и эмоций и сделал то, что всегда совершал в такие моменты: написал песню. И снова я посвящаю её самым близким и родным людям, в числе которых первым стоишь ты. Может это было глупо, нелогично, неправильно – не знаю, но это помогло мне. Думаю, ты поймешь меня. Блондин нажал на «Play» и в наушниках полились трагические и скорбные слова песни. Она была наполнена болью, одиночеством и страданиями. Певец молил Богов, вернуть его любимого. … Heaven. What the hell would I do in that place without you? In heaven, alone in heaven, alone in heaven, alone in heaven... … can this be heaven if my best friends burn in hell?... … I can't see you here. Where have you all gone now? Don't know, but it hurts, to be all alone On the field where the stones grow dead names… …Whatta hell would I do in that place without you? Heaven…* - Небо, услышь меня и верни Гаару. Я не смогу без него, - и снова слезы полились из голубых глаз прямо на грудь Сабаку но. - Я здесь, - едва слышно прохрипел голос красноволосого. Недоверчивые глаза встречаются взглядом с бирюзовыми, в которых плещется целый океан любви и невысказанных чувств. - Гаара! – выдохнул Наруто, ещё не верящий во всё происходящее, а затем, словно очнувшись, начал целовать любимого. Слезы радости катились по щекам. – Гаара, - то и дело шептали любящие губы. - Братик, - по щекам Темари и Канкуро тоже катились слёзы. Господь услышал их молитвы и вернул брата. - Люблю, - прошептал Кьюби, целуя кандзи на лбу любимого. – Люблю... *Sonata Arctica – Alone In Heaven