(Не)покорная

До шести лет я ужасно боялась темноты. Мне казалось, что она таит в себе жутких чудовищ из моих ночных кошмаров, бестелесных призраков и других сверхъестественных существ, которых только могла нарисовать моя детская фантазия. Мама всегда засиживалась в моей комнате допоздна, а потом предусмотрительно оставляла включённым ночник, когда уходила в свою спальню. Мой страх исчез почти сразу после её смерти. Я поняла, что при свете дня всё становится гораздо страшнее. Днём люди всегда играют роли, притворяются теми, кем на самом деле быть не хотят, и лишь ночью они позволяют своим внутренним монстрам выбраться наружу. Ночь заботливо хранит наши секреты, окутывая их тьмой и надёжно пряча под одеялом из звёзд. Мы с Алексом неторопливо бродим по улицам спящего города. Мы не держимся за руки, не пытаемся стать ближе и не говорим о сокровенном. Мы просто время от времени передаём друг другу бутылку с виски и болтаем о всякой ерунде, совсем не делая попыток забраться друг другу в голову. Такой расклад устраивает меня. - Дай угадаю, какая группа твоя любимая, - прошу, всё ещё посмеиваясь над его недавней шуткой о творчестве Квентина Тарантино. Я уже достаточно пьяна, чтобы смеяться над любой глупостью, но ещё недостаточно, чтобы перестать отвечать за свои поступки. – AC|DC? Нет.. Oasis? Хотя… дай ещё подумать… Muse! Точно! Muse! - Ты угадала, - усмехается Алекс, делая ещё глоток из бутылки, и я исполняю свой победный танец. Я ещё ни разу не ошиблась, угадывая его предпочтения. Пожалуй, всё только потому, что у нас слишком много общего. – А твоя… я не силён в этом… Может, Linkin Park? - О, красавчик, ты снова разочаровываешь меня, - наигранно вздыхаю, одарив его снисходительным взглядом. Пока он угадал только с моим любимым фильмом, и то совершенно случайно. – Конечно, это Nirvana. Классика, парень. Ты хоть слышал когда-нибудь «Rape me»? Эта песня создана, чтобы пить и заниматься сексом. - Учту на будущее, - кивает он, возвращая мне бутылку. Я делаю щедрый глоток и улыбаюсь. Если бы это было возможно, я хотела бы остановить время. Не потому, что это романтично, а потому, что я уже давно не чувствовала себя настолько беззаботно, как с ним в этот момент. Словно бы судьба вдруг сжалилась, скинула мне пару лет и отмотала назад несколько неприятных событий. Увы, это не может длиться вечно. - Готова поспорить, что твой любимый цвет синий, - говорю после недолгой паузы, с наслаждением замечая, как алкоголь согревает внутренности. Алекс качает головой. – Чёрный? Серый? - У меня нет любимого цвета, - фыркает Алекс, поднимая на меня взгляд. Я чувствую, как губы снова растягиваются в улыбке. – Это было бы несправедливо по отношению к другим цветам. - Чёрт, это должен был быть мой ответ, - шепчу, прижимая к груди бутылку. В полутьме его глаза кажутся почти чёрными, и это определённо притягивает. – Когда ты в последний раз делал что-то безумное? – спрашиваю, меняя тему. У нас осталось не так уж и много времени, и я хочу использовать его по максимуму. - Смотря что ты считаешь безумием, - пожимает плечами парень, натягивая капюшон. Я хмыкаю. – Прыгнуть с парашютом? Поставить свою жизнь? Прогуляться по городу после полуночи с бутылкой виски и абсолютно ненормальной девчонкой? Я усмехаюсь, решив счесть это за комплимент. Меня столько раз называли безумной, но из его уст это звучит как-то по-особенному. Без насмешки, без осуждения… даже как-то с восхищением немного. - Было очень благородно, когда ты предложил свою жизнь в качестве ставки, - замечаю, подставляя лицо ветру. Холодает, и я невольно кутаюсь в куртку. – Я должна была свою поставить. Дэн мой брат. - Я ведь говорил, что это был холодный расчёт, - парирует он, отпивая из бутылки, которая заметно опустела. Надо было брать две. – Этот засранец должен был победить. Он слишком печётся о собственной шкуре. - Ты совсем не знаешь его, чтобы так говорить, - качаю головой, вскинув подбородок. Не счесть тех дней, когда Дэн рисковал своей жизнью ради меня. – Дэн готов умереть за тех, кого любит… как и я. - Поэтому ты почти никого к себе не подпускаешь? – хмыкает Алекс, протягивая мне бутылку, но я отказываюсь. Кажется, мне достаточно алкоголя на сегодня. – Все эти твои ужимки, глупые игры… разве они не ради того, чтобы никто не смог забраться в твою голову? Хмурюсь, отводя взгляд. Мне не нравится, что вечер превращается в сеанс психологии. Но ещё больше меня бесит, что он снова попадает в точку. Инстинкт самосохранения – мой основной инстинкт. Чем больше людей, которые мне небезразличны, тем сильнее они тянут меня вниз. Поэтому я стараюсь избегать привязанностей. Хватит. Достаточно обжигалась. - Может быть, я такая и есть? – отзываюсь резко, поворачиваясь к нему. Лицо Алекса непроницаемо. – Откуда ты знаешь, что я не сумасшедшая? Голоса в моей голове так не считают. - Все мы безумцы, - отвечает Алекс спокойно. Он тянет ко мне руку, и я не спешу отстраняться, позволяя ему заправить прядь волос мне за ухо. Этот жест кажется таким интимным, что я невольно перестаю дышать. – Но степень твоего безумия выбираешь ты сама. Ты можешь быть просто девушкой со странностями, а можешь остаться одиночкой с внутренними демонами, которые рано или поздно уничтожат тебя изнутри. - Пожалуй, второй вариант по мне, - говорю, наигранно усмехаясь. Его пальцы едва ощутимо проходятся по коже, задевая что-то внутри. – Я дружна со своими внутренними демонами. Они уже давно не беспокоят меня. С людьми всё в разы сложнее. Люди пугают и одновременно раздражают меня. - Меня тоже, - соглашается парень, и я вновь задерживаю дыхание, когда его большой палец мягко касается моей нижней губы. Парни давно не заставляли меня чувствовать подобное. – Но я хочу, чтобы они знали меня таким, какой я есть. Я предельно честен с собой и с этим миром. Потому что иначе я рано или поздно забуду, кто я на самом деле. Больше всего на свете я боюсь потерять себя. Алекс чуть наклоняется ко мне, и я с готовностью подаюсь вперёд, касаясь поцелуем его мягких губ. Я чувствую их прохладу и горечь виски, что только разжигает меня и заставляет желать большего. Обнимаю его за шею и тянусь ближе, зарываясь пальцами в тёмные волосы. Как всё-таки жаль, что эта ночь не может длиться бесконечно, а вечность застыть в одном-единственном моменте. - Жаль, что я так не умею, - выдыхаю, когда он отстраняется. Иногда я думаю о том, что хотела бы вспомнить, кем я была и кем могла быть, если бы играла по тем правилам, что предлагала мне судьба. - Я научу, - обещает Алекс, улыбнувшись. Он оглядывается вокруг, и я с сожалением замечаю, что мы стоим совсем неподалёку от моего дома. – Кажется, пора прощаться. - Может… зайдёшь на чай? – предлагаю, долго не раздумывая. Я хочу ещё хоть немного продлить этот вечер. – Отец как раз укатил на очередную пьянку, на скорую руку прикрытую названием «симпозиум». Так что?