(Не)покорная

Я делаю две больших кружки кофе и ставлю одну из них перед Алексом, усаживаясь рядом с ним на диван. Он благодарно кивает и обнимает меня свободной рукой, притягивая к себе поближе. Я кладу голову ему на плечо и полностью растворяюсь в атмосфере уюта и умиротворённости. Наверное, впервые в жизни я чувствую себя на своём месте. Словно бы, наконец, обрела дом, которого у меня никогда не было. На часах давно за полночь, но спать совсем не хочется. Отчасти из-за этого дурацкого недоразумения с участием Лиса, отчасти из-за того, что я никак не могу выбросить из головы его слова о нас с Алексом. Он сказал, что мы из разных миров и никогда не сможем понять друг друга на самом деле. Мне хочется верить, что это неправда, но я всегда буду помнить, какими разными были наши жизни до первой встречи. Алекс вырос среди роскоши и светского пафоса. У него была мама, которая обожала его, пусть только до семнадцати лет. Он учился в одной из самых престижных школ Лондона и никогда ни в чём не знал отказа. В числе его друзей сплошь сыновья богатых родителей и выпускницы школы благородных девиц. Его окружают люди, которые не чают в нём души и всегда готовы пойти за ним хоть на край света. Я росла среди хаоса и порока. Моя мать умерла, едва мне исполнилось шесть лет. Почти два года своей жизни я переезжала с места на место, и с трудом усвоила учебную программу в перерывах между очередным побегом и необходимостью бороться за собственную шкуру. Моих друзей сложно назвать идеальными. Среди них побитые жизнью байкеры, бывшие наркоманы, проститутки, уголовники и вообще все те, кого принято считать «отбросами общества». Единственный, кому я дорога на самом деле, это мой старший брат. Поэтому я готова на всё ради него, даже пожертвовать собственной жизнью. Алекс предельно честен с собой и окружающим миром. Он ставит превыше всего близких людей и даже готов рискнуть всем ради них, наверное, поэтому они отвечают ему тем же. Он не терпит обмана и относится к жизни с философским спокойствием. Я привыкла лгать и разыгрывать масштабные спектакли с участием одной актрисы. Цепляюсь за свою жизнь, как за самое ценное. Совсем не умею быть честной и вечно куда-то спешу, словно бы моё время вот-вот истечёт. Он лёд, я пламя. Я взрывная и импульсивная, он владеет собой даже в моменты ослепляющего гнева. Я до сих пор не могу поверить, что два таких разных человека, как мы, могли встретиться и проникнуться друг к другу тёплыми чувствами. - То, что ты сказала – правда? – спрашивает вдруг Алекс, прерывая ход моих размышлений. Я отставляю в сторону наполовину пустую чашку и перевожу на него вопросительный взгляд. – Тебе не нужен никто, кроме меня? - Разве это ещё не понятно? – улыбаюсь, утыкаясь носом ему в грудь. Он такой тёплый и приятный. – Я сделала свой выбор. Мне никогда и ни с кем не было так хорошо. - Неужели я смог приручить тебя? – усмехается он, целуя мои волосы. Я качаю головой. - Не надейся, - фыркаю, мягко касаясь пальцами его щетины. Он невольно прикрывает глаза. – Я – вольная птица… Но стоит тебе только позвать… я сразу прилечу. Он улыбается и тянется ко мне, чтобы накрыть губы поцелуем. Я цепляюсь за его футболку и стремлюсь к мягким губам, вкладывая всю свою страсть и нежность в каждое прикосновение. - Где ты научился так трахаться? – срывается с моего языка, когда его рука перемещается на моё бедро. У меня перехватывает дыхание. - Я не обязан отвечать на такие вопросы, - хмыкает Алекс, зарываясь пальцами в мои волосы. Мой взгляд становится просящим. – Я ведь не спрашиваю тебя, где ты научилась так охрененно делать минет. - Дай вспомнить… - прошу, не испытывая при этом ни капли смущения. Затем продолжаю: - Я частенько напивалась в каком-нибудь баре и потом делала это на заднем дворе, пока… - Я не хочу этого знать, - обрывает он, посерьёзнев. Я понимаю, какую глупость совершила, вновь заговорив о своих бывших. – У меня просто было много девушек. Было время и возможности... учиться. Мне стоило бы закончить разговор, но меня вдруг одолевает любопытство. Я в курсе, что Алекс имел огромный успех у девочек в нашей школе, но я никогда не задумывалась, чем обусловлена такая частая смена половых партнёров. - Тебе нравится разнообразие? – равнодушно интересуюсь, но я уверена, что в моём голосе слышится надрыв. Алекс ухмыляется. - Нет, просто не хотел ни к кому привязываться, - отзывается он, лаская моё лицо длинными тонкими пальцами. Как же приятно… - Мне было не до этого. - Так значит, можно сказать, что ты тоже никого до меня не любил? – в моём голосе уже нескрываемое любопытство. Вспомнив о его чувствах к Романе, добавляю: - Взаимно, я имею в виду. - Ты на удивление догадлива, - кивает Алекс, прислоняясь своим лбом к моему. Я улыбаюсь так довольно, словно пятилетний ребёнок, получивший долгожданный подарок на Новый год. - Тебе понадобилось каких-то полгода, чтобы это понять. Теперь я понимаю, как это приятно – знать, что до меня Алекс никого по-настоящему не любил. Это осознание накатывает волной удушающего счастья, которое я тут же выплёскиваю, крепко прижавшись губами к губам парня. Утром я встаю раньше, чтобы приготовить Алексу блинчики на завтрак. Честно говоря, я никогда раньше этого не делала, но надеюсь, что если следовать точно рецепту, всё получится. В итоге оказывается, что я неправильно отрегулировала температуру, к тому же, забыла добавить сахар. Поэтому блинчики получились почти горелыми и просто отвратительными на вкус. Я только собираюсь их выбросить, как за моей спиной появляется Алекс. - Ты решила приготовить мне завтрак? Как мило, - комментирует он, забирая с тарелки один блинчик. Я невольно кривлюсь, когда он откусывает кусок. – Ну, для первого раза вполне неплохо. Я поражена его выдержкой и актёрской игрой, но всё же не собираюсь умиляться подобным спектаклям, как это делают некоторые девушки. Что, скажите, хорошего в том, если парень ест откровенную гадость и пытается делать вид, что это вкусно? Мои кулинарные навыки от этого не улучшатся, а он только заработает несварение желудка. - Я прекрасно знаю, какая это дрянь, - бормочу, забирая у него блинчик и выбрасывая в мусорку вместе со всеми другими. Мне ещё учиться и учиться. – Будет лучше, если ты не будешь поощрять мою безрукость и приготовишь нормальный завтрак. - Поможешь мне? – предлагает Алекс, доставая из холодильника сыр, масло и колбасу. Я хмурюсь. – Только имей в виду, что это очень ответственно. - Бутерброды? – ухмыляюсь, закатывая глаза. Алекс кивает. – Я думала, будет что-то посложнее. - Для начала научись тонко отрезать колбасу, а потом возмущайся, - советует он, но в его глазах играет веселье. Взрослый ребёнок. – Считай, что это первые шаги к тому, чтобы познать кулинарный дзен.