(Не)покорная

Женя выходит в коридор и опускается на один из деревянных стульев у стены, крепко обхватив себя руками. Она чувствует злость и отчаянье от одной только мысли, что Алекс вновь предпочёл ей эту чокнутую девчонку. Никогда в жизни она не испытывала такого унижения. Он должен был, наконец, понять, насколько опасна для него эта Агата, ведь из-за неё Алекс чуть не умер. Ему гораздо безопаснее было бы остаться в кругу своей семьи, где его действительно любят и всегда о нём позаботятся. - Зачем ты пошла у него на поводу? – спрашивает Женя, когда на соседний стул опускается Маргарита Алексеевна. Женщина вздыхает. – От этих препаратов он сам не понимает, что говорит! Нужно было не пускать её… Нужно было сказать ему, что она уехала и больше никогда не вернётся. - Что ты такое говоришь? – хмурится женщина, пытаясь заглянуть дочери в глаза. Женя отворачивается. – Алексу сейчас нужны только положительные эмоции. Да, мне не нравится эта девушка, но это его выбор… Он любит её, и она… его тоже. Не мне выбирать счастье за своих детей, Евгения. Счастье у каждого своё, и, если он действительно принял решение быть с ней… я не стану мешать им. Алекс взрослый мальчик. - Она просто ему голову задурила, - упрямо повторяет девушка, сжимая кулаки. Ей хочется убежать, куда подальше, и разреветься… Но ещё больше ей хочется заставить плакать виновницу этих непрошенных слёз. – Как ты не понимаешь… Она опасна! - Не думаю, что Алексу легко задурить голову, - возражает женщина, попытавшись взять дочь за руку, но та одёргивает кисть. Маргарита Алексеевна чувствует, как сердце обжигает болью. – Я всегда думала, что у меня взрослая дочь, Евгения, которая уважает свободу выбора и не лезет в чужой рай со своими законами. Выходит, ошиблась. Взрослый у меня только сын. Маргарита Алексеевна встаёт и уходит, думая о том, что ещё сотню раз пожалеет о своих словах. Она всегда стремилась к близким отношениям с дочерью, старалась помогать ей и поддерживать, но сейчас она словно бы никого не хочет слышать. Женщина только сейчас понимает, что на их с мужем юбилее Женя специально говорила все эти гадости об Агате, стараясь настроить всех против неё. Зачем? Откуда в её дочери столько злости к этой девочке? Да, она неидеальна, её семья неидеальна, но Маргарита Алексеевна видела, какие искренние чувства Агата испытывает к Алексу. Даже если она действительно окружена тьмой, разве не заслуживает лучика света? Женщина верит, что её названый сын станет тем самым светом, который покажет девочке путь во тьме. Ведь Алекс на самом деле очень добрый и хороший парень… Осталось только объяснить это Жене, но для этого нужно, чтобы она сама захотела понять. Женя сидит в тишине ещё некоторое время, пока вдруг чья-то рука не опускается на её плечо. Она вздрагивает и оборачивается, чтобы встретиться глазами с тёплым взглядом глаз Свята. - Я слышал, твой брат в больнице. Решил заехать, - с этими словами он неловко приподнимает пакетик апельсинов. Девушка кивает, и парень опускается рядом. - Это очень мило с твоей стороны, - бормочет она, опустив взгляд. Женя чувствует, как сердце тоскливо сжимается в груди от одних только воспоминаний об их совместном прошлом. – Но к нему сейчас не всех пускают. Я передам, что ты заходил… Она умолкает и некоторое время они сидят в тишине, не решаясь удостоить друг друга даже взглядом. Женя отстранённо разглядывает потёртый пол, а Свят перекатывает в руках пакет апельсинов. - Мне очень не хватает тебя, - признаётся Свят смущённо, отодвигая апельсины на стоящий рядом стул. Женя молчит. – Я пробовал танцевать, но без тебя всё как-то не так… совсем не так… - Ты сам сказал, что без меня будет лучше, - замечает Женя, заправляя за ухо прядь волос. Парень кривится, словно бы от боли. – Я хотела остаться, но ты… прогнал меня. - Я думал, что тяну тебя вниз, - пожимает плечами он, рассматривая узор на плитке. Женя вскидывает брови. – Но без тебя я сам качусь в пропасть. Ты… словно бы луч света, который ведёт меня во тьме. Жаль, что я так поздно это понял, иначе бы никогда не отпустил тебя. - Теперь поздно, - холодно отзывается она, вставая с места. Ей хочется уйти отсюда, чтобы не утонуть во взгляде его глаз. – Ты сам меня прогнал… Она резко разворачивается и направляется к выходу, но Свят догоняет её, чтобы ещё хоть раз заглянуть в глаза. Он отчаянно цепляется за её взгляд и ищет в нём отголоски той самой нежной любви, которую видел прежде. Она горит потухающим огоньком в печальном взоре. - Пожалуйста, дай мне ещё один шанс! – просит Свят, касаясь её руки, но она спешно убирает руку за спину. Он чувствует, как отчаянье накатывает безудержной волной. – Каждый человек имеет право на второй шанс, на искупление… - Нет, не имеет, - качает головой Женя, пытаясь увернуться, но он снова тянется к ней. Согласие означало бы полный отказ от всего, во что она верит. – Никто не имеет права на второй шанс! Особенно те, кто погряз во тьме и лжи, кто предал любовь и кто нарушил нормы морали. - Но разве любовь не должна быть всепрощающей? – выдыхает он, перехватывая её руку и переплетая пальцы. На этот раз она не торопится высвобождаться. – Разве любовь не должна быть тем самым лекарством, панацеей, которая излечит все раны, которая разрушит границы и разгонит тьму в душе? Если нет, то ради чего вообще жить? - Любовь не должна быть оправданием, - шепчет она, вспоминая слова Лили, Романы, Алекса, родителей… даже Агаты… Все они твердили о том, словно бы ради любви можно творить ужасные вещи, словно бы само наличие этого чувства в полной мере искупает все грехи. Она качает головой в попытке отделаться от этих мыслей, но они вновь и вновь возвращаются в её голову, мешая рассуждать здраво… «Словно бы любовь искупает все грехи…». - А что, если это не оправдание, а… спасение? – тихо произносит Свят, вновь ловя её взгляд. Она смотрит на него недоверчиво, но что-то в её глазах говорит о том, что ему удалось пробиться сквозь эту непроницаемую стену. – Что, если это единственный шанс добраться до света для заблудшей души? Может быть, мы хватаемся за тех, кто дарит нам свет, и от этого сами светлеем… - Я не знаю, - едва слышно лепечет она, опуская голову. Парень обнимает её за плечи, прижимая к своей груди. – Я запуталась… - Я знаю, - улыбается он, мягко касаясь пальцами её волос. Она вздрагивает, но не отстраняется. – Я всё знаю… и я никогда больше тебя не отпущу… Свят вспоминает последний разговор с Алексом, случившийся на прошлой неделе, и думает о том, что не зря он послушался этого парня и решился вернуть Женю… Они словно бы в какой-то мере дополняют друг друга, дарят друг другу тот самый жизненно важный свет. Её пылкость и его спокойствие – идеальное сочетание, которое по-отдельности сеет лишь хаос…