Remember me to one who lives there, he once was a true love of mine
31 марта 2025 г., 04:59
Примечания:
Вы, наверно, уже меня и не помните... Я начинала эту работу еще в 8 классе, а сейчас я уже на 1 курсе магистратуры и только учусь наслаждаться этой жизнью, как и герои данного фанфа. Вроде бы все происходит органично и постепенно, но я просто не верю, что прошло столько времени.
В любом случае просто знайте, что есть я (непутевый автор), и есть этот фанф. Очень рада писать для вас снова!
30 июля
Это было очень светлое и спокойное утро. То что надо после бурной вечеринки. Птички за окном хоть и пели, но не горлопанили, делая тем самым большое одолжение всем ночным тусовщикам. Дневной свет, пробиваясь сквозь плотные шторы, ленивым золотом освещал комнату. Солнечные зайчики бегали по белым с голубым узором стенам. А через открытое настежь окно в спальню проникал приятный ветерок, неся с собой чудеснейшие пестрые чайные ароматы сада. Такое себе пассивное, пряное утро тропиков. Но для Алисии это было по-настоящему необычное утро. Никакой суматохи и режима, планов и обязанностей. Можно ни о чем не беспокоиться. В общем, начало дня обещало быть отличным. Пассивность и легкость обстановки действовали на Алисию расслабляюще. Собравшись, она не торопясь решила прогуляться по длинным коридорам, рассматривая и вспоминая детали дома, в котором выросла. И вот даже как-то особо не планируя, ноги сами привели ее в папин кабинет. Это была просторная комната, напоминавшая скорее библиотеку, так как практически весь ее периметр был обставлен высокими книжными шкафами. Впрочем все, кроме Ветролома, так и использовали ее в качестве библиотеки. Здесь было очень много книг, абсолютно разных жанров. Здесь были даже старые книги Алисии, которые она читала в детстве. Проходя между двумя шкафами, она взяла одну такую с полки. На ней значилось: «Орнитология или все о птицах южных и западных земель». Обложка была красивая, коричневая, украшенная золотом и изображениями двух птиц: красной и зеленой. Открыв книгу на развороте с картинкой, изображавшую целую араву птичек на ветке, Алисия начала читать: и тут внезапно, когда пиратка дошла до последнего слова в описании птички, та просто взяла и вылетела из картинки, будто только и ждала этого момента. Конечно, это была ненастоящая птичка, а всего лишь рисунок, воспоминание. Но это было настолько яркое воспоминание и настолько хороший рисунок, что эту птичку трудно было отличить от настоящей. Коричневая, с красной грудкой, она парила над стеллажами, весело цвиринькая. Солнечные лучики весело играли на ее нарисованных перышках. Алисия с удовольствием наблюдала за ней. Потом она, точно как в детстве, подумала, что одной этой птичке будет скучно, поэтому решила выпустить всех остальных птичек с ветки. Читая их описания, заученные в свое время почти наизусть, Алисия выпускала этих пернатых красавиц одну за другой. И в итоге, когда на странице уже не осталось ни одной птички, кабинет Ветролома превратился в настоящий птичник. Под широким потолком летало уже около двух десятков крылатых товарищей разных цветов и размеров. Некоторые из них, например, пухленькая с забавным белым хохолком, напоминавшим головной убор индейца, и черненькая, с длинным цветастым клювом, видимо, захотев передохнуть и пообщаться, присели на край письменного стола, стоявшего напротив широкого окна. Нашли свою ветку, так сказать. Все они весело чирикали, переговариваясь друг с другом, и так активно —словно хотели наверстать упущенное за все то время, что пробыли в книжке. Видать, много новостей накопилось — весело подумала Алисия, с ностальгией глядя на причину того, почему она научилась читать в 3 года. Эта книга была ей подарком на третье День Рождения от крестного. Николас Сэмюэль — так его зовут. Он был, есть и при добром здравии будет путешественником-исследователем и хорошим другом семьи Ренарди (правда, появлялся на острове крайне редко), когда-то плававшем на «Андромеде». Он писал книги о животных и местах, которые видел в своих путешествиях, и, так сказать, во имя науки умел делать результаты своих исследований более наглядными — он буквально оживлял иллюстрации. За время своих скитаний по миру он нашел способ, как оживить свои иллюстрации. Ходят слухи, что методу он подцепил у африканских шаманов Вуду. Однако сам исследователь никогда в этом не признавался, поэтому правды так никто и не знает. В общем, факт остается фактом, его книги являются самыми известными, раритетными и, как следствие, дорогими на острове. И, как правило, одна из этих чудесных книг всегда попадала в дом Ренарди ровно 29 июля, на каждое День Рождения Алисии. Даже сейчас, Алисия уверена, что если она спустится вниз, в Большой Зал, то в куче подарков обнаружит одну очень интересную книгу о дальних странах. Книгу, которую она обязательно прочитает и заберет в свою коллекцию на «Эльдорадо». Кто же не любит хорошие книги? Еще немного понаблюдав за игрой нарисованных птичек в лучах солнца, Алисия закрыла книгу, и все они мигом исчезли, то есть вернулись в книгу. Поставив ее на место, девушка направилась к самому главному атрибуту комнаты — рабочему столу Ветролома. Это был большой резной деревянный красивый стол с удобным кожанным, похожим на трон креслом прямо возле окна. Даже без упоминания имени хозяина, сам вид этого рабочего места уже внушал ощущение силы и власти. В этом кабинете и проводит большую часть дня некогда прославившийся капитан Ветролом. Коротает дни своего существования после самовольной отставки, точной причины которой не знает никто. Это произошло примерно в последний год обучения Алисии в академии. Он просто взял и остался дома. Сначала все думали, что он просто решил взять отпуск, но недели превращались в месяцы, а месяцы в годы. И вот уже примерно года два он безвылазно сидит на острове, очевидно страдая от нехватки приключений, но упорно отказывается говорить с кем-либо на эту тему. Алисия его в этом понимала, даже врагу не пожелаешь такой «тихой жизни». Бездействие для пирата сравни пытке, считала Алисия, особенно для такого энергичного и амбициозного пирата, как Ветролом. Многие, кто не знают капитана Ветролома лично, предположили бы, что решение об отставке было принято в связи с возрастом, мол если карьера удалась, то после 27 лет беспрерывных авантюр и грабежей пора себя и пожалеть, поскольку пираты, как известно, долго не живут. Те, кто так думают, точно не знают Ветролома: он бы никогда не сдался, и, как истинный пират и капитан, предпочел бы умереть сражаясь в море, чем от старости на каком-то островке. Порой Алисия и сама задумывалась: что же могло заставить ее отца сойти на берег? Пиратка думала, что это могло быть как-то связано с его последним поиском. Возможно, он потерпел сокрушительное фиаско, разыскивая какой-нибудь старинный клад? Да нет, глупости, у нас их уже сто штук дома — мигом отмахнулась от этой идеи пиратка. И вот теперь, когда она здесь одна, ей предоставился редкий (почти раритетный) шанс узнать, чем же все это время занимался Ветролом. И, возможно, выяснить хоть что-то о том, что же заставило ее отца бросить дело всей жизни. И бросить ли? Присев в кресло, Алисия начала просматривать ящички стола, но в них не было ничего интересного, или по крайней мере нового: старые использованные карты, корабельные журналы, исписанные листки бумаги, выцвевшие от старости письма и разного рода канцелярия. Все как всегда, ничего нового. И даже старая керосиновая лампа все так же стоит на своем месте у правого края стола рядом с чернильницей. Такое ощущение, что за этим столом вообще ничего не происходило, как будто его не трогали в течение нескольких лет. Это наталкивает на мысль, что этим столом уже давно не пользовались по назначению. Или, возможно, не все так очевидно? Может, объект работы капитана все же находится в этой комнате, и его надо просто увидеть? Осознание этого заставило Алисию улыбнуться: все-таки пиратство это не простой выпендреж, а стиль жизни. И чтобы что-нибудь найти, нужно знать, что именно ты хочешь найти. А такой информации у Алисии не было. Поэтому, ни на что особо не надеясь, она пробежала глазами по ближайшему книжному шкафу, пока ее взгляд вдруг внезапно не зацепился за берюзовую обложку самой тонкой книжки на полке. Это была знакомая обложка. На ней витиеватыми золотыми буквами значилось «О чем поют русалки?» с указанием автора А.Свифт. Подойдя к шкафу, Алисия достала книгу. Это был небольшой рукописный сборник рассказов о море, любви и морских жителях. По факту это детская книжка. Ее написала бабушка Алисии еще для Клариссы, когда та была совсем маленькой. Впоследствии, эта книжка досталась Алисии, но она ей особо никогда не нравилась, так как та считала ее слишком сопливой и скучной. «Гадость редкостная» — так отзывалась о книге сама девочка. Поэтому и избавилась от нее при первой возможности, как только научилась читать. Теперь же пиратка смотрит на эту книжку с ностальгией: все кажется хорошим в ретроспективе. Она открыла первую страницу, на которой большими витееватыми буквами было написано: «Моей замечательной Клариссе с первым юбилеем! С пятилетием, Солнышко!», а ниже дописано уже другим, более узким почерком: «Дорогой Алисии от бабушки Андромеды». Перевернув страницу, Алисия нашла оглавление. В состав книги входило всего несколько рассказов: «Шум моря», «Песни китов», «Там, где не существует горизонта», «Морские цветы в твоей прическе» и «Девушка, сбежавшая от Кракена». Конечно, если исходить чисто из названия, то наибольший интерес вызывает именно последняя история. К ней и перелистала Алисия. Однажды жил-был один очень отважный мореплаватель. У него были большие мечты, цели, амбиции, если так можно сказать. И сочетая это с по-настоящему храбрым сердцем, он добился того, что впоследствии про него запел весь мир. Он был силен, до безрассудства авантюрен и просто безумно красив! Он мечтал увидеть те самые семь морей, разгадать все секреты, скрывающиеся за ними, а самое главное — он хотел пройти Море Чудовищ. Это море просто кишит морскими монстрами самых разнообразных мастей, и только, казалось бы, самый отчаянный и глупый самоубийца отправится туда. Однако он бы не был тем самым Героем Семи морей, если бы он не отправился туда! И нужно сказать, у него это почти удалось — он дошел до середины Моря Чудовищ. Но тут на пути у него встала Харибда. Это самое ужасное из всех чудовищ, обитающих в океане. Харибда это водоворот с миллионом острых зубов, готовых измельчить свою жертву на крабовый салат за считанные секунды. Благо, Харибда не всегда ест. Как и любой даме, ей полагается сон для красоты. И вот наш герой как раз и попал в пасть к Харибде именно вот в один из таких «часов для красоты». Она вечно ругается по этому поводу со своей сестрой Сциллой, да так, что на все море слышны их крики… В общем, наш герой пошел ко дну… Точнее даже не ко дну — ведь все же дно было гораздо выше — он просто провалился вне что. В место, находящееся одновременно в океане и вне его — то есть везде. Внутри пасти Харибды была целая Вселенная: миллионы наивных звезд и неосмотрительных созвездий попали в плен к этой строптивой жадной дамочке, скрывшись тем самым от мира сего. Что ж, теперь мы знаем, куда на самом деле деваются звезды, но разве это единственное, что скрывает в себе Харибда? Нет, как я уже сказала, в Харибде, в прочем, как и в каждом из нас, скрывается целая Вселенная: заблудшие корабли, остатки древних цивилизаций, но так же и боги. Да, а кто еще кроме богов ответственен за все чудеса в мире? Только они могут создать что-то настолько прекрасное и ужасное… Нашего героя заметил Кракен: страж обители морских божеств — Долины бесконечных водных потоков. Это гигантский спрут с дьявольски острыми клыками и шипами. В море его так и прозвали — Дьявол. Он редко покидает свой пост, но когда покидает — и только по приказам Океана — это отдельная история. Кракен просто сжирает корабли целиком — буквально с первой попытки. Это был, есть и будет самый лучший убийца во всем Мировом океане. Ни одной жертве не суждено было выжить, чтоб рассказать о встрече с ним. По крайне мере до этой самой истории… Обломки корабля нашего героя вынесло к берегу Долины. Весь экипаж таинственным образом исчез в небытии, кроме капитана. Именно благодаря тому, что он был один и на суше, Кракен не заметил его. Кроме того, Кракен был слишком занят поеданием остатков корабля, чтобы обращать внимание на единственного выжившего, поэтому, можно сказать, что Вселенная была определенно на стороне героя. Все еще находясь в немом шоке от произошедшего (хотя многие будут спорить, мол у героев не бывает шоков, но поверьте мне, герои это простые люди) и в полном недоумении от увиденного, герой направился вперед, ибо иного пути у него уже давно не было. А впереди был сад — самый красивый сад во Вселенной (во всех смыслах). Здесь чего только не было, и чего только не росло — и все это под полусумеричным «небом» в месте, где правит только бесконечность. Ох, что это были за красоты! Все цвело и расцветало в миллионах разных оттенков, и аромат был до невозможности чарующ, а над всем этим чудом летали светлячки, подозрительно похожие на звезды. И вот наш герой шел по единственной тропинке в этом цветущем и благоухающем саду, пока она не привела его к небольшой реке (да, некоторые посчитают реку внутри океана дикостью, но это объективная реальность), бегущей в неизвестном направлении (реки всегда были капризны в этом плане: часто любят менять направление, когда им что-то не понравится), на поверхности которой была отражена Вселенная. А у берега этой реки сидела юная девушка, подозрительно похожая на богиню. И была в том первом впечатлении доля правды: ее отцом был сам Океан, а она сама была океанидой — принцессой водных нимф. Она сидела на берегу, мечтательно смотря вглубь реки, но не замечая ее. Касаясь кончиками пальцев темной водной глади, она бессознательно рисовала на ней различные узоры, и река отвечала ей легким поблескиванием. Основной задачей каждой океаниды является присмотр и наблюдение за своим водным потоком. Вот она этим и занималась. Уже тысячи, если не миллионы лет подряд. Одна. В этом сумеричном саду. Но чем отличаются все океаниды от обычных женщин? Правильно, их красота лежит далеко за гранью описуемого, не зря даже богини завидуют им — они прекрасны, как сама любовь и природа, которая их создала. В общем и целом наш герой повстречал у берега юную девушку с вьющимися каштановыми локонами, которые были скреплены сзади жемчужено-белым гребнем с васильково-синими сапфирами, а сверху ее короновал золотой венец из морской лозы. Одета она была, как настоящая греческая принцесса: изящное бледно-синее платье на одно плечо, ожерелье из необыкновенно белоснежного жемчуга, которое, казалось, даже слегка отдавало серебристым свечением. Но самым необыкновенным и по-настоящему божественным в ней были ее озорные живые карие глаза: они имеют свойство передавать эмоции без слов, даже самые скрытые. Глядя в них, можно было увидеть саму душу и влюбиться… И конечно, наш герой пал жертвой этих карих глаз. По крайней мере, он сам так часто говорит. Девушка была очень удивлена увидеть в саду незнакомца. По правде, такое за всю историю мироздания случалось лишь дважды, и все те два раза (были очень недолгими) ее не было рядом. Поэтому незнакомец вызвал у нее небывалое любопытство: она никогда раньше не видела смертных. Она начала задавать ему разные вопросы, они разговорились, и этот незнакомец…ей понравился. В считанные минуты, а может и часы (кто знает?) он перестал быть «незнакомцем». Он был таким честным, храбрым и умелым. Его ум и чистота сердца поразили принцессу. Она никогда не думала, что люди могут быть настолько необыкновенными… Наверно, так думают все влюбленные про своих возлюбленных, ибо следующее, что предложила герою девушка, это помощь в побеге. Но герою было мало простого спасения — он хотел забрать и ее. Он предложил ей бежать вместе, на что она после достаточно долгих колебаний согласилась. В последствии она поймет, что приняла самое судьбоносное решение в своей жизни, и кто знает, что ею двигало тогда: мудрость или эгоизм? Но все что ни делается — к лучшему, не так ли? Вот и у нее тогда была такая же философия. Влюбившись по уши в капитана, она повела его за руку через сад, абсолютно точно понимая, что уже никогда сюда не вернется, ибо было поздно — ее отец уже знал о чужаке и измене его родной дочери. Цветы (самые большие сплетницы в мире) уже наверняка нашептали реке все, что сами услышали, а река уже сообщила отцу. В таком случае у них совсем не оставалось времени: Кракен уже должен был начать охоту на них. Он должен был убить капитана, а ее… либо схватить и вернуть назад отцу, либо просто убить — все зависело от приказа. И ей не нравились оба варианта. Так или иначе капитану грозила смерть, а этого нельзя было допустить! Уже почти добравшись до берега, вдруг над всем сумеричным садом раздались душераздирающие вопли — это был Кракен! Он уже ждал их впереди. Осознание этого заставило океаниду пойти на крайний риск. Она сжала крепче руку героя, заставив его тем самым остановиться. Сейчас им было не спастись, по крайней мере вдвоем. Нужно было убрать Кракена с дороги, а это возможно только при одном условии: необходим был приказ самого Океана. Что на указанный момент времени не представлялось возможным. Поэтому принцесса решила спасти героя, пойдя на самые крайние меры. — Я останусь! — громко объявила она о своем решении герою. — Что?! — Я останусь, — повторила она, — но ты должен бежать! И сказав это, она достала из волос своих гребень. Опустив его на воду, гребень внезапно превратился в корабль — самый необыкновенный корабль в мире. Волшебный корабль. Его нельзя было потопить, но он мог нырять под воду, при этом без единого вреда для экипажа, кроме полного отсутствия кислорода. Кстати говоря, экипаж там тоже был, только он был не совсем живым. Моряки, падшие в неравной схватке с Харибдой, были готовы служить капитану корабля. А капитаном корабля считался тот, у кого был золотой медальен с красными, как кровь, рубинами. А внутри медальена был инкрустирован старый, но проверенный временем и морской водой компас. Изначально это был компас капитана, он достался ему от деда, когда тот еще служил в королевском флоте. Но теперь этот компас был наделен божественным богословением дочери Океана и служил связующим звеном между душой капитана и корабля, то есть своего рода привязка. Ибо только истинному капитану этот корабль подчинялся. И как следствие, напрашивался вывод, что капитан — это единственный живой член экипажа, но как же ему выжить в подводном плавании, которое предстояло кораблю? Для этого в общем принцесса преподнесла капитану еще один подарок — жемчужные бусы. Они были благословены самими духами воды: это означало, что вода не могла даже коснуться их хозяина. Иными словами, имея их при себе, можно было выйти сухим из воды, а это именно то, что было необходимо в данной ситуации. Однако герой был с этой идеей не согласен: — Ну уж нет, так не пойдет. Я не оставлю тебя одну! Либо мы уходим вместе, либо никак! — как уже говорилось, герой был исключительно чист душой, именно за это принцесса всех водных нимф его так полюбила. Сумел-таки пират поставить принцессу в затруднительное положение. Она не хотела ему лгать, она не хотела давать пустые обещания по поводу того, что им удастся выбраться вместе. Поэтому она решила взять обещание с него: — Послушай! Я помогу тебе выбраться, но ты должен в обмен кое-что пообещать мне! — быстро протараторила нимфа, глядя в эти чарующие сапфирово-синие глаза. — Я не оставлю тебя здесь, принцесса! — Ты не оставишь меня. Я пойду за тобой! Но ты должен пообещать мне, что будешь ждать меня у берега, и что, когда время придет, ты подашь мне руку, — предельно серьезно, глядя капитану в глаза, поставила ему условие морская красавица. Капитан не знал, что на это ответить. Тогда он еще не понимал, о каком времени она говорила, но он все равно согласился. — Обещаю, — и он имел это в виду. — Однако и ты пообещай, что точно отправишься за мной. Иначе я потом обязательно вернусь за тобой! И мне все равно, насколько это опасно. Три дня. Я буду ждать тебя на острове Санторини три дня. Я подам тебе руку в нужный момент принцесса, ты даже можешь не просить. Но если через три дня тебя там не окажется, я клянусь своей жизнью, что вернусь за тобой! На том они и решили. В то время, как капитан по указке океаниды направлялся на своем новом корабле к выходу из бездны, коим является внутренний мир Харибды, принцесса поплыла прямо навстречу к Кракену, чтобы отвлечь его. Ведь как ни крути, а океанида это все же рыбка по-крупнее смертного пирата. Хоть она уже и подозревала, что больше не бессмертна, так как Океан уже наверняка знал о предательстве дочери и решил покарать ее. Капитану же во всем этом царстве бесконечности, где нет горизонта, следовало плыть лишь за самой яркой голубой звездой на «небосводе». Именно эта давно потерянная в подлунном мире звезда из созвездия Лука Охотника указывала на выход из небытия. В общем спустя какое-то время (хотя есть ли оно там?) корабль капитана внезапно выплыл в знакомую гавань, будто покинул ее только этим утром и вернулся ночью. Он вернулся прямо к острову Санторини. Потерянная звезда указала ему путь домой, хотя сама, если снова посмотреть на небо, давно исчезла. И казалось, что не было этого приключения никогда. Все было так спокойно… Однако, капитан знал правду. Он ждал принцессу. Высадился у берега со стороны леса и стал ждать, никому и слова не сказав. Он ни на минуту не покидал свой пост. Все это время он ждал, кто знает, сколько времени. Он знал, что она найдет его. Море ей все расскажет. Ибо он напрямую просил его, разговаривал с ним, хоть и не понимал его… И вот второй день ожидания. День стоял пасмурный, был шторм. Солнце начинало идти к закату, как вдруг капитан почувствовал что-то неладное в этом шторме. Что-то волновало океан слишком сильно, хотя ветра почти не было. Откуда ни возьмись раздались душерздирающие вопли, которые были слышны на далекие мили вокруг, однако было понятно, что это не человек. На горизонте начало что-то темнеть. Казалось, приближалась гора. Крики становились все громче и пронзительнее. И тут он увидел его! Черные щупальца, гигантских размеров тело и просто отвратильная морда: один единственный красный глаз с черным зрачком-щелью грозно взирал вглубь моря, зловеще щелкая своими гигантскими острыми кровожадными зубами. Это был самый ужасающий лик из всех существующих — лик убийцы. Убийца пришел убить — капитан сразу это понял. Само лицо Кракена было похоже на самую жестокую и мучительную смерть, и капитан смотрел ей прямо в лицо, сжав сильнее в руке клинок. За кем бы он сегодня ни пришел, пират знал, что никакого убийства сегодня не произойдет. Он обещал принцессе дождаться ее, а так же он не готов рисковать жителями своего родного острова, поэтому капитан готов был драться. Но смотря леденящему душу страху в лицо, капитан не понимал, что Кракен уже избрал себе жертву, и что эта жертва отчаянно пыталась обогнать свою смерть. И этой жертвой была наша принцесса водных нимф. Она бежала от Кракена с самой Долины все эти два дня через весь океан, практически в обратном направлении от звезды из созвездия Лука Охотника, чтобы отвлечь чудовище. В воде она могла очень быстро передвигаться — это факт, однако даже полубожественные силы имеют границы. Находясь недалеко от Острова Монстров принцесса уже была на грани своих последних сил, в груди не хватало воздуха, тело ее было измотанным, пытаясь убежать от смерти. Кракен всегда ее выслеживал, ни разу не потерял, хоть изначально ей и удалось оторваться от него на приличную дистанцию. Нет, Кракен это тот убийца, который любит поиграть со своей жертвой, измотать, а уже потом съесть. И видимо, учуяв сушу, он понял, что тянуть уже некуда. В принципе, принцесса тоже понимала, что ее силы были на пределе своих возможностей, ибо в то время, как у нее уже начинало темнеть в глазах, Кракен все быстрее набирал скорость и все яростнее колотил своими шипастыми щупальцами по водной глади в надежде дотянуться до принцессы. Принцесса практически уже была на суше, ей оставалось чуть-чуть… Пират был готов убить монстра, тот был уже почти у берега. Пират не стал его ждать и с мечом в руках ринулся ему навстречу, смотря прямо в глаза смерти миллионов поколений моряков. Однако вступив в воду, его внезапно обдало с ног до головы сильное чувство: сердце забилось бешено в груди, казалось, вот-вот выпрыгнет. Он, не осознавая полностью, что происходит, внезапно опустил глаза на бушующее море, которое к тому моменту ему было уже выше колен. И тут он скорее почувствовал, что должен сделать, даже прежде, чем увидел: из воды внезапно резко поднялась бледная тоненькая женская рука, пальцы ее были направлены вверх, как будто пытаясь за что-то ухватиться. И в ту же минуту пират скорее на уровне какого-то сверх-чувства схватил руку принцессы и мигом вытащил ее из воды. Теперь он понял, о каком моменте шла речь. И, к его счастью и счастью принцессы, у него все же получилось сдержать слово. Принцесса еле стояла на ногах, они были еще в воде, Кракен был уже рядом. Действовать нужно было быстро. — Он…ах, он…боится суши! Идем же скорее! — крикнула, запыхавшаяся девушка. — Думаешь, это его остановит? — спросил герой, не отводя глаз от все приближающегося чудовища, своим телом он загородил принцессу, которая всеми оставшимися силами пыталась затолкнуть его на берег. — Если повезет…пройдет время и он высохнет, и, как любая рыба, умрет. — Как много времени должно пройти? — Я не знаю. Много! Но мы можем убежать как можно дальше от берега! — Нет! Ты беги, принцесса, спасайся! А я устал убегать. Сейчас моя очередь остаться с ним один на один. И ринувшись вперед, герой побежал на Кракена! Он ловко уворачивался от его щупалец, насколько это возможно, будучи по колено в воде. Чудовище пристально следило за каждым его движением, то сужая, то расширяя зрачок. Поэтому наш герой логично решил избавить чудовище от такого преимущества и запустил свой единственный меч ему прямо в глаз. Однако клинок не проткнул его, как того хотел герой, но точно серьезно поцарапал, так как чудище взбесилось пуще прежнего и начало неистово со всей злобой и ненавистью к герою махать всеми своими щупальцами в разные стороны. Герой пару раз уклонился, но движение животного стали слишком непредсказуемыми, а вой его заглушал все призывы принцессы к побегу, которая не хотела бросать своего возлюбленного одного на произвол Кракена. Однако она не в силах была ему помочь, и осознание этого рвало ее сердце и душу на миллион кусочков. Но она твердо решила быть с ним до конца! В это время наш герой остался фактически безоружным, он временно ослепил Кракена и еле оставался живым в последствии, не только из-за смертельно опасных гигантских щупалец объемом где-то примерно с телегу зажиточного купца, но и из-за невероятных оглушительных воплей — рот чудовища практически не закрывался. И тут у капитана возникла идея! Он хотел отравить зверя, точнее высушить. Сделать из него сушеного кальмара. А для этого ему необходимо было избавить животное от воды. Благо, у пирата были все инструменты для этого. А именно жемчуг. Бусы, которые ему дала принцесса, чтобы не утонуть. И хотя у него еще не было возможности испытать их на практике, он знал, что это был его единственный шанс! В итоге крепко сжав в правой руке бусы и мысленно представив образ принцессы, которую он был готов спасти от чего бы то ни стало, капитан бросился прямо на одно из передних щупалец Кракена, чудом миновав шип. Чудище взбесилось, оно начало пытаться стряхнуть пирата, но тот вцепился в него мертвой хваткой, ибо если бы он отцепился, то стал бы действительно мертвым. И тут наконец чудище неосмотрительно приподняло свое щупальце ближе к пасти — вот тут-то пират и умудрился забросить ожерелье! И вдруг неожиданно Кракена затрясло. Он повалился на бок, пытаясь снова намокнуть, но этого так и не произошло — благословенный Океаном жемчуг отринул от него всю воду и не подпускал ее к нему. Чудище начало вопить пуще прежнего. В процессе этого всего капитан, естественно, отцепился и приземлился на мель. Принцесса подбежала к нему радостно и очень обеспокоенно обнимая своего смертного возлюбленного. В итоге с последними лучами заходящего Солнца в этот день подошла к закату и жизнь верного слуги Океана Кракена. Корчась в муках, серийный убийца всея океана сушился прямо на глазах и вскоре перестал шевелиться. А из его безжизненной пасти хлынула последняя влага — его кровь. Так кровь Кракена оросила берег остров Санторини, из-за чего в последствии этот остров и поменял свое название, так как именно на этом острове стали рождаться морские монстры. Но наши герои этого тогда еще не знали. Все, что они знали, это то, что они живы. Живы, чтобы и дальше быть вместе и начать новую жизнь. Так они думали, взявшись за руки, и пристально с небывалым доселе в их жизнях восхищением и благоговением смотрели друг другу в глаза, полностью понимая, что полностью потерялись друг в друге… И подтверждением этой теории была сотня пар глаз местных жителей, появление которых наши герои даже не заметили. Наверно, в тот день жители острова так же испытали ряд определенных эмоций, как и наши герои, хоть и сами тогда еще не понимали, каких именно. И все бы было хорошо, если бы не эта проклятая пифия… Пифии всегда присутствуют на месте судьбоносных событий, только они одни могут смотреть в настоящее и видеть одновременно прошлое и будущее в целостной картине. Только она одна из присутствовавших понимала, что случилось на самом деле, и что счастливое будущее наших героев уже тогда приказало долго жить. Но тем не менее, несмотря ни на что наша принцесса ни разу не пожалела о том, что сбежала от Кракена. Такова была ее воля, и никакая каракатица или банальная Судьба не смогли пошатнуть ее. Очень интересная штука — время. Со временем переосмысливаются многие вещи, начинаешь смотреть на них совсем под другим углом. И эта история не исключение. И хотя Алисия знакома с этой историей очень хорошо даже не из книжки, все же есть в этом повествовании что-то еще… Какой-то намек, но вот на что? Это Алисия собирается узнать после завтрака, и вдруг… Двери в кабинет распахнулись, и в комнату зашла местная пиратская знаменитость — Ветролом. Возможно, те, кто с ним лично не знаком, посчитали бы это явление Христа народу даром божьим, но для Алисии это скорее была божья кара. Утро ведь так хорошо начиналось… — Так-так-так, юная именинница, ты уже ищешь подарки в папином кабинете? — с иронией в голосе спросил Уилл Ренарди. В отличие от вчерашнего вечера сегодня он был одет очень стандартно, как полагается любому мужчине, без всяких излишек. — Хмм, к сожалению, я не представляю, зачем папе — это слово она особенно выделила, — читать детские книжки своей дочери, — и для акцентирования внимания она специально подняла книжку повыше. — Ну-ну, малыш, не обижайся! Можешь забрать ее, если так хочешь. Просто мы с мамой подумали, что ты уже немного выросла из этого. Но, как обычно, малыш, мы тебя недооценили, — эти слова заставили Алисию сильно нахмуриться и скрестить руки на груди. И да, теперь это официально: утро было испорчено окончательно и бесповоротно. И похоже, Ветролом уловил атмосферу, так как глубоко вздохнул и, приобняв дочь за плечи, развернул ее в сторону двери, и с голосом, полным снисходительности, сообщил: — Скоро завтрак… Я думаю, твоя мама уже ждет тебя в твоей комнате, чтобы вручить подарок. Иди, — и он мягко довел ее до выхода из комнаты. На этом месте их пути разошлись. Фух, хотя бы не стал расспрашивать, почему я в его кабинете шарю, — с неким облегчением подумала пиратка. Так, и теперь, если подумать, то из проблем на это утро остался только один моментик — подарок. И так как его будет делать мама, то из этого можно сделать два (не)взаимоисключающих вывода: либо это будет что-то дурацкое, либо стремное. В любом случае, все равно что, главное чтобы «церемония вручения» быстрее закончилась. И вот, перебирая все это в голове, Алисия зашла в свою комнату, дверь которой была слегка приоткрыта, что говорило о том, что мама уже была там. Кларисса Ренарди, прекрасная как всегда и никогда, сидела на кровати Алисии и что-то очень увлеченно рассматривала. Подойдя ближе, Алисия заметила, что ее мать разложила на постели очень красивые жемчужные бусы, жемчуг которых, казалось, даже слегка светился белым светом. А рядом с бусами лежала достаточно красивая белая перламутровая шкатулка-ракушка с гравюрой лебедей на крышке. Алисия была готова поспорить, что уже видела эту шкатулку раньше, среди маминых сокровищ. Скорее всего, эта шкатулка была предназначена именно для этих бус. Кларисса смотрела на них с небывалой нежностью и гордостью во взгляде, и было похоже, что она даже не заметила появление дочери. Поэтому Алисия решила ненавязчиво намекнуть: — Мам, я уже здесь. — А, дорогая, конечно, прости, я просто немного задумалась... — и Кларисса наконец оторвала взгляд от украшения, — у нас с отцом есть для тебя подарок… — Золото дороже жемчуга, — заранее констатировала очевидный факт Алисия, намекая на цену материала своих украшений и этого подарка. — Ахах! Не торопись ты так… И как я уже говорила, у нас с папой есть для тебя особенный подарок. И если бы некоторые — Кларисса прям сделала резкий нажим на этом слове (богиня намеков) — не убежали вчера с их собственного торжества, то это не пришлось бы делать только сегодня… — Но, мам! Ты же не думала всерьез, что я там останусь? Ты очень хорошо знаешь, как я отношусь к этим политическим играм. Какое отношение все эти люди вообще имеют конкретно ко мне? — хмуро спросила Алисия. — Скажу тебе по секрету: твой отец тоже этого всего не любит, но он уважает и понимает мои желания и причины, по которым такие мероприятия до сих пор проводятся в этом доме. И я искренне верю, что с возрастом ты тоже этому научишься, — с непоколебимым оптимизмом ответила дочери миссис Ренарди. — Кроме того, я всем сердцем желаю тебе счастливой жизни, ты же знаешь это, да? Полноценной. Что бы это в конечном итоге ни означало. И я знаю, как ты любишь танцевать, — ободряюще подмигнула дочери мать. — Да, но почему я просто не могла пойти за этим на карнавал? Я имею в виду сразу. С простыми людьми, а не с этими родственниками друзей семьи. Они такие нудные... — Алисия знает, что мать никогда не ответит на этот вопрос прямо, так же как и не отвечала на этот вопрос сотни раз до этого, ибо ответ был слишком неудобен, чтобы его озвучивать вслух. Алисия понимала, что все эти светские мероприятия нужны скорее для старого "семейного бизнеса", чем конкретно для блага самой Алисии, ведь пиратка не хотела иметь с этим никакого дела. Политическая власть никогда не привлекала пиратку. В отличие от ее матери. Вмешательство профессиональных дел в дела семейные никогда не нравилось девушке, но, к сожалению, так сложилось, что все так называемые монархии — это бизнес, эксплуатируемый на семейных отношениях. Ты всегда должен быть сильным и афигенным, и периодически демонстрировать эту силу даже на таких банальных мероприятиях, как детское день рождения. Ибо все семьи, особенно те, кто пережил своих предков, должны знать и помнить, кому Остров Монстров обязан своим успехом (и даже именем). Вот миссис Ренарди и занимается поддержкой семейного авторитета на каждом ее дне рождения, и хотя Алисия никогда не будет любить свою мать из-за этого сколько-нибудь меньше, такие вещи иногда удручали. — Я не люблю этот карнавал, ты же знаешь, и, кроме того, я хотела, чтобы ты в кои-то веки провела время дома с семьей. Разве я многого прошу? — и это была именно та отговорка, которую Алисия слышала за жизнь чаще всего, но все хорошо, этого следовало ожидать. — Ладно, прогульщик, смотри, что у нас с отцом для тебя есть, — и миссис Ренарди указала на временно позабытый подарок в шкатулке-ракушке с гравюрой лебедей. — Итак, кхм-кхм, вчера был особенный День Рождения… Тебе исполнилось 16 лет. Поэтому слушай внимательно то, что я тебе сейчас скажу. В этом возрасте Судьба уже начинает проявлять себя. Поверь, ты очень быстро это поймешь. Твои последующие решения повлияют на всю твою дальнейшую жизнь. К примеру, когда нам с твоим папой было по 16… — И поэтому вы решили подарить мне бусы? — скептически изогнув бровь, перебила маму Алисия. Меньше всего она была настроена на лекцию по поводу ее практически пожилого возраста (приклонный двадцатник стучится в двери все активнее и активнее). Миссис Ренарди лишь преувеличенно вздохнула в ответ на непосредственность своего ребенка с неким намеком на усталость от «этого всего» и продолжила: — Это не просто бусы. Разве ты их не узнаешь? Ну-ка, присмотрись, — и Кларисса вручила Алисии эти чарующего вида бусы. И, опача, бусы действительно волшебные! Алисия поняла это, как только к ним прикоснулась. Она сразу поняла, что это за бусы, хоть и никогда не видела их вживую. Так и знала: все же подарок стремный. Бусы умершего человека. Крипота — кисло подумала про себя Алисия, брезгливо держа в руках этот "подарок судьбы". Нет, пираты, конечно, ищут клады мертвых людей, на то они и клады. Но это бизнес: они находят сокровища и продают их за золотишко в обход налоговой. Такой себе закономерный круговорот добра в природе. И вообще, у пиратов есть поверье (да, пираты очень суеверный народ, как и все мореплаватели), что брать себе во владение собственность умерших нельзя, иначе замучают проклятья или приведения. В общем, и так, и так перспективы не очень. Кларисса, похоже, заметила боевой настрой дочери, поэтому решила все же прокомментировать: — Ты же понимаешь, что это ожерелье бесценно? Многие готовы убить за него, это очень мощный артефакт. — Тем больше причин передарить его тебе на День матери. Для меня моя жизнь бесценна, а не какие-то старые фамильные драгоценности, поэтому я, пожалуй, пасс… — Оно может спасти тебе жизнь. Твоя бабушка хотела бы, чтобы оно перешло к тебе. Оно должно передаваться только в семье — настойчиво поясняла Кларисса, легонько сомкнув руки дочери, держащие бусы. Эта ситуация начинала раздражать пиратку: сначала отец, теперь мать. Это уже практически официальное унижение ее капитанских талантов от имени всей семьи. — Да почему я должна обязательно утонуть? Я уже два года плаваю, за это время сталкивалась с разной нечестью, и ни разу, подчеркиваю, ни разу не утопила свой корабль! А в нашей семье это почти рекорд. Я не папа. — Очень жаль, так как это ожерелье было моим ему свадебным подарком, и он с благодарностью его принял. И это было мудро по многим причинам, — серьезно проговорила госпожа Ренарди. — Ухх, ладно! Оставь эту старую бижутерию на столе, и можешь считать свою миссию выполненной. Ты передала мне по наследству этот ужас-кошмар, спасибо! Лучше бы простуду, — да, детка, это и есть нервный сарказм, ибо похоже Алисию в этом доме вообще никто не уважает. По факту Алисия действительно не хотела видеть эти бусы в глаза. По ряду причин. — Хмм, и почему ты всегда так? Эта вещь действительно ценна для нашей семьи. Семейная реликвия. А ты ведешь себя так, как будто не ценишь нашу историю — свою историю. Ну и разве это смело? Как по мне, то это больше похоже на бегство, ты так не считаешь, ангелочек? — немного грустным голосом обратилась к дочери Кларисса Ренарди, заглянув ей прямо в глаза. Взгляд Клариссы, как всегда, отражал исключительную мудрость и зрелость, пресущие обычно очень немногим старикам. Поняв, что настроение в комнате стало конкретно не соответствовать поводу встречи, Кларисса легонько приобняла Алисию и поцеловала ее в макушку перед тем как положить ожерелье в шкатулку-ракушку и оставить ее на туалетном столике у зеркала. — Иногда ты очень напоминаешь мне своего отца в молодости. Он тоже вышел в море слишком рано, — это были последние слова Клариссы, сказанные ею этим утром. После этого она покинула комнату дочери. Как обычно, слова матери заставили Алисию задуматься. О многом задуматься. Это правда, что история этих бус, мягко говоря, не вдохновляла пиратку. И хоть это так же и ее история, но должна ли она действительно принять это наследие? Разве прошлое не должно оставаться там, где ему и место— на полке в папином шкафу или в коллекции маминых украшений? Но Алисия не хотела пока что над этим думать. У нее все еще были другие срочные дела личного характера на этом острове, которые она не могла откладывать в долгий ящик. С этими мыслями она и отправилась в город, напрочь забыв о шкатулке с бусами на туалетном столике...***
Несмотря на то, что утро началось с очень светлой и солнечной погоды, но, как это часто случается на подобных островах, погода поменялась до неузнаваемости в рекордные сроки: небо было пасмурным, дул сильный ветер, что, очевидно, не совсем нравилось морю и чайкам. Но как оно обычно и бывает, всегда есть те, кого подобные обстоятельства абсолютно не смущают, и даже наоборот... Да, конечно я имею в виду двух пиратов-подростков, весело расхаживающих по скользким каменным перилам набережной, об которые с определенной периодичностью бились тяжелые морские волны, потемневшие из-за отсутствия ярких солнечных лучей. Впереди, вытянув руки в стороны, бодро шла Алисия, наслаждаясь атмосферой города вперемешку с соленым морским воздухом, а прямо за ней балансировал Сириус. А в это время над ними туда-сюда пролетали чайки, очевидно, предвещая надвигающийся шторм. — Ты так и не ответила на мой вопрос... — Мм? — Что тебя привело домой именно в этом году? — уточнил Сириус. — А разве мне нужен повод? — Ты знаешь, о чем я. — Нет, особой причины на этот раз действительно нет. Пока нет. На самом деле я в поиске. — В поиске? — Да, ну знаешь... В поиске. Случился, так сказать, творческий кризис. И я ищу новую цель. Ориентир. Что-то, что позволит достойно продолжать карьеру. Понимаешь? — Понимаю. Это снова он? Ветролом? — нахмурился Сириус. — Нет. Да. То есть, не совсем... Аааа! Я просто хочу найти свой путь, понимаешь? Просто, в последнее время моя жизнь претерпела ряд изменений, из-за которых я начала чувствовать себя будто на вторых ролях своей собственной истории... — Воу! Алисия Ренарди на вторых ролях? Что-то новенькое, — сказал Сириус, но потом нахмурился и продолжил. — Это же не из-за тех неудачников с Дельфиньего острова? — Что?!! — Алисия от удивления аж чуть не споткнулась. — Ты их знаешь? — Да, только вчера подрался с одним длинноволосым дурнем, — хмуро подметил Сириус. — То есть ты видел Флинна?!! — Флинн... Дурацкое имя. — Почему ты сразу не сказал? — возмутилась пиратка. — А что? Он так важен для тебя? — расчетливо задал вопрос Сириус. Признаться, этот новый друг Алисии ему уже начинал безумно не нравиться. Впрочем, он полагал и искренне надеялся, что это взаимно. — Что? Конечно, важен! И не только Флинн, но и все остальные ребята. Они мои друзья. — Я думал, что мы не имеем дел с людьми с Дельфиньего острова, — подметил местную пиратскую тенденцию Сириус. — Я никогда такого не говорила. — Но ты же убежала от них. — Я... — Это они, да? Я прав, черт возьми! Ты приплыла сюда, чтобы сбежать от них! — победоносно объявил о своей догадке, как о неопровержимом факте, Сириус. — Глупости! Я не сбежала! И ты раздражаешь. — Готов поспорить на дядину гитару, это все из-за этого фуфела-Флинна! Что он тебе сделал?! — Хватит! Перестань уже. Мне ничего никто не сделал. Но ты прав, дело действительно семейное. И я пока не могу рассказать тебе все детали, но могу дать подсказку: мне было важно вернуться домой именно тогда, когда я вернулась. И нет, об этом никто не знает, так что помолчи! — взволнованно затараторила Алисия, повернувшись лицом к Сириусу. Теперь они уже не ходили по перилам, а просто стояли на них, смотря друг другу в глаза и все идеально понимая, без слов. — Воу! Мне интересно, что этот фуфел такого натворил, что ты так вскипятилась. Но в любом случае знай, что я не буду больше задавать вопросы по поводу твоего приезда сюда. Я все понял. И чту капитанскую тайну, — честно и с глубоким уважением в голосе проговорил Сириус, все так же передавая истинный вес своих слов скорее глазами, чем ораторским мастерством, которому, кстати, могли позавидовать многие старые капитаны. И Алисия была безгранично благодарна за терпение своему старому другу. Он всегда понимал ее лучше всех. И почему этот талант нынче в таком лютом раритете? — Эй! — окликнул их чей-то знакомый голос с набережной. Повернувшись в сторону города, ребята увидели некоторых членов экипажа "Аврора", а именно Флинна, Донни и Джипси. Те радостно им махали на расстоянии, а Джипси и вовсе побежала к Алисии обниматься. — Ты куда пропала, глупая? Мы так переживали, — с заметным облегчением в голосе сказала блондинка, обнимая непутевую подругу. — Мхм, у меня возникли неотложные дела... — Настолько неотложные, что помешали нам обмыть твою днюху? С Днем Рождения, блин! — с неким укором в голосе произнесла Донни, подойдя к подругам. — Я позже вам все расскажу, обещаю. Но позже! Сейчас мне нужно в другое место... — Это куда еще? — задал вопрос Флинн, а сам в это время недовольно смотрел на Сириуса. И это недовольство было взаимным, если не более. Что не так с этим черноволосым пацаном? — Мне нужно навестить старого друга. Если хотите, то можете пойти со мной. Кстати о старых друзьях, думаю, у вас не было возможности познакомиться достойно. Я сказала достойно, Сириус! Знай разницу! И да, я тебя знаю, так что даже не думай пытаться зарезать его! Сириус!!! Я что сказала? — одернула друга Алисия, которая уже видела, как рука ее старого лучшего друга незаметно для большинста потянулась к шпаге. Все же она помнит его экспрессивную натуру. — Если бы я действительно хотел его прирезать, то сделал это еще при первой нашей встрече. И мне не нужно разговаривать с этим слабаком, чтобы понять его суть. Пираты с Дельфиньего острова принципиально друг от друга ничем не отличаются. Позор для профессии да и только, — надменно сказал Сириус, поправив на поясе шпагу. — Позор — недооценивать своего противника, так говорил мой дедушка. А тебя разве этому не учили? — спокойно ответил на нападки черноволосого Флинн, в ответ на что Сириус только выше задрал свой нос. — Вот уж эти мальчишки. Какие "интеллигентные" беседы. А как хорошо день ведь начинался, — констатировала факт Донни. — Может бросим их тут, что скажешь, Алисия? — предложила выход из положения Джипси. — А я и не возражаю, — по-деловому ответила пиратка, скрестив руки на груди и внимательно смотря на горе-капитанов. — Кхм, да, прошу прощения, дамы. Я должен был быть выше этого варвара и не вестись на его пустой трёп... — Алисия, я искренне не понимаю твоей дружбы с этим полудурком. Но о вкусах не спорят, это правда. И да, раз уж наше рандеву тет-а-тет было прервано, я, пожалуй, откланяюсь, — после этих слов он повернулся к женской части коллектива и уже вполне галантно обратился к ним, — Леди, чтобы сполна насладиться Летним Карнавалом на Острове Монстров, Вам стоит хорошенько познакомиться с городом. Пожалуй, карнавальная ярмарка будет отличным началом: петрушка, шалфей, розмарин, тимьян — всё, что пожелаете, и даже больше. Я уверен, Вам понравится то, что Вы там найдете, — сказал Сириус, учтиво поклонившись и игриво подмигнув дамам на последок, от чего Донни и Джипси просто потеряли дар речи, ибо это было мега-красиво. Алисия же к подобным чарам была равнодушна. На этих словах Сириус и исчез на горизонте, предварительно отсалютовав шляпой. Ребятам же оставалось только наблюдать удаляющуюся спину этой эпатажной фигуры с идеальной укладкой. — О мой Бог! — раздался восторженный вопль Джипси. — О, нет... — поняла, что сейчас будет, Донни. — Я хочу на эту ярмарку!!!! Где??? Мне как раз нужно закупиться новым лунным камнем для украшений и греческими эфирными маслами для ритуалов. Хочу!!! — ясно и понятно заявила свое требование к сегодняшнему дню и компании Джипси после такой-то рекламы***
И так ребята проследовали вглубь города, вверх по пологому склону горы. Архитектура Острова Монстров по своей сути особо ничем не отличалась от архитектуры других островов архипелага, несмотря на то, что именно этот остров считается самым буржуазным и понтовым, ибо очень многим пиратам отсюда удалось состояться и сделать себе имя. И как правило, эти пираты в качестве места для своей основной резиденции выбирают именно этот остров. Однако, что касается самого города, то домики здесь были самыми обычными белыми с красными крышами, а высота их обычно не превышала 2 этажа. Но опять же, как и в каждом другом городе мира, все было сугубо индивидуально: некоторые дома в качестве дополнительного бонуса имели цветную роспись в виде цветов, рыб, ракушек или изображений различного рода монстров на стенах, дверях и окнах; некоторые сразу имели дома с цветастыми деревянными оконными ставнями и дверьми; у кого-то так вообще какой-нибудь флаг висел на крыше для выражения своей твердой гражданской позиции, что, вероятно, здесь не порицалось, раз жильцы таких домов до сих пор живы; а у других — весь дом украшен разноцветными гирляндами и мишурой. И все это является нормой для островных городов, абсолютно ничего особенного и через чур помпезного. Абсолютно ничего, кроме дома семьи Ренарди — вот то, конечно, особняк. Но справедливости ради стоит сказать, что большинство построек на этом острове выглядят достаточно чисто, ухоженно и опрятно, чего об остальных островах архипелага никогда не скажешь, включая относительно бедненький Дельфиний остров. И вот ребята уже как раз проходили мимо так хорошо разрекламированных ранее прилавков с петрушкой, шалфеем, розмарином и тимьяном. В воздухе витала веселая музыка, исполняемая уличными музыкантами на различных музыкальных инструментах, слышны были флейта, скрипка, гитара, кастаньеты и многое другое. То там, то тут дети бегали друг за другом или танцевали, а зазывалы приглашали прохожих посетить именно их лавку с заморским скарбом. По мере продвижения ребят по главной улице музыка становилась все громче, а людей — все больше. И где-то среди толпы музыканты играли довольно популярную для Летнего карнавала песню: Вы едете на карнавальную ярмарку? Петрушка, шалфей, розмарин и тимьян, Передайте "привет" человеку, который там живет, Когда-то он был моей настоящей любовью. Скажите ему, пусть он найдет мне акр земли, Петрушка, шалфей, розмарин и тимьян, Между соленой морской водой и побережьем, Тогда он будет моей настоящей любовью. — И нам опять никто не поверит, если расскажем, — досадно пробормотала Донни, намекая на влюбленную до гроба парочку, идущую впереди под ручку, поскольку увидеть хоть какой-то прогресс в их отношениях это действительно что-то из разряда мифов и легенд, которые потом никто не может доказать при всем желании. — Именно! Наш капитан та еще мямля! — согласилась Джипси. — И тряпка, — поддакнула Донни. — Но мы все равно его за что-то уважаем! — весело продолжила Джипси. — Да? — замешкалась розоволосая. — Ну да, ты разве не помнишь, зачем мы пошли к нему в команду? — По старому знакомству? — И это тоже, но я не об этом, — весело тараторила Джипси, держась с подругой на расстоянии от парочки капитанов, а то еще влепят выговор за разжигание мини-смуты в коллективе. — Потому что он милаха, на которого все ведутся? — Точняк! Но теперь мы с тобой наблюдаем обратную ситуацию, Донни: наш непутёвый милаха сам впервые на кого-то повелся!!! Разве это не здорово? — Ты думаешь, мы его хорошо воспитали? — Нет, иначе бы он не был таким тюфяком и тузиком, когда речь заходит о ней, — ответила Джипси, все так же пытаясь держаться на расстоянии от парочки. — Но ведь это хорошо, разве нет? — Хорошо. Но что на счет Алисии? Чего хочет она? — А разве это не очевидно? Посмотри на них! — Да, но вот только я видела сон о них во время прошлой Бобровой луны. И Флинн, и его намерения по жизни для меня были кристально чисты, он как открытая книга. А вот Алисия...все очень странно. Я видела туман вокруг ее будущего. И вообще в том сне она была не одна. Кто-то сзади закрывал ей глаза руками и звал ее, очень тихо, но я все равно услышала. Это был женский голос, незнакомый. Но у меня было такое ощущение, что она его не слышит. Вероятно, это кто-то из ее прошлого. Я никогда такого не видела Донни. — Что ты имеешь в виду? — Это нехорошо. Я не думаю, что та девушка жива. Мертвые не могут разговаривать с живыми. Ты можешь поговорить с мертвым только в одном случае... — Только если сам умрешь, — закончила мысль за подругу Донни. Вообще, Донни, как человек рациональный, не верит в подобного рода вещи. Но жизнь научила, что когда речь доходит до чутья Джипси, то стоит прислушаться, и совершенно по боку на чем оно основано. — Да, но кто мы, если не ходящие по тонкому лезвию ножа? Мы пираты, смерть всегда идет у нас по пятам. — Ты думаешь, что все образуется? — спросила мнение подруги Донни. — Надеюсь. Все зависит от того, что выберет Алисия. Что бы это ни было. — Хех, так можно про каждого из нас сказать, — подметила Донни. — Да, в какой-то степени это правда. Но на то она и есть судьба, не так ли? Это не что-то реальное, однозначное. Это только предполагаемый итог конкретного маршрута. Но можно ведь выбрать и другой? — задала риторический вопрос Джипси, глазами выискивая торговую точку с необходимыми ей принадлежностями. — Хм, думаю, ты права. Но помнишь, где мы? Мы на ярмарке, где, по словам Алисии и Сириуса, с тобой может случиться что угодно грандиозное и переворачивающее твою жизнь с ног на голову. Надеюсь, что этот уикенд повлияет на наших капитанов самым наилучшим образом, и что Алисия наконец перестанет гоняться за призраками прошлого, кем бы они ни были, — высказала свои мысли по этому поводу Донни. — Да-а-а... Ой! А вообще, знаете? Я с вами не пойду! — тем самым Джипси окликнула и идущих впереди капитанов, таким образом заставив их обернуться. — Я только что видела тут рядом целый прилавок с замечательными лунными камнями для гаданий. Мне как раз нужны новые! Поэтому я вас тоже оставлю, чао! — весело сказала и убежала Джипси. — Вообще-то, я думал, мы команда, — грустно пробубнил Флинн. — Спокойно, Капитан! Большая часть команды до сих пор на Вашей стороне, — бодро объявила Донни и похлопала друга по плечу. — Ну так мы все еще можем прогуляться вместе, Флинн. Кстати, нам вон туда, — сказала Алисия и дернула Флинна в узкий переулок. — И Джипси опять решила уйти именно тогда, когда мне больше всего нужны свидетели, — досадно пробормотала Донни, намекая просто на колоссальный прогресс в отношении двух друзей.***
В конечном итоге они оказались там, где ожидали меньше всего — в магазине одежды. Магазин модной изысканной дизайнерской женской одежды!!! Ну или вернее сказать, магазин-мануфактура. Это было небольшое двухэтажное зданьице в колониальном стиле с бирюзовыми стенами, черепичной крышей, одним единственным балконом, на котором как раз и красовалась шикарная вывеска с золотыми витиеватыми буквами, которая гласила — "Руби Розье". Внутри же было очень даже уютно и пахло цветами с корицей. У стен были выставлены просто сказочные по красоте и мастерству выполнения наряды, в основном платья. Здесь можно было найти шикрнейший наряд для абсолютно любого случая: от платья на каждый день до платья, по степени сложности и роскошности вполне подходящего для коронации будущей императрицы. А секрет весь, помимо удачного дизайна, крылся в самих материалах одежды. Настолько редких в этой части земного шара, что мисс Розье приходится регулярно путешествовать, чтобы достать их и научиться использовать наиболее эффективно. Соответственно, ценники в этом магазине тоже дико кусаются. Но тем не менее, спрос на эту одежду есть, и он настолько большой, что этому магазину даже не нужно иметь витрину, чтобы завлечь новых покупателей. На самом же деле жители Острова Монстров это не основная клиентура бизнеса мисс Розье, хотя вся золотая молодежь и их родители и привыкли здесь затариваться, включая миссис Ренарди, естественно. Основными заказчиками данного дизайнерского дома были скорее заморские монархи, аристократы, ну и просто знаменитые люди. Ходят слухи, что одно время Руби даже вела переписку с женой голландского короля, который как раз к тому времени хотел объявить войну их архипелагу, однако сделав выгодное модное предложение королеве, Руби смогла убедить ее повлиять на автократические предпочтения мужа, поэтому сейчас архипелагу только и остается, что жить тихо, мирно и красиво. Как любит говорить сама Руби: "Красота спасет мир". Довольно точное выражение, не считаете? Сама же Руби, которая буквально до этого момента была единственной фигурой в магазине, стояла за прилавком. Это была худенькая среднего роста девочка лет 14-15, но вид ее был очень эксцентричным: модно подстриженные прямые средней длины волосы имели темно-карамельный оттенок с левой половины головы и светло-фиалковый с правой, а сверху красовалась розовая ленточка с бантиком. При этом наряд ее выглядел достаточно деловым, хоть и стильным: черный шелковый шарф поверх достаточно дерзкого подросткового по колено платья в розовых и фиолетовых тонах с множеством застежек. Но самой красивой картиной во всем этом ансамбле было появление широкой радостной улыбки и настоящей искры в зеленых глазах при виде наших посетителей. — Алисия! — громко обрадовалась девочка и выбежала из-за прилавка, чтобы обнять виновницу своей улыбки. — Эй, Руби, привет, я тоже очень рада тебя видеть! Ахах, ты так выросла! Я и не заметила этого во время нашей долгой переписки, — сказала пиратка, крепко обнимая подругу в ответ. — Кто бы говорил? На себя-то давно в зеркало смотрела, принцесса? Вот кто изменился! — Хмм, надеюсь, в лучшую сторону? — Посмотри в зеркало!!! — и на этой фразе они дружно рассмеялись. Признаться, Руби была единственным человеком на планете, с кем Алисия вполне комфортно могла вести девчачьи разговоры, в то время как такой чести не удостаивалась даже сама госпожа Ренарди. Флинну и Донни же оставалось смотреть на этих двоих в полных шоках. Боевая грозная Алисия и девчачий люксовый гламур? Чего??? Что за цыганские фокусы? — Упс, пардон, где мои манеры? Руби, это Флинн и Донни — мои соратники и товарищи по разного рода авантюрам еще с академии, — представила друзей пиратка. — А это Руби Розье — моя самая первая подруга на этом острове. Мы вместе очень часто гуляли в детстве и до сих пор держим связь. — А я все задавалась вопросом, когда же увижу тебя снова! И когда же услышу о тех самых приключениях и людях, о которых ты так долго отмалчивалась, но намекала в письмах? — подловила подругу на слове молодой модельер. — И я каждый раз тебе отвечала, что расскажу обо всем при нашей следующей встречи. Капитанская тайна, шифр переписки, все делы... — Хмм, а конкретно этот парень и есть "капитанская тайна", или все же "все делы"? — оценивающе разглядывая Флинна с ног до головы профессиональным взором, полюбопытствовала Руби с озорной ухмылкой, после чего и Флинн, и Алисия дружно раскраснелись и начали мямлить себе под нос всякую белиберду, которую никто из присутствующих даже не стал слушать. — Что ж, об этой части твоих приключений хочу услышать в особенных подробностях! — с усмешкой проговорила Руби. Было видно, что прямолинейность была одной из особых черт жителей Острова Монстров, той, которой они явно не стеснялись. — И я! — набравшись смелости, решила присоединиться к числу слушателей Донни, раз уж такая пьянка пошла. И все же ей эта Руби чем-то определенно нравится. Как-то она сразу вникла в курс дела, и вообще...чем-то напоминает Джипси. — Такс, хватит! Руби, я к тебе сегодня не за этим пришла, а чтобы поблагодарить за вчера. Это действительно было волшебно, спасибо, — и при этих словах щеки Алисии все равно не покидал милый румянец, а глаза то и дело метались в сторону Флинна, который понятия не имел, о чем разговор, но он и не сильно этого замечал, поскольку все пытался отчаянно делать вид человека, которого НЕ раскусили. Отчаянно. — А, ты об это. Да пустяки, по сути первый мой тебе подарок за много лет. Первый, который удалось отправить, ведь ты все время в дороге по разным адресам... Тебя бывает очень нелегко найти, знаешь ли. Но я очень рада, что подарок понравился! Надеюсь, камушки пригодились, — бодро сказала она, весело подмигивая в сторону Флинна. — Уфф, на самом деле я думаю, что оно было очень дорогим, поэтому хочу... — Ни слова больше! Это мой тебе подарок, поняла? Надеюсь, вечер прошел замечательно. Я ведь знаю, как сильно ты любишь ускользать из под носа миссис Ренарди. Особенно в свой День Рождения. Поэтому решила подсобить еще и этим. Чем могла, оказалась полезной. Поэтому не обижай меня такими разговорами... Просто "спасибо" вполне достаточно, — сказала, как отрезала, юная Розье. — Спасибо! — повиновалась Алисия. — Пожалуйста, всегда рада сделать тебе приятно! — и на этом подруги еще раз обнялись. Эта картина действительно была уникальной, ведь грозная и свирепая капитан Алисия на полном серьезе слушалась девочку в розовом. Более того, они обнимались, причем уже второй раз за день, что Алисии совершенно несвойственно. Поэтому эта картина двух давно невидившихся подруг выглядела для Донни и Флинна действительно умилительно — прямо как два маленьких кролика заснувших в обнимку. Алисия и умилительно? Что за чудеса? Но видимо, на карнавальной ярмарке действительно может случиться все, что угодно. Даже единение двух разных миров. Впрочем, может, не таких уж и разных? — У тебя просто замечательный магазин, ты в курсе? Ты сама все это шьешь? — восторженно начала расспрашивать девушку Донни, оглядываясь на выставленные вокруг них произведения искусства. — Оу, спасибо тебе большое, Донни, но нет, конечно я бы не справилась со всем этим творческим беспорядком одна. Я в основном только разрабатываю дизайн и делаю самые первые модели. Мне очень сильно помогает моя швейная мануфактура. Это команда самых умелых и рукастых монстров, которых мне когда-либо доводилось знать. Они очень быстро подхватывают идею и воплощают ее в жизнь, — гордо проговорила модельер. — Ну, конечно, Еврус бы не взял к себе в команду кого попало, — согласилась с модельером Алисия. — Ну, да, если учесть, что он когда-то плавал под командованием Короля Семи Морей, то можно сказать, что он определенно научился разбираться в людях и в монстрах. Они были ему, как семья, — с нежностью в голосе и чем-то вроде ностальгии в глазах сообщила Руби. — Уф, говоря об этом, как там поживает Карлос? Все еще позорит честное имя Розье? — брезгливо поморщившись, спросила Алисия. Да, Карлос Розье был еще той местной знаменитостью, такой что и противно вспоминать. — Ох, Алисия, это кошмар просто!!! — пожаловалась подруге юная Розье. — После того, как он получил "Кармен", он все пытался собрать команду, но набирались в основном такие же дуралеи и маньяки, как он сам. Поэтому крепкого коллектива не сложилось, "Кармен" за это время так почти ни разу и не выходила в открытое море. Но теперь все изменилось. Представляешь, он женится! — О, Боже мой, на ком? — На девчонке из семьи Рэнсом. Изабелле. Ты должна ее помнить. Эта неблагополучная семья с окраины восточного квартала. Они заимели значительную долю влияния там за последние годы. Новая кровь. Промышляют примитивным разбоем, причем среди местных в том числе. Не чтут кодекс, так как не пираты. У них никогда не было достаточно капитала для этого. Ну, буквально до тех пор, пока Карлос не повелся на Беллу. Теперь она полностью оккупировала остатки его крошечного мозга, и, как следствие, эти разбойники прибрали себе к рукам "Кармен". Бог знает, что они будут вытворять на море. Безродные... Это хуже всего! — жаловалась подруге Руби. — Прости, ты сказала "безродные"? — не понял причину недовольства девушки Флинн. — Ну да, настоящие пиратские династии, которые чтут кодекс и сделали себе имя, никогда не станут оббирать и грабить своих. Они все друг друга знают, так как они сами или их родственники ранее все были частью одного экипажа. На самом деле мир тесен, и данный остров имеет не так много известных капитанов, поэтому все знают, кто у кого в команде служил. Например, сейчас главной рок-звездой этого места, разумеется, является Ветролом. И все знают его команду, кто чем отличился, они сами об этом на каждой пьянке хвастаются, ибо престиж. — Да ладно тебе, старый Еврус был тоже ничего, пока плавал, — возразила Алисия. — И все же Еврус это не Король Семи Морей. Гордиться есть чем, но чтоб похвастаться…такое, — к чему-то ответила Розье, Донни и Флинн совершенно не понимали, куда идет разговор. Похоже, что у местных тут свои фишечки и приколы. — Капитан Еврус это тот, кто участвовал в войне на стороне Короля Семи Морей? — решила на всякий случай уточнить Донни, чтобы хоть как-то прояснить суть беседы. — Не просто "был на стороне", он был лучшим другом Короля Семи Морей! И этим я по-настоящему горжусь, — сказала Руби, с нежностью посмотрев на Алисию. Та ей улыбнулась в ответ. Флинну же этот разговор с самого начала был непонятен. При чем тут эти капитаны вообще? Ясно-понятно они крутые, но нам то о них зачем рассуждать? Нам до них, как до Луны, — считал Флинн. — Значит, ты родственница того самого Карлоса Розье, про которого говорили Лулу и Сириус? — задала так мучавший ее все это время вопрос Донни, и после этого глаза Руби аж просияли. — Да, мы с Карлосом родные брат и сестра. Наш отец, отойдя от пиратских дел, передал Карлосу корабль "Кармен", а мне команду, которая сейчас путешествует со мной по всему миру в поисках идеальных материалов для моей одежды, которую я потом могу реализовать за очень дорого. Они и есть моя верная швейная мануфактура. И Сириус? Значит ли это, что ты все же с ним помирилась, Алисия? — с надеждой в голосе и в глазах проговорила Руби, повернув голову к подруге. — Хмм, скажем так, он у меня на испытательном сроке. Все же он очень сильно меня подвел в свое время. Я не забыла, — уклончиво ответила пиратка. — Значит, все же помирились? — решила уточнить Руби, заглядывая подруге прямо в душу при помощи этих вопрошающих зеленых глаз. — Да! — буркнула под нос Алисия, лишь бы от нее быстрее отстали. — Урааа!!! Значит мы сможем выбраться как-нибудь втроем вместе на прогулку. Я предлагаю сначала карнавал, а потом уже Французский квартал, если ты не против веселья! — радостно сообщила подруге об их дальнейших планах на ближайшую неделю Руби. — Умоляю! Я не переживу помолвку брата с Рэнсом в трезвом виде, прошу! — уже более отчаянно взмолилась Руби, причем настолько, что ее волосы целиком поменяли цвет на ярко-малиновый. Флинн и Донни от неожиданности ахнули. — Как это? — непонимающе спросил Флинн, говоря о неожиданной метаморфозе цвета волос молодого дизайнера. Сегодняшний день определенно был посвящен каким-то цыганским фокусам, чем дальше — тем чудесатее и чудесатее. — Это ее "милая особенность", — пояснила за подругу Алисия, как будто это действительно что-то объясняло. — Да, именно так, принцесса, —улыбнулась Розье подруге. — Просто я, как и большинство коренных жителей этого острова, полукровка. Вы разве не читали историю архипелага? Остров Монстров не просто так имеет такое название. Тут относительно мало чистокровных людей. У меня, например, в роду была русалка. Моя мать родом с острова Караколес, такое там не редкость. Когда Еврус был еще относительно молод, он пал жертвой очарования одной из тамошних красавиц. Типичный случай среди моряков. Как итог, родились мы с братом, и конкретно я могу менять цвет волос по желанию, поскольку девчонка, а вот ему достались только рыбьи мозги, — и на этих словах ребята аж прыснули со смеху. — Постой, то есть ты дочь Евруса? — не поверил услышанному Флинн. — А что? Не похожа? — Нет! Не в этом дело. Просто мне казалось, что его эпоха давно прошла. Он знал еще Короля Семи Морей, прошло много времени. — Что ж, это общеизвестный факт, что после он успел сделать себе еще и сольную карьеру, и менее известный — что он еще успел завести семью под конец карьеры. Он только три года назад отошел от дел, моему брату сейчас 22, а мне 15. Не так давно уж и была его эпоха. — Да, пожалуй... Получается, я многого не знал, — немного засмущался из-за своей неосведомленности Флинн. Просто образ успешной и громкой пиратской карьеры у него никогда не вязался с семьей и долголетием, наверно, именно поэтому он туда так не стремился, ибо рациональная часть населения всегда выберет пожить подольше и победнее, чем богато, но поменьше. В этом обычно и состояла разница в философии пиратов Дельфиньего острова и пиратов с Острова Монстров, и именно поэтому второй имеет так мало долгожителей. Но, как видно, любое правило имеет свои исключения. И в данном случае таким исключением является Еврус, греющий свои старческие кости на пляже на заслуженной пенсии. — Ох, что-то мне подсказывает, что вы, ребята, не знаете и половины происходящих тут интриг, — и после этих слов Руби заговорщески посмотрела на Алисию, явно намекая на то, что капитану "Эльдорадо" есть что скрывать, в зеленых глазах плясали черти от грандиозности этой тайны. И осознание этого больно укололо Флинна. Ведь, получается, он не знает практически ничего не только о прошлом своей подруги, но и о ее настоящем. Что же такого она может скрывать? — Это все глупости, Руби. Пусть прошлое остается там, где ему и место — на книжной полке среди пыли. Нет смысла связывать его с настоящим. — Хехе, ну ты же знаешь, что это не совсем правда. Особенно когда дело касается тебя, принцесса. Что тебе подарили родители? — Тысячи чертей, Руби! Ты мелкий трикстер! Не думай говорить об этом здесь!!! — внезапно очень серьезно и взволнованно проговорила Алисия, яростно замахав руками, будто она боялась, что их здесь могут услышать посторонние уши. Однако, насколько могли судить Флинн и Донни, помимо них здесь на данный момент никого больше не было. — Спокойно! Я просто хочу пролить свет на детали. Мне ведь тоже любопытно. Не даром ведь ты вернулась домой именно в этот День Рождения. И как долго ты планируешь молчать об этом? — все таким же любопытным тоном задавала вопросы Розье, очевидно, ни чуть не смущаясь бурной реакции подруги. — Это не имеет значения. Мои дела здесь не займут много времени. И никого это, кроме меня, не касается. Нечего об этом даже говорить. Ты меня понимаешь, Руби? Это только мое дело, — настойчиво и напористо дала понять свою точку зрения на этот счет Алисия. И для человека, неискушенного общением с пираткой, такой тон речи очень сильно походил бы на угрозу, однако ее друзья знали лучше. — Ладно, не хочешь, чтобы я помогала, хотя бы скажи им! — настаивала Руби, указывая рукой на членов экипажа "Аврора". — Они твоя постоянная поддержка и опора сейчас, они могут помочь тебе! — со стороны казалось, что в данный момент Руби отчитывает Алисию, как мама. — Я же сказала, Руби, что сама со всем разберусь. Это дела минувших дней, там они и должны остаться. Я сама это все утрясу. И, пожалуйста, никому об этом не говори, особенно Сириусу! Пообещай! — серьезно потребовала пиратка. Донни и Флинн просто не знали, что происходит. Вся эта беседа выглядела так...по-пиратски. И теперь они просто обязаны разгадать эту тайну, если они себя уважают! Тяга к решению различного рода запутанных пиратских тайн это как раз то, что больше всего идейно связывает Донни и Флинна. Причем для последнего разрешение конкретно данной тайны является делом принципа. По ряду личных причин. — Он и сам узнает, когда сложит 2 и 2, — упиралась Розье, скрестив руки на груди. — Пообещай! — твердо настаивала на своем пиратка. — Эх, ладно, куда ж от тебя денешься? Обещаю. Только это не значит, что я отрекаюсь от своих слов. — Ну еще бы, — и тем не менее Алисия довольно улыбалась, ибо, несмотря на непредсказуемый характер подруги, все же сумела пролоббировать свою линию. — Кхм-кхм, — как бы ненавязчиво намекнула на их с Флинном присутствие Донни. — Ах, да, ну ладно, Руби, я еще зайду к тебе! А пока что мне нужно провести небольшую экскурсию ребятам по городу. — Ты, я, Сириус, свободный вечер и Французский квартал, помнишь? — решила уж точно пролоббировать и свое требование Руби Розье, вопросительно изогнув изящную бровь. В этот момент она точно напоминала маму какого-нибудь непослушного ребенка, коим в данный момент выступала Алисия. Хотя ребят не покидало ощущение, что сама по себе Розье тоже далеко не ангельский подарок. — Да, конечно, это святое, — даже не стала спорить пиратка. — Чудненько! — весело обрадовалась Руби, громко хлопнув в ладоши. — Ну что ж, рада была нашему знакомству Флинн, Донни, — каждому из ребят она уважительно пожала руку, что было очень неожиданной манерой прощания с ее стороны, ведь обычно так делали только капитаны или равные по статусу моряки. Но опять же, это дочь Евруса, поэтому к этому нужно просто привыкнуть. — Взаимно, — ответил Флинн. — Еще увидимся!***
И так ребята попрощались и вышли из модного магазина Руби Розье навстречу карнавальной ярмарке. На обратном пути Алисия проводила уже более детальную экскурсию, то тут, то там в деталях объясняя историю каждого с виду интересного дома, прилавка или улочки. Однако ребята, все еще явно не отойдя от всего услышанного, воспользовались увлеченностью подруги и отстали на десять шагов, чтобы уж точно наверняка убедиться в своем единомыслии: — Причем здесь Король Семи Морей? — дружным шепотом с широко распахнутыми глазами переспросили друг у друга Донни и Флинн. А в это время на ярмарке все так же играла горячо любимая местными песня: Вы едете на карнавальную ярмарку? Петрушка, шалфей, розмарин и тимьян, Передайте "привет" человеку, который там живет, Когда-то он был моей настоящей любовью.
