Запрещенный показ. Другой Мир.

Глава 6 POV Алисы Новый дом. Тепло. Солнце светит прямо в лицо и сушит слезинки на щеках. Ветер раздувает растрепанные волосы, но мне совсем не до этого. Теперь я точно знаю, что это был ты. Когда я подняла рубашку, то на животе увидела шрам, оставленный года 3 назад. Он помог мне абсолютно точно убедиться, что я не ошиблась. И теперь невероятно больно от этого. Ведь я знаю, что ты меня забыл... Я еще долго сидела в парке, в который случайно забрела после того, как выбежала из агентства. Разные мысли лезли в мою голову и только и делали, что терзали мою душу. Вспомнила, как ты получил тот шрам, опять же была виновата я: 3 года назад. У Димы была уже своя квартира, а я до сих под жила в бабушкином доме с родителями. Была глубокая ночь и я давно должна была быть уже дома. Они напали на меня возле него. Я не видела лица ни одного из тех мужиков, но страх от их голоса до сих пор живет во мне. Они схватили меня прямо посреди улицы и уволокли в подворотню. Всё это время говорили, что сейчас изнасилуют меня и т.д. Дикий ужас прокрался в каждую клеточку моего тела, и я в слезах молча молила о помощи. Мама волновалась, потому что было уже очень поздно и позвонила Диме, что бы узнать не у него ли я. Мой же телефон вывалился сразу, как меня схватили. Как мне потом рассказывал дядя, он почувствовал, что что-то не так и поехал в район, где я жила. Выйдя из машины он в очередной раз набрал мой номер и примерно в двадцати метрах увидел валяющийся, мигающий и гудящий телефон. Потом, услышав громкие крики каких-то мужиков, он прошел еще десять метров до подворотни, что бы узнать в чем дело. Мне было стыдно. Эти уроды жадно стягивали с меня одежду, громко разбирались, кто будет первым, крепко держали меня за руки до дикой боли, хватали и тянули. Мерзко. И Дима всё это увидел. Дядя бросился на них и тут один достал нож. Это наверное был первый раз в жизни, когда я так сильно перепугалась! Сердце выскакивало из груди и я молила Бога, что бы с дядей всё было хорошо. "Пусть они лучше изнасилуют и убьют меня, но с Димой всё будет хорошо" - думала я. Начался жуткий ливень и всё вокруг за минуту стало мокрым и еще более противным. И вдруг, в один момент, без эффекта замедленного действия или что-то вроде того, мужик пырнул ножом Диму в живот. Мгновение и он упал будто замертво. Эти подонки испугались и смылись, оставив меня одну в подворотне и истекающим кровью дядей. Я сидела рядом и кричала. Я просила: "Пожалуйста, не умирай. Обещаю, я никогда больше не доставлю тебе проблем, только живи." Тогда его спасли. Я переехала с родителями из дома бабушки и дедушки и мы не общались пару лет. Ведь я обещала не доставлять ему больше проблем... Но однажды он встретил меня ревущую под дверью своей квартиры и снова был рядом. Шрам на его животе остался на всю жизнь. Дима и это забыл. Он не помнит абсолютно ничего, значит и я ему никто. между прочем его племянница... Разве сможет этот сумасшедший мужчина вновь полюбить свою племянницу? Вряд ли. Второй раз ничего не бывает. Да и у него откуда-то взялась эта Брунхильда. Тьфу, ну и имечко. Неужели он её любит? "Он её лю-бит" - медленно произнесла я. "Лю-бит". Как же резали слух эти слова. Невыносимо. В груди была ужасная тяжесть и вокруг меня летала гнусная безысходность. Я бессильна. Эгоистка. Нужно радоваться тому, что он жив! Просто жив! Здоров! Счастлив! "Счаст-лив" - снова по слогам произнесла я. Без меня. Очень больно. *** - Вернулась, - сказал Алекс, когда я ступила на порог его дома. - Прошу, не говори не слова. Мне плохо. - Что случилось? - Ты всё равно не поверишь в эту долгую и запутанную историю. Скажу проще: у меня новый менеджер. - Замечательно, предупредить не могла? Или тебе просто вот как легко за несколько часов дали нового менеджера? - раздраженно спросил Алекс. - Прости, я узнала несколько дней назад, он только сегодня приехал. - Так какого черта ты приперлась? - вспылил он. - Вещи ты уже давно собрала! - Мне уйти? - тихо спросила я. - Проваливай! - крикнул он. Ни дома, ни денег. Родной дядя, который даже не узнает меня и у которого есть любимая жена. Город, в котором все чужие и безразличные. И в газетах пишут, что я законченная наркоманка. Это моя жизнь. *** Всю следующую неделю я жила с Димой и его женой на Ист-Сайде. Увы, отдельной квартиры для меня не нашли, хотя обещали в скором времени решить этот вопрос. Алекс мне даже не звонил. В общем-то я и понимаю его. Сначала собрала вещи и уехала, а через несколько часов вернулась и сказала, что ему уже нашли замену. Не хорошо я поступила. Жизнь в новой квартире была ужасной. Жена моего дяди всегда показывала, кто в доме хозяин и кто тут третий лишний. Ежедневно маячили перед глазами эти мерзкие сцены обнимания-целования прямо при мне. Это явно было наигранно со стороны Брунхильды. Мне становилось плохо, когда я видела это и она определенно чувствовала это. В горле становился ком и хотелось провалиться на том же месте. Я молча разворачивалась и уходила, делая это так же наиграно, как Брунхильда лезет к Диме. Один раз, когда она полезла к Диме уже наверное в сотый раз, он оттолкнул её и рявкнул: "Да угомонись ты уже!" Узнаю своего дядю. В целом то он был холоден с ней, по крайней мере при мне. Как-то вечером мы остались одни. Не знаю какие дела были у его супруги, но я была не против, что её не было. - Алиса, - начал он (единственный человек, который называет меня тут Алисой), - Есть будешь? Могу что-нибудь интересное приготовить. - Конечно. , - улыбнулась я. Так прикольно выговариваешь моё имя, с акцентом. Интересно, он что, совсем не может говорить по-русски? Хотя акцент не сильный... - Ты не американка? У тебя имя интересное. - спросил он. - Нет. - ответила я. И ты вообще-то тоже. - Я тоже не отсюда. Правда я не знаю откуда родом, но прилетел из Германии. Да и родился наверное там. Ага, ты из той же "Германии", что и я. С одной улицы. - Ладно, что бы ты хотела на ужин? - Может подождать твою жену, - проявила я добродушность, дура. И с каких пор? Я эгоистка. - Она не скоро придет, у неё сегодня какой-то важный вечер, я не вникал в подробности. Так что приготовить? - Ах да, ну давай на твой вкус. Я тебе доверяю. Помню раньше ты вполне не дурно готовил. Мне всегда нравилось приходить к тебе, хотя бы чтобы просто поесть, но это было предлогом конечно. - Пусть тогда это будет курица в вине и чили, - подумав сказал он. - Ммммм, звучит аппетитно, мне нравится. Я тебе помогу, ок? - Нет проблем, - кивнул он. Это прекрасно: находиться с ним, делать что-то вместе. Я наслаждаюсь минутами и забываюсь в них. - Нарежь пожалуйста чили, а я пока разберусь с курицей, - попросил Дима. Ух, никогда не занималась нарезкой подобного продукта. Хотя казалось бы, что может быть легче. Я разрезала перец поперечно пополам, потом каждую половинку ещё надвое, и получившиеся четыре кусочка стала нарезать поперёк. Вроде получалось нормально. Дима же в это время разделывал курицу. - Дамиан, можно я буду называть тебя Дима? Мне так больше нравится. - спросила я. Уж никогда не думала, что буду просить разрешения называть человека по его же имени. На его лице я увидела задумчивое выражение. Что-то похожее я уже видела, мне кажется в такие моменты Дима пытается вспомнить, ему кажется это близким, но нет. Он никогда ничего не вспоминает, но явно пытается. Определённо это последствия операции. Жаль, я не знаю подробностей всего. - Хорошо, если тебе так удобнее, то пожалуйста. А это имя на твоём родном языке, так? - Да, Дима, - сказала я и на душе стало намного легче. Прекрасное чувство пронеслось по моему телу. Будто всё вернулось назад. Мы вдвоем дома, вместе готовим хороший ужин, он Дима, я Алиса и нет никаких фальшивых имен и чувств, мы любим друг друга. Иллюзия. Но она греет моё сердце. Вдруг я услышала смех справа. Повернув голову я увидела, как губы дяди растягиваются в улыбке и он смеётся глядя на меня, таким живым, радостным смехом. - Что-то не так? - спросила я. - Глупая, кто ж так вообще режет. - подошел Дима ближе и улыбнулся. - Ты то и нож в руках толком держать не умеешь. Тебе сколько лет, девочка? - Много, - нахмурилась я. - Я очень редко что-то готовлю. А точнее сказать никогда. - Давай покажу как нужно резать. Дядя взял правильно в руку нож начал нарезать чили кольцами. - Всё. - посмотрел он на меня. - Так просто? - Конечно, а ты намудрила там, - усмехнулся Дима. - Нарежь ещё лук пожалуйста, тоже кольцами, - протянул он мне нож. Ладно, с перцем то всё понятно, его нарезать кольцами было бы не трудно. А лук то какой стороной нужно повернуть, что бы вышли кольца? Я поставила лук на разделочную доску так, как он находился у меня в руке и отрезала немного. Нет, так не получаются кольца. Перевернула, так тоже не выходит. Перевернула ещё раз - тоже самое. Дима стоял и во всю смеялся с меня. Замечательно. - На, реж сам. Я не умею. - протянула я ему покромсанный после моего издевательства лук. Дядя отложил эту луковицу и взял новую. - Иди сюда, покажу как надо. Бери нож и положи лук вот так, - положил он луковицу так, как я ещё не клала. - Хорошо, так, да? А с какой стороны резать? С этой? - попробовала я отрезать кусочек, но нож вдруг соскочил. - Осторожно, - крикнул он и резко отдёрнул мою руку. - Дура, ты ж так пальцы отрежешь себе. - Извини. - Смотри, - Дима дал мне нож и взял мою руку в свою. - Резать нужно вот с этой стороны. Вот так. Осторожно. Его прикосновения мне кажутся такими приятными, я таю. Он стоит прямо за мной прикасается своим телом к моему. До дрожи приятно. Прижмись сильнее. Абсолютно не слушаю, что дядя там объясняет. Какой может быть лук, если он так близко!? Это волшебно, вокруг нас ничего больше нет. Моё сердце выдает моё волнение и счастье. Мне невероятно приятно просто от того, что ты так рядом и мы режем этот чертов лук. Вдруг на его руку упала слезинка. - Прости, я плачу от лука, - повернулась я и улыбнулась, смотря на него своими красными и мокрыми глазами. - Ох, да я тоже расплакался, - улыбнулся Дима. - Ахахах, точно. - засмеялась я. - Давай отойдем и поплачем подальше от этого лука, - предложил он. - Хорошо. Мы отошли и сели на диван. - Фуф, вроде всё. У меня этот ужас закончился. - заметил Дима. - Вроде да, только глаза ещё красные. А у меня не проходит. Слезинки стекали по щекам, но сама я улыбалась. Такая готовка мне доставляла большое удовольствие. - Ну же, не плачь, - сказал мужчина нежным голосом и вытер мои слезы. Точно как раньше. Он всегда мне это говорил, когда я приходила к нему домой и плакала. И сейчас, он сидит прямо передо мной, смотрит мне в глаза и говорит: "Не плачь". Боже, как же я хочу, что бы всё было хорошо как раньше! - Ди-ма, - тихо произнесла я наслаждаясь этим именем. - Что? - спросил он. Блин, как сильно бьётся моё сердце! На душе невероятно спокойно с тобой рядом. Схожу с ума. Голова кружится. Растворяюсь в мыслях о тебе. Никогда раньше я не была одновременно так далеко от тебя и так близко. Ты мой воздух, моя жизнь. Я кричу тебе это, кричу немым криком и ты не слышишь. Ты мне нужен, очень нужен! Из-за своих мыслей я не заметила, как Дима приблизился ко мне. Его глаза завораживают, не могу думать ни о чём другом на свете. Будь со мной. Всё вокруг плывет, передо мной только ты. Вдруг, наверное прочитав мои мысли, он будто сорвался, не выдержал и поцеловал меня. Или я его. Хотя, это уже не важно. Этот поцелуй мне казался первым в моей жизни: такой же волнующий и трепетный, запретный и сладкий. Такой же резкий и страстный, но одновременно холодный и мягкий как он. Да, в нем весь Дима. Мужчина провел одной рукой по моему бедру, и по телу пронеслась легкая дрожь, чертовски приятно. Он прижал меня к себе и поцелуи стали ещё более чувственными. Вокруг не было ничего. Не было жены, не было Америки, не было родства, о котором Дима так и не помнит. Только мы. Я тебе не безразлична, я чувствую это по прикосновениям твоих губ. Целуй, не останавливайся. Никогда. Но вдруг его рассудок вернулся на место и он быстро отстранился. В его глазах я прочла боль. "Почему? Тебе плохо?" Он опустил голову вниз и накрыл её руками. "Что с тобой?" Я попыталась обнять его, но Дима отмахнулся рукой и встал с дивана. - Прости, - сказал он и скрылся в своей комнате хлопнув дверью. Удивительно, как же быстро разрушаются самые прекрасные моменты жизни. Я ничего не понимаю. Безумно хочу помочь тебе, но не знаю как. Я ничего не знаю... Позже я заменила в почтовом ящике письмо на имя Дамиана Кауфман. Его имя и фамилия полностью изменены и переделаны на немецкий лад. - Дима, тебе пришло письмо! - позвала я и попыталась открыть. Письмо вроде было из Германии и мне было интересно что там. - Что ты делаешь? - увидел он меня открывающую письмо и вспыхнул в гневе как спичка. - Смотрю что внутри, любопытство так и распирает, успокойся, - сказала я непринужденным голосом, мол это естественно, что я читаю его почту. Раньше я всегда так и делала, а потом часами хохотала над важными и строгими письмами в официальной форме по работе. Да и Дима никогда не был против.Тем более в этом письме может быть что-нибудь из его жизни в Германии. - Не лезь не в своё дело, - выхватил он из моих рук конверт. - Да что здесь такого. - Это тебя не касается, исчезни. Злой, грубый, резкий. Именно такой он и есть. Часто обидно от его слов, я вообще не понимаю в кого он такой. Я ничего ужасного не сделала. Вообще не представляю, что у него могло быть такое страшное в том письме. Или он такой злой после того поцелуя. Ах, ну конечно, нагрубить мне - это было обычным делом для него. Не приятно, но что поделать. Внутри всё сжалось и я подумала, что вообще не буду обращать на него внимание. Наверное я мешаю. Всё что можно сейчас сделать это гордо хмыкнуть и уйти. Исчезнуть, как он и потребовал. Я так и сделала с мыслью о том, что мой дядя всё-таки умер, несмотря на то, что вот он рядом и во всю проявляет свой характер важной ледышки. Пусть у него новая жизнь, жена, и он совсем не помнит меня, но от себя он не сбежит. Этого дьявола и могила не исправит. Блин, я люблю его.