Альфаподобный

Габриэль увёл Дина в спальню и уложил в кровать. После чего принёс кружку кофе, с подмешанным успокоительным.…. Ну и небольшой дозой снотворного. Как только омега отрубился Гейб стал названивать брату. — Какого чёрта Кас?! Ты не говорил, что мне придётся успокаивать нестабильного омегу! — Габриэль… Что с Дином? — А что конкретно тебя интересует? То, что он побледнел до мертвецкого оттенка? Или то, что он плакал? А может быть ты про то, что я накачал его снотворным, только бы он уснул?! — Бля. — Великолепное умозаключение. Ты так и собираешься играться с его чувствами? — Что прости?! Ты сейчас серьёзно?! Я собирался устроить нам свидание вообще-то! — Вы два тупоголовых придурка! — Да понял я, понял! Что я сделал не так-то? — Сьебался! — Ну блять извините, что я пришёл домой, а там ни одной живой души. — Ты даже не сказал Дину, что любишь его! — А так не понятно да вообще?! — Ему нет. Он же омега. Сам должен понимать. — Хорошо. Как тебе такой расклад событий? Я подготовлю нам потрясающее свидание и вечером заеду за ним. Уже на месте сделаю признание и официальное предложение… — На простое «ага» Кас продолжил. — Но знаешь что! Он тоже не говорил! — Ну, он же омега. — И? — «Так бесят это разделение полов. То, что я альфа не значит, что я не хочу иногда поплакать под грустную музыку укрытый пледом с чашкой какао». Габриэль попрощался и, сбросив вызов, поехал домой. Кастиэль долго думал о Дине. Что их ждёт? Что омега чувствует? Что чувствует сам Кас? Он не мог показывать эмоции так же ярко как Винчестер. Дин казалось, был, как сказал Габби «нестабилен», но возможно это было из-за переживаний… После заключения договора по поставке с Мэг Мастерс в одном из ресторанов города он вернулся в квартиру-студию, которую купил для уединения от братьев и творчества. Именно здесь он создавал лучшие из своих картин, именно об их массовой продаже шла речь с мисс Мастерс. У той была своя фирма, для которой она хотела заказать картины Кастиэля для обустройства залов. Кас долго думал, что же устроить Винчестеру. В конечном итоге он решил спросить Бальтазара. И судя по истерическому смеху на другом конце трубки, Кастиэль осознал всю глупость происходящего. А ведь действительно, вести Дина в какое-либо романтичное место было не лучшей идеей. Винчестер не был романтиком и вряд ли бы обрадовался, какому-нибудь ужину при свечах в дорогом ресторане. Бальт предложил свозить его в знакомый клуб и просто потусить вместе, чтоб Кас начал хоть как-то представлять увлечения своего омеги. Синяя футболка со знаком супермена, рваные, слегка обтягивающие джинсы и красные кроссовки. Именно в таком наряде он решил предстать перед омегой и пригласить на свидание. Новак скинул фото Габриэлю и после положительного ответа, наконец, вздохнул с облегчением. Кас уже с полтора часа выбирал этот дурацкий прикид и каждый Гейб не одобрял по той или иной причине. «Слишком строгий», «Слишком простой», «Слишком светлый», «Кас, ты серьёзно хочешь со стенами слиться?» «Слишком заурядно!» «Боги Касси! Ты можешь просто одеться в клуб? Ты ж не монашка, какая ни будь!» И вот, наконец, Кастиэль собрался с духом, выдохнул и постучал блядь в дверь собственного дома! В доме долго царила тишина, для Кастиэля каждая секунда казалась вечностью, но через пару минут альфа всё-таки услышал шаги. С каждым новым звуком уверенность всё больше покидала его. В доли секунд он осознал свой идиотский поступок «Как на это отреагировал Дин?» «Как омега отреагирует на его возвращение?» Кас не знал. И вот дверь отварилась, на пороге стоял Дин с красными, опухшими от слёз глазами. Кожа, казалось, побледнела на пару тонов и приобрела зеленоватый оттенок. — Д-дин… изви… — Кас не успел договорить, Винчестер сбил его с ног. И оба упали. Упали, как в тот раз, когда Кастиэль сбежал. Новак смотрел на восседающего, на нём Дина, из глаз, которого лились слезы, и пара даже упала на лицо Кастиэля. — Если ты хочешь меня ударить — бей, хочешь накричать — кричи, но я не дам тебе уйти от меня. Я буду преследовать тебя даже на том свете и готов даже достать тебя из ада… — Ты придурок!!! — Знаю. Укурок, придурок, утырок, ушлёпок и это сказал мне Люц. А ещё он сказал, что в меня полетят ножи, вещи, мои рисунки и чертежи. Я готов к любому развитию событий. Так что, пожалуйста, если ты все же хочешь меня ударить, то бей сейчас, а потом мы поедем на свидание, правда, … если ты не против, конечно же. — И Новак действительно ждал удара, так что после этих слов он даже закрыл глаза. По-другому нельзя, иначе слишком больно... душе больно. Но вместо обещанного сломанного носа Кас получил поцелуй со вкусом слёз. Поцелуй, который передал все мысли, все те эмоции, что охватывали омегу в отсутствие Кастиэля. Утром Дин действительно думал, что изобьёт своего тупого ангела до полусмерти, но сейчас, смотря в глаза полные боли и раскаяния, он не может. Просто не может устоять. Всё омежье нутро кричит и просто воет зверем только бы поцеловать ангела в этот момент. И Дин целует, наплевав на всё, на все обиды, на то, что их прямо сейчас, в самом последнем на улице доме, который соприкасался с лесной чащей, могут увидеть. На всё. Сейчас есть только Кас, альфа сумевший уже несколько раз разорвать сердце омеги на кусочки и собрать вновь. Только его альфа и ничей больше. — Я ненавижу тебя. — Шепчет омега прерывая поцелуй. — Ненавижу так сильно, что люблю. — Я даже не знаю что сказать. Я не могу подобрать описания тех чувств, что испытываю к тебе… Кажется… Люблю — это слишком слабо сказано. Я жизни без тебя не представляю. Но всё-таки одно меня тревожит…. — Что? — С плохо скрываемым страхом спросил панк. — Ты не ответил по поводу свидания…. — К чёрту свидание, живо в спальню!