Трехцветный клевер

      Празднество эти двое справляли по отдельности. Арон был вынужден присутствовать на балу у Сантивийского короля, и вернется он только через несколько дней. Рикаэль отбыл за день до торжества, как я понял в академию, на сдачу экзаменов. Оказывается он студент, но из-за отца, он вынужден быть в городе. В его отсутствие, за лавкой и отцом следил Аку — представитель народа кива. Тоже волшебный зверь, но более развит чем пейт. Помню как тяпнул его за нос.        Его светлость доверил заботу обо мне местному зоологу, что оказывается следил за пейтами в заповеднике. Видел его несколько раз в окружении моих собратьев. Рикаэль оказался прав, у меня и правда возрос энергорезерв, как сказал зоолог, почти в трое. Ну, я всего лишь вырастил небольшую рощу. Значит впредь буду осторожнее.       Семейство графа вернулось через два дня после празднества. Я даже успел соскучиться по его светлости, а в отместку за отбытие, перепутал все книги на его полках. Ко вкусу лекарства я уже привык, и сильно удивил Арона и господина зоолога, когда сам подобрался к ящику с зельями, и залпом опустошил один из флаконов.        Меня все еще мутило, но как сказал его светлость, это остаточный эффект после зелья. К концу недели я уже без видимых проблем шатался по комнате его светлости. Спал я теперь не на столе, а на верхушке высокого шкафа, чтобы пресечь все почесушки. Когда я выздоровел окончательно, я перестал испытывать потребность во сне. Опять же, остаточный эффект от зелья. Я просто лежал и думал. Думал какого черта я трачу столько времени ничего не делая, и пришел к выводу что мне просто нечем заняться.       Когда я затих на шкафу, то почувствовал едва ощутимое заклинание Арона. Он наложил вокруг кровати купол тишины и стал ласкать себя. Это я палил одним глазом свернувшись клубочком. Кажется я смирился со всем этим непотребством, и даже фыркать на это мне было лень. Ладно бы он делал это тихонько, но купол тишины позволял ему стонать в голос, и его все равно никто бы не услышал. Вот только я умею читать по губам… Этот развратник произносил имя Рикаэля, занимаясь тем самым делом, и это меня взбесило. Я не дал ему закончить, и быстро сгруппировавшись, в прыжке, преодолел расстояние от шкафа до кровати.        И вот теперь, стоя на груди парня что хлопал глазами, я довольно грозно рычал. Парень быстро проверил работоспособность чар тишины, и его взгляд тут же переменился, став серьезным.        — Так значит я прав, — спокойно сказал он. — Ты ревнуешь.       Я осекся, и уже сам с удивлением отстранился.        — Я заметил это уже давно.        На это я фыркнул.        — Что бы ты не думал, я люблю его. И всегда буду любить.       На это я ворчал. Знаю что любишь его, и что Рикаэль любит тебя. Но мне от этого не легче.        — Не волнуйся, я не обижу его. Он мне дороже всего что окружает меня, — я не заметил как его пальцы ловко поймали мое ушко, и я проскулил. Он умеет делать приятно.        Если он подозревал мою ревность, то зачем провоцировал? Я ведь мог и очень больно покусать.        — Обещаю, я буду о нем заботиться, — я поздно почувствовал поток волшебства Арона, вливающийся в мое тело через прикосновение, и обиженно взвыл, но ничего плохого не случилось. Я перепугался, думал что он сделает со мной что-то плохое, но его течение магии было мягким, и убаюкивающим. Вся злость куда-то улетучилась, и я осторожно лег на кровать сбоку от его светлости.       — Если ты мне не доверяешь, то можешь стать моим фамильяром, и на своих условиях проконтролировать мои действия.       На это я фыркнул. Ага как же. Наследник графа прямо так позволит контролировать его. Не верю. Да и зачем мне это? Я наблюдал за волшебниками и с фамильярами. Не собираюсь я таскаться за человеком и выполнять его поручения. Фыркнув для верности еще раз, я спрыгнул на пол, и продефилировал на балкон.       Злость ушла, и остался легкий шок от такой резкой перемены в его светлости. Этот парень куда сложнее чем кажется на первый взгляд, и мне стоило бы его побаиваться, но, не хотелось. Я заметил, чем злее человек, тем грубее его энергия. У его светлости она была будто шелковая. Такая ласковая и нежная, что мне хотелось вернуться за добавкой. Но фигушки. Я и так привязался к Рикаэлю, а если еще привяжусь к сынку графа, то меня разорвет от такого резонанса. О боже… я все же признал это… Ну все, вот я и запутался. Когда же Рикаэль вернется-то?!       Где-то через дней десять, меня потревожило чье-то колдовство. Я даже проснулся, и выкопался из сугроба на балконе. Ну нравится мне спать в снегу, что тут такого? А, колдовство… Я почувствовал его поздно ночью, когда служки уже ушли из замка, а их замена еще сонно ковыляла из города. Колдовство творилось внизу, и я свесил голову с бортика балкона. Кто-то разобрал часть стены. Ну и ладно. Я уже собрался засыпать, как сон разогнала опасливая мысль, — Да кому надо разбирать стену замка глухой ночью, да так чтобы даже я не услышал?! Тут явно творится что-то недоброе.        Вот я уже слышу топот стражи, приглушенную ругань и приказы капитана стражи. Арон тоже услышал и пошел посмотреть что происходит. Правда пошел он в одном ночном халате. Ну и хрен с ним. Мне же открылась развязка балагана, что устроили тремя этажами ниже.        Из проема выскочил оборотень, и на бегу бросил заклинание что довольно быстро собрало стену обратно, заперев в комнате стражу. А это значит что сейчас этот красногривый сбежит. Спросонья я не сразу различил в его когтистых руках маленькую шкатулку, а опомнившись, сиганул с балкона, на лету призывая волшебное солнышко и перья для полета. Вот надо было мне чаще уделять внимание этой комбинации заклинаний, ведь нормально летать я так и не научился, и не долетев до воришки, шлепнулся на землю. Вот сейчас я разозлился. Я знаю этот лес, и знаю как обходить непроходимые кусты.        Решено было поймать его, но я не придумал ничего лучше, чем загнать его к озерному народу. Оборотень прыткий, и хорошо знаком с магией, он выкорчевал несколько деревьев чтобы сократить путь через колючие кусты. В моем лесу. Выкорчевывать деревья…. Пришло время испытать мой возросший энергорезерв.       Он слышал меня, я знаю. Мое тело питалось моей же магией, чтобы не испытывать усталости, и когда я обгонял красногривого, то заставлял кустарники буйно расти, чем пугал его, и заставлял поворачивать в нужное мне направление. Всего десять минут. Но за это время я узнал кое-что новое. Во первых, растение усиленное моей магией будет соответствовать моему настроению, то есть даже деревья что я несколько раз задел солнышком, обросли колючками. А во вторых, озерный народ терпеть не может когда их будят так поздно. Вынырнул оборотень уже без шкатулки и с разорванной одеждой, а в его шикарных красных волосах запутались несколько вилок.       Ну, дальше преследовать его нет смысла. Когда я подоспел к озеру, то жабамордые уже ждали меня всем поселением. Они очень долго и недовольно квакали. За ведро заполненное фиолетовыми персиками и виноградом они отдали мне обрывки одежды оборотня, в которые аккуратно завернули шкатулку и замотали веревкой, на конце которой висел красивый прозрачный горный хрусталь. Не думаю, что этот кулон он тоже украл. Судя по дешёвой веревке, никто из семейства графа такое не носит, а у служек была строгая форма. До кучи, в этом кулоне была заключена магия, и довольно серьезная. Думаю это кулон воришки. Ну, раз он бросил его здесь, а жабамордые отдали мне, значит он теперь мой.        Веревку я намотал на лапу, чтобы не потерять кулон, и вернулся в замок. Хорошо что я наткнулся сразу на Арона. Он с группой стражей патрулировали границу леса и виноградников, и когда я вышел со шкатулкой, то он тут же остановил агрессивных стражей. В принципе, я не удивлен тому, что они сразу побежали ловить меня. Так что я их не больно покусал.        Арон принял шкатулку из моих лап, и проверив ее содержимое, потрепал мои ушки. Также, он обратил внимание на кулон, но не стал на нем зацикливаться. Сказал только чтобы я пока не применял чары кулона. К чему это было сказано, я так и не понял.       За то, что я вернул шкатулку, меня предложили искупать. Немного подумав, я согласился. Доселе я купался только в лесных озерах, или, когда было лень идти, доверялся своему языку. Но сейчас, после такой затяжной пробежки, я решил понежиться в теплой водичке в купальнях графа. Арон запер все двери ведущие в купальню сложными магическими замками, и принёс душистые лосьоны.       Хорошо-то кааааак! Я и не думал, что соскучился по горячей воде! Чтобы помыть мой мех, Арон сам разделся и залез в воду. Его нагота меня совсем не смущала, и сегодня я больше не кусался. Мне определенно нравилось то, как его руки скользят по намыленному меху, как ловкие пальцы пробираются сквозь него. Я мурлыкал.        Закончив с приятными почесушками моего намыленного тела, его светлость обнял меня и тихо сказал на ушко.        — Спасибо, содержимое этой шкатулки очень важно для меня.        И следом меня поцеловали в нос. Возмущаться такой благодарности совсем не хотелось. Было бы как-то неправильно. Потом, когда с меня смыли пену, я просто нежился в водичке.       Ночь я провел уже не на шкафу, а с краю кровати его светлости. Мне было слишком хорошо чтобы волноваться о всяких мелочах вроде привязанности к сыну графа. Да и я буду скучать по купанию. Вернётся Рикаэль, Арон сдаст меня ему, и я вернусь в лес. Надо будет решить этот недостаток дикой жизни. Ох сколько магии я использую…. Хотя это потом, сейчас я с довольной мордашкой лежал на кровати.        Его светлость уснул, так и не убрав со стола свою драгоценность. Вот теперь во мне разгорается кошачий интерес. Я раз посмотрел на деревянную шкатулку, потом отвернулся. Позже еще раз. И через час понял что не засну, пока не узнаю что там. Использовав волшебство парения, я незаметно подобрался к столу, и взял маленький ключик. Вот неудобно с такими пальцами брать что-то мелкое! Даже когтями и то сложно удержать миниатюрный ключ, и еще как на зло, он на цепочке, что тихонько скребла по поверхности стола.       Со второй попытки вставив ключик в скважину, я провернул его, вызвав тихий щелчок замка. Я тут же обернулся, но похоже, его светлость все так же спал. Поставив шкатулку на стол, я чувствовал что за мной наблюдают. Или это паранойя?        Я долго не решался поднять крышечку. Что там? Старая бижутерия, какое-то сокровище, или фамильная ценность? Да и вообще, можно ли мне смотреть? А если нельзя, то кошачий интерес не даст мне покоя. Тихо вздохнув, я все же открыл шкатулку.        Наверное, я бы меньше удивился если бы увидел внутри набор коллекционных монет. Внутри оказались два разноцветных пучка волос. Первый, более яркий и пестрый, был перевязан веревкой. Это не могли быть волосы одного человека. Тут было около тридцати разных локонов. Они отличались по цвету, толщине волоса, и их длине. Второй пучок так же был собран из локонов, но его цвета были скуднее, в этом пучке было больше каштановых и черных локонов. Странно, зачем собирать локоны? И зачем их разделять? Связал бы в один пучок…        Что-то здесь не так. Я взял темный пучок, и осторожно втянул чутким носиком запах. Быть не может! Я чувствую только запах его светлости Арона! Он немного разнится, есть более старые нотки и молодые, но это точно его волосы. А второй пучок… Принадлежит Рикаэлю. Ничего не понимаю. Как такое возможно? Да и в пучке нет такого оттенка волос как у Рикаэля. Может я бы и поверил в то, что это чужие волосы, если бы их, к примеру, промочили в поту. Но нет, волосы были чистыми и ухоженными. И без капли волшебства.        Так ничего и не поняв, я осторожно положил пучки на место как они и лежали до этого, и закрыл крышку, замкнув замок. Шкатулку и ключ я положил как они лежали до меня. Интересно, вор знал что шкатулка на вид, ценнее содержимого. Без ключа оборотень не мог знать что внутри, и видимо подумал что там что-то ценнее старых волос. Может род Обригон и род Семейства Рикаэля ведут эту давнюю традицию? Хотя в таком случае, запах этих пучков был бы немного иной.        Только когда я вернулся на кровать, чувство что за мной наблюдают улетучилось. Я глянул на его светлость. Вроде спит. Ну и ладно.