Трехцветный клевер

      С Ароном я сегодня так и не поговорил. Его светлость куда-то уехал вместе со знатью. Граф говорит что он вернется через несколько дней. Досадно. Мысль о том что бы перевернуть весь замок с ног на голову пришлось отгонять дважды.        Завтра начнется сбор первого хлопка, так что дел у меня будет много. Судя по раздувшимся пучкам хлопчатника, я понял что маленькая чурка что я сделал, особо не поможет. Придется магией. Изделие превратилось в небольшой костер, у которого я грелся когда зашло солнце.       Дабы не остаться завтра без магии, я решил проверить, могу ли я зачерпнуть энергии из источника, и перенести ее в мир. Пыжился я около часа. Оказалось что попасть в мир источника не так то просто. Во первых, туда переносится лишь часть меня, тело остается на месте, а душа проецируется там, и проникает в созданное магией тело. С одной стороны это удобно.        Помня что время там течет иначе, я позволил себе пробежаться по лесу. Все же, это чудесное место. Сделав несколько кругов вокруг храма источника, я залез на дерево, и растянулся на толстой ветви, впитывая магию. Вот никогда бы не подумал что у магии есть вкус. В облике пейта и в мире источника это ощущается наиболее ярко. Мне понравился вкус у хвойного дерева. Слегка горьковатый, но освежающий. Я едва не замурлыкал. А потом услышал хруст веток подо мной.        Инстинкты, вкупе с воспоминаниями о моей поимке здесь, дали о себе знать, и я метнулся в воздух на чарах полупрозрачных перьев полета. Как оказалось — вовремя. Когда я посмотрел вниз, на моем месте сидело когтистое косматое нечто, отдаленно напоминающее гибрид слона и паука. Оно смотрело на меня тремя черными глазами и тихонько трещало жвалами. Этот звук я спутал с треском веток. Вот не знаю я что это за членистоногая хреновина, но смотрело оно на меня очень не добро. Хотел было уже улететь отсюда подальше, как это нечто прыгнуло, ловя меня всеми шестью лапами в воздухе. И даже моя реакция тут не помогла.        Шлепнулись мы сквозь ветви на землю. Существу потребовалось время что бы прийти в себя после удара оземь, за которое я пытался отобрать свои лапы из хитиновых клешней. Однако, все что я успел, так это накинуть на верхние конечности существа черные лианы, и растянуть в стороны, освобождая передние лапы. После этого я поймал ими приблизившиеся жвалы, и отталкивался что было сил. Существо было сильнее меня физически, но страх не позволял мне ослабить хватку, иначе эти самые жвалы окажутся в моем животе. Кости и мышцы уже трещали от натуги, а концентрации едва хватило что бы накинуть петлю на жало на брюшке существа, которое едва не ткнулось мне в ногу. Так не пойдет. Нельзя мне тут помирать! Я не исчезну!!!        Магия потянулась из окружения, проникая в мое тело, и вырываясь из-под меха терновыми лианами, оплетая мое тело. Я звал силу. Молил ее о помощи. И с каждой моей немой просьбой, лиан становилось все больше. Они прорастали из моей спины, и оплетали мою грудку и живот, не давая спине сломаться, и с бедер и плеч, проросли на лапы, не давая суставам выскочить. Я очень боялся помереть здесь, и с новыми силами стал сопротивляться. Моя броня работала как вторые мышцы, даруя заметную прибавку в физической силе.        Теперь уже трещало существо. Оно не отпускало меня, не оставляло попыток разорвать меня, прокусить, или дотянуться жвалами и жалом. Когда лианы доросли до пальцев, я вывернул руки, с хрустом вырывая здоровые жвалы, и кулаком ломая маленькие. Сила опьяняла меня. Теперь я понимал что могу выжить. Освободив лапы, я извернулся и выломал сперва одну клешню, что пыталась сломать мои ребра справа, а затем и левую клешню. Существо шипело от боли и злости, и стало дубасить меня лапами. Это было не так больно как я предполагал — Лианы были упругими, и частично гасили силу существа.        Его желание меня убить попросту взбесило. Я понимал что даже если вырвусь из его цепких лап, существо меня не отпустит. Мои бежевые лианы оплели его суставы, и я что было сил стал тянуть в стороны. Кончики лиан продолжали расти и сдавливать существо, причиняя ему боль. Я тогда еще со злорадством подумал, что так ему гаду и надо, ровно до того момента пока не оторвал ему лапы. Я шлепнулся на него, и сполз на землю, отползая подальше, к корням дерева. В голове, при виде корчащего в предсмертной агонии существа, пульсировала вместе с ударами сердца одна мысль — Я жив. Жив. Жив…        Но мне даже отдышаться не дали. Из-за куcтов вновь раздался треск, от которого, признаюсь, я едва не обделался. Мозг выключился, и я рванул в противоположную от кустов сторону, и едва не врезался в такого же паукообразного. Не было времени оценивать ситуацию, и я прыгнул, цепляясь лианами за ветви над существом, но оно тоже молниеносно среагировало, вцепившись жвалами в мою заднюю лапу. Сильные челюсти пробили защиту из лиан, и увязли в лапе, заставляя меня заорать от боли. Пускай это тело и создано магией, оно ничем не лучше настоящего, и из раны потекла кровь. От ее вкуса существо вздрогнуло, и сжало челюсти сильнее.        Убежать я уже не мог, и отпустив ветку, рухнул с пауком на землю. Освободившиеся лапы уже во второй раз раздвинули жвалы и выломали. Я действовал на инстинктах, и совершенно не заметил когда моя правая лапа обросла очень твердым черным шипом, который я вонзил в голову твари. Оно затихло навсегда.        Мозги еще не включились обратно, но я и так понимал что меня не отпустят. Я не знал сколько их. Не знал сколько я выдержу. Но я запретил себе умирать. Чего бы мне не стоило, я вернусь домой. С этой мыслью я встретил еще одно существо, пропахав им сырую землю. И следующее. Оказалось, если от них не бежать, то они теряются. Не часто им кто-то противостоит. Используя эту их слабость, я разрывал гадов на куски, закапывал корнями в землю, и сбрасывал на них деревья. В ход пошли даже проверенные катапульты, размазывая камнями их хитиновые тела. Медленно до меня доходило, что в этом мире, убить меня они не способны. Ведь то что я тратил, я с лихвой восполнял из окружения.        Я остановился когда вокруг меня перестали шевелиться оторванные конечности и их хозяева. Физически я был измотан, и стоял только на одной магии. Когда за кустами раздались легкие шаги, я был готов наброситься на первого встречного, и едва успел остановить терновые лианы перед вышедшими пейтами. Тут у меня уже включились мозги, и я стал успокаиваться. Особенно успокаивал факт появления синего мямли с гигантским энергорезервом. Когда я осознал что опасности нет, я стал медленно понимать что наделал.        Я смотрел на свои лапы покрытые слизью и ошметками. Лианы уже растворились дымкой, и раненая нога подкосилась. Упал я прямо в лужу все той же слизи, вытекшей из дохлого существа. Их размеры и повадки в бою не позволяли мне ставить их в ряд с обычными насекомыми которых не жалко. Эти существа были разумными, хоть и злыми. И я их поубивал… Я… Отнял жизни…       Пейты разбрелись по полю боя, а синий, промямлив что-то подхватил меня на спину, и используя чары полета, едва ли не молнией, доставил меня в храм. Я даже побрыкаться не успел. Меня сбросили в лапы здорового скелета, и тот вырастил здоровую рыжую мховую подушку на которую сгрузил меня, и стал вертеться у моей лапы.       Скелет ворчал что-то на неизвестном мне языке, и куда-то слинял, правда ненадолго. Он вернулся с банкой вонючей мази, и едва ли не затолкал половину в раны. Следом он полоснул когтями мховую подушку, и осторожно отделил получившиеся ленты. Ими он и перевязал мои раны. Через несколько минут боль почти полностью стихла, и я перестал ругаться. Я даже нашел в себе силы поблагодарить необычного медика. Надо будет спросить рецептик этой мази, меня как алхимика такие свойства очень заинтересовали. Через час, я уже спокойно ходил на задних лапах едва морщась от боли. Вернуться сейчас в таком состоянии я не мог. Рикаэль перепугается, а Арон куда-то свалил. Он бы может еще и не поднял панику, в отличии от Рикаэля. Так что останусь пока здесь, заживать.       Я опять гулял по храму. Даже зашел поздороваться к хранителю. Хотел было я поваляться в купальнях, но помня про мазь, завистливо скрипел зубами проходя мимо, и смотря на то как бесятся в воде мои собратья. С голодухи я вылез за пределы храма и ободрал вишневое дерево. Сладкие вишенки значительно подняли мне настроение. Несколько косточек я сохранил под одним из бинтов.        Через местную неделю я уже носился как одурелый с другими пейтами. Почему-то мне сразу вспомнилось мое семейство, и то как мы с сестрами удирали из гнезда что бы поглазеть на людей. Интересно, как они там…       Еще через местную неделю, я нашел того скелета врачевателя. Он оглядел меня, и без вопросов поменял повязки. Я с удивлением смотрел на то, что раньше было ранами. Мазь практически их затянула.        А еще я заболел. А все из-за чрезмерной растраты волшебной силы. Скелет врачевателя дал мне стакан с какой-то жижей, после которой мерзкое ощущение слабости отступило. Я понимал что это ненадолго, и пробежавшись по лесу собрал компонентов для лекарства. Готовили мы вместе со скелетом. Я решил показать ему свой рецепт в обмен на рецепт мази. Наделав два полных ящика склянок, скелет тут же унес их и раздал тем пейтам, что переживали сейчас этот неприятный период нашей звериной жизни. Я кстати не понял, откуда здесь столько стеклянной утвари и легким зеленоватым оттенком стекла. А еще эти бутылки не бьются. Я уронил одну, а ей хоть бы хны. Отскочила от камня, и попрыгала вниз по ступенькам. Почему-то мне кажется что эта работа его сиятельства короля магов Шивральона.        Себе я оставил двенадцать бутылочек, и устроившись на какой-то фиолетовой пальме, отдыхал, попивая невкусное лекарство, и заедая его вишней что насобирал в корзинку. Ляпотаааа… вот это я понимаю, райские кущи. Если бы не монстры, что сюда пробираются, я бы назвал это место Раем. На пальме я просидел дня три. Потом меня стало мутить из-за того что действие жижи прекратилось. Пришлось переместиться поближе к земле. Одно хорошо — время болезни здесь тоже ускорено, и вместо ожидаемых недель по моим биологическим часам, я проболел несколько местных недель. Оставшиеся девять бутылок лекарства я отдал врачевателю. Он же снял с меня бинты и осмотрел затянувшийся раны. Черт. Остались два очень заметных шрама от жвал. На них не росла шерстка. Недолго думая я прорастил медный хлопчатник, отдал семена врачевателю, и на его глазах создал бинт из остатков хлопка. Основную массу хлопка я пустил на повязку, которую срастил на концах. Так будет меньше бросаться в глаза. Однако я осознавал что рано или поздно, рассказать об этом придется.        Прогулявшись пару местных дней по окрестностям напоследок, я вернулся в храм, и оттуда, вернулся в свой мир. Он застал меня холодной ночью, и тлеющими углями моего костра. Еще я убедился в том, что все, что происходит со мной в том мире, в этом тоже проявляется. Шрамы под повязкой никуда не делись. Вздохнув на это, я спустился в город, и вернулся в большой дом. Я хотел пойти к Рикаэлю, но он скорее всего спросит что под повязкой. А я сейчас не готов сказать ему, что в том мире очень опасно. Я намеревался туда захаживать, так что чем меньше знает Рикаэль, тем проще мне. Не хочу что бы он волновался….        Спать не хотелось. Я выспался в мире источника, и теперь прибрался в нашей лавке. Завтра я начну сбор хлопка, так что мне пригодится место в зале на втором этаже. Заглянув в подвал, я убедился в том, что призрак все еще в шоке, и поднялся наверх, в теплицу. Там я высадил семечки вишни в горшочки, и стал напитывать волшебством один из них. Я сделал из него карликовые деревце, и оставил цвести у окна.        Мне не давали покоя те существа. Они определенно пришли туда охотиться на пейтов, это было видно. С одной стороны, я очень переживал из-за того что поубивал этих существ, но с другой стороны понимал, что если бы не я, они бы могли поймать более слабого, и съесть. А этого я допускать не мог. Хотя чего там, я просто хотел выжить… Да и синий помог мне. И скелет. Думаю, у них это нормальное явление.       На рассвете я незаметно слинял из дома и вернулся в поле. Наплевав на ручной труд, я извлек хлопок из хлопчатника волшебством, и им же разделил волокна от семян. Первые улетали в коробку, вторые в мой мешочек. Дело это все равно кропотливое. Хлопок не был идеально белого цвета. Он был кремовым. К счастью, нам удалось вытравить медный оттенок из него.       Уже к середине дня, я срастил шесть коробок бок о бок, и прорастил некое подобие петель, вала, и колес на одном конце, а на другом две палки, делая тележку. Я хотел сперва попросить ящера в замке, что бы это добро увезти в город, но придя туда, обнаружил, что все, у кого можно было попросить вьючное животное, куда-то делись. Ну и хрен с ними. Я вернулся на поля и прорастил хомут с поводьями. Что бы не выглядеть совсем идиотом, я повел телегу идя на четырех лапах. Мне не трудно. Телега весит больше чем само ее содержимое. Правда, проходящие мимо оборотни ржали в голос. Скоты. На пятом весельчаке я не выдержал, и сбросив хомут, вырастил из него очень плотный куст, после чего повторил заклинание, что промямлил при мне синий. Куст бодренько так выдернул корни, и повинуясь мысленному указу, схватил веревки, и пошлепал в город. Я же сидел на ящиках, провожая оборотней с отвисшей челюстью, взглядом.        — Я не знал что ты умеешь призывать големов. — Улыбнулся взявшийся будто из ниоткуда Рикаэль.        — Это не Голем. Это чары. — Буркнул я прикрывая повязку хвостом. Откуда он взялся? А… с мешком, значит с рынка идет.        — Довезешь?        — Запрыгивай! — Я улыбнулся, двигаясь вправо, и освобождая место моему пассажиру.