Love Again

      Юми, тяжело вздохнув, посмотрела на остывший ужин, снова пропавший из-за отсутствия парня дома. Она задула фитильки почти догоревших до конца свечей и принялась убирать еду по контейнерам в холодильник, огорчаясь, что день святого Валентина прошёл не так, как ей хотелось бы. Если бы она заранее знала, что её парень снова пропадёт в своей студии надолго, девушка бы точно не стала что-либо готовить, а, скорее всего, просто бы провела вечер в спокойствие и тишине, а не за плитой, как настоящая жена корейского мужчины. Хоть это и были предрассудки, но Юми старалась походить на тех девушек, готовящих своему парню, пытаясь быть хорошей хозяйкой в доме, коей она не являлась на самом деле.       Пошипев из-за испорченной воском скатерти, она с силой потянула ту, не заметив на столе оставшегося бокала с вином, в ту же секунду с треском упавшего на пол. Мелкие осколки разлетелись по всей кухни, и Юми в голос заматерилась, не довольная то ли собой, то ли положением дел, сложившихся в последние недели.       Намджун — прекрасный рэпер, лидер потрясающей группы и не всегда идеальный парень, но такой любимый, что в некоторые моменты казалось уже неправильным. Девушка лишь глубоко вздыхала, уже не надеясь на внимание юноши, каждый раз, когда Джун не приходил, не отвечал на звонки, проводил всё своё время не с Юми. Он не был чудовищем, мучившим красавиц, но он был личным монстром для девушки, подарившей ему сердце и душу, и получив в замен редкие мгновения быть счастливой.       Юми прекрасно понимала, на что идёт, и представляла последствия таких несерьёзных изначально отношений, но не могла отказать себе пойти на поводу у любви, утопая в чувствах к Намджуну. Парень тоже выказывал большой интерес, ещё с тех первых моментов их робких встреч и редких свиданий, которые лишь ещё больше давали надежд девушке. Эти тёплые воспоминания грели ей сердце, отгоняли неприятные мысли о неминуемом разрыве, если она не сможет свыкнуться с этим порочным кругом. Конечно, стоило бы давно смириться к отсутствию любимого, собрать вещи и укатить в другую жизнь, где парни пишут каждую секунду, могут бросить все дела, лишь бы уделить любимой минутку, но Юми не могла сломать ту стальную броню на сердце, хранившую любовь к Намджуну.       Весь день она слышала шептания знакомых и просто мимо проходящих девушек о том, как они ей завидуют, и как повезло такой «замухрышке» отхватить идеального парня. Кое-кто даже не постеснялся спросить о том, как именно проведёт время Юми и Намджун в день святого Валентина. Всем было безусловно интересно узнать об отношениях, скрытых от камер и фотовспышек. Хотя это им не мешало обсуждать пикантные, но придуманные детали, о коих сама девушка слышала впервые.        Убравшись на кухне, девушка и не заметила, как время перевалило за полночь, и пора бы уже было ложиться спать. Пролистав ленту знакомых в интернете, слегка завидуя букетам девушек и милым фотографиям парочек, Юми, последний раз проверив сообщения, чаты и пропущенные звонки, убедилась, что парень завис с делами и забыл о романтическом вечере, который сам и назначил несколькими днями ранее. — Это так на тебя похоже,— прошептала она, смотря на фотографию её и Джуна на главной заставке телефона. Откладывая аппарат в сторонку, девушка улеглась в холодную кровать, закутываясь в одеяло.       Именно в такие моменты ей больше всего хотелось ощутить рядом с собой горячее тело Намджуна, крепкие руки парня на своей талии и трогающий до самых глубин души голос. Один лишь шёпот парня, то, как он слегка касался губами ушей девушки, произнося повседневные вещи, мог завести её до предела. Юми тяжело было засыпать, не чувствуя своего монстра рядом, и она лишь продолжала мучить себя яркими воспоминаниями, разбавляя серое настоящее.       Утро настало с первыми дождевыми каплями, бьющими по стеклу и крышам, создавая свой уникальный ритм. «Намджун бы точно оценил», — подумалось Юми, сладко зевавшей и пытающийся уловить волшебные природные звуки. Её парень всегда мог увидеть нечто особенное в повседневных вещах, и именно это очаровало Юми с первых дней знакомства с Намджуном.       Попытавшись потянуться, девушка почувствовала тяжёлую руку, обнимающую её и прижимающую к горячему телу. «Намджун, — подумала она, — когда он вернулся? Возможно, пришёл ещё ночью и, приняв душ, поел тот самый уже остывший ужин. Или с утра, тогда юноша не тратил времени на еду и сразу уснул, лишь уделив пару минут ванной комнате». Девушка знала Джуна слишком хорошо, чтобы сомневаться в том, как именно он провёл время, когда вернулся. Взглянув на уставшего и тихо сопящего парня, Юми поправила его одеяло, слегка коснувшись щеки юноши, стараясь не разбудить его. Ей очень хотелось прыгнуть с громким смехом на кровать, завизжать от того, что Намджун начнёт её щекотать, а после, когда их игры, завершающие забаву жаркими поцелуями и страстными стонами, перерастут в нечто большее, наслаждаться приятными моментами.       Юми улыбнулась своим мыслям, но не посмела будить Джуна, даже если всё её естество горело, а маленькие чёртики кололи своими трезубцами душу девушки. Пройдя в свою комнату, Юми увидела огромный букет лилий, что очень поразило её. Найти эти цветы в такое время года было сложно, даже невозможно, но, как оказалось не для лидера популярной группы. Иногда проходя мимо цветов, она наклонялась и нюхала тонкий аромат, напоминавший ей весну, то самое время года, когда девушка встретилась с Намджуном впервые. Юми стала медленно собираться на учёбу, надеясь, что по возвращению найдёт парня таким же расположившимся на кровати и тихо сопящим.       Аккуратная выглаженная белая рубашка ещё с вечера весела в шкафу и ждала очереди быть надетой. Подбирая каждую деталь к аккуратному образу, Юми старалась соответствовать планке девушки айдола, даже если многие лишь кидали смешки и подколки в её сторону. Было неприятно и обидно, но это то, что выбрала она сама.       Юми поправила алую помаду, выводя тонкие линии карандашом по контуру губ, подчёркивая их пухлую форму. Отойдя назад на пару шагов и посмотрев в зеркало, она вздохнула, вспоминая, что когда-то наводила такой марафет лишь по серьёзным случаям. Но новое положение не позволяло выглядеть несобранной, помятой и, главное, — слабой. Весь её строгий вид говорил о серьёзности девушки. В отличие от всех тех, кто учился с ней, Юми запретила себе рваные джинсы, мешковатые майки, надеясь, что так она сможет избежать сплетен по поводу её внешнего вида.       Взяв сумочку и проверив время, девушка поспешила к выходу, когда внезапно услышала сонный голос Намджуна, звавшего её. — Юми? — повторил он уже более разборчиво произнося имя девушки. — Я знаю, что ты ещё дома, подойди ко мне, — голос Джуна звучал так мило по утрам, а грубые нотки лишь добавляли мелодичности.       Снова глянув на время, девушка на секунду замешкалась, но, решив, что может немного опоздать, зашла в спальню, по дороге откидывая все вещи и пальто. — Доброе утро, — сказала она, облокачиваясь на косяк. — Удивлена, что ты проснулся, ты когда пришёл? — Где-то в пять или в шесть утра, я не помню уже, — ответил Намджун с улыбкой, — подойди ко мне, хочу поздравить тебя с днём всех влюблённых. — Он был вчера, — сказала Юми, немного колеблясь, ведь понимала, — попади она сейчас в руки любимого, ей не захочется уходить никуда. — Ну же, — повторил парень и, не дождавшись ответа, резко вскочил с кровати и двинулся к девушке. Юми улыбнулась и пошла на встречу рукам, сковавшим её в объятиях, а затем с лёгкостью поднявшим девушку в воздух. Джун буквально кинул её на мягкую кровать, от чего аккуратный пучок волос развалился, позволяя тёмным локонам выбиться из причёски. — Намджун! — завопила недовольная Юми и, попытавшись встать, тут же оказалась прижатой к кровати обратно. — Никуда ты не пойдёшь, пусть даже если праздник прошёл, но отпраздновать я его ещё хочу, — прошептал парень в открытые губы девушки, нависая над нею и гладя её ноги, слегка приподнимая подол юбки. — Да и тем более, ты навела такую красоту, — Джун провёл тыльной стороной ладони по щеке девушки, — что мне хочется разрушить весь твой образ леди, — сказал юноша и поцеловал Юми, кусая её губы.       Девушка, попытавшись вырваться, снова была прижатой, буквально находясь в ловушке между Намджуном и мягкими одеялами, скомканными под ней. Когда она почувствовала, как парень водит по её ногам, пытаясь подцепить пальцами колготки, девушка заподозрила неладное. Успев лишь пискнуть в рот юноше, она услышала рвущуюся ткань и испорченную одежду, которую Джун уже во всю снимал. — Какого хрена, Джун, мне нужно на учёбу, — завопила девушка, оттолкнув парня, который, воспользовавшись ситуации, стянул с себя футболку, демонстрируя прекрасное тело. Юми бы могла простить ему всё лишь взглянув на рельефный пресс, но когда руки парня нацелились на рубашку девушки, она тут же стала сопротивляться, стараясь уберечь пуговицы от беспощадных рук юноши. — Или сама снимай с себя всё и быстро, или это сделаю я, — сказал Намджун, начиная с дикой страстью целовать Юми. — Повторюсь, я не собираюсь тебя сегодня никуда отпускать. Даже на час, даже на пять минут, даже на секунду, — девушка сама впилась губами в уста юноши, затыкая его бесполезный поток речи. Намджуну понравилось, что Юми взяла инициативу на себя, но он не уступал, стягивая с тел остатки одежды, парень начал целовать шею девушки, оставляя на ней красные отметины.       Юми тонула в этих грубых ласках, слегка царапая спину парня. Она так давно не была рядом с ним, что ей казалось будто это сон. Но сильный укус за грудь точно был явью, а ощущения от рук, сжимающих бёдра, не могли быть настолько яркими во сне. Намджун будто игрался с нею, он знал, как нужно поцеловать, и где стоит быть грубее, чтобы последующая нежность и ласка казались раем.       Чувствуя, как девушка буквально превращалась в мягкое податливое нечто, Джун всё больше загорался внутри, желая лишь большего контроля. Он нежно прикасался к лону Юми, массируя головку клитора, от чего девушка стонала, всё чаще задыхаясь от ощущений. Юноша вошёл пальцами, лишь подготавливая её, пока Юми двигала рукой по члену Намджуна, стараясь двигаться в одном с ним ритме. — Хватит дразнить, — прошептала девушка, выдыхая слова со стоном, пойманным губами Намджуна. — Я точно уже никуда не уйду.       Намджун, отстранившись, посмотрел на Юми, замечая слегка смазанные стрелки и тушь, и сказал: — Я знаю.       Выпустив девушку из рук на несколько мгновений, он раздвинул её ноги и вошёл сначала медленно, но тут же делая несколько резких толчков и проникая тем самым полностью. Юми сжала белые простыни в руках, стараясь сосредоточиться не на боли, а на наслаждении, смешанным с некой агонией. Юноша совершенно её не жалел, двигаясь в своей собственной манере, он заставлял её изгибаясь, как будто выбивая каждый звук. Находясь буквально на краю, Юми балансировала между раем сжигающих ощущений, и адом некой сладкой боли, сопровождающее их. Новый толчок взвинчивал все её чувства до максимума, и девушка буквально не знала, держится ли она до сих пор или уже падает на самую глубину удовольствия. Она не думала ни о чём, лишь отдаваясь во всю власть своему любимому.       Намджун уже чувствовал, что находится на пределе, и ему хватило нескольких толчков, перед тем, как он почувствовал как всё в девушке пульсирует, сжимается и лишь сильнее доводит парня до исступления. Кончая чуть позже неё, Джун впал в упоительную негу, ловя томные вздохи Юми. Девушка выглядела такой прекрасной со смазанной помадой и растрепанными волосами. Она выглядела настоящей, именно такой, какую полюбил её Намджун. — Ты знаешь, насколько ты сейчас прекрасна? — сказал юноша, нежно проводя по щеке девушки. — Нет, — ответила Юми, начиная свою игру, — я хочу, чтобы ты сам это мне сказал. — Ты прекрасней всех звёздных ночей, что я не бываю с тобой рядом. Ты лучше любого вина, ждущего, когда откроют его, чтобы рассказать ему о своих тайнах. Ты красивее любой мелодии, созданной за все тысячелетия. Я люблю тебя, как не любил никого и ничто, — буквально выдохнул последние слова Намджун, слегка улыбаясь. — И люблю я тебя настоящей, не притворяющейся кем-то, но ждущей меня каждый день и секунду. А я у тебя просто идиот...       Девушка, стараясь скрыть румянец на щеках, отвернулась, оглядывая свои порванные колготки и смятую рубашку, лежащую на полу. Вздыхая о том, что пропустила день учёбы, она ни о чём не жалела, прибавляя к своим сладким воспоминаниям ещё одно. — Ты не идиот, — наконец-таки сказала Юми, — ты всего лишь монстр, которого я с такой жадностью полюбила.