my (not)bad girl

      Чимин выходит из дома ровно по расписанию и с улыбкой на лице замечает у стены Чонгука, воодушевленно направившись к нему. Однако угрюмый вид и слишком серьезный взгляд Чона напрягают, поэтому по мере приближения к нему улыбка с лица Чимин медленно сползает. — Это что? — без приветствия сразу спрашивает Чон, глядя прямо на бедра девушки.       Немного растерявшись, Пак прослеживает за его взглядом и смущенно оттягивает низ школьной юбки, стушевавшись из-за неловкости. — Чулки, — неуверенно и слишком тихо отвечает Чим, чувствуя прожигающий взгляд младшего. — Ты собралась в этом в школу? — сильнее обычного хмурится Гук, из-за чего между густых бровей образуются складки, добавляя суровости взгляду парня. — Что тебе не нравится? — немного обиженно буркает Пак, сжимая пальцами подол юбки. — Выглядит отвратительно, — выпаливает Чонгук, заставляя девушку широко раскрыть глаза в удивлении.       Чимин не верит свои ушам, пытаясь найти ответ в глазах младшего, но натыкается лишь на неодобрение и холод, поэтому опускает взгляд на свои ноги. Чулки из плотной черной ткани красиво сидят на привлекательных ногах, обхватывая резинкой аппетитные формы бедер, и Чимин впервые нравится, как она выглядит, а Чонгук вновь портит все своей прямолинейностью. — Вернись и переоденься, — буквально приказывает Гук, замечая, как старшая поджимает губы и начинает сопеть от обиды. — Надеюсь, у тебя есть колготки. — Даже если и есть, то времени почти не осталось, — упрямо отвечает та, складывая руки на груди. — Я не буду переодеваться. — Хочешь, чтобы все смотрели на то, как эти тряпки обтягивают твои полные бедра, образуя некрасивые складки? — с усмешкой говорит Чонгук, скользя взглядом по ногам Чимин. — Сними немедленно этот стыд, если не хочешь, чтобы засмеяли.       На это Чимин не находит, что ответить, поэтому слишком резко разворачивается и быстрым шагом направляется домой. Обидно? Очень. Из-за слов младшего на душе остается осадок, который теперь всегда будет преследовать ее. Полные бедра? Некрасивые складки? Так хотелось ответить что-нибудь едкое в ответ, но Пак вовремя остановила себя, прекрасная зная, как быстро Гук заводится из-за неприятных слов. Как бы порой не было больно выслушивать подобное, Чим всегда прислушивается к словам парня, веря, что он делает это из лучших побуждений и таким способом проявляет свою заботу. Иначе он не умеет, открывать свои чувства и мысли он не любит.       По пути в школу они идут молча. Чонгук что-то напевает себе под нос, наслаждаясь музыкой в наушниках, а Чимин тонет в своих мыслях. Вернувшись домой, чтобы переодеться, девушка случайно подслушала разговор матери, которая порхала на кухне так, словно это не она валялась все утро в постели с температурой. Женщина разговаривала по телефону, видимо со своей подругой, и говорила что-то о документах и богатстве. Уловить весь смысл разговора Чимин не смогла, но услышала такое болезненное и четко произнесенное матерью слово — «развод».       На перекрестке, недалеко от школы, Чонгук резко сворачивает в другую сторону и оставляет Пак в одиночестве. Девушка замирает на месте, провожая грустным взглядом удаляющуюся спину, и впервые в жизни думает, что этот мир ей ненавистен. Как можно любить общество, в котором ты не можешь открыто дружить с тем, с кем хочешь? В школе Чонгук — первый хулиган, к которому тянутся из-за авторитета и уважения. Учителя его не любят из-за вечных проблем, которые создает парень своим поведением, поэтому Чон пропускает половину уроков. Но даже это не мешает ему входить в десятку лучших учеников по результатам тестов, однако из-за частых пропусков его всегда ставят последним в списке. И это несправедливо. Какая разница, как ты себя ведешь, если экзамены сдаешь лучше круглых отличников?       От Чонгука все отвернулись. Никто не принимает его, как обычного парня. В нем видят без пяти минут бандита, способного не только избить, но и убить. Возможно, это из-за плохой репутации и славы, которая тянется за ним еще из прошлой школы, а, может, это из-за ауры, что окружает парня. Чимин в любом случае не понять тех, кто отворачивается от таких, как Чонгук. Она не видит в нем агрессивного и несдержанного парня, он для нее — запутавшийся и сломленный реальной жизнью ребенок. Не каждый остается человеком, когда переживает то, что пришлось на судьбу Чонгука. А он не только сохранил в себе человечность, но и остался все тем же воспитанным джентльменом. Хоть и хорошо скрывает это от других. Но Чимин знает, Чимин видит его насквозь.       И сейчас, наблюдая за его очередным побегом, девушке очень хочется догнать парня и исчезнуть из жизни хоть на несколько часов. Когда мысли заняты собственными проблемами и переживаниями, так сложно сосредотачиваться на учебе или на «подругах», у которых как обычно много сплетен и разговоров. Чимин не до этого, хочется нарушить правила, выйти за границы дозволенного и хоть раз вдохнуть свободу полной грудью, и чтобы приятный голос Чонгука отвлекал от собственных мыслей.       Однако Чимин так не может. Отец надеется на нее, буквально души в ней не чает. Поэтому девушка со смирением и тяжелыми чувствами на душе неуверенным шагом отправляется в школу, где потратит несколько часов своей жизни. Будут снова пугать предстоящими экзаменами, будут красноречиво объяснять, зачем нужно быть лучшим и что для этого нужно сделать, но Пак все это ни к чему. Она уже лучшая из лучших и упасть с этой высоты вряд ли получится, даже если вся школа узнает, что ее единственный лучший друг — сам Чон Чонгук.       Первый день в школе проходит сносно. После уроков Чимин кое-как избегает похода в кафе с одноклассницами и сворачивает с привычного ей пути. Домой возвращаться совсем не хочется, настроения для учебы нет, поэтому библиотека тоже отменяется. Девушка бредет по городу в поисках себя, своих сил, желания посмотреть правде в глаза и осознать, что все шло к одному. Разрыв брака родителей был лишь вопросом времени, мать давно перестала проявлять к папе те эмоции и чувства, которые были еще пять лет назад. Просто Чимин не хотелось ничего замечать и видеть, хотя отец давно все понял.       Ближе к вечеру не спасает даже школьный пиджак. Чим прячет пальцы в кармашки и опускает взгляд вниз, разглядывая свои новые туфли на сплошной платформе. Ей бы хотелось отказаться от всего, что у нее сейчас есть, лишь бы семья была крепкой и самой настоящей. Не надо всех этих денег, не надо богатства и роскоши. Но где обменять зеленые бумажки на искреннюю любовь, как валюту? — Хорошие девочки в такое время сидят дома, — пугает раздавшийся сбоку голос, но Чимин не смотрит на парня, лишь вздрагивает. — Не хочу больше быть хорошей, — бубнит Чимин, чувствуя, как на плечи ложится теплая кофта, согретая чужим телом. — Плохих никто не любит, — усмехается Чонгук, выхватывая из рук девушки школьную сумку. — Я не верю в любовь, — выдыхает Пак, отворачивая лицо в сторону, чтобы Чон не смотрел на нее в таком подавленном и разбитом состоянии. — Приятно удивлен, — колется в ответ Чонгук, не скрывая усмешку. — Наша принцесса сняла розовые очки? — Их разбили, — буркает Чимин, чувствуя, как внутри режется и колет. Чонгук делает только хуже. — И кто же? Я хочу поблагодарить этого человека, — не унимается парень, откровенно издеваясь.       Если бы он знал (или подумал), как это задевает Чимин, он бы ни слова не проронил. Но осознание приходит поздно, когда на пухлых губах появляется грустная улыбка. — Зачем любить, строить отношения, создавать семью, рожать ребенка, если в итоге все это рушится? — серьезно спрашивает Чим, заглядывая в глаза Чонгука. — Неужели чувства ничего не стоят и испаряются, как туман? — Что-то случилось? — слегка нахмурившись, интересуется Чон. — Родители расходятся, — признается девушка, криво усмехаясь. Кажется, за это время она уже приняла эту мысль, даже смирилась.       Прикусив язык и мысленно дав себе подзатыльник, Чонгук отводит взгляд в сторону и старается подобрать подходящие слова. Зная, как это важно для Чимин, которая всегда гордилась своей семьей, очень сложно правильно поддержать и успокоить. Для девушки это самый болезненный удар, для нее родители — превыше всего в этой жизни. И сейчас они не только расходятся, но и ставят ее перед выбором. Скорее всего, Чим так и не сможет определиться, с кем ей остаться, и ее передадут на воспитание отцу, у которого возможностей для воспитания дочери больше. — Думаю, что не смогу тебя успокоить, но знаешь, лучше пусть разведутся, чем навсегда покинут тебя, — подмечает Чон, даже не взглянув на притихшую девушку. — Они взрослые люди, сами решат эти проблемы. Тебе остается только принять их выбор. Но запомни, ты их не потеряешь, просто ваша семья разобьется на части. — Мне кажется, что лучше бы их не стало, — брякает, не подумав, Чимин, за что тут же получает болезненный подзатыльник такой силы, что даже прикусывает язык. В растерянности и с откровенной обидой она смотрит на Чона и поджимает губы. — Не выводи меня и забери свои слова обратно, — зло шипит Чонгук, даже остановившись.       Девушка тоже тормозит рядом с ним и пристыженно опускает взгляд, чувствуя, как накопившееся внутри истерика подкатывает. — Прости, я не хотела тебя задеть, — как провинившийся ребенок отвечает Пак, нервно сжимая пальцы в кулаки. — Навсегда лишившись родителей, я знаю, как это больно, — не успокаивается раздраженный Чон, испепеляя Чим взглядом. — Я бы все отдал, чтобы они вернулись ко мне. — Я понимаю, — кивает Чимин, нервно кусая нижнюю губу. — Но… Что мне теперь делать? У меня на глазах буквально рушится жизнь, я… — Что? — чуть повысив голос, спрашивает Чонгук, заставляя Чимин посмотреть удивленно и растерянно из-за странной реакции. — Рушится жизнь? Ты просто еще не видела, как живут те, которые лишись всего. Это прогнивший и испорченной мир, Чимин, лучше сиди за спиной своего папочки и даже не пытайся узнать, что творится в реальности. Не снимай очки, не позволяй никому их ломать. Ты не выдержишь правды. — Все не так радужно, как я себе представляю? — Чимин смотрит, как побитый и брошенный всем миром котенок, и Чонгук едва останавливает себя, чтобы не обнять и не прижать к груди. Непозволительно такое друзьям, даже если Пак наивная и ничего не понимающая. — Живи в своем мирке, — советует напоследок Чонгук, продолжая идти вперед. — А как мне быть с тобой? — кричит ему в спину Чимин, отчего парень замирает в нескольких шагах от нее, не обернувшись. — Что, если и твою искренность я себе выдумала? Мне стоит начать тебя избегать? Ведь ты — основа моего мира.       Двусмысленность сказанных слов будоражит сердце парня, отчего он судорожно выдыхает и не находит себе в сил посмотреть сейчас на Чимин. Иначе все полетит к чертям. Не хватит никакой выдержки. — Просто продолжай верить, — пожимает плечами Чон и вновь направляется дальше по каменной дорожке. — Пойдем домой, уже поздно.       Разговор по душам ни к чему не приводит, девушке становится только хуже. Внутри что-то ломается, хрустит под напором разбитых чувств и касается острыми концами нежных стенок треснувшего сердца. Чимин неспешным шагом следует за Чонгуком, разглядывая его напряженную спину. Только сейчас девушка замечает, что парень в одной футболке, поскольку его толстовка давно находится на ее плечах. — Чонгук-а, — почти шепотом зовет его Чим, но парень слышит даже на расстоянии. — Если бы я попросила, ты бы увез меня из этого города? — Я бы сделал все, если бы ты только попросила, — одними губами произносит Гук и лишь позже добавляет в голос. — Откуда у меня такие деньги, Чимин? Это ты можешь позволить себе такие прихоти. — Но я же не про деньги спрашивала, — немного обиженно буркает в ответ расстроенная девушка, надув губы. — Слышал, у вас новенький, — резко меняет тему Чонгук, скрывая дрожь в голосе. — Кажется, он в твоем вкусе. — Да, он красивый, — соглашается Чимин, показывая свою обиду. — Но такой же высокомерный засранец. — Надеюсь, ему нравятся такие наивные дурочки, как ты, — усмехается Чонгук, тихо посмеявшись. — Как ты смеешь? Я старше тебя, прояви уважение! — наигранно возмущается Чим, ускоряя шаг.       Больше не хочется грузиться ненужными мыслями и пустыми переживаниями. Чимин как раз не хватало такого болезненного, но серьезного разговора с Чонгуком, и сейчас она с легкостью отпускает все свои проблемы. Однако ни за что не отпустит Чона, домой все еще не хочется.       Именно это приводит Чимин к порогу чужой комнаты. Девушка без стеснения и даже с откровенным интересом осматривает чонгукову обитель, поражаясь чистоте и уюту. Впускать в свое личное пространство кого-либо, а особенно девушку, Чонгуку непривычно, поэтому он неловко скидывает сумку в углу комнаты и чешет затылок, не зная, что делать и что предложить. — Тебя искать не будут? — Чон уже в который раз пытается мягко намекнуть девушке на то, чтобы она возвращалась домой. Сейчас именно тот момент, когда Гуку не хватает наглости (или смелости) прямо сказать Пак уходить. Может, ему и не хочется этого говорить. Но странные и непривычные чувства вызывают противоречия, которые скребут в душе. — Маме сейчас определенно не до меня, а папе я написала, что переночую у подруги. Он не против, — пожимает плечами Чим, аккуратно кладя свою школьную сумку на стул у рабочего стола. — Вау, ты сам это нарисовал?       Взгляд девушки цепляется за рисунки, которыми увешан весь шкаф, и Чимин тут же переключается на них, не желая больше отвечать на провокационные вопросы Чонгука. Но парень не унимается, настаивая на своем. — Если твоя мама узнает, где именно ты ночевала, она запрет тебя дома, — недовольно произносит Чонгук, чувствуя себя словно раздетым. Чимин трогает его вещи, ходит по его комнате и разглядывает так, словно эта комната — достояние нации. — Она не особо любит твое окружение, а меня вообще ненавидит. Именно поэтому ты скрываешь от нее, что дружишь со мной. Или ты забыла? — Она не узнает, — буркает Чимин, поджимая губы. — А если узнает отец? — не унимается Чонгук, усмехаясь. — Не боишься его разочаровать? — Ты себя переоцениваешь, — язвит в ответ Пак, складывая руки на груди и кривя гримасу недовольства.       Чонгук ничего не отвечает. Не потому, что ему нечего сказать, а просто потому, что выгонять девушку он не намерен. Да, ощущения странные, да, чувства неловкие, но Пак сейчас нуждается в тихом и безопасном месте, где можно успокоиться и привести мысли в порядок. — Главное, что твоя бабушка не против, — тихо вздыхает Чим, стягивая с себя пиджак. — За моих родителей можешь не беспокоиться. — Я беспокоюсь за тебя, — бубнит себе под нос Чонгук. — Что? — переспрашивает девушка, взглянув на друга. — Говорю, что можешь первая идти в душ. Я пока постель приготовлю. — А полотенце? — уточняет Пак, повесив вещь на спинку стула. — В ванной есть все, что тебе может понадобиться, — Чонгук направляется к шкафу, но на секунду замирает, взглянув на потерянную Пак. — Ты не привыкла к таким условиям. Прости, что не могу предоставить комнату получше. Но ты всегда можешь вернуться домой, тебя оттуда не выгоняли. — Все в порядке, — мягко улыбается Чим, успокаивая то ли себя, то ли Чонгука. — Я ожидала увидеть что-то похуже этого. Теперь мне понятно, почему ты пропускаешь уроки и ходишь на подработку. Вам нужны большие деньги, чтобы арендовать такую квартиру. — За аренду платит бабушка, — произносит Чонгук, доставая из шкафа плотный плед. — Я зарабатываю на еду и лекарства. — Ты действительно очень крутой, — с нескрываемым восхищением произносит Пак, показывая большой палец Чону.       Когда девушка скрывается из комнаты, Чонгук облегченно выдыхает. Возможно, все это с непривычки, и сердце бьется так бешено только потому, что на его территории чужаки, но Чон надеется, что через пару дней все это пройдет и Чимин перестанет занимать его мысли.       После того, как оба укладываются в постель, Чим долго ворочается на новом месте, а Чон смотрит пустующим взглядом в потолок. Спать на полу неудобно, поэтому парень старается не двигаться, но шорохи с кровати не дают сосредоточиться и уснуть. Вскоре слышится обреченный и тяжелый вздох Пак, которая наконец ненадолго затихает. — Чонгук-а, не спишь? — шепотом зовет она, прислушиваясь. — Сплю, — коротко бросает Гук, закрывая глаза. — Я тут подумала над тем, что ты мне когда-то сказал, — упрямо бормочет девушка, игнорируя откровенный намек Чона. — Ты правда думаешь, что я дружу с тобой из жалости? — У меня нет способности читать твои мысли, так что ничего такого я не думаю. Просто верю тебе, — вздыхает Гук, переворачиваясь на бок.       Спина уже затекла, с утра будет болеть все тело. Но выбора нет, не ложиться же ему в одну постель с Чимин. Эта мысль будоражит все нутро, отчего по позвоночнику бегут мурашки, заставляя вздрогнуть всем телом. — Просто знай, что ты мне нравишься, — не унимается взволнованная своими мыслями Пак. — Я хочу с тобой дружить. И даже если все отвернутся от меня из-за нашей дружбы, я никогда не отпущу твоей руки.       Слова старшей в очередной раз разжигают пожар в груди Чонгука, и он совсем не понимает, как правильно на это реагировать. Но сердце уже колотится, как ненормальное, а на щеках появляется легкий румянец. Да, это не то признание, которое должно вызывать такую бурю эмоций, но непривыкшему Чонгуку достаточно и этого.       После своего признания Пак буквально вырубается, а вот взбудораженный Чонгук не может уснуть до утра. Пожалуй, он понимает чувства девушки. Потому что отпускать ее руку он тоже не собирается.