my (not)bad girl

      Сразу среагировав на шум и крики, Юнги подоспевает очень вовремя. В суматохе и хаосе сложно что-либо разобрать, однако понятно одно: Чонгук снова вышел из-под контроля, и в этот раз все куда серьезнее, чем обычно. На грязном полу много крови, один из избитых даже не шевелится, а Чон все не может успокоиться, буквально выбивая душу из другого паренька. Мин с трудом удается отцепить его от человека в полубессознательном состоянии и вывести на улицу, где Гук сразу же достает пачку сигарет и нервно прикуривает. — Придется искать новое место отдыха, — мрачно произносит Юнги, осматривая друга на наличие ранений или царапин. — Плевать, — зло выдыхает Гук, разматывая на руке тряпку, перепачканную чужой кровью.       Это одна из привычек парня — защищать свои костяшки, чтобы на руках не осталось и намека на кровопролитную драку, в которой Чон — главный герой. Ткань, которой оказалась салфетка бармена, отправляется в ближайшую урну, а сизый дым сигареты скользит по тонким, пересохшим губам, окутывая парня. — Онни? — Тэхен выходит из клуба, осторожно глядя на напряженную спину парня, а после переводя взгляд на хмурую подругу. — Я не смогла найти Чимин. — Ее здесь уже нет, — сплевывает Гук, бросив бычок от сигареты на землю. — С ней ведь все в порядке? — волнуется Ким, пытаясь поймать взгляд Чонгука. — Такие, как Чимин, здесь не в спросе, — хмыкает Юнги, пряча холодные пальцы в кармане рваной куртки. — Это ты надоумила ее так вырядиться? — Чонгук игнорирует слова Мин, взглянув на притихшую Тэ. — Она сама попросила, — неуверенно мямлит Ким, тупя виноватый взгляд в пол. — Мне надо было остаться с ней, а не искать вас… — У меня такое чувство, словно я чего-то не знаю, — хмуря накрашенные брови, недовольно парирует Юнги, переводя взгляд с подруги на друга. — Те парни ее обидели? — тихо спрашивает Тэ, боясь ошибиться. Она не видела ничего лично, но успела разузнать у знакомых в зале, что вообще произошло и где ее подруга. — Что вы натворили? — с ужасом понимая происходящее, на повышенных тонах спрашивает Юнги. — Чимин была одета, как легкодоступная девушка. Можно было ожидать подобного с ее-то телом, — фыркает не на шутку раздраженный Чон, доставая еще одну сигарету, чтобы успокоиться. — Почему ты так за нее переживаешь? — изгибает бровь Мин, удивляясь поведению друга. — Наверное, ему совестно, что Чимин пострадала из-за него, — вставляет свои пять копеек Ким, но тут же прикусывает язык.       Грозный взгляд Юнги в скупе с убийственным Чонгука — страшная смесь. И испытывать такого дикого ужаса Тэ больше не хочет. — То есть, ты сам виноват в том, что сегодня произошло, но пытаешься обвинить Тэхен? — усмехается Мин, выхватывая из трясущейся руки Гука тлеющую сигарету. — Будь мужиком, возьми на себя всю ответственность. — Не боишься, что после этого Чимин не захочет тебя слушать и станет общаться со мной? — давит на больное Чонгук, кривя губы в усмешке. — Судя по тому, как ты ее оберегаешь, она в безопасности. Поэтому я не стану больше лезть в ваши отношения, — признается девушка, выбрасывая недокуренную сигарету друга. — Но не забывай, что за нее я могу и убить. — Может, мне кто-нибудь уже скажет, в порядке Пак или нет? — не выдерживает Ким, вновь встревая в чужой разговор. — Я разберусь, — коротко бросает Гук, ненадолго задержав внимательный взгляд на старшей подруге. — Только не пожалей потом. — Уже жалею, — тихо выдыхает Мин, когда парень отходит на приличное расстояние, направившись вдоль тихой улицы. — Думаешь, у них все наладится? — искренне переживая за младшую подругу, интересуется Ким и подходит к Юнги ближе. — На твоем месте я бы лучше переживала за собственную шкуру, — резко меняясь в лице, Мин словно дышит паром и прожигает нервно улыбнувшуюся Тэ взглядом. — Она сама попросила, говоришь? — Кажется, я забыла выключить утюг, — наигранно пугается Ким, будто в действительности оставила утюг включенным. — А ну вернись немедленно! — кричит вслед сбегающей девушке Мин, скрипя зубами. — Я же все равно тебя достану! — Попробуй, — дразнит ее Ким, стараясь перевести все в шутку, и громко хохочет, когда Юнги срывается с места, чтобы нагнать ее.       Возможно, это неправильно — так беспечно вести себя, когда Чимин непонятно где и непонятно в каком состоянии. Но Тэхен доверяет Юнги, а раз Юнги доверяет Чонгуку, то и ему Тэ тоже доверяет. Сейчас нужно отключиться от тяжелых мыслей и как-нибудь успокоить Мин, которая похожа на разъяренную медведицу, защищающую своих детенышей.       В это время Чонгук неспешным шагом бредет по узким улочкам, не имея конкретной цели и прогуливаясь только для того, чтобы разобраться с чувствами, что так и плещутся взбушевавшимся морем где-то внутри. Выбегая из злополучной комнаты, Чим выглядела, как побитый жизнью щенок, нуждающийся в помощи и поддержке. Сегодняшний вечер сильно ударит по восприятию девушки, и Гук примерно представляет себе, что сейчас творится в ее голове.       Он следил за ней весь последний год, пока никто об этом даже не догадывался. Единственный человек, знающий о том, что Чон наблюдает за девушкой издалека — это ее отец. Однажды его охрана перехватила Гука, но доставить его на встречу так и не смогла. Встретиться лицом к лицу с тем, кто помог выжить, немного страшно, пока Гук сбежал, как крыса с тонущего корабля. Хотя бы потому, что этот человек — отец той, чье сердце страдает из-за него, Чонгука. Еще три года назад он бы не понял, почему Чимин так стремится вернуть прежние отношения, зачем из кожи вон лезет, чтобы стать заметной только для него одного. Но теперь, наученный жизнью и опытом, Чон видит каждый подтекст, читает девушку между строк.       Он соврет сам себе, если скажет, что такое рвение со стороны Пак его не трогает. Еще как трогает, особенно раненое сердце, в котором когда-то плескалась детская влюбленность. Сейчас всех этих красивых и трепетных чувств нет, жизнь жестко помотала парня, но оставаться равнодушным по отношению к Чимин все равно не получается. Внутри что-то грызет, где-то на задворках разума просыпается совесть, а прожженная душа вновь оживает от одной только мысли о Чимин. Да, влюбленность прошла, но на смену ей пришли более крепкие и серьезные чувства, пока что не вызывающие никаких щемящих ощущений. Ведь дать волю своей любви парень не может. Для него безопасность Пак — самое главное. А с такой жизнью, как у Чонгука, Чимин лучше избегать даже простого общения с ним. Иначе пострадают оба.       Именно по этой причине Гук не хочет подпускать ее близко, старается запутать своими словами, от которых и самому порой становится неприятно. Хотя в душе все рвется на части, ведь прошло уже столько лет, а надежды на продолжение дружбы так и остаются надеждами.       Немного покопавшись в себе и придя к решению пустить все на самотек, Гук все же добирается до района Чимин и с привычной обаятельностью проходит мимо консьержки. Минуты тянутся вечность, пока он поднимается на нужный этаж, а сердце замирает в ожидании долгожданной для парня встречи. Внутри что-то обрывается, когда дверь не открывают даже после третьего звонка, но Чонгук абсолютно уверен, что Чимин дома. По крайне мере, жучок, спрятанный в телефоне Пак, показывает именно это место. Велика вероятность, что девушка просто забыла его дома, но Чонгук не отступает даже после десяти минут ожидания.       В дверь настойчиво стучат, но Чимин игнорирует любые звуки из внешнего мира. Забившись в угол, девушка прижимает колени в груди и утыкается в них носом, желая спрятаться от окружающего шума. За окном уже рассветает, город просыпается и оживает, на дорогах появляется все больше машин. Но Пак все равно, где-то внутри нее рушатся здания и ломаются надежды. В комнате беспорядок, по полу разбросаны отрезанные пряди волос, совершенно новая куртка валяется у кровати, а порванная резинка лежит так рядом, что можно дотянуться.       Слез нет, есть лишь боль и обида. Желание доказать Чонгуку, что она может все это выдержать, превратилось в мечту вернуться в детство и снова стать ничего не понимающим ребенком. Нет, ей обидно не из-за слов приставших в клубе типов. Ей грустно, что как бы она ни старалась, а стать идеальной для Чона она не сможет. Подростковый возраст прошел, идеалы давно изменились. И если же Пак цеплялась за них, как ненормальная, то Чонгук давно забил на прошлое.       Электрический замок входной двери тихо пикает, открываясь, но Чимин это не волнует. Даже если это отец, она не сдвинется с места. Хотя бы до тех пор, пока не соберет себя заново, для начала возложив новый фундамент, на котором будут стоять крепкие постройки. — Ну, и что ты сделала? — осуждающим тоном спрашивает знакомый голос, а его обладатель присаживается на корточки совсем рядом. Чимину даже мерещится, будто длинные мужские пальцы касаются ее волос. — Это из-за их слов?       Не веря своим ушам, Пак все же поднимает взгляд и встречается с темно-карими глазами, на секунду задержав дыхание. Чонгук смотрит внимательно и терпеливо, явно ожидая хоть какого-нибудь ответа. Однако Чимин не в состоянии даже здраво мыслить, что уже говорить о членораздельной речи. Она лишь неоднозначно пожимает плечами, не зная, стоит ли говорить парню правду. Лучше пусть думает, что хочет. — Их слова были грязными, но не стоило принимать все на свой счет, — мягко произносит Гук, отчего Пак даже не по себе. — Ты все слышал? — хрипло спрашивает Чим, наблюдая за Чонгуком, чтобы видеть каждую эмоцию на его лице. — Нет, передали, — фыркает Чон.       Все это так до боли знакомо и привычно. Чонгук ни капли не изменился, ведет себя все так же, забавно хмурит брови и выглядит забавно, когда пытается быть серьезным. Кажется, будто и не было никаких почти четырех лет. Но сказать в ответ парню Пак нечего, да и не хочется. Внутри какое-то опустошение, и от охватившей истерики осталась лишь мелкая дрожь на кончиках пальцев.       Чонгук в момент небольшой растерянности девушки принимается хозяйничать. Наблюдая за парнем, Чим заметно морщится, когда он нагло открывает ее шкаф и вытаскивает первые попавшиеся вещи. — Переодевайся сейчас же, — приказывает он, бросив вещи девушке на кровать. — А что тебе не нравится? Все, как ты любишь, — язвит в ответ Пак, медленно поднимаясь со своего места.       Стараясь выглядеть уверенной в своих действиях, она стягивает с себя майку и бросает ее в угол. Чим решает всю одежду на себе просто сжечь, поэтому откидывает ее в сторону, чтобы не перемешать со своей. Хмурый взгляд Чонгука она просто игнорирует, хотя так и хочется прикрыться руками и попросить его не глазеть так откровенно. Но младший опережает девушку, снисходительно усмехнувшись. — Даже не постесняешься? — цепляя девушку, произносит он. — Не вижу ничего, что могло бы меня смутить, — пожимает плечами Пак, накидывая на тело домашнюю футболку, которую Чонгук достал из шкафа. — Ну да, ты никогда не смотрела на меня, как на парня, — кивает Гук, кривя губы в усмешке.       Из-за его слов, Чим ненадолго замирает, только расстегнув пуговицу шортов, и поднимает на парня внимательный взгляд. — В тот день, когда я неожиданно уехала из Пусана, я прождала два часа на нашем месте, чтобы признаться, что влюбилась в тебя, — без капли стеснения произносит Пак, чувствуя легкость на душе после признания, при этом мысленно хваля себя за то, что ни разу не сбилась и не запнулась. — Я тогда был сильно пьян, уснул у друга. Когда очнулся, тебя уже и след простыл, — хмыкает Чонгук, все же отводя взгляд, чтобы не смущать девушку, прекрасно зная ее характер. — Ты меня не предупреждал об этом, — немного обиженно произносит Пак, спешно стягивая шорты и торопливо надевая мягкие, свободные штаны, решив стянуть чулки позже. — Ты тоже не предупреждала, что пойдешь на свидание с новеньким, — пожимает плечами Чонгук, мельком взглянув в сторону Чимин, чтобы убедиться, что она закончила с переодеванием. — Я отказала ему. Если ты поверил слухам, то это не мои проблемы, — фыркает Чим, складывая руки на груди. — Мне было шестнадцать, боже. Как я мог здраво мыслить в тот момент? — пытается защитить себя Гук, оборачиваясь к старшей. — Ты была старше, могла бы хоть что-нибудь предпринять. — Я собиралась признаться тебе! Этого недостаточно? — дует губы Пак, не скрывая свою обиду.       Ненадолго замолчав, Чонгук тихо вздыхает и согласно кивает, принимая сторону девушки. Так сложились обстоятельства, никто не мог предугадать, как все обернется. Если бы они знали, что случится подобное, наверное, признались бы друг другу раньше. — Но ты не сделала ничего для того, чтобы предупредить меня о своем отъезде, — Чонгук тоже высказывает свою обиду, желая узнать всю правду. — Отец запретил, то есть… Он попросил никому ничего не говорить, я не могла предать его. Но я поехала вместе с ним только с тем условием, что вернусь в Пусан, как только у него наладятся дела по бизнесу, — рассказывает Пак, не прерывая зрительного контакта с Чонгуком. — Но из-за того, что мне было тяжело, я отпросилась у него раньше и приехала уже через два месяца. — Не знал об этом, — отвечает Чон, чувствуя себя неловко из-за взгляда старшей. — Ты уже был счастлив с другой, я решила не мешать тебе и исчезла из твоей жизни навсегда, — грустно усмехается Чимин, нервно ероша растрепанные волосы пальцами. — Я увидела, как ты целуешься с девушкой из другой школы. — Это была неудачная попытка забыть тебя. Если бы я знал… — Я бы тоже, Чонгук, — прекрасно понимая, что хочет сказать парень, Чимин его перебивает и мягко улыбается на его растерянный взгляд. — Я бы тоже все исправила, если бы только знала. — Мы были дураками, — тихо посмеявшись над прошлым, Чонгук немного расслабляется.       Недосказанности все меньше. Неловкости, как и не бывало. Теперь Пак в его глазах не кажется предателем, бросившим в самый трудный момент его жизни. Если раньше ему нравилось прятаться за выдуманной обидой на Чимин, нравилось обвинять ее во всех своих проблемах, которые в то время взвалились на него, то сейчас Гук прекрасно понимает, что все это было простым стечением обстоятельств, к которым ни Пак, ни ее отец не имеют никакого отношения. — Да, много ошибок мы наделали, — мягко улыбаясь, Чимин опускает взгляд и неловко теребит завязки от штанов, набираясь смелости для самого главного вопроса. — Но спустя столько лет… Почему ты… Не нашел меня? — Я нашел тебя, как только перебрался в Сеул, — пожимает плечами Чонгук, пытаясь придумать более мягкую историю для девушки. — После того, как ты уехала, у меня начались тяжелые времена. Бабушка заболела и умерла, я сбежал от опеки и скрывался пару лет у тренера, которого мне нашел твой отец, когда вы еще жили в Пусане. А потом и ему пришлось бросить меня, хотя он настаивал на том, чтобы я полетел вместе с ним в Америку. Но я просто перебрался в Сеул и начал жить самостоятельно. — Почему ты сразу же не приехал ко мне? Я бы помогла, — судорожно вдохнув, Чимин смотрит на Чонгука как-то виновато и сломано, словно виня себя в том, что Чон прошел через все это в одиночку. — Твой отец и так много сделал для меня, когда мы дружили. Я слышал, что у него были серьезные проблемы после развода с твоей матерью, ведь именно из-за этого он решил пропасть из Пусана и начать все заново здесь. Мне было неловко обращаться за помощью, хотелось самому все это выдержать, — мягко улыбаясь, Чонгук старается поддержать и успокоить взволновавшуюся Пак. — Но я справился с этим плохо, если честно. Именно поэтому не хочу, чтобы ты тянулась ко мне, как раньше. Я стал еще хуже, чем был. — Мне всегда было на это плевать, — морщась из-за слов парня, выдыхает Чимин. — Не стоит ломать себя, — Чонгук взглядом указывает на вещи, валяющиеся в углу, и вновь ловит взгляд девушки. — Во-первых, я этого не стою. Во-вторых, тебе не идет роль плохой девочки. — Я больше и не буду ее играть, — фыркает Пак, вспомнив не самый приятный опыт. — Но сделаю все возможное, чтобы вернуть нашу дружбу. — Неужели ты готова пойти на это ради меня? — искренне удивляется Гук, чувствуя, как сердце сжимается в тисках. — Знаешь, мне плевать на слова тех парней из клуба. Хочешь скажу, почему я это сделала? — спрашивает Пак, задевая ногой отрезанные пряди своих волос на полу. Она замечает вопросительный взгляд младшего и криво улыбается. — Потому что тебе нравятся девушки с короткими волосами. — На самом деле, нет, — чувствуя свою победу, Чонгук улыбается на растерянный взгляд Чимин, и просто пожимает плечами, мол, ничего поделать не могу. — Я люблю женственных девушек, а не как Юнги, в которой мужика больше, чем в любом парне из моей команды. — Не стоило мне верить всему, что говорят в том заведении, — расстроенно произносит Чим, поджимая губы и принимаясь собирать свои волосы с паркета. — И что мне теперь делать?       По-детски забавное нытье девушки веселит Чонгука, а ее надутые губы добавляют комичности ситуации. Парень незаметно любуется поведением старшей, и резко отводит взгляд, когда она оборачивается с хмурым, недовольным взглядом к нему. — Это все из-за тебя! — бросаясь обвинениями, Чим громко и обиженно сопит. — За это ты должен снова дружить со мной! — Значит, мы просто друзья? — серьезно спрашивает Гук, внимательно глядя на то, как Пак сначала непонимающе хмурится, а потом на несколько секунд задумывается, выпадая из реальности в свои мысли. — Да… Думаю, что да, — вскоре отзывается она как-то тихо, принимаясь дальше собирать свои волоски с паркета. — Я очень хочу быть тебе другом. — Почему? — не сдержавшись от вопроса, Чонгук слабо улыбается, зная, о чем сейчас думает Чимин.       Наверное, время все же берет свое, и все те чувства, что переполняли их в подростковом возрасте, давно прошли. И даже если Чон с этим не согласен, говорить об этом Чимин он не собирается. Ему все еще нужно придерживаться дистанции и не подпускать девушку слишком близко, чтобы для нее это не обернулось ужасом и разочарованием. Чонгуку достаточно будет просто дружить с ней, и так даже легче станет следить за ее жизнью. Теперь не придется скрываться, и это радует. А со своими чувствами Гук разберется, как делал это все эти годы. — Почему ты так неожиданно передумал? — тихо бубнит Чим, даже не повернувшись к Гуку. — Сначала мне показалось, что ты хочешь дружить со мной только из-за Юнги, желая переплюнуть ее. Но теперь я вижу, что тебе важен именно я, — обманывая Чим, Чонгук придумывает на ходу, чтобы скрыть от девушки первоначальные мотивы своего глупого поведения. — Только больше не надевай этот срам, прошу. Твои ноги не созданы для сексуальных вещей. — Опять за старое? — возмущается Чимин, даже подскакивая с пола и зло глядя на младшего. — Я ведь и ударить могу. — Верю, — смеется Чон, поднимая руки в примирительном жесте. — Но мне некогда, на работу возвращаться надо. — Разве сегодня не воскресенье? — Чимин переводит взгляд на часы, поражаясь тому, как быстро пролетела ночь. — Однако работу никто не отменял, — пожимает плечами Чонгук, направляясь на выход. — Я отправлю тебе номер своего телефона, встретимся как-нибудь, вспомним старые времена. — Буду ждать, — широко улыбается Чим, помахав на прощание и тут же пожалев об этом. Несколько волосков выпадают из хватки, снова ложась на пол.       Чимин слышит, как закрывается входная дверь, и возвращается к своим делам, больше не собираясь переживать по пустякам. Однако через несколько секунд ее озаряет единственная логичная мысль: откуда Чонгук знает ее номер телефона?       Вокруг этого парня столько тайн и загадок, у Чимин накопилось немало вопросов. Но даже после серьезного разговора не нашлось ни единого ответа.