Малыш на миллион

      Весь произошедший ранее разговор между двумя членами семьи Хьюга окунул бедную девушку в пучину собственных раздумий. Хината словно находилась в некой прострации и не могла привести свои мысли в порядок: в голове продолжала отчаянно вести беседу с собственным голосом. За ужином с братом она не смогла вымолвить и слова, на все последующие вопросы от юноши просто кивала головой, при этом ковыряя вилкой в тарелке. Ужин, который так старательно приготовил Хьюга-старший, не лез в горло, — аппетита совсем не было, поэтому, закончив терроризировать еду в тарелке, брюнетка поблагодарила брата и ушла в комнату. Неджи даже не предпринимал попытки снова начать с сестрой разговор, так как понимал, что это было попусту бессмысленно. Она не хотела с ним разговаривать и всем своим видом донесла до него своё настроение. А ему приходилось мириться, хотя Неджи было также нелегко, ведь он, как и Хината, оставил родных и близких в другой стране из-за глупых выходок родной сестры. Но он не пытался обвинить её, а просто смирился и продолжал делать все то, что требовал от него глава их семейства.       — Спокойной ночи, Неджи.       Девушка неожиданно выскользнула из своей комнаты и прошла в гостиную, где за ноутбуком кропотливо работал брат. Сняв очки, юноша обратил внимание на сестру, которая уже час предпринимала попытки создать некий бойкот или же просто уйти в раздумья. За обедом они не смогли нормально поговорить, собственно, ранее Неджи достаточно сказал своей сестре. Хината действительно нуждалась в возможности побыть одной и подумать над всем происходящим, придя к какому-то собственному соглашению. А он лишь надеялся, что это соглашение будет отнюдь не глупым и безрассудным.       — Завтра мой водитель отвезет тебя в школу. — Неджи потер уставшие от яркого монитора глаза и аккуратно положил очки для зрения на журнальный столик. Тяжело вздохнув, он продолжил: — Твоя форма прибудет завтра утром. Водитель будет отвозить тебя каждое утро в школу и следить за тем, чтобы ты не прогуливала уроки. Понятно?       — Более чем, — тяжело вздохнув, сардонически произнесла девушка, возвращаясь обратно в свою комнату.       Конечно, она не хотела, чтобы брат подставлял к ней кого-то для слежки, но, видимо, другого выбора у него не было. Он и сам отчитывался отцу за каждый шаг Хинаты, поэтому оспаривать этот момент она не хотела. Девушка знала, как брату было все это тяжело, но в ней частенько просыпалась все та же бунтарка.       Зайдя обратно в свою спальню, где продолжали стоять небоскребы из коробок, разбор которых Хината предпочла отложить на другой день, она тихонько закрыла за собой дверь. Громко выдохнув, красавица все еще не могла поверить во все происходящее. Да и сложно было бы, ведь переезд дался девушке с огромным трудом.       Если вспомнить тот роковой день отчетливо, то для Хинаты он не представлял никакой угрозы. Она, как обычно, вернулась поздно вечером после очередной прогулки с друзьями, и у порога её встретила грозная мать. Вообще, женщина, что родила столь прекрасную особу, не умела злиться, но в тот день все было иначе. Мать сообщила девушке, что сегодня в этом доме будет довольно серьёзный разговор, и отправила дочь переодеться. Вечером отец позвал Хинату на разговор в свой кабинет, где возле огромного дубового стола сидел Неджи, скрестив руки на груди. По возмущенному взгляду брата и не менее строгому выражению отца брюнетка поняла — беды не миновать. Сев на соседнее кресло возле брата, Хьюга поприветствовала своего отца еще раз и попыталась как-то разрядить обстановку шутками и разговорами. Но громкий голос Хиаши разнесся по кабинету, будто гром среди ясного неба, и, когда в той длинной речи она услышала фразу: «Ты уезжаешь в Японию!» — мозг отключился окончательно, и все остальное прошло для нее, будто в тумане. Оспаривать гневный выпал отца Хината не решалась, так как понимала, что без его поддержки она свою собственную жизнь не построит, однако и с решением отца соглашаться не хотела. Впервые за многие годы Неджи увидел, как его горячо любимая сестра рыдала, будто маленький ребенок, нечаянно в порыве радости упавший на грязный асфальт. Она не кричала, как он этого ожидал. Не билась в яростных конвульсиях, как ждал этого Хиаши. Она просто заплакала так, что весь дом пропитался столь тяжелой энергетикой. И вдруг наступила полная тишина, в которой слышалось тяжелое дыхание Хинаты.       — Как ты так можешь? — только и смогла сказать Хината на всю пылкую речь отца, в то время как Неджи продолжал молча за всем наблюдать.       — Ты подвела нас, Хината! Я очень разочарован в тебе! — прикрикнул уже средних лет мужчина, ударив кулаком по столу, дабы усмирить непослушную дочь.       А дальше раздался лишь громкий хлопок двери, и двое мужчин семейства Хьюг остались в кабинете наедине. Переглянулись, вздохнули, и состоялся тот самый разговор, который Хината уже не слышала. Но подозревала, что отец дал указания брату и отправил успокаивать сестру. Хината в тот вечер даже не выходила из комнаты, не пускала Неджи, не желала разговаривать с матерью, а отца она и вовсе мысленно проклинала. А на следующий день отправилась в школу, где, встретившись с друзьями, не смогла сдержать слез. Кажется, в тот день она наконец-то осознала, какую испорченную жизнь вела и чем в итоге поплатилась. Но слезами было уже не помочь, а действовать в привычном стиле бунтарки Хината не стала.       Остальные события девушка не могла вспомнить. То ли сказался сильный шок, то ли это было просто желание забыть прошлую жизнь, дабы не чувствовать сильную боль. Она не знала, но была уверена, что никогда не забудет своих друзей, которые были в тот день рядом.       Переодевшись, девушка легла спать, заранее поставив будильник на телефоне. Однако сон никак не хотел одолевать юную красавицу. Мысли лезли в голову, словно тараканы, нарочито подсовывая ей новую бредовую идею. Сбежать, как она планировала раньше, оказалось еще более глупой затеей, чем выглядела на первый взгляд. Сбежит, а дальше что? Отец откажется от нее, и прощай статус семейства Хьюг. Она не хотела быть нищенкой и терять все то, что было ей даровано, поэтому сбегать не собиралась. Конечно, брюнетка славилась дурным характерам и опрометчивыми поступками, но она была отнюдь не глупая, поэтому решила, что найдет другой выход.       — Интересно, кто мне поможет? — вслух озвучила вполне логичный вопрос Хината. А, кстати, вопрос был более чем уместный, ведь требования, которые выставил ей брат, были нереальными в плане выполнения. Учеба давалась ей с великим трудом, к тому же девушка слышала, что обучающая программа в Японии намного сложнее, чем в Америке. Помимо учебы, от брюнетки требовалась работа над своим скверным характером: в общем и целом, задачка перед Хинатой стояла непростая. И если раньше она могла попросить помощи у друзей, то теперь рассчитывать приходилось только на себя.       Ворочаясь в постели, Хината еще долго не могла уснуть, отдаваясь всецело и полностью тревожным мыслям. Она слишком много думала и размышляла над словами брата и действительно пришла к умозаключению. Однако, как только она пришла к некому консенсусу, сон тут же одолел прекрасную особу, уводя её в царство Морфея.

***

«Чертов будильник! Когда же ты уже заткнешься?! Твою мать!»       Хината совсем позабыла, что поставила на своем смартфоне будильник, который сейчас так отчаянно пытался разбудить её. Она в принципе забыла про тот факт, что находилась в Японии. Всю ночь мысли не давали ей покоя, периодически отпуская её в царство Морфея, а потом вновь возвращая в страшную реальность. Сколько бы она ни думала, сколько бы мыслей ни проносилось в её маленькой головке, она так и не смогла прийти к какому-то верному решению. Та мысль, что посетила её около полуночи о побеге, быстро ушла в самый дальний угол. Эта мысль вообще занимала в её топ-рейтинге «Самые бредовые мысли» лидерское первое место. Но к нему она возвращаться даже не стала бы по двум причинам, одной из которых являлась вся строгость главы семейства. Отец три шкуры сдерет с Неджи, если с брюнеткой что-нибудь случиться, и в этом сама девушка не сомневалась. А зная власть отца, информация до него дойдет одной из первых.       — Хината, даже не думай о том, чтобы проспать! — в жесткую реальность окончательно вернул строгий голос брата, раздавшийся из закрытой двери. Для проверки он постучал еще несколько раз и, когда услышал невнятное бурчание, ушел.       Действительно, Хината планировала проспать этот день, а может, и следующий — и так полгода. Но кто бы позволили ей подобную роскошь? Брюнетка громко вздохнула и с головой спряталась под одеяло, рассчитывая тем самым спрятаться от насущных проблем. Услышав какой-то шум из кухни и приятный запах жареного бекона и знаменитых оладий Неджи, девушка прятаться больше не могла. Приподнявшись на локтях, Хьюга-младшая смогла наконец-то проснуться и окинуть быстрым взглядом свои покои. Беглый взгляд Хьюги остановился на дверце шкафа, расположенного у противоположной стены. На вешалке аккуратно висела новая школьная форма брюнетки.       — Неджи постарался все сделать быстро, — усмехнулась Хината и окончательно встала с постели. — Неудивительно, это в его стиле.       Красавица подошла к зеркалу и примерила визуально на себе новую форму, которую ей предстоит носить полгода, а то и больше, если отец не сжалится над ней. Хотя в последнем девушка сомневалась: главе четы Хьюг не была свойственна подобная черта, такая как жалость. Тяжело вздохнув, Хината небрежно бросила свою форму на кресло и, накинув легкий халат, направилась в сторону двери. Телефон на прикроватной тумбочке завибрировал от уведомлений, которые приходили один за другим.       — Кажется, мои друзья еще не забыли про меня, — нежно улыбнулась девушка своим мыслям, схватила телефон и окончательно покинула комнату.       Неджи уже во всю готовил завтрак для сестры: в одной руке дирижируя сковородкой, в другой засыпая какие-то специи и при этом попутно ведя переговоры по телефону, придерживая его плечом у левого уха.       — Назначьте мне встречу для них во второй половине дня. Обсудим все нюансы при встрече. Всего хорошего. — Закончив разговор на столь железной ноте, парень наконец-то смог отложить телефон в сторону и полностью уйти в готовку.       — Доброе утро, — Хината неряшливо бросила приветствие в сторону брата, заваривая себе крепкий кофе, — ты, как обычно, уже с самого утра работаешь?       — Это тебя отец отправил сюда манерам учиться, а я здесь работать должен. — Переложив зажаренный на сковороде бекон в тарелку, где уже аккуратно лежала яичница, он посыпал все сверху специями и поставил тарелку возле сестры. — Ешь, через час водитель будет ждать тебя у дома.       — Я думала, что в школу повезешь меня ты.       — Сегодня и впредь тебя будет возить личный водитель. Везде, Хината, — на последних словах парень сделал крупный акцент, намекая, что за девушкой будет вестись постоянное наблюдение. Конечно, подобная новость ухудшило настроение брюнетки еще больше. Брат немного перегибал палку, но, возможно, это была вовсе не его инициатива. Хината была определенно уверена, что няню подставил ей отец.       — Я не нуждаюсь в няньках. Ты же знаешь, что для меня это не проблема.       — Я знаю, — послышался тяжелый вздох шатена, который Хината отчетливо услышала.       Девушка не желала продолжать разговор с братом, принявшись к поглощению завтрака. Но, стоило ей опустить взгляд аметистовых глаз на свой завтрак, где на яичнице в форме улыбки был выложен бекон, она немного растаяла, и злиться на Неджи уже хотелось во много раз меньше. Посмотрев на шатена, что сидел напротив и с невозмутимым видом читал новостной блог в газете, Хината немного улыбнулась. На секунду ей показалось, будто она вернулась в родную Америку, где все было по-прежнему. Семейный уют витал в просторах этой квартиры, будто напоминая о стенах родного дома, по которому красавица успела соскучиться. Тяжело вздохнув, Хината уткнулась в свой телефон, где высвечивались уведомления из «Facebook».

«Как ты там? Я уверена, ты уже успела соскучиться по нас». Helena «Эй, малышка, я уже скучаю по тебе! Нам не хватает только тебя. [Фотография]. Klaud

      И еще много уведомлений, которые было больно читать. Любимый парень, любимые друзья и все, кто был ей дорог остались в Америке, в то время как она пребывала сейчас в стране восходящего солнца. Швырнув телефон на стол, Хината опустила голову и молча принялась за еду. Заметив поменявшееся настроение сестры, Неджи убрал газету в сторону и заговорил:       — Я понимаю, что тебе пришлось многих оставить там. Я тоже оставил любимую, всех тех, кого знал и кто был дорог мне, по твоей вине. Но я не хочу перекладывать эту вину на тебя, потому что отчасти я тоже во многом просчитался. Я не уделял тебе достаточно времени, и вот во что это вылилось. — Хината подняла голову и посмотрела в родные глаза брата, что были как две капли схожи с её глазами. Неджи говорил достаточно серьезно, но с целью поддержать сестру. — Мы с тобой здесь вдвоем. И нам нужно помочь друг другу покинуть это место и вернуться обратно в Америку. Я хочу этого не меньше, чем ты. На этом речь Хьюги закончилась, и он снова вернулся к прочтению газеты, которая на самом деле вовсе его не интересовала.       — Спасибо, что пытаешься меня поддержать. И прости, что так часто тебя подвожу, — легонько улыбнувшись, тихо произнесла она.       — Лучше съешь все то, что я тебе приготовил.       На этом они больше не разговаривали. Хината быстро закончила с завтраком, поблагодарила брата и направилась собираться в школу. Она быстро приняла контрастный душ, чтобы смыть все то волнение, которое окутало её с головой. Обычно девушка любила делать яркий макияж, но сегодня решила обойтись обычными стрелками и тушью; минимум косметики — и вот в зеркале Хината наблюдала чуть бледноватую, с большими миндалевидными глазами красавицу, чьи пухлые губки причитали под нос какие-то слова.       — И почему я так волнуюсь? — шептала она себе под нос, надевая ту униформу, что утром заметила на дверце шкафа. Коротенькая юбочка однотонного кремового цвета в складочку подчеркивала тонкие ножки девушки, а черные чулки чуть выше колен только лишний раз придавали некой сексуальности. Кажется, эта форма начинала нравиться ей все больше. Как помнила Хината из того, что успела прочитать про Японию: здесь запрещалось носить короткие юбки и чулки выше колен; но веяние времени все же сказалось даже на этом. Впрочем, её полностью устраивала подобная мода. Фасон белой рубашки был просторным, но для самой брюнетки она была немного маловата в груди, так как она у неё была очень пышной, подаренная ей природой; одна из гордостей Хинаты, которую сложно было не заметить. Темно-синий пиджак брюнетка решила не надевать, так как на улице было достаточно жарко. Закончив с приготовлениями, Хьюга-младшая в последний раз окинула себя взглядом в отражении зеркала и, улыбнувшись тому, что ей удалось лицезреть, покинула комнату.       — Долго же ты собираешься.       — Я же девушка, — пожав плечами, с усмешкой произнесла Хината.       — Мне пора уже уезжать, у меня совещание скоро, водитель будет у твоего дома через десять минут, — обуваясь, впопыхах говорил Неджи. Протянув брюнетке небольшой листок, шатен проговорил: — Здесь твое расписание на сегодняшний день. Какие у тебя сегодня предметы, и в каком кабинете все будет проходить. И лучше не прогуливай уроки, иначе мы отсюда никогда не уедем. — На этом Неджи закончил, схватив ключи, попрощался с сестрой и быстро покинул квартиру, хлопнув напоследок дверью.       Девушка тоже решила не медлить и, окончательно собравшись, вслед за братом покинула квартиру. Водитель строго в назначенное время стоял уже около многоэтажки, где проживала Хьюга. Дорога до школы заняла от силы тридцать минут, учитывая все те пробки, в которые они успели попасть, и вот девушка оказалась возле ворот той самой школы, где ей предстояло провести целых полгода. Здание горделиво возвышалось на фоне маленьких домов вокруг, словно выкрикивая всей округе о том, какие элитные личности учились в подобном месте. Всюду уже стекались ученики, спеша на уроки, а вот сама Хината торопиться не хотела. Водитель почтительно попрощался с Хьюга и устремился вдаль, оставив её одну.       — Господи, дай мне сил.       Взяв свою волю в кулак и запихнув волнение и страх в самый дальний угол, она направилась вперед. Плавной походкой она двигалась к зданию, стараясь не выделяться, но при этом не казаться серой мышью на фоне других. Хотя Хинату Хьюгу сложно было назвать серой мышью, да и она себя таковой никогда не считала, но в этой униформе ей казалось, что она просто сливалась со всеми и стала одной массой, а это было ещё хуже, чем звание серой мышки. Пока брюнетка грациозно двигалась вперед ко входу в школьное учреждение, ей удалось рассмотреть людей, с которыми ей предстояло учиться. И многие барышни здесь выглядели действительно внушаемо, о чем кричал весь их внешний вид. Но и серые мышки здесь тоже были, однако, скорее всего, это были обычные девушки, попавшие сюда за счет своих знаний, а не за счет родителей. «Льготники», как их обычно называли, собственно, до них Хьюге не было никакого дела. Она не собиралась здесь с кем-то ругаться или нарываться на конфликт. Она должна была быть хорошей девочкой и забыть ту себя, которая была в Америке, иначе они с братом никогда не покинут эту страну. Пока Хината размышляла о своем дальнейшем поведении здесь, раздался звонок, который означал начало урока. Однако для Хинаты созрела незадача: она напрочь заблудилась в этих бесконечных лабиринтах.       — Черт, и где этот 105-й кабинет! Если я опоздаю в свой первый день, Неджи точно убьет меня, — причитала себе под нос брюнетка, ища нужную ей аудиторию.       Но, как назло, она не могла найти необходимый кабинет, забредая все дальше в дебри школьного коридора. Девушка начинала закипать с каждой секундой все больше и больше, а это никогда не сулило ничего хорошего. Возмущению дамы не была предела, она проклинала всех на свете, особенно тех, кто соорудил это здание. Спустя пару минут Хината окончательно сдалась, понимая, что это не в её компетенции и, кажется, у нее топографический кретинизм. Зато она забрела в небольшой дворик, находившийся внутри школы, созданный, видимо, для тех, кто хотел бы позавтракать на природе или отдохнуть между уроками. Собственно, брюнетке пришла гениальная идея в голову: раз ей не удалось найти нужный кабинет, но наткнуться на этой чудо, значит, именно здесь она проведет свой первый урок. Пройдя внутрь и усевшись на небольшую лавочку, она протянула ноги вперед и запрокинула голову назад, закрыв глаза. Девушке начало казаться, что день сегодня был на удивление благосклонен к ней, однако такая мысль в её голове успела потешиться лишь секунду, пока где-то неподалеку не раздались неприятный звук и какие-то мужские голоса. Сначала девушка подумала, что кто-то из учителей решил проверить дворик на наличие прогульщиков, поэтому хотела быстро убежать, но разговор, который доносился до её слуха, совсем не напоминал разговор учителей. И тут любопытство взяло верх над красавицей, и она направилась в сторону шума.       Когда Хьюга добралась до причины шума, что потревожил её царство умиротворения, картина, представшая перед ней, вовсе не понравилась девушке. Она подозревала, что в подобном месте нечто подобное наблюдать придется, но не ожидала, что все будет настолько плохо. Конечно, богатенькие детишки всегда были наделены такой чертой, как жестокость, но всему был предел.       — Одним своим существование ты раздражаешь. Тебе пора бы сдохнуть, Узумаки, — парень, говоривший подобные вещи, выглядел столь же омерзительно, как и его поганый язык. Белые волосы, напоминавшие белоснежный снег, свисали вниз, закрывая лицо говорившего, а рядом с ним стоял рыжеволосый амбал, придерживавший руки парня, над которым, собственно, и проходила экзекуция. Но все это казалось не таким мерзким на фоне парня, который стоял под деревом поодаль от всего происходящего. Он наблюдал за избиением бедного парня, и на его лицо Хината успела заметить безумную улыбку. Он пугал девушку, как и те двое, что раздирали свою жертву на части. «Нужно срочно что-то сделать, пока они окончательно не убили его», — про себя подумала Хьюга, понимая, что белобрысому чуду, которого сейчас так рьяно избивали, требовалась помощь. Хината, конечно, не была Матерью Терезой, но и смотреть, как на её глазах, можно сказать, убивали человека, не могла. В голову не пришло ничего умного, как вытащить один из толстых учебников и запулить его в парней. К счастью девушки, она не смогла попасть в кого-либо, однако обезумевшие от ярости парни направились в сторону выхода, попутно крича какие-то оскорбления и угрозы поймать виновника.       — Это еще не конец, Узумаки. — Последние слова остались за тем парнем, что наблюдал за происходящим со стороны. Он оттолкнулся от дерева, под которым стоял, и направился вслед за своими шестерками.