— Йоу, сука!—«мой друг» оказался моим новым учителем

      Заказав пиццу, я стала дожидаться прихода Андрея Николаевича. Всего через пару минут он придет. Да, я основательно подготовилась. Наконец-то я услышала звук. Он не спеша снял ботинки и оглянулся. — Видно, что прибралась, молодец, — он улыбнулся мне и протянул бутылку шампанского. — Спасибо, — ответила я ему и взяла бутылку в руки, — Может, пройдем на кухню? Скоро привезут пиццу. — Все, что захочешь, дорогая, — Мы зашли на кухню и сели за белый стол. Достав два небольших бокала, я поставила их на стол. —Открой шампанское, пожалуйста, я боюсь люстру разбить, — И протянула ему устройство, с помощью которого пробка достается весьма легко. Буквально через минуту наши бокалы были наполовину заполнены игристым веществом, пленяющим свои ароматом. — За что выпьем? — протянув мне бокал с шампанским, он сел напротив меня. — Знаешь, что ты сейчас несовершеннолетнюю спаиваешь? — улыбнулась я и засмеялась. Во рту вдруг пересохло. Я судорожно пытаюсь сглотнуть, держа бокал в руке. Он хитро ухмыляется и у меня внутри все сладко замирает. Его глаза смотрят на меня в упор. — Но ты же никому об этом не скажешь, правда? — Ты думаешь, я похожа на дуру? — хмыкнула я ему в ответ. Андрей чуть наклонился ближе ко мне, окутывая меня своим особенным ароматом духов: я его помнила с того дня, когда мы впервые оказались так близко. — Я так не считаю. Давай выпьем за наше счастье. Мы чокнулись бокалами. Я выпила шампанское залпом и ощутила приятное послевкусие. — А теперь, что мы будем делать? Я вздрогнула, когда услышала, как учитель подорвался со своего места, так резко, что стул, с которого он встал, издал неприятный скрежет. За пару секунд он преодолел расстояние между нами и протянул мне свои руки. Я вкладываю свои ладони в его и поднимаюсь с места. Он привлекает меня к себе и я всем телом чувствую его прикосновение: все происходит слишком быстро. Проведя пальцами по моему затылку, он обматывает мой конский хвост вокруг своего запястья и мягко тянет вниз: я поднимаю лицо ему навстречу, и он смотрит на меня сверху вниз. — Что хочешь, то и будем делать, — шепчет он. — Я на все согласен. Его слова, как зажигательный снаряд: я вся пылаю. Он наклоняется и нежно целует меня в губы, а потом принимается осторожно посасывать мою нижнюю губу. — Я хочу укусить эту губу, — бормочет он и осторожно сжимает ее зубами. Я издаю протяжный стон и вижу улыбку Андрея Николаевича. — Займемся любовью? — спрашивает он. — Да, — шепчу я, потому что именно этого я так долго ждала. Его лицо озаряется улыбкой, он отпускает меня и берет за руку. — Веди меня, — приказывает он мне и смотрит в мои карие глаза. Я провела его в свою комнату и слегка прикрыла дверь. Дрожу как лист. Наступил решающий момент. Сейчас это будет у меня в первый раз, и не с кем-нибудь, а с Андреем Николаевичем. Я часто дышу и не могу отвести от него глаз. Он снимает часы и кладет их на комод. Потом пиджак. Теперь на нем льняная белая рубашка и джинсы. — Ты боишься?  — Нет, — произнесла я с дрожью в голосе. Он медленно идет ко мне. Уверенный, сексуальный, глаза сверкают. Мое сердце начинает колотиться. Кровь стучит в висках. Желание, густое и горячее, разливается по животу. Андрей стоит передо мной, глядя мне прямо в глаза. Невероятно красивый. — Ты не хочешь снять с себя это прекрасное платье, мадам? — говорит он и, дотронувшись до моей талии, поворачивает меня, аккуратно расстегивает платье. Оно падает на пол. Я молчала и наблюдала за его действиями, позволяя ему себя раздевать. Потому что больше всего на свете сейчас я хотела, чтобы он продолжал меня касаться. Андрей поднимает и кладет его на стул. Я вновь поворачиваюсь к нему лицом. — Знаешь ли ты, как сильно я тебя хочу? Я все еще не проронила ни одного слова. У меня перехватывает дыхание. Я не в силах отвести от него глаз. Он подходит ко мне, нежно проводит пальцами по моей щеке, вниз к подбородку. — Почему ты молчишь? Я сделаю все, что ты захочешь, — добавляет он, гладя меня по подбородку. Где-то внутри, в темной глубине, мои мышцы сжимаются от сладостного томления. Чувство такое приятное, что хочется закрыть глаза, но я словно загипнотизирована пылающим взглядом. — Я хочу вас, учитель, — наконец произнесла я и приблизилась к нему, обняв его за плечи. Андрей Николаевич наклоняется ко мне, и его губы, уверенные и неторопливые, сливаются с моими. Затем учитель медленно покрывает легкими поцелуями мои щеки, подбородок и уголки рта. Он отпускает меня и мягко подталкивает к кровати, пока я не чувствую ее у себя под коленями. Я жду, что он опрокинет меня навзничь, но нет — он опускается передо мной на колени, сжимает руками мои бедра и проводит языком вокруг моего пупка, а затем, нежно покусывая, продвигается к выступу тазовой кости, а потом, через весь живот, — к другой стороне. Не сдерживаю стонов. Я держусь за его голову, пытаясь успокоить сбившееся дыхание. Андрей смотрит на меня снизу вверх из-под невероятно длинных ресниц: его взгляд прожигает меня. Я не могу отвести от него взгляда. Он останавливается и облизывает губы, а потом, не прерывая зрительного контакта, подается вперед и утыкается носом мне между ног. Я чувствую его. Там. И вдруг звонок в дверь. Черт! Я быстро отталкиваю его от себя и накидываю халат. — Я сейчас, — произнесла я и выбежала из комнаты. Заплатив за пиццу, я отнесла ее на кухню и села на стул. О Боже… Мне страшно. Почему-то на секунду мне показалось, что я не готова к такому событию. Я откинула мысли назад и выдохнула. Через пару секунд он вошел на кухню. — Какой божественный аромат, — выдавил он из себя, пуская слюнки, — Давай продолжим позже. Я согласилась и открыла коробку. — Лиза, твое тело прекрасно, не стесняйся, ты очень красива, — от его слов я немного поперхнулась от кусочка пиццы, откашлявшись, я налила себе воды. — Спасибо, — тихо произнесла я. Поев, я вернулась в комнату. Он следом за мной. — Ложись, — приказал он мне. Повинуясь, я легла на кровать и прикрыла глаза в ожидании приятных ощущений. Сначала очень нежно, лёгкими поцелуями он касается моих губ, а потом с каждой секундой более страстно. Когда он коснулся моего языка своим, я осмелела, неожиданно прижавшись к нему всем телом. Теперь я перехватила инициативу в поцелуе, щекоча его губы кончиком языка и слегка покусывая нижнюю губу. Андрей резко останавливается, снимает в первую очередь рубашку, оголяя тело. Он расстегивает джинсы и медленно стаскивает их, не сводя глаз с моего лица. Наклонившись, берет меня за лодыжки и, быстро разведя их в стороны, ложится между моих ног. Он нависает надо мной. Я извиваюсь от нетерпения. Учитель наклоняется и целует внутреннюю сторону моего бедра и выше, а потом еще выше, целует меня через кружево трусиков. О-о… я не могу не ерзать. У меня не получается. Он целует меня в живот, щекочет языком пупок. Потом поднимается выше, покрывая меня поцелуями. Моя кожа горит. Я краснею, меня бросает то в жар, то в холод, я отчаянно хватаюсь руками за простыню. Он ложится рядом и его рука движется от моих бедер к талии и потом к груди. Учитель смотрит прямо на меня, расстегивая мой лифчик. Через пару секунд он оказывается на полу. Соски сладостно горят под его искусными пальцами и губами, каждый нерв моего тела поет и трепещет в агонии упоения. Внезапно Андрей Николаевич садится, стаскивает с меня трусики и бросает их на пол. Он спускает боксерские трусы. Ого… Взяв с комода серебряную обертку, он раздвигает мне ноги, а затем становится между ними на колени и надевает презерватив. Ох… Неужели?.. Как?.. — Не бойся, — говорит учитель, глядя мне прямо в глаза. Через пару секунд чувствую его в себе. Он неподвижен и ждет, чтобы я привыкла к новым ощущениям. Ох. С утонченной медлительностью он отодвигается назад, а потом снова входит в меня — со всей силы. — Еще? — Да, — выдыхаю я. Он опирается на локти и теперь я чувствую на себе вес его тела. Сначала он движется медленно, свободно выходя и входя в меня. По мере того, как я привыкаю чувствовать его внутри себя, мои бедра начинают неуверенно двигаться ему навстречу. Он движется все быстрее и быстрее в беспощадном, неослабевающем ритме и я подхватываю это движение. Андрей сжимает мою голову руками и жадно целует, прикусывая нижнюю губу. Он чуть смещается и теперь я чувствую, как где-то глубоко во мне нарастает приятное чувство. Я вся деревенею, трепещу, обливаюсь потом… О Господи… Я и не знала, что так бывает… Даже не представляла, что может быть так хорошо. Мысли разбегаются… остаются лишь ощущения… только он… только я… Вытягиваюсь рядом с ним, чувствуя, что мои кости превратились в желе. Я полностью расслаблена и не могу стереть с лица улыбки.