***
Ночь выдалась не совсем удачной: все время Тэхена мучил кошмар — он прибегает к ребятам полный радости, а те говорят ему, что у него отвратительный голос и что ему лучше вовсе не петь. Он проснулся в три часа ночи в поту, часто дышал и никак не мог сориентироваться в пространстве. Было темно и страшно. Стало бы легче, если бы Ви хоть чем-нибудь выдавал свое присутствие, но тот спал. Тэхену кое-как удалось успокоиться, но вот уснуть он уже не смог. Мысли крутились и не давали покоя. Ближе к четырем утра он сел пить кофе, смотря на свое отражение на дверце холодильника. Образ выглядел искривленным, избитым, даже смывшийся красный цвет волос и отросшие корни не делали его лучше. Тэхен отвернулся. Он думал, что универ поможет ему забыться, что более взрослые люди не будут жестокими, как его одноклассники когда-то, но появление Юнги все испортило. А он ведь только-только стал обо всем забывать. Страх вернулся, и желание стать самим собой исчезло. В шесть утра Тэхен написал сообщение своему парикмахеру, что желает снова покраситься в красный. Тот ответил, что примет его в любое свободное время. Тэхен принюхивался, направляясь к универу. Он хотел избежать встречи с Юнги, но кто сможет обещать ему, что Юнги не почувствует его запаха и не пойдет навстречу? От этих мыслей внутренности скукоживались. Ему явно нужно придумать план побега, на всякий случай. Он не сможет избегать Юнги вечно. Рано или поздно тот его точно поймает и, вероятно, убьет. Тэхен завертел головой, прогоняя плохие мысли, и резко остановился. Среди множества других он уловил тот самый запах, от которого нужно держаться подальше. Постояв в растерянности некоторое время, пока окружающие косо смотрели на него, он решил обогнуть университет и зайти с тыла, чтобы не встречаться с Юнги. Голова его не подвела, задние ворота оказались открыты, и он без труда смог войти в корпус через задний ход. Но Тэхен все же надеется, что у Юнги не хватит мозгов зайти в универ и искать его внутри. В беседе группы Тэхен увидел сообщение о смене аудитории и, цокнув, потопал через студентов в нужном направлении. Внутри, среди других людей, ему впервые было спокойно. Он не думал о дискомфорте, он думал о том, что здесь Юнги его не достанет. И от этого становилось легче. В аудитории, как обычно, стоял шум, и Тэхен, не обращая на это внимания, уселся поближе к профессору. Тот стоял у своего стола и разговаривал с кем-то по телефону. До звонка оставалось совсем немного времени. У Тэхена глаза на лоб полезли, когда он увидел Богома, заходящего в аудиторию. Среди всего этого шума своих хубэ он выглядел взрослым и зрелым, а еще встретить его здесь не входило в планы. Последний раз они расстались, грубо говоря, не очень, и тот разговор по телефону… Тэхен завертел головой, прогоняя воспоминания. Боже, он действительно такой глупый. Сначала отказал Богому, а потом сам же дал ему надежду и все потому, что испугался остаться в одиночестве. И как ему теперь смотреть Богому в глаза? Пока он терзался на передних партах, Богом подошел к преподавателю. Они встретились, как старые знакомые, и разговаривали совсем недолго, улыбаясь друг другу. Тэхен дернулся, когда раздался звонок, и Богом, почему-то, внезапно подсел к нему. Этого еще не хватало. — Привет, Тэ. — Привет, — буркнул Тэ, пряча лицо в сгибе локтя. Ему было ужасно стыдно, — Ты чего здесь? Как же твои пары? — Я прогуливаю, — прямо ответил Богом и улыбнулся так, что у Тэхена перехватило дыхание. — И почему ты прогуливаешь? — Ну, последний курс… Сам понимаешь, — Богом отвел раззадоренный светлый взгляд, и Тэхену не нужно было быть супер умным, чтобы понять причину прогула. Все из-за него. — Понятно… Разговаривать было не о чем. Да и, в принципе, были ли вообще у них двоих когда-нибудь общие темы для разговора? Между ними всегда находился Чимин, который и подкидывал беседы, а теперь его нет, и Тэхен сомневается, дружили ли они когда-нибудь с Богом по-настоящему? — Если тебе неловко из-за той переписки, то забудь ее, — внезапно заговорил Богом, — Я же сказал, что подожду, все в порядке. — Не в этом дело… — Тогда почему ты такой подавленный? — он заметно напрягся, а рука на столе сжалась в кулак, — Это тот Юнги? Он что-то тебе сделал? Тэхен посмотрел на Богома из-под опущенной челки и не смог произнести и слова. Юнги ничего ему не сделал, но будет ли правильным рассказать о случившемся Богому? Имеет ли Тэхен право вмешивать его или кого-то еще во все это, если это только его проблемы? Эти вопросы не дают покоя. — Нет, нет, — он закачал головой, — Все нормально. — Я могу тебя сопровождать, чтобы он тебе ничего не сделал. Или заявить в полицию. — Чимин расстроится, если ты это сделаешь. — Но другого выхода нет… — Юнги мне ничего не сделал, — Тэхен не хотел расстраивать Чимина еще больше, поэтому злился на Богома, — Он тут ни при чем. Глаза Богома помрачнели, и атмосфера вокруг изменилась в считанные секунды. Кажется, это заметил и преподаватель, который до этого что-то увлеченно рассказывал, потому что наступила тишина, и глаза всех окружающих уставились на них двоих. Тэхен сглотнул, чувствуя насыщенный запах терпкого кофе, и сжался, потому что он внушал страх. — Пак Богом, с вами все нормально? — осторожно спросил преподаватель. — Да, профессор, извините. Богом поспешно встал и, прежде чем уйти из аудитории, повернулся к Тэхену. — Я не дурак, Тэхен, и чувствую того, кто бродит на протяжении двух дней вокруг университета. Дверь хлопнула, Богом испарился, а все студенты продолжали смотреть на скукожившегося Тэхена, пока преподаватель не привлек их внимание лекцией. У Тэхена внутри осел неприятный ком, и до конца пары он просидел на нервах, убежденный в том, что он снова неосознанно обидел Богома.***
«Ну что, встретимся сегодня?» Тэхен стоял посреди коридора и смотрел на сообщение от Чонгука. Он не мог понять, чувствует ли то же самое, что чувствовал вчера. С одной стороны было приятно и волнительно, но с другой — мысли о Юнги, Чимине и Богоме все портили. Внутри образовалась каша из чувств и эмоций, и Тэхен перестал понимать, за что цепляться именно в данную минуту времени. «Тэхен-а, ты же мне обещал» — пришло следующее сообщение, и Тэхен вдруг вспомнил слова Чимина «Теперь иди и ответь на сообщение Чонгука, иначе мальчик с ума сойдет…». Чонгук пусть и альфа, но он всегда выглядит так, будто это его нужно защищать. Он, Тэхен, старше, поэтому ему стоит нести ответственность за человека, с которым взаимно. Пусть Юнги и Богом пока останутся в стороне, он правда подумает об этом позже. «Где встретимся?» — напечатал Тэхен в ответ и, поправив рюкзак, отправился на встречу с Чонгуком. Чонгук встретил его в холле первого этажа главного корпуса. Вокруг него, к удивлению Тэхена, не было кучки альф-друзей. Он стоял в одиночестве, облокотившись о стенку около пропускного окошка. Эта картина выглядела, словно списанная с тех аниме, которые Тэхен смотрел вместе с Ви поздно вечером после учебы, и это не могло оставить его равнодушным. Он почувствовал себя главным героем этой особенной истории. Им двоим не требовались слова, по крайней мере, так чувствовал сам Тэхен. Ему нравилось то, как медленно они спускались по ступенькам, а Чонгук держал его за руку, чтобы он не упал. Его ладони были такими теплыми и большими, пусть он и не выглядел высоким и сильным альфой. Смотрели ли на них окружающие, Тэхен не знал, да и не особо об этом задумывался. Ему хватало одного лишь взгляда на смущенную кроличью улыбку, чтобы забыть обо всем. Он даже забыл о запахе Юнги, который слишком узнаваем среди всех остальных, — настолько запах дождя перебивал все его взбудораженные рецепторы. Когда они вышли с территории университета, Тэхен понял, что все это время слышал лишь остатки запаха Юнги. Если тот и стоял все это время здесь, возле главных ворот, то теперь его не было, остался лишь приглушенный аромат цветов. Тэхен замешкался и остановился лишь на секунду, подумав, что Богом мог приложить к этому руку, но ведь они «поссорились», и Богом совершенно точно был обижен, поэтому вряд ли он мог так сделать. Если бы Тэхен перестал витать в запахе Чонгука, то, возможно, смог бы уловить едва различимый аромат терпкого кофе, который так любит его папа. Чонгук повел Тэхена в довольно популярное среди молодежи кафе, которое находилось на соседней улице. Вывеска светилась ярко-желтым из-за солнечного света, поэтому его можно было увидеть издалека, и Тэхену не нужно было гадать или спрашивать, куда именно они направлялись. В огромных стеклянных окнах заведения проходили люди, Тэхен увидел среди них себя, идущего позади Чонгука, но его не волновало свое собственное отражение. Взгляд был прикован к Чонгуку, взволнованно вышагивающему к заветной двери. Это было их первое свидание, и Тэхен был очарован тем, как тот выглядел сейчас. Чонгук не казался уверенным, как Богом, а был взволнован так же, как и он. Они еще даже не начали разговаривать о мелочах, кушать и просто наслаждаться временем вместе, а сердце уже билось как ненормальное. Свидание с Богомом не шло ни в какое сравнение. Колокольчик на двери зазвонил, когда они вошли. Людей внутри было неприлично мало, но в тех, кто были, Тэхен узнал несколько омег и альф с математического потока. Он, конечно, сам лично их не знал, но был осведомлен об их уме благодаря Чимину. Мысли о друге выбили его из приятной атмосферы вперемешку с запахом дождя, но Чонгук спас положение, потянув его за один из приметных столиков. Грусть как рукой сняло, стоило поднять глаза и увидеть кроличью улыбку Чонгука. — О, Чон, — рядом в считанные секунды оказался миловидный официант. Он обвел заинтересованным взглядом Тэхена, и его губы тронула хитрая улыбка, — Не уж то на свидании? Еще секунду назад Тэхен чувствовал раздражение от того, что какой-то красивый омега подлетел к их столику, а сейчас вспыхнул щеками, совсем не зная, куда и как себя спрятать. Чонгук на это лишь смущенно кивнул, и он готов был поклясться, что щеки того тоже покраснели. — Тебе как обычно? — продолжил официант, улыбаясь глазами. Чонгук снова кивнул. Тэхен налюбоваться не мог на его короткие кивки, улыбку и едва заметные подергивания плечами, которые, скорее всего, были от нервов. Ему это нравилось. — Милашка, — официант внезапно повернулся к нему, и он вытаращился на него огромными от неожиданности глазами, — Ты уж Чонгука не бросай, он очень хороший мальчик. Тэхен закивал и только потом осознал, что именно имел в виду омега, след которого уже простыл. Стало ужасно стыдно, он спрятался в рукав кофты и со стороны, наверное, выглядел глупо, но потом почувствовал толчок. Отпрянув от стола, Тэхен увидел, что Чонгук протянул ему заветную бумажку, и он почувствовал, как сильно, оказывается, скучал по их разговорам через записки. «Как тебе это место?» — было написано черным по белому. Видимо, это сообщение Чонгук записал заранее. Тэхену не пришлось долго искать ручку, потому что он, сам того не осознавая, положил ее в карман на такой вот случай. «Очень солнечное, но сейчас, наверное, это лишь из-за хорошей погоды. Мне очень нравится. И людей мало, что странно» «Так ты здесь уже бывал? Или слышал?» «Нет, мне рассказывал Чимин. Он ходил сюда на собрания и на обычные пирушки старост» «Кстати, где он? Я его давно не видел» Тэхен отвел взгляд от записки и посмотрел в окно. И все-таки еще тяжело, будто это не Чимин пострадал и отсутствовал, а он. Он чувствовал на себе взволнованный взгляд Чонгука, поэтому решил его не мучить и просто ответить, ведь в этом же нет ничего такого? «Он взял академический, хочет отдохнуть от учебы и старостата. В каком-то смысле я его понимаю, хоть и не занимаюсь всей этой активной деятельностью» «А мне кажется, что у тебя есть потенциал к этому. Ты идешь на контакт, и ты очень красивый» Тэхен снова покраснел и прикрыл свободной рукой лицо, чтобы скрыть это. Он практически весь «разговор» не поднимал взгляда на Чонгука, наверное, просто боялся показаться ему каким-нибудь идиотом. Сейчас это сделать было еще сложнее. «Прекрати смущать, иначе я превращусь в варенного рака» «Будешь такого же цвета, как и твои волосы?» «Ну, нет, даже хуже. Кстати, скоро пойду обновлять цвет» «Зачем? Мне кажется, цвет твоих корней выглядит гораздо лучше. Отращивай свой родной» «На это есть личные причины, да и мне не нравится свой цвет» «Личные причина — это тайна? Может, пойдем друг другу на уступки?» Тэхен заинтересованно дернул головой, разглядывая предложение. «Это какие-же?» «Я тебе свои секреты, ты мне — свои. Ведь нам нужно узнать друг о друге чуть больше. Я хочу узнать о тебе, мне ведь и правда интересно. Я не шучу… Брат сказал мне, что видел тебя недавно в парке аттракционов. Ты был там не один. С Богомом?» Тэхен не был уверен, стоит ли рассказывать подобное человеку, который тебе нравится. То, что он говорил Чонгуку о взаимной симпатии, а потом внезапно пошел на свидание с другим — глупо и плохо. Но он и не думал, что тот рыжий альфа сдаст его с потрохами. Видимо, он очень печется о своем младшем брате. «Эм, да… Я просто однажды пообещал ему это и не мог больше тянуть. Вот и все» «Он тебе нравится?» Этот вопрос застал врасплох. Да, Богом ему нравился, но не так, как нравятся будущие мужья. Он мог положиться на него и мог просто с ним прогуляться, не беспокоясь о том, что тот потребует чего-то большего взамен. А вот Чонгук… Его запах и милое личико вызывали мурашки, а один его силуэт в толпе незнакомцев заставлял желать крикнуть его по имени, не беспокоясь о реакции окружающих. Имя Богома от счастья ему не хотелось кричать. «Он просто мой друг» — написал Тэхен. Он не видел реакции Чонгука, но услышал его удовлетворенный смешок. Сердце заделало пятьсот ударов в минуту, и он не понимал, как его успокоить. Да и нужно ли это делать? Ему нравилась та приятная боль в ребрах от его ударов, как сочетаются написанные Чонгуком слова с его собственными мыслями и как отреагировал Чонгук на строчку записки. Тэхен улыбнулся своим мыслям и даже не заметил, как стал обращать внимание на людей, ходящих за окном по улице. Чонгук внезапно толкнул его в руку, и он очухался, обнаруживая перед собой ту же записку, но уже с новым текстом. «Посмотри на меня» Сердце сжалось, и Тэхен послушно поднял голову. Дыхание перехватило, и сжавшееся на секунду сердце вовсе перестало биться. Лицо Чонгука было непозволительно близко, он мог рассмотреть даже его короткие черные ресницы и космос в блестящих глазах. А затем он почувствовал теплые губы на своих, и вместе с сердцем остановился и мир за огромным окном. Слабое дыхание опаляло кожу, кофе из-за соседнего столика и чьи-то духи смешались в кашу, но даже сквозь все это Тэхен ощутил их переплетающиеся запахи. Глаза сами закрылись от удовольствия. Где-то на периферии уплывающего сознания он услышал, как звенит колокольчик при входе в кафе, а затем… — О, Богоми-хен, какими судьбами? — тонкий голос официанта сработал, как отрезвляющая пощечина. Тэхена прошибло волной холода, он обернулся и увидел лишь лицо Богома, глаза которого не выражали ничего, кроме предательства. В горле образовался ком. — Богом, это не то, что ты думаешь… — шепнул Тэхен прежде, чем успел понять, что именно говорит и делает. Он все еще чувствовал вкус губ Чонгука, и стоило бы повернуться, улыбнуться ему, но глаза Богома не отпускали, — Богом, я… Богом ничего не услышал, да и слушать вообще не хотел. Он развернулся и выскочил на улицу, напоследок хлопнув дверью. Тэхену стало ужасно стыдно, он почувствовал себя самым отвратительным предателем на планете. Он резко поднялся, с глаз посыпались слезы, а попавшийся по пути к двери официант, который, скорее всего, нес им с Чонгуком еду, чуть было не улетел в ближайший цветочный горшок. Тэхен извинится позже, обязательно, и к Чонгуку придет и скажет, что это именно то, что он хотел, но это все позже. Богому больно, и это он во всем виноват, он должен все исправить, решить это как можно быстрее. Улица обдала его прохладой, солнечные лучи неприятно закололи глаза. Он стал осматриваться, не видя ничего из-за слез, и шмыгать носом. Куда ушел Богом? Он протер лицо рукавом кофты и смог разглядеть его удаляющуюся в переулок спину. — Богом! Подожди, пожалуйста! Послушай! — закричал он, что есть сил. И Богом действительно остановился, бросил взгляд через плечо и уселся на ближайшую лестницу. Тэхен сразу же побежал к нему. Сердце билось где-то в горле, не хватало дыхания, а он все приближался к нему и приближался. В голове было пусто, он не подумал о том, как будет оправдываться и что будет говорить. — Богом, прости! — это первое, что вылетело изо рта, когда он, задыхаясь, остановился у лестницы, на которой сидел понурый альфа. Тот ничего не ответил и даже голову не поднял, будто ничего не услышал. Тэхен стер с глаз последние слезы и нерешительно уселся рядом. Руки дрожали. — Пожалуйста, прости меня. Я боялся тебя расстроить, я боялся потерять нашу дружбу, поэтому… — Поэтому соврал, что не хочешь отношений? — огрызнулся Богом, — Ты поступил подло, Тэхен-а. Мне больно. — Прости, — Тэхен вцепился в его рукав и прильнул головой к его плечу, — Пожалуйста, я был неправ. Я не специально, честно, но… Я влюбился, но я не хочу ранить тебя. И терять тоже не хочу… Что мне делать? По щекам снова потекли слезы, он будто чувствовал через запах терпкого кофе боль, которой было наполнено сердце Богома. Он шмыгнул, губы задрожали, а руки еще крепче вцепились в чужую одежду. Богом смотрел на все это с грустью сверху вниз, поджав губы, а глаза его блестели в лучах солнца. Он сдерживался, чтобы не показаться слабым. Но оставить своего любимого Тэ-Тэ плачущим он не мог. Какой из него после этого альфа и, самое главное, друг? — Не плачь, Тэ, — шепнул он и погладил его по голове, — А то я тоже буду. — Я не могу остановиться. Прости меня… — ревел Тэхен. Кажется, со слезами выходило все то, что гложило его на протяжении долгого времени. — Он хоть хороший? — сухо спросил Богом, приобняв его за плечи. — Да, очень… Прямо как ты. — Что ж, — Богом тяжело вздохнул, — В каком-то смысле я даже рад. Теперь ему не придется жить с толикой надежды на счастливое будущее с Тэхеном.***
Тэхен шел по улице к кафе с ярко-желтой вывеской и огромными окнами. Глаза его были красными, но он надеялся, что Чонгук не обратит на это внимание. Они поговорили с Богомом и теперь, кажется, все будет хорошо. Он должен был устроить этот разговор раньше, а не глупо прятаться за спиной своих эгоистичных чувств. Колокольчик на двери зазвенел, и он зашел внутрь. Официант встретил его презрительным взглядом и бросил сухое: — Чонгука здесь нет. Бумажки с их перепиской на столе не было. Тэхен почувствовал, как к опухшим глазам подступают слезы, а сердце разваливается на части. Он снова все испортил.