По законам Асгарда

Тор вновь стоит перед своим временным “троном” напротив толпы собравшихся асов и немногочисленных беглецов с Сакаара. Впрочем, и (бывших?) жителей Асгарда здесь тоже не так много, как могло бы быть. И вот, пред ними новый царь, собравший их для какого-то важного объявления. Рядом с ним — вся его свита, все те, кому он доверяет. И даже, по правую руку, Локи — тот самый, которого когда-то объявили предателем, а теперь именуют не иначе как спасителем. И именно от его присутствия Тору сейчас хуже всего. Потому что сводный брат — единственный, кто знает, ради чего они все сейчас здесь собрались. Они всё уже обсудили, всё решили, но смотреть в глаза младшему как никогда страшно — Тор наконец-то научился видеть в этих глазах всю ту боль, что Локи скрывал от него. И сейчас царь Асгарда будет делать своему брату больно. И всё-таки он не сдерживается, косится в сторону младшего. Тот внешне собран, но знающий глаз может заметить и нервозность, и страх. Но вместе с ними и уверенность. Толпа начинает беспокоиться. Прошла уже пара минут с тех пор, как все собрались перед троном, но царь до сих пор молчит и даже как-то совершенно по-мальчишески мнётся на месте. Начинаются шепотки. Конечно, все уважают нового правителя, спасшего их от гнёта Хелы и не раз доказавшего себя могучим воином, но такое поведение удивляло. Тор как будто только сейчас замечает, что его слов все ждут, и жалеет, что никакого царского посоха спасти не удалось — Один так хорошо успокаивал толпу одним лишь ударом посоха об пол! Но думать о царских регалиях поздно. — Дорогие жители Асгарда! — громогласно приветствует Тор. — И… все остальные, — добавляет уже не так громко. Этого оказывается достаточно, чтобы вернуть всё внимание на оратора. Который опять тушуется. Он просто не хочет этого говорить, и всё! — Ваше величество, — шипит из-за левого плеча Валькирия, — если вы сейчас же не скажете что-то по делу, я вас пну. Для ускорения. Угроза особенно страшна в комплекте с уважительным обращением настолько, что Тор чувствует, будто его уже пнули. И наконец начинает. — Я собрал вас здесь сегодня для важного объявления, — для того, чтобы продолжить, пришлось сглотнуть ком в горле. — Я исключаю Локи из своей семьи! Возмущения начинаются сразу, фраза ещё даже не успевает прозвучать до конца. “Как же так? — не понимает толпа. — Он ведь герой! Спаситель!” Оглянувшись налево, Тор видит, что даже Валькирия в недоумении и даже недовольстве. Оглянувшись направо… Локи просто закрыл глаза и поджал губы. Возможно, так даже лучше. Тор снова поворачивается к народу и снова жалеет об отсутствии посоха. — Попрошу тишины! Я ещё не закончил. И толпа унимается. Тысячи глаз смотрят на своего царя с надеждой, что он объяснит это недоразумение. И он, в каком-то роде, собирается. — Также я хочу объявить, что через несколько дней Локи Лафейсон станет моим мужем и вторым царём Асгарда! Несколько мгновений над так называемым “тронным залом” висит мёртвая тишина. Первым её нарушает тихое нецензурное междометие, вырвавшееся изо рта Валькирии и прозвучавшее отчего-то восхищённо, потом кто-то из асов выкрикивает “Ура!” и вскоре весь народ поддерживает его, на разный лад восторгаясь тем, как ладно всё сложилось в царской семье. Тор облегчённо вздыхает. В результате всё это оказалось не таким сложным, как он боялся. Внезапно в его бок утыкается сильный женский палец. — Ты молодец, тебе долго удавалось скрыть это от меня, — почему-то голос Валькирии звучит угрожающе. — Поздравляю, женишок. — Ты уверен? Насчёт всего, что ты только что сказал? — подходит ближе Брюс. — Да. Абсолютно, — подтверждает Тор и двигается на выход, утягивая за собой всё равно что оцепеневшего Локи. *** — Ты доволен? — спрашивает Тор, едва добравшись до каюты. Их теперь уже общей каюты. — Счастлив, — голосом, выражающим целый спектр эмоций, далёких от счастья и довольства, отвечает Локи. — Локи, я понимаю, это неприятно, но не злись же на меня! Я сделал всё, что ты хотел. Хотел править Асгардом — ты скоро станешь его законным царём. Хотел, чтобы я перед всеми объявил о наших отношениях, я это сделал. — А ещё ты отрёкся от меня, — выплёвывает Локи. — Потому что ты сам сказал, что это необходимо! Тор смотрит взглядом преданного щенка, не знающего, за что его побили. Локи опускает веки, не то чтобы не видеть этого, не то успокаиваясь. — Да. Потому что по законам Асгарда брат не может жениться на сестре или брате. Так пошло с древних времён и этим нельзя пренебречь. — Зато я могу пренебречь твоим отречением. — Тор позволяет себе шаг навстречу и обнять Локи. — Брат. — Тот едва заметно дёргается. — Я тебе больше не брат, ты прекрасно знаешь это. — Он глубоко вздыхает и обнимает Тора в ответ. — Зато жених. — Ну нет, — безапелляционно заявляет Тор. — Ты мой брат, мой любовник, мой жених и мой будущий царь. На меньшее я не согласен. Впервые за вечер Локи улыбается. Даже немного язвительно. — Тебе просто нравится называть меня братом на ложе, я прав? — Не без этого, — посмеиваясь подтверждает Тор и будто специально тянет Локи к кровати. — Извращенец! — Не спорю. В этой каюте ещё далеко не раз на все лады будет звучать слово “брат”.