Я буду жить ради того, чтобы увидеть твою смерть

Кроули переместился вместе с всхлипывающей Мэдисон в ад. Он посмотрел на своих подданных и откашлявшись произнес: — Папочка дома. А еще я хотел бы сказать вам одну важную новость… сегодня у вас новый гость — дочурка Дина Винчестера. Напомни нам свое имя, лапуля. Мэд почти ничего не видела из-за слез. Она всхлипнула в очередной раз. — Прости, дорогуша, я что-то не расслышал. Ты не могла бы… — Закрой. Свою. Поганую. Демоническую. Пасть. — сквозь зубы процедила Харрисон. Она дрожала как осиновый лист, но все равно смотрела врагу в глаза. Лицо Кроули снова исказила победоносная улыбка. Его завораживала ненависть этой юной особы. Она словно горела изнутри. Никогда он не видел такой всепоглощающей ненависти и боли. Эти эмоции пробуждали в демоне еще более темную сторону. — Зачем… — Мэд сглотнула слезы, — зачем ты убил мою… — она никак не могла произнести слово «мама», для нее это было слишком больно. Все ее лицо и одежда уже были в слезах. Она испытывала к себе отвращение и чувствовала себя жалкой. Она ненавидела себя за то, что не смогла спасти маму. И винила в ее смерти себя. — Ты хотела сказать, маму, лапуля? — Кроули снова улыбнулся. — У меня на это были свои причины. Дорогая, не бывает злодеев, которые совершают зло просто так. Их всех что-то, или кто-то, вынудил на такие поступки… — Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО МОГЛО ВЫНУДИТЬ ТЕБЯ НА УБИЙСТВО МАМЫ! ЭТО БЕСЧЕЛОВЕЧНО! СНАЧАЛА Я СТОЛЬКО ЛЕТ РОСЛА БЕЗ ОТЦА, А ТЕПЕРЬ БУДУ БЕЗ МАТЕРИ! — Мэдисон никогда не была так откровенна перед кем-то, но сейчас все эмоции словно выплеснулись наружу. Кроули вздохнул и развернулся к демонам. — Пожалуйста, выйдите, если не хотите, чтобы вас затопило слезами. Демоны, развернувшись к демону и девушке спиной, вышли из тронного зала. — Наверное, сейчас ты думаешь, что в твоей жизни больше не будет ничего, кроме боли… — от зловещего шепота Кроули Мэдисон еще больше покрывалась мурашками. — И ты совершенно права. Мэдисон, как не пыталась, не могла остановить слезы. Казалось, что они будут идти вечно. — За что ты так со мной… Это из-за твоих разборок с моим отцом? Я ведь ни в чем не виновата. Моя мама тоже не была виновата… лучше убей меня! Я не хочу мучиться всю жизнь! Я НЕ ХОЧУ ВСЕГО ЭТОГО! МНЕ ЕЩЕ ТОЛЬКО ШЕСТНАДЦАТЬ ЛЕТ! У МЕНЯ ВПЕРЕДИ ВСЯ ЖИЗНЬ! Кроули с абсолютным равнодушием подошел к Мэд. От него отвратительно несло виски и дорогим парфюмом. Девушка поняла, что отныне этот запах будет с ней всю ее жизнь. От него не спрятаться. Он уже проник к ней под кожу и никогда ее не отпустит. — Знаешь, лапуля… боль порождает новые маски. Ты и сама не заметишь, как тебе начнут нравится мои пытки. А после они станут для тебя болезненным наркотиком. Тебе это будет нравится, но ты все равно будешь мечтать о смерти. Таким образом, в твоей жизни будет всего два чувства: боль и наслаждение. И рядом с тобой не будет никого, кроме меня. Это и есть ад, не правда ли? Горячие слезы продолжали литься из глаз. Это личный ад Мэдисон Харрисон. А Кроули — ее палач. И так будет продолжаться вечно. Иногда у нее даже не получалось сглотнуть из-за боли и слез. — Неужели ты настолько ненавидишь моего отца, раз обрек меня на такое? — Выпей, — Кроули налил в стакан виски и протянул его Мэд. — Тебе станет легче. Темноволосая взяла стакан и бросила его в стену, после чего он разлетелся на тысячи осколков. — Ты можешь злиться, сколько угодно, но… — Заткнись. Просто заткнись, Кроули, прошу тебя. Оставь меня в покое. Все остальное время они простояли друг на против друга молча, каждый был погружен в свои мысли. А Мэдисон к своему ужасу поняла, что ненавидит Дина. Ведь если бы он не приехал, всего этого не было бы.

***

— ДИН! ДИН! ДИИИН! — Сэм вот уже полчаса пытался докричаться до брата, который обезумел от боли. Он пялился в одну точку, сидя рядом с трупом Джейн. — Нам нужно спасти Мэдисон. ДИН! ТЫ СЛЫШИШЬ МЕНЯ? ДИН, СКАЖИ ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ, ПРОШУ ТЕБЯ! — Сэм не переставал трясти брата за плечи. — Джейн… — Дин еле шевелил губами. — Ты должен прийти в себя, Дин. — Сэм?! Что произо… — но как только Дин увидел перед собой труп Джейн, он сразу же все осознал. Ему удалось титаническими усилиями сдержать слезы, но скупая слеза все же потекла. — Мы должны спасти Мэд.

***

Кроули подождал, пока его пленница успокоится. — Иди за мной. — Что?! — Ты слышала. Пойдем. Мэд всего шестнадцать лет, а ее жизнь рухнула в одночасье. Счастье — не ее судьба. Всю жизнь будет лишь всепоглощающая боль, это девушка поняла еще с детства.