Главное — начать

      — Стальной, вот скажи мне на милость: почему же это сегодня на месте корпусов заброшенного припортового завода охрана объекта нашла одни только обломки? Прямо сейчас там находится моя команда. Все поголовно говорят, что всё снесено подчистую, одни руины остались.       — Ну не знаю… Говорят, там каких-то дилеров нашли, вот они дружно и поломали корпуса…       — Прямо так взяли и поломали? Все двадцать семь?       — Да знаешь, как они бегают быстро, да еще и винтовками своими машут! «У-у-у, мы вас продырявим!» — выдал старший Элрик, но потом понял, что раскрыл себя и тихо ругнулся себе под нос. — Да и вообще, завод всё равно заброшенный, кому он нужен?       — Взрывчатки у них не было? — проигнорировав последнюю фразу алхимика, уточнил полковник.       — Не было. Один вот в меня нож кинул, а остальные с огнестрелом.       — А значит, огромное здание было снесено одной только алхимией. Спасибо за откровенность, Стальной.       — Эй-эй, полковник, погоди-ка! Знаешь, сколько их там было, а?! И резвые все какие! Да если бы мы аккуратнее их пришибить попытались, то тут бы уже сидела Уинри и прилаживала бы мне вместо второй руки автоброню!       — А так ты отделался лишь растяжением, — констатировало факт начальство. — Можешь не прятать эластичный бинт под рукавом плаща, мне уже прекрасно известно, что и где ты отбил.       — Блефуешь! Ничего ты не знаешь!       Альфонс и Лиза молча переглянулись, а последняя налила в свою кружку чай. Они уже привыкли к постоянным перепалкам этих двоих. К слову, все ссоры имели классический сценарий: Эдвард что-то рушит в городе, несмотря на то, что цель им преследуется сугубо благая — поимка преступников или еще каких-то негодяев, а Рой очень лихо его за это отчитывает, ибо все шишки, совершенные майором Элриком всегда сваливались на старшего по званию, а именно на полковника Мустанга. Ладно ещё замечания от вышестоящих чинов и отсутствие отчетов от юного алхимика, к этому Огненный за столько-то лет смог привыкнуть, но что касается денежных санкций и время на восстановительные работы…       — Мисс Хоукай, как думаете, на какую сумму брат натворил дел? — шепнул Альфонс старшему лейтенанту, пытаясь вслушиваться в разгорающийся спор и дальше.       — Портовые склады давно были заброшены, но при этом находились в собственности, так что наверняка больше чем обычно… — тихо ответила Лиза, но её прервал повышенный голос начальства:       — Ты понимаешь, что обломки завалили находящиеся поблизости садовые участки? Ладно ещё их! Черт возьми, Стальной, большая часть из них теперь находится в воде!       — В воде? Далековато как-то, я вроде совсем легонько преобразовал…       — Но если уж ты не знаешь, то откуда знать мне? Почему то, что раньше было огромным зданием, теперь располагается под водой, которая находится за, чёрт тебя дери, сотней семь метров от разрушенного места?       Спорящие уже откровенно прожигали друг друга взглядами, а Ал с Лизой в тысячный раз обрадовались, что огненная алхимия полковника не работает посредством глаз.       Обычно в подобных ситуациях спор прерывала Хоукай — говорила что-то из ряда «ваш спор не имеет смысла, ибо в любом случае полковник Мустанг оплатит все разрушения и выслушает нелестные слова от тех, чьё имущество было повреждено, а старший Элрик поможет в восстановлении объекта, пропадёт на время, а потом снова решит поймать кого-то ещё». Все перепалки кончались одинаково — капитуляцией обеих сторон и фразой Эдварда «Пойдем, Ал, нам тут нечего ловить», после которой юный алхимик откроет дверь так, что та ударится о стену, а Рой крикнет вслед что-то из ряда «Попадись мне на глаза, все отчёты заставлю сдать сегодня же!», а после вздохнет и тихо скажет: «Что же нынче за молодёжь пошла?», получит из-за двери ответ «Кого тут назвал таким мелким, что даже в лупу не видно?!», вслед за ним раздастся тихое Аловское «Простите братика», и только после того, как звуки движения конечностей младшего Элрика и яростные крики старшего перестанут слышаться, Лиза сможет облегчённо выдохнуть и и смело сказать: «Вот и еще одна ссора позади». Но не в этот раз.       Эта перепалка оказалась из ряда вон выходящей, ибо первым не выдержал Альфонс.       — Брат, хватит! — буквально взмолился он. — Ведь это и правда сделал ты. Лучше давай вместе поможем всё восстановить, чтобы с полковника не взяли много денег.       — Ал, ты вообще на чьей стороне? — возмутился Эд.       — Где старший, там и младший, — рассуждал вслух Рой. — А значит, что Альфонс тоже был в том месте. Ал, почему же ты не остановил своего братца?       — С чего это ему меня останавливать? — воскликнул Эдвард, чувствуя, что его снова выставляют ребенком. — Он, между прочем, очень мне помог! Такую огромную сеть создал из толстенной проволоки и поймал в неё человек десять. Нет, двадцать, точно-точно! Это было зрелище еще то…       — Стальной!       — Да что ты всё Стальной да Стальной? Знаю я, как меня по документам зовут, можешь и не напоминать каждую секунду!       — Как ты вообще со старшим по званию разговариваешь? — Мустанг звучно ударил по столу, отчего стопка документов, старательно подготовленная Лизой, перекочевала на пол; аккуратно сложенные ещё пару минут назад листы стали представлять собой полный хаос. Старший лейтенант сжала лежащие на столе ладони. — Мало того, что мне сообщают о том, что обломки огромного старого завода теперь покоятся на дне морском, так еще и сказали, что какие-то контрабандисты огромной сетью удят там рыбу! Не подскажешь, что это за таинственные нелегалы такие?       — Ал остановил столько бандюг, а ты ещё что-то можешь говорить?!       — Простите, полковник, я не хотел, чтобы у вас были еще проблемы… — начал было извиняться младший Элрик.       — Не переживай, все в порядке. Государственный алхимик же не ты. — Огненный злобно покосился на подчинённого.       — Ах так? Да я тебя…       — Прекратите оба! — вступила в разговор Лиза, которую поведение обоих алхимиков доканывало еще тогда, когда подобные ссоры только начинали быть обычным делом. — Эдвард, впредь будь осторожнее и не разрушай всё вокруг, обратись в штаб, если нужна помощь. А вы, полковник, — лейтенант строго посмотрела на начальника, отчего тому стало не по себе. Верный телохранитель была очень сердита, хотя сейчас её тон был так же спокоен, как и в любой другой день. Рой уже различал каждый её взгляд и умел распознавать настроение по каким-то одним ему известным бликам в глазах Лизы. — Говорите по факту — что Эдвард получит в качестве наказания и как долго будет помогать исправлять свои огрехи, а не кричите просто так. Как это поможет делу? Вы ведь впустую тратите и свое, и наше время, за которое могли бы уже к этому заводу съездить, помочь ребятам или, уж на крайний случай, заполнить все документы, который Бог знает сколько хранятся на полке «Срочно заполнить». Каждый раз бессмысленная ругань. Может, вам обоим пора взрослеть и прекращать эти концерты?       Оба противника как-то сразу потупились. Эд нервно почесал металлической рукой в затылке, а Мустанг поспешил поднять документы, которые недавно уронил. Речь девушки произвела невиданный фурор. Альфонс тоже был поражен — так уж смело прозвучали слова служащей — и готов был поклясться, что если бы только его тело в тот момент могло покрыться мурашками — оно несомненно бы сделало это. Несмотря на то, что именно веское слово Лизы всегда было стоп-краном любой ссоры Эдварда и Роя, в этот раз оно поразило в самое сердце всех присутствующих. Раньше такого эффекта не наблюдалось.       — Да, я это, и правда порушил много, мне ещё Ал говорил что-то вроде «Брат, давай им ловушку устроим», а я решил по-своему поступить. Вот как-то так и вышло, — пробубнил Эд, пристыженный речью Хоукай. Слова девушки отчего-то очень сильно на него подействовали, что даже расхотелось съездить нерадивому начальнику по лицу.       — Ладно, ладно, и я не прав был. Все-таки что я за взрослый — пускаю ваши дела на самотек, а вроде бы начальник. Воспитывать должен, а не после того, как вы что-то необдуманное сделали, ругать, — вздохнул Рой и улыбнулся. — Так что займемся воспитательной деятельностью.       — Ч-чего? — опешил Эдвард и удивлённо уставился на полковника. Хотел было уже обидеться и начать гневную тираду, но вспомнил слова Лизы. Потупился. — Тоже мне, отец нашелся… Что-то слишком молоденький, — и все же не смог не опустить рвущиеся мысли.       — Ну, а почему нет? — тоже как-то обиженно воскликнул полковник, но, как и Эд, вспомнил слова подчиненной. Стало как-то стыдно за устроенную перепалку. — Как ни крути, а ты сейчас под моей опекой. Я за тебя в ответе и, знаешь ли, тоже иногда волнуюсь не только за состояние казны, моего собственного кошелька и репутацию всего отдела, но и за целостность тех, кто вечно лезет в драку.       Лиза сначала несколько удивилась — не так уж часто начальство откровенничало — но после улыбнулась и расслабилась. «Проняло их, все-таки,» — подумала она и взялась за кружку с горячим напитком.       — Чисто любопытный вопрос… Если уж вы — отец, то кто тогда мать? Неужто лейтенант Хоукай? — Лиза почти что поперхнулась чаем, но, сдержав порыв, только вопросительно подняла бровь. Мустанг же подумывал доставать перчатки. Старший Элрик понял, что всё-таки схлопочет. — Вон как вас пристыдить смогла, что аж руки к документам сами потянулись! Да и остальные ваши ребята вот как-то мало походят на женщин… Ну ладно вам, это риторический вопрос! — рассмеялся подросток в попытке разрядить обстановку из-за неудавшейся шутки. А шутки ли?.       — Стальной, с формулировками вопросов будь аккуратнее, — процедил Рой и откинулся на спинку кресла. — Учить тебя и учить. Способный ведь, умный, но вот чёрт бы побрал, всё лезешь и лезешь на рожон! Ничему жизнь не учит. Так, и правда хватит с меня болтовни и ругани, сейчас мы с тобой отправляемся к заводу и разбираем его останки, восстанавливаем по возможности и разбираем все завалы. Об остальном поговорим после.       Альфонс и Лиза просто не могли оторвать глаз от этой умильной картины — вечно грызущиеся Элрик-старший и Мустанг будто мгновенно позабыли обиды и наконец занялись совместно чем-то кроме выяснения отношений.       Лейтенант понимала, что теперь в отношениях этих двоих что-то изменится. Эд, хоть и являясь вспыльчивым подростком, который порой не может остановиться и внять чьему-то совету, всё равно был для полковника важен и дорог. Только она знала о том, что после каждого проступка Стального алхимика начальник меряет кабинет крупными шагами и бубнит что-то о том, что Уинри вообще пора уже переселить в штаб, а к старшему Элрику приставить дюжины две солдат, чтобы уж точно не сбежал. «Не злится. Волнуется, » — подмечала про себя Хоукай и улыбалась. Как ни крути, а сердце у начальника все-таки очень чуткое.       Альфонс же буквально почувствовал изменение настроения Эдварда. Вся обида оного будто бы сошла на нет, а осталось только детское — мальчик-доспех почти засмеялся, когда подумал, что на это прилагательное ответил бы брат — недоумение от того, как родитель так сильно печётся о своем чаде. И пусть не родитель, а просто начальник, и пусть не о своём ребенке, а о подчинённом. Старший брат, как бы он сам это не умалчивал, все-таки был благодарен Рою за все полученные возможности. И как-то даже по своему его ценил. По-Эдовски — странно, непонятно, но сильно.       И оба цепных пса армии как-то расхотели ссориться, а наоборот, взялись за возможность ссоры вообще пресечь.       «Ну, Стальной, взрослеешь на глазах. Нет, показалось. Но духовно уж точно. Эх, светлая ведь голова, а слушать не хочет ни-ко-го. Теперь хотя бы понял, что желать кроме добра я ему ничего не могу — ценный подчинённый ведь!» — не удержался от своеобразной шутки Мустанг.       «Этот хотя бы молча из дома не ушел, наоборот ведь, всё лезет узнать, всё ему интересно. Ну, полковник, поглядим, как мы с тобой сработаемся…» — усмехнувшись, подумал Эдвард.       После неудавшегося подъема груза со дна морского, из-за которого Рой промок до нитки, а Эд разрушил то, что вроде и сломать-то больше нельзя, оба поняли, что работать ещё придется долго. Но это не страшно.       Главное — начать.