Спасибо, что бросили

Я никогда не думала, что смогу полюбить кого-то настолько сильно, ведь это ослабляет меня. Делает меня уязвимой. А позволить такое — предоставить себя обществу как мишень в которую день изо дня будут пускать самые острые стрелы. Я всегда боялась влюбляться. Чувствовать эту щекотку меж ребер и не знать как успакоить своё сердце, но с ним мне вроде и не страшно. Рядом с Диланом мне не страшно ничего. Мне не страшно любить. *** Уже битый час компания шестерых людей перебирают гребанный поношанный блакнот делая какие-то пометки для себя. Нет такого слова, которое бы могла упустить эта компания и даже самый нежелательный человек в этой шестёрке исписал все бумаги в этом доме подозрительными словами. Зак уже в пятый раз ловит на себе суровый взгляд брюнета, который держит за собой кудрявую бестию словно ребенка. Он бы убил его если бы он не был бы важен им. Перерезал бы ему глотку или бы просто добил его. Запросто. Единственное, что его останавливает, это кариглазое чудо которое то и дело пытается докоснуться до него в любой удобный момент. Сядет рядом коснувшись плечём его плеча, коснётся его пальцев когда они тянутся к одному и тому же предмету, или просто положит на него голову поджидая отрицательной или положительный реакции. Тактильная поддержка — её конёк. Если бы она знала как эта хрень помогает ему. Розоволосая подбирает под себя ноги и убирает длинные волосы в футболку, чтобы они больше не имели возможности закрывать ей обзор. Её тонкие пальцы проходятся по надписям и она переписывает их на лист бумаги в надежде, что это поможет. Стив двигается ближе к Еве помагая ей найти больше информации о Закари, но когда вы посмотрите на них, у вас не будет ощущения, что он пододвинулся только для того, чтобы найти больше информации о Заке. Он видит, что Ева эмоционально сломлена после стольких событий за день и одной ей будет гораздо труднее чем хоть с какой-то поддержкой с его стороны. -Охринеть. — Зак вытерает ладони о джинсы, что выцвели и поэтому некоторая ткань немного светлее остальной. он снова вглядывается в текст усмехаясь и как будто не веря самому себе. Хелен и Дилан кидают друг на друга короткий взгляд и быстро возвращают его на Зака. — Да она вынесла пол его дома, я бы тоже её убил. — Лицо Хелен мгновенно хмурится выражая реальное непонимание к блондину, что до сих пор невнятно усмехается перечитывая одни и те же строчки. -В каком смысле? — короткий вопрос ставящий в тупик всех. Прямо сейчас, для Хелен пропали все. Все кроме Зака, что сумел заинтересовать её этой столь информативной фразой. Не дай бог, она права в своих догадках. -Скажи ещё, что ты понятия не имеешь, кто грохнул твою мать.- ладони Хелен покрываются холодным потом, а в голове будто появляется некий посторонний шум, что пытается заглушить последующий ответ Зака. Она не хочет этого знать. Нет. Ненадо. — Даже не подозреваю. — Зак отрывается от чтения блакнота и смотрит на Хел. Смотрит так, как будто ожидает что прямо сейчас она рассмеётся и сообщит о хреновой попытке пошутить, или просто уйдет от ответа, но нет. Этого не произойдет. -Да ты прикалываешься- Зак смотрит в её глаза. В глаза полные ожидания. Её почти трясёт от чертового страха перед правдой. Перед правдой, что от неё постоянно скрывают боясь её реакции. Но она больше не может так. Это невозможно столько терпеть. Дилан сжимает её запястье напоминая о том, что он все ещё здесь и ей не стоит выходить из себя. Все хорошо. Все хорошо? Нет, не все хорошо. Ты не прав, Дилан. -Дорогуша, известный нарко-дилер Джим Старк подрезал на автомобиле твою мамашу. — шум в ушах берет верх над Хелен и поэтому кудрявая прижимает ладони к ушам в надежде утихомирить его, но тчетно. Почему. Почему она никогда не вкурсе событий которые прежде всего касаются её? Уже не важно. Глаза Хел непроизвольно слезятся и она даже не пытается вытереть слёзы. Она просто кивает. Кивает со всей болью, что накопилась в ней и делает неуверенные шаги в сторону лестницы. Она устала. Устала от всего этого. Вы никогда не увидите человека, чья обида бы настолько выливалась через край. Обида на эти чёртовы обстоятельства. Дайте ей время. Прижимает тыльную сторону ладони к губам и сжимает веки до боли, чтобы больше не выронить слез пока она не дойдет до комнаты. Дилан ничего не говорит. Ни слова. Её обстоятельства ему понятны. Она не сможет произнести ни слова. Она пуста. Поднимается с пола и перекидывает её руку через свою шею. -Тише, Хел. — помогает ей сделать шаг на ступень, но та даже не способна поднять эту грубанную ногу. Все что она может сейчас это — беззвучно плакать. -Понятно. — Дилан наклоняется и берёт Хел одной рукой под колени, а другой под спину поднимая её над полом. Прижимает к себе это маленькое создание делая шаги по скрипучим ступенькам. Ей нужно это чертово время. -Истеричка…- чуть слышно произносит Зак, но этого достаточно, чтобы на него обратили внимание розоволосая и Стив. -Закрой свой погонный рот — Ева не жалеет словарного запаса чтобы заткнуть рот парню со шрамом. -Мудила- Добавляет Стив сквозь зубы. Ну вот и все. Идиллия которой и впрочем-то не было — окончательно испорчена. И никто не готов сейчас говорить. Ни слова больше не промолвит эта компания. Не сегодня. *** Темная улица освещается жёлтым светом фанарей. Улицы окутаны неподдельной тьмой, а небо затянуто темными тучами. Оно будто чувствует их ощущения и впитывает в себя все это вымещая на всех жителей города. Небольшой дом по которому внешне ну никак не определить того, что с ним творится на самом деле. Свет горит лишь на втором этаже, где никак не могут уснуть кудрявая и Дилан. Все их мысли забиты тем, как же они устали это терпеть. Не говоря уже о тех секретах, что до сих пор знает только Дилан. Такого терзающего чувства он давно не испытывал. Что он ей скажет? Что будет если он хотя бы запнётся о том, что знает этого самого нарко-дилера, что убил её мать? Я вам отвечу. Эмоциональный и дикий всплеск. Вполне возможно что их только сформировавшиеся отношения дадут не хилую трещину после этих слов. Лучше не рисковать. Не сейчас. Первый этаж опустел ещё после едких слов Зака, что впервые заставили Еву задуматься о том, чтобы собственноручно придушить кого-то. После появления этого человека в доме, все пошло на перекосяк, но было ли что-то лучше до этого? Может быть он не хотел приносить никакого вреда? Он ведь просто сказал правду? Не так ли? Возможно. Но возможно, что он соврал. Так или иначе, других зацепок эта компания не имеет, так что им придётся довериться столь ненадёжному и отвратительному человеку. Худые ножки розоволосой девушки едва касались холодного пола. Она изучает его узоры последние пятнадцать минут пытаясь успокоить нервы. Голова девушки неперестовая болит уже третий день и увы, таблетки которыми она пичкает себя — дают временный эффект. Накрывает веки тонкими как палочки пальчиками и растерает их в надежде избавиться от чертового чувства сонливости. Она будто спит на яву и поверьте, вам лучше никогда не знать какого это. Зелёные глаза девушки устремляются на подходящий к ней силуэт, что кладёт тёплые руки ей на шею. Она спокойно принимает объятия Стива уткнувшись носом в его щёку. Он — единственное, что помогает ей успокоиться. -Все наладиться. — целует её в макушку смотря томным взглядом в бордовые обои. Он сам не уверен в своих словах, но ему нельзя допустить, чтобы единственный огонёк в его жизни погас. Нельзя. *** Впервые тишина говорит больше слов, чем любое сотрясение воздуха. Впервые Хелен полюбилась тишина. Знаете то чувство когда ты срываешься, кричишь, плачешь, теряешь смысл, а потом просто понимаешь, что это никак не изменить и тебе просто становится плевать. Возможно слезы все ещё будут непроизвольно течь, но увы тебе все равно и ты не замечаешь ничего, что творится вокруг. Именно этим чувством сейчас захлёбывается кудрявая. Для него нет названия, но возможно Хелен бы посчитала это глубокой, кратковременной дипрессией. Правда сейчас она уже точно не может здраво мыслить. Дилан уже полчаса приглаживает кудряшки Хел переводчески разьединяя волоски отдельных прядей друг от друга. Это успокаивает его. Тихо постукивает ногой дабы придать обстановке «убаюкивающий» эффект, чтобы кареглазая, что лежит на его коленях наконец сомкнула глаз, но чтобы Дилан не делал — Хелен не реагирует. Как будто прямо сейчас, она не здесь. Не в этой комнате. Не в этом мире. Как же это ужасно наблюдать за тем, как человек морально погибает, а ты ничем не можешь ему помочь. Ничем черт возьми. Он снова проводит ладонью по её волосам словно по волнам. Снова прикрывает веки и озадаченно выдыхает. Может она всё-таки уснула? Опирается ладонью о кровать и тихо нагинается пытаюсь увидеть глаза кудрявой. Не спит. Черт. Дилан хмурит брови и проводит рукой по темным волосам. Пододвигается к стене и притягивает к себе кареглазую уткнувшись носом ей в волосы. Пожалуйста отреагируй хоть как-то. Наблюдает за тем, как она моргает пустыми глазами уставившись в стену. Как неживая. От этой мысли Дилана будто бьют то бьют током и единственным его желанием становиться — хоть как-то облегчить положение. Хоть как-нибудь. - Знаешь, когда мне плохо…- Дилан делает небольшую паузу садясь по удобнее и прижимая спину Хел к своей грудной клетке, чтобы та приняла сидячее положение — Я вспоминаю, что на свете есть люди которым намного хреновее чем мне.- он уже и не надеятся прямо сейчас вдохновить её или привить любовь к жизни, но было бы не плохо, если ей хотя бы немного стало легче. Он никому и никогда не раскрывался, но если его открытие поможет ей, то он готов. — Моя мать залетела случайно на какой-то левой тусовке по пьяне. Про отца вообще не знаю, впрочем думаю как и она. В ту ночь она много кому отдалась и даже не подумала о том, что может залететь. — он с некой тяжестью надавливает пальцами на уставшие веки пытаясь не отходить от столь болезненной темы — Как только она родила, она не раздумывая подкинула меня первой встречной херовой бабе на порог дома. Это было в Канаде. Там с этой бабой я прожил два года, после чего у неё отобрали родительские права, ведь в подвале эта прекрасная женщина устроила невероятный наркопритон. Органы опеки решили отдать меня одинокой женщине в Сиэтле. Она бесплодна поэтому я для неё был большой удачей. Пока я был мелкий, она была рада как какому-то щенку, но я вырос и её интерес стал постепенно пропадать. Ей стало плевать где я и как я, поэтому уже в четырнадцать лет, я даже не ночевал дома и не получал за это по шее. Она…- закусывает язык решив немного взять себя в руки и замечает, как Хелен вслушивается в его слова — Она никогда не работала и не собиралась, поэтому работать приходилось мне. В те же четырнадцать я ввязался в так себе банду, что вначале давала мне не серьезные поручения, а потом… А потом я ближе познакомился с их боссом и в пятнадцать мне приходилось… — он с трудом выдавливает из себя каждое слово сдерживая себя от того, чтобы не сказать лишнего. — Мне приходилось делать ужасные вещи, Хел. И меня никто не останавливал. Всем было плевать. Я ввязался в так себе компанию в школе, что являлось частью уговора моего босса, и я избивал до смерти любого, кто криво посмотрит в сторону моей банды. -А что сейчас? — любопытные глаза Хел наполнены сочувствием, но эта смесь гораздо лучше, чем та пустота, что видел Дилан пару минут назад. -Сейчас… Знаешь… От них давольно не легко отвертеться поэтому мне по сей день приходится выполнять некоторые задания. Но… Уже далеко не по своей воле. И я не говорю, что мне хуже чем тебе, нет. Просто знай, что всем тяжело и это нормально. — Хел опирается щекой о его плечо и внимательно вслушивается в каждое слово. Смотрит в пол с пониманием выдыхает. -Я всегда завидовала твоей семье. Ты жил на против и каждое утро я вставала и ведела в твоём окне, как та женщина готовит тебе оладьи, а потом приходил ты, вы улыбались друг другу, перекидывались парой слов и расходились. Возможно ваш диалог был короткий и не о чем, но он был. Он был, в то время как я жила одна с двенадцати лет потому что мать не могла переносить мои панические атаки. — А я завидовал твоей беззаботной жизни и нормальным друзьям. -Похоже мы все судям о людях ничего о них не зная. — пара виновато кивает друг другу. Хелен легче. Девушка давно ни с кем не говорила по душам. Ей всегда было интересно узнать историю Дилана и теперь ей очень хочется сказать ему, что он не один, но думает, что он и сам это понимает. Она сильнее вжимается в грудную клетку Дилана взяв в ладонь его руку. Их пальцы переплетаются образуя некий узел, что будет давольно трудно развязать кому-либо. Смотрит в его глаза. В мендальные глаза в которых она сильнее и сильнее тонет с каждым днём. Просто захлёбывается. Взгляд Дилана метается с глаз на губы кудрявой, в то время как та одарив его лёгкой улыбкой тянется ближе накрывая его губы своими. Чувствует как его рука ложится на её шею и она полностью разворачивается к нему, со смехом повалив его. Они не одиноки. Больше нет. Какое же это приятное чувство. У неё ведь до сих пор замирает сердце и она все ещё с трудом дышит рядом с ним. Она будто его воздух, а он её крепость. И как люди терпят это чувство? Как они терпят такую сильную зависимость от кого-то? Вряд-ли они узнают это. Для них обоих это — нестерпимое ощущение. Вы когда-нибудь находились в доме, чьи хозяева вам не рады? Знаете ли это отвратное чувство? Если нет, то вам дико повезло. Зак сидит на первом этаже дома, что уже не может стерпеть. Не включает свет, потому что так он не видит что его окружает и где он находится, хоть и прекрасно все знает. Он прикрывает веки потирая их разбитыми костяшками и задаётся лишь одним вопросом. Какого хрена они судят о нём не зная этой чертовой предыстории? Не зная стольких их последующих ссор? Какого хрена? Думаете в тот день, на встречу Хелен и её друзей он просто так явился? Конечно нет. ...Музыка совершенно не напоминает клубную. Зак никогда раньше не был на подобных мероприятиях. Он берёг эту светлую рубашку для особых случаев и похоже это - тот самый случай. Круглые столики разных размеров накрыты нежно-голубой скатертью с красивой бахромой по краям, а на самих столах стоят различные вкусности. На одном из них пунш малинового окраса с красными стаканчиками рядом, а остальные заполняют тортики и пирожные. Зак слишком сильно любил сладкое, но разве прилично начинать есть недождавшись виновной этого праздника? Он оглядывается по сторонам. Спустя пару секунд, ему удается обнаружить её. Губы мгновенно расплываются в какую-то слишком уж тающую улыбку, а щеки даже заливаются лёгким румянцем. Это можно было бы ждать от кого угодно, но не от Зака. Ты не создан для подобного, парень. Девушка с длинными светлыми волосами, что чутка завивались в конце заметив взгляд Зака мило улыбнулась ему, помахав рукой. Девушка стояла в компании родственников и поэтому сказав им пару слов, а точнее предлог для отлучения от их беседы делает шаги в сторону Зака. Она впервые была на подобных каблуках и поэтому шла давольно медленно и смотря под ноги. Милее картины не сыскать на всем белом свете. -Я уж думала ты не прийдешь- девушка произнесла это с неким облегчением и неожиданно для Зака обняла его. Её голубые глаза просто сияли от счастья. В этот день, ей исполнилось шестнадцать. Она так давно его планировала, что вам и не снилось. Шестнадцать лет бывает лишь раз. Её белое платье чуть выше колена слегка развивалось на ветру из-за чего та постоянно его придерживала. -Хей, лицо попроще.- девушка показала пальцем на свою улыбку пытаясь внушить Заку чувство обыденности. -Расслабься, ты им понравишься — девушка убирает прядь волос с лица Зака и улыбается когда чувствует, что парень берет её ладонь в руку и прижимает к своим губам. Нет Зак, ты не создан для такого. Может это сон? Глаза девушки устремляются куда-то назад за Зака и она лучезарно улыбается помахав кому-то рукой. Зак оборачивается и его взору представляется пара в возрасте. -Ним, неужели это и есть твой принц на белом коне? — женщина переглядывается ни для кого непонятными взглядами с мужчиной и они оба начинают детально осматривать Зака. Когда женщина убедилась в том, что наградила парня достаточной волной смущения, она растягивает губы в улыбку и протягивает руку Заку. -Элен Ширфт. Мама этого чуда -А я Саймон Ширфт. Отец этого чуда. -Очень приятно с вами познакомиться… Н-ним много о вас рассказывала и она… -Вы и вправду собираетесь покинуть окрестности Сиэттла? — женщина незамедлительно переходит к кульминации всего разговора. -Да. Вправду. Оба родителя озадаченно кивают все с тем же лёгким недоверием смотря на Зака. Парень подходит ближе к девушке и принимает решение, которое будто оскверняет честь всей семьи Ширфт. Он кладёт руку на талию Ним. Девушка в свою очередь мило улыбается и поглаживает плечо Зака. -Мам, Пап. У нас все серьёзно. — Простите, можно минуточку внимания? — Что за… Зак оборачивается и начинает искать источник звука. Кудрявая девушка улыбается во весь рот благодаря организатора. Она берёт микрофон и рыскает глазами в толпе. Нашла. Её лицо расползается в ухмылку, когда та замечает насколько крепко Зак сжимает руку Ним. -Шестнадцать бывает только раз, не так ли? — она начинает свою речь, переводчески оглядывая толпу. -Мне казалось этой девушки не было в списке организаторов… Да что там организаторов… Её не было в списке гостей! — Ним начинает заметно волноваться. -Мой старый друг Зак, знает это как никто другой. -Ты её знаешь- вопрос Ним окончательно ставит в тупик Зака. Черт. -Так давайте же сделаем так, чтобы этот день Ним и все гости запомнили надолго! — толпа начинает улыбаться и одобрительно переглядывается, но только Зак. Только Зак знает, что к добру это явно не приведёт. Чёрные капюшоны надеты на людях, что вышли с разных сторон и никто не понимает это часть праздника или надо бежать? -Блять. — одно слово срывается из уст Зака и он уводит за собой блондинку, что не может бежать ведь впервые надела каблуки. -Куда же ты, Зак? — Хелен рукой указывает на убегающего блондина и вся её шайка одобрительно плетется за ним. Черт. Ним спотыкается и с диким шоком постоянно оглядывается назад. -Боюсь вы никуда не поедете. — Хел будто сошла с ума, слетела с чёртовых катушек. Парень с битой в руке хватает Ним нанося той удар по лицу. Сердце Зака будто остановилось и он пытался остановить этого парня, но его самого схватил мужчина плотного телосложения. Ему оставалось только смотреть. Смотреть как Хелен подходит с победным видом. -К херам дружбу? — произносит она привстав на колени, чтобы сравнять положение с Заком. -Тихие слезы слышны со стороны блондинки, а Хелен и не собирается её убивать. Она и не собирается больше бить её. Она просто хотела сделать Заку очень больно. И у неё получилось. Его взгляд направлен, на девушку, чье лицо частично в крови. -Ним? — хриплым голосом выдает свое состояние. А Ним и не отвечает. Ты не создан для такого Зак. Неа. Перерезать глотку за такое — даже мало. Но знаете ли вы причины Хелен? Ещё рано судить.