Уже

      Спасательная капсула медленно плыла в невесомости, точно брошенная в океан бутылка. Сквозь крошечный иллюминатор Рик видел, как догорают обломки космической базы, с которой он только что сбежал. — За-эээ-бись, — пробормотал он и, кое-как вытянув свои длинные ноги в небольшом пространстве кабины, достал фляжку. Сколько Санчез ни путешествовал по космосу — никак не мог перестать восхищаться им. Бесконечная тьма, в которой мерцают неисчислимые звезды, скопления галактик и планет, выше человеческого понимания, выше всего — пожалуй, только эту красоту и мог воспринимать его совершенный разум… Но в этот раз что-то было не так. Рик пытался отогнать от себя это чувство, но оно не уходило. — Я так круто всех замочил, — тихо сказал он, будто обидевшись на саму жизнь, — а этого никто не видел… Да, это было оно. Одиночество. Бич всех умных людей. А он, как самый умный, обречен быть и самым одиноким… Но что с этим делать? Рик уже пытался жить так же, как и все, даже женился и завел ребенка, но в конце концов настал его предел — он просто не был создан для всей этой блошиной возни, что зовется бытом! И он ушел, просто ушел, не оглядываясь назад, отдался целиком космосу и науке… чтобы сейчас, двадцать лет спустя, почувствовать себя настолько брошенным, хотя бросили-то вовсе не его. А может быть?.. Эта мысль была настолько нелепой, что старик расхохотался во все горло. Тусклые буквы на его коже, прикрытые манжетом водолазки, складывались в слово "далеко" — хотя в случае Рика надпись могла смело гласить "нигде", ведь вряд ли он при всей своей гениальности нашел бы того, кто смог бы стать его соулмейтом. Кто только во всей гребаной Вселенной был способен скрасить его одиночество? Хоть вопрос и был риторическим, холодный прагматичный ум уже искал на него ответ. Это точно должен был быть не робот и не какая-нибудь инопланетная тварь — слишком скучно и тривиально. Он должен быть компактным, чтобы умещаться вдвоем в узких пространствах наподобие этой капсулы, послушным, не слишком уверенным в себе, чтобы признавать безоговорочный авторитет Рика, и, конечно же, тупым — достаточно, чтобы можно было выгодно смотреться на его фоне, но не настолько, чтобы это начало слишком уж бесить… Вот только где найти такого компаньона? Перепрограммировав капсулу на смену курса, Санчез откинулся в кресле и закрыл глаза. Его приключение с кодовым названием "спастись от одиночества" началось.

***

      Миллионы световых лет, орбита, стратосфера, атмосфера. Тысячи миль, мили, метры, шаги… С каждой минутой Рик приближался к суке-судьбе все ближе, но все это время у него не было и малейшего представления о том, как круто изменится его жизнь. Палящее солнце, ручка от чемодана в потной руке, ботинки, на подошвах которых еще осталась лунная пыль, безжалостно топтали аккуратный газон. Скрипучее крыльцо, судорожный вздох, звонок в дверь — и женщина, в которой он с трудом узнал свою дочь, бросилась ему на шею. — Папа, ты вернулся! Бет плакала, но он даже не смотрел на нее. Не смотрел на свою дочь, которую не видел уже двадцать лет. Ребенок. Застенчиво выглядывая из-за дверного косяка, за ними наблюдал ребенок. Кудрявый невысокий мальчик в желтой футболке, в больших темных глазах которого читались недоумение и легкий испуг. У Санчеза вдруг пересохло в горле. Осознание того, что мир не перестал крутиться с его уходом, было просто ошеломляющим. — Морти, не бойся, это твой дедушка! Папа, знакомься, это Морти, мой сын… Голос Бет слышался будто издалека. Судьба приближалась. Раз, два, три. Эти шаги уже сделал малолетний Смит. Серьезный не по возрасту взгляд снизу вверх, протянутая рука — ученый осторожно пожал ее, и она оказалась такой холодной, что невольно пробрала дрожь… А может, причина была не в этом? Рик Санчез остепенился. Рик Санчез вернулся домой. Что же могло пойти не так, действительно?

***

      Рик отлично вписался в это семейство, ведь для полного счастья им, видимо, не хватало только старого изобретателя-алкоголика. Бет и Джерри, похоже, давно уже смирились с тем, что единственное удовольствие, которое они могут получить друг от друга — это злобное ликование во время очередного скандала. Дети и быт привязали их друг к другу толстыми цепями, а надписям на теле было не суждено измениться даже на йоту — хотя, все равно очень немногим везет, так что лучше синица в руках, чем журавль в небе… Саммер, язвительная сучка, никогда не расставалась с телефоном и отчаянно пыталась стать популярной в школе — уж такие они, эти девочки-подростки! Самый же младший член семьи вызывал у Рика больше всего вопросов. Точнее, не он сам, а отношение к нему у окружающих. Санчез просто отказывался верить в то, что он один это замечает. То, что Морти часто возвращается из школы каким-то странным. Поникшим, с ссадинами или грязью на одежде, а пару раз Рик и вовсе видел его в слезах… Рик не говорил ничего по этому поводу. Он просто наблюдал, и день за днем повторялось одно и то же. Никто не замечал этого. Или не хотел замечать. — Что случилось? Вздрогнув, Морти повернулся. — Я… я у-упал, — неловко ответил он, отнимая пакет со льдом от глаза. Этот пиздеж не сработал бы даже на Джерри — хотя, не факт. — П-эээ-ложи свою хуйню, — буркнул ученый, сдернув пацана за руку со стула. — Сейчас залечим как надо! Одно вещество — точнее, анальные выделения одного слизня с далекой планеты — должны были помочь. — Вау! С-спасибо, Рик… — ахнул Морти, увидев свое отражение в зеркале. — Да ерунда вообще, — отмахнулся Санчез и неожиданно даже для самого себя предложил: — А хочешь смотаться в другой мир? — В другой… м-мир? На лице мелкого отразилось самое искреннее недоумение. — Но куда? — Куда угодно, — ухмыльнувшись, Рик достал портальную пушку. — Давай, маэстро, выбор за тобой! Морти задумался так сильно, что между его бровей появилась глубокая складка. Рик искренне надеялся, что фантазия внука не подкачает, ведь ему так хотелось с видом волшебника переместить их в любой мир, хоть в мир шестиногих сисек-мутантов на реактивной тяге! — А если… Если, допустим, я захочу попробовать инопланетное мороженое, т-ты сможешь отвести меня в инопланетное кафе? Что ж, для начала и это было неплохо. — Говно-вопрос, — Рик открыл портал. — За мной!       Вышли они на пустынную оранжево-фиолетовую землю. В небе вращалась цепь астероидов, воздух был непривычно легким и теплым, и мимо с хохотом пробежали инопланетные дети… Испуганно вытаращив глаза, Морти спрятался за спину Рика. — Не будь сучкой, — отреагировал тот, достав фляжку. — Здесь нет ничего стр-эээ-шного… Поскольку гравитация тут была слабее земной, каждый шаг казался маленьким прыжком. Мелкий довольно скоро перестал трусить, с интересом оглядываясь по сторонам, и заметив улыбку у него на лице, Санчез почувствовал себя странно. Странно хорошо… Между шаткими столиками, прикрытыми зонтами, сновали десятиногие официанты. — Я сделаю заказ на свой вкус, не возражаешь?.. К счастью, Морти не знал, что Рик выбрал для него непростое мороженое. — Кто обижает тебя в школе? Без запинки, будто у него спросили о чем-то совсем другом, мальчик назвал имена. Они Рику ничего не говорили, но ему этого и не требовалось. Незаметно нажав несколько кнопок на часах, он решил проблему. Точнее, ее вот-вот должен был решить дрон-убийца. — Тебе здесь нравится? — Д-да… Я думал, ты умеешь только пить и сидеть в гараже, а ты делаешь такие классные вещи… Мороженое, вызывающее желание говорить только правду, медленно таяло в креманке. Ковыряя ложечкой в своей порции, Рик смотрел на внука исподлобья, раз за разом пытаясь понять, что же в нем такого? Точно — маленький. И тупой. И закомплексованный. Прямо как по заказу. Но только ли в этом было дело? Конечно, нет. Ноги, соприкасающиеся под столом. Диалог, в котором только он и болтает, а Морти слушает, открыв рот. Монеты, со звоном высыпающиеся в плошку для чаевых. Несколько вызывающих непонятную дрожь секунд, когда он вел мелкого за руку через портал… Неловкое прощание. Закрытая дверь в гараже, звук удаляющихся шагов. Бессильное рычание при очередном взгляде на надпись, что впервые за семьдесят лет изменилась, и всего один вопрос… Что же, черт возьми, пошло не так?